Мальчика качало вверх-вниз, как будто он был на корабле, плывущем по тёмному морю. Под ногами деда Ивана хрустели веточки, а шумное сопение дополняло их ритм. Плечо человека-шкафа впивалось в Сашин живот так, что мальчик едва мог дышать, а рука великана была будто из стали – ни на миллиметр не сдвинешь!
Парализованный страхом Саша особо и не пытался. Темнота, земля, прыгающая перед глазами, пропахшая потом рубашка деда Ивана казались кошмаром. И, что самое ужасное, дальше могло быть еще страшнее! Как может школьник противостоять хвостатым лесным преступникам? Осталась лишь надежда на то, что его пожалеют, спасут или забудут. Хорошо хоть Яро рядом не было! Может, он продвигался по деревьям, помогая себе уродливым хвостом? У деда Ивана хвоста Саша не заметил – наверное, поэтому ему доставалась вся тяжёлая работа.
В размеренной ходьбе похитителя Саша потерял счёт времени. Но скоро стало немного светлее, и мальчик услышал голоса где-то вдалеке. Теперь под ним была протоптанная земля – видимо, сельская дорога. Он стал вертеть головой, но кроме темных силуэтов деревьев по бокам ничего не увидел. Дед Иван почувствовал, что Саша двигается, и еще сильнее прижал его к плечу.
Голоса становились все отчётливее, и Саша заметил сбоку дом, а потом еще один. Сначала ему показалось, что там никто не живёт – вокруг стоял запах гнили и заброшенности. Но вскоре он заметил белеющую сигаретную пачку на земле, а потом бумажку. Через несколько десятков метров домов стало больше. Одни сливались с чернотой леса, а в окнах других горел свет, светлым ковром устилая землю вокруг. Кое-где стояли машины.
«Может, закричать?» – подумал Саша. – «Позвать на помощь?»
Но дед Иван нес мальчика совершенно открыто, и Саша подумал, что все здесь его сообщники.
«Я в логове бандитов!» – с ужасом подумал он.
Через какое-то время они остановились. Земля кувыркнулась перед глазами Саши – это старик легким движением поставил мальчика на землю. Саша качнулся, и тяжёлая рука деда Ивана грубо подхватила его.
Они стояли перед деревянным домом. Входная дверь была чуть приоткрыта, и на улицу лился тусклый свет. Окон и крыльца не было видно – видимо, это был большой амбар. Слева виднелось поле, а справа – что-то темное, кажется, покосившийся забор.
Саша подумал, что сейчас они войдут внутрь, но дед Иван схватил его за руку и потащил за угол. Там было совсем темно, и мальчик часто спотыкался. Старик открыл какой-то замок – и в следующее мгновение Сашу втолкнули в тёмное холодное помещение. Мальчик упал на сырую землю и услышал, как дед Иван запирает дверь снаружи.
Саша закрыл глаза, а потом открыл их. Темнота была такой густой, что разницы не было. Он хотел повернуться к двери, но понял, что не понимает, в какой она стороне. Раньше Саша никогда не был в настолько непроглядной черноте. Оказалось, ничего не может быть страшнее! В животе что-то сжалось, и паника нахлынула неумолимой волной.
– Выпустите меня! Откройте! – закричал он из всех сил. – Пожалуйста, откройте!
Густой воздух заглушал звуки, как тяжелое ватное одеяло.
Саша пополз в направлении, где, как ему казалось, должна была быть дверь, и скоро действительно упёрся в нее. Дрожащими руками он забарабанил по жесткой деревянной поверхности.
– Откройте, пожалуйста, я никуда не убегу! Я буду хорошо себя вести! Я сделаю все, что вы скажете!
По щекам потекли слезы.
– Вы знаете, кто мой папа? – вдруг разозлился он. – Он узнает, что вы схватили меня! Он всем вам покажет!
Саша забарабанил со всей яростью. Но через несколько ударов запал ушёл так же внезапно, как пришел. Обессилев от отчаяния, Саша сел на землю у двери. Руки болели – наверное, на них будут синяки, а может, и занозы. Ногам было холодно на земляном полу.
– Что делать? – прошептал Саша. – Что мне делать?
– Умоляю, выпустите меня! – крикнул он ещё раз, не ожидая ответа.
«Зачем я поехал сюда? Что на меня нашло? Что они сделают со мной?»
Обуреваемый этими мыслями, Саша уставился в безответную темноту подвала. Он услышал стук своих зубов и сжался, пытаясь согреться. Минуты тянулись невыносимо вязко, и непослушные слезы начали заливать лицо.
ШШШ…
Из-за всхлипываний Саша услышал шорох не сразу. Но скоро звук стал громче и отчетливее, и он понял, что в подвале не один. Шевелилось что-то большое – не мышь и не крыса. Сашино сердце ушло в пятки.
– К-кто здесь? – голос дрожал, а зубы предательски колотились друг о друга.
Шорох приближался. Саша отполз и в ужасе вжался в угол. Когда чья-то рука дотронулась до его лица, он чуть не лопнул от страха и отчаяния.
– А-а-а! Помогите!
– Василий? – спросил слабый голос.
– Ч-что?
– Василий? Это ты?
– Нет, – собрав все силы в кулак, ответил Саша. – Нет, я не Василий! Не трогайте меня! К-кто вы?
– Я… Пророк, – ответил дрожащий голос. – Точнее, я был им. А теперь я потерянная душа.
Саша чувствовал дыхание странного человека совсем рядом. Оно было слабым, едва различимым, как паутина на ветру.
В горле мальчика стоял ком, и все же он нашел силы сказать:
– А я Саша. Меня схватили в лесу и притащили сюда, но папа меня освободит.
– Да, да… – рассеянно ответил Пророк.
«Он такой же пленник, как и я», – понял Саша. Значит…
– А сюда приводили девочку? Со светлыми волосами до плеч, невысокую? Ее зовут Катя. Они схватили её.
– Девочка, да, девочка…. Я ведь знал её ещё девочкой!
– К-катю?
– Нет, нет. Её – Дзарах. Это сейчас она черная наследница. А когда-то она была такой хорошенькой, такой светлой… она не хотела служить тьме. Правда!
– Ч-что?
– Каллар! Он был великим предводителем слизняков… и просил своих богов дать ему Избранного, что свяжет миры. Чёрного мага древности, каким они были еще до войны, до войны… – бессвязно бормотал Пророк.
– С-слизняк?
– Душа темного мага вошла в девочку, светлую девочку… – шептал Пророк, и вдруг начал кричать: – Нет! Нет!
Саша услышал, что он начал кататься по земле.
– Мне больно, пожалуйста, не делай этого, нет! – вопил Пророк так, что кровь стыла в жилах.
Затих он резко и внезапно, а потом снова подполз к насмерть перепуганному Саше.
– Василий, – слабая рука снова дотронулась до Саши. – Василий, прости меня, я все ей рассказал, потому что было больно, так больно.
Он нащупал Сашину ладонь и сильно сжал её.
– Чёрное озеро, я видел его своими глазами в великом древнем городе. Говорили, он висит в воздухе или исчез, но нет. Нет! Он всегда был здесь, просто закрывал врата. Через Волшебный Лес никто не мог пройти, но я… я нашел другой путь. Путь, о котором были легенды. Я нашел!
– От-тсюда можно выбраться?
– Куда выбраться? Бежать некуда! ОН идет. ОН будет здесь совсем скоро, и все, что мы знаем, исчезнет.
– К-кто идет?
Но Пророк не слушал его. Он начал скулить, как маленькая собачка:
– Прости, Василий, прости! Я не хотел служить ей, но было так больно. И их не победить. Если бы ты видел! Они живут в огромных пещерах, где слизь стекает со стен. С каждым днем их всё больше. Их не победить! Просто отдай ей то, что она просит. И пусть мальчик идёт к матери…
То, что он бормотал дальше, Саша разобрать не мог. Пророк выкрикивал что-то нечленораздельное, шептал, снова и снова трогая Сашу.
Мальчик продолжал сидеть, вжавшись в угол. Он уже почти поверил, что все это кошмарный сон, когда раздался звук открываемой двери. Саша вздрогнул и сощурился от света фонаря. Пророк, маленький истощенный старичок, забился в угол, прячась от жёлтого луча и того, кто его принес.
– Пошли, малёк, – по голосу Саша узнал Яро.
Саша не мог двинуться, и Яро схватил мальчика за руку и потащил из подвала. Когда он грубо закрывал толстую дверь, до Саши донеслось бормотание:
– И взбунтуется чёрное озеро, и восстанут из небытия короли. И все, кто жил, и все, кто будет жить, восстанут радугой. И будут подводные как птицы лететь! Да, я видел это! Что пробудит их? Сердце, сердце, сердце… Одно на троих… И будут короли вновь жить среди нас. Сердце, сердце…. Нет, нет, не делайте мне больно, перестаньте…
***
От страха Сашины ноги будто сами приклеивались к неровной, скользкой земле, раздражая и без того недовольного Яро. Старик тащил Сашу через темный двор, жёстко впиваясь в плечо. Мальчик подумал, что Яро похож на колючее дерево, потерявшее разум за века засухи. Только вот от деревьев исходит тепло, а от Яро – только вонь и злость.
Скоро они были у входа в амбар, и Яро втолкнул его внутрь. Первым, что увидел Саша, была качающаяся одинокая лампочка – маленькое солнышко в ночи. Возле нее свет был бойким и уверенным, но чем дальше в комнату, тем больше он рассеивался, становясь похожим на жёлтый туман. До углов он почти не доставал, и они казались темными воронками. Стены амбара были сколочены из грубых досок. На одной из них Саша увидел странный знак, похожий на лежащую плашмя английскую букву S. Буква чёрной змеей извивалась по неровной поверхности, а резкий запах краски подсказывал, что она появилась недавно.
И вдруг Саша увидел Катю. Она скорчилась в дальнем углу амбара, в тени, почти вне досягаемости слабого света лампочки.
– Катя! – Саша дернулся к ней так сильно, что Яро его не удержал.
Но когда он уже почти подбежал к своей подруге, его перехватила мощная рука деда Ивана. Великан легко поднял Сашу в воздух, тряхнул, а потом прижал к своему животу.
– Отпустите меня! – Саша со злостью лягнул Ивана, но тот, казалось, и не почувствовал.
Мальчик попытался его укусить, но получил такую затрещину, что перед глазами заплясали звездочки.
Катя продолжала сидеть на земле, скрючившись, скрестив руки и поджав ноги. Казалось, она не увидела и не услышала Сашу. От звуков борьбы она лишь немного помотала головой, а потом продолжила смотреть в пол.
– Катя! – ещё раз крикнул Саша.
На сей раз она подняла взгляд. Лицо девочки было полускрыто тенью, и Саша не мог различить его выражение.
– Отпусти меня, ты, тупой шкаф! – Саша начал лягаться так сильно, что дед Иван толкнул его на землю рядом с Катей и рявкнул:
– Сиди тут!
Саша быстро очухался и схватил Катю за руку:
– Катя, с тобой все хорошо?
Катя смотрела на своего друга, будто не узнавая его.
– Катя, я так рад… – начал Саша, но ошарашенно остановился. Глаза девочки ничего не выражали и были похожи на две тёмные пуговицы.
– Катя, почему ты…
Вдруг девочка убрала свою ладонь из Сашиной – её заинтересовало что-то на земле. Саша проследил за её взглядом и увидел большого жука, неловко ползущего по земляному полу. Он качался и спотыкался – туловище казалось лишком грузным для тонких лапок. Внезапно на насекомое опустился камень. Катя с большим удовольствием надавила сильнее, потом убрала камушек и захихикала, смотря на мокрую лужицу.
– Катя, ты что…
Катя посмотрела на Сашу, и по его спине прошел озноб. Эта девочка с холодными чёрными глазами не была той Катей, которую он знал.
– Что они сделали… – начал Саша, но тут распахнулась входная дверь. В амбар ворвался ночной холод. У Саши мелькнула мысль о побеге.
– Даже не думай, – процедил сквозь зубы дед Иван, угадав его намерение.
В амбар вошла старушка, которая несколько часов назад преградила Саше путь к машине. На ней был все тот же серый платок и длинная юбка, в руке она держала большой фонарь. Вслед за ней в амбар шумно ввалился высокий темноволосый человек – тоже слизняк; под руку он вёл едва волочащего ноги Эммануила Эдуардовича.
– Эммануил Эдуардович! – Саша бросился к своему другу, но дед Иван перехватил его и швырнул на место.
Падать на твердую землю было больно, но Саша этого почти не заметил. Он смотрел на трость в руках черноволосого, на то, как безвольно болталась из стороны в сторону голова змеи.
Эммануила Эдуардовича вытолкнули прямо в центр амбара.
– Катя, смотри, это же… – Саша тронул ее плечо.
Но Катя была занята рассматриванием останков жука.
– Ты можешь успокоиться? – сквозь зубы процедил дед Иван. – А то я тебя…
Он занёс кулак, но вдруг опустил его. К огромному удивлению Саши, он встал на колено.
– Королева, – коротко стриженная голова склонилась перед высокой стройной женщиной, быстро и решительно вошедшей в амбар.
– Королева, – Яро и темноволосый тоже быстро встали на одно колено. Лишь старушка с фонарем осталась стоять.
Длинные черные волосы женщины казались тяжелыми, как парча, а подол чёрного платья вертелся вокруг ног, будто прибой у скал. Её лицо было нездорово бледным, с кукольными чертами и острым подбородком. Она, наверное, была бы красивой, если бы надменность и холод не окружали ее, как запах сильных духов. Большие глаза женщины мерцали, отражая свет, и казались бездонными черными колодцами.
Женщина стремительно подошла к Эммануилу Эдуардовичу. Тот застонал, когда темноволосый перехватил его руки за спиной.
– Константин, аккуратнее, – низким, певучим голосом приказала женщина.
Темноволосый слегка ослабил хватку.
– Посвети, – она щелкнула пальцами, и старушка с фонарем подошла поближе.
Свет залил синяки на лице благородного старика.
– Ай – яй – яй, – она дотронулась до порванных кружевных манжет. – Уже не такой красивый? Был павлином, а стал… ободранный петух?
Она сухо, неприятно засмеялась. Вслед за ней засмеялись все окружающие.
– Что же ты вышел без папочки гулять, – продолжала женщина. – Не ценит тебя Василий, не бережет… Может, ему уже все равно? Я, по правде сказать, и не надеялась тебя поймать.
Она пристально посмотрела в глаза Эммануилу и плотоядно улыбнулась:
– Не надеялась, что мы снова встретимся. Думала, вы всей компанией будете сидеть за стенами и даже носа не высунете…
– Трусость – это скорее твоё, Дзарах, – тихо, но уверенно сказал Эммануил Эдуардович.
«Дзарах!» – по Сашиной спине побежали мурашки. Он лихорадочно вспоминал всё, что слышал от Пророка.
– Неет, – тихо, но угрожающе сказала наследница древних магов. – Нет…
Раздался звук пощечины.
– Ты не в том положении, чтобы дерзить мне, – с наслаждением сказала она, пристально посмотрев Эммануилу в глаза.
Саша с восхищением отметил, что тот не отвел взгляда.
Женщина отошла немного назад, а потом сделала лёгкое движение рукой. Эммануил Эдуардович закричал и обмяк. Саше показалось, что он потерял сознание, но вскоре пленник, дрожа, поднял голову.
– Катя, ты знаешь, кто это? – шёпотом спросил мальчик, но Катя, казалось, ничего не замечала. Она снова безучастно смотрела в пол.
– Это все, что ты можешь, Дзарах? – слабо сказал Эммануил.
Женщина улыбнулась.
– Нет, – по-детски звонко сказала она и снова сделала движение рукой.
Эммануил Эдуардович закричал еще громче, а потом повис на руках черноволосого слизняка. По спине Саши прошел озноб, а через мгновение он с удивлением услышал свой голос:
– Не трогайте его!
Мальчик и сам не понял, откуда у него взялась смелость перечить. Когда все посмотрели в его сторону, внутри Саши все сжалось от страха. Повисло молчание.
– А это у нас кто? – удивленно произнесла Дзарах.
Её взгляд пронизывал Сашу насквозь.
– Этот мальчик… когда мы девчонку забирали, за ней увязался… школьный друг, – пробормотал дед Иван. Он сгорбился и надулся и сам стал похож на обиженного школьника.
– Так ты пришел за Катей? – Дзарах перевела взгляд на Катю, а потом недобро улыбнулась. – Влюбился, значит…
Саша густо покраснел и открыл рот, чтобы ответить, но не придумал, что.
– Подойди! – скомандовала Дзарах.
Саша встал и сделал несколько шагов вперед. Ему пришло в голову, что если он готов умолять о пощаде, то сейчас самое для этого время. Но мольба застряла где-то глубоко, не желая выходить наружу.
– Перед королевами стоят на коленях, – слова женщины лились, как ядовитая смола.
Сам не понимая почему, Саша остался стоять. Желание умолять окончательно исчезло. Он и сам не понял – то ли тёмный взгляд больших глаз Дзарах парализовал его, то ли так он объявил войну этим жестоким людям, нагло вмешавшимся в его жизнь. Дзарах наклонила голову, рассматривая Сашу, как забавную зверюшку.
– Я сказала – на коленях! – она направила руку на Сашу.
Мальчику показалось, что его сковал великан. Как джинн из бутылки, из руки Дзарах на него набросилась тяжесть, и невидимые тяжелые цепи сковали тело. Сашу будто оторвало от земли, а потом бросило вниз. Дзарах сжала руку – и его пронзила невыносимая боль. В ушах зазвенело, на глаза будто надвинули черную шапку. Он рухнул на колени.
– Так-то лучше, – Дзарах опустила руку. – Сколько тебе лет?
Саша молчал.
– Я задала вопрос – сколько тебе лет?
Саша продолжал молчать.
Дзарах сделала легкое движение рукой – Саше показалось, что его сильно ударили в грудь.
– Почти тринадцать, – выдохнул он.
– Выглядишь младше, Ромео, – бросила Дзарах и отвернулась.
Саша, качаясь, встал с колен.
– Оставайся, как был! – прошипел дед Иван и потянул его вниз за руку.
– Нет! – попытался вырваться Саша.
Услышав звуки борьбы, Дзарах обернулась:
– Ого!
Её глаза сверкнули, и она стремительно приблизилась, обдав мальчика странным горько-сладким запахом.
– Да ты смелый! Кто бы мог подумать!
Саша поднял голову и посмотрел ей прямо в глаза – огромные, тёмные, страшные, как ночной шторм. Дзарах стояла так близко, что несколько ее наэлектризованных волос стали ощупывать Сашину майку.
– Я уважаю бесстрашных, потому что сама боец. Ты слышал обо мне?
Саша молчал, хотя его сердце билось, как бешеное.
– Я – властительница земли, наследница великих магов. Знаешь, кто такие маги?
Саша кивнул.
– Уже через несколько дней передо мной преклонят колени все.
Саша не мог больше смотреть на неё. Он опустил взгляд, но женщина властно схватила его подбородок. Её руки были холодными, как камень.
– Мне бы пригодились такие солдаты, как ты.
Она подняла Сашино лицо и внимательно посмотрела ему в глаза.
– Тебя обижают в школе… родители помыкают тобой… Это ничего. Когда вернешься – ТЫ будешь властвовать над ними.
Саша вздрогнул.
– А знаешь? – Дзарах резко выпустила его лицо из своих рук. Её глаза загорелись, и она хлопнула в ладоши. – У меня появилась идея! Да, да!
Шурша юбкой, она быстро вышла в центр комнаты.
– Я дам тебе шанс спасти твою подружку! Ты пойдешь к Василию – ах, да, ты же не знаешь, кто такой Василий… Это человек, песня которого уже спета, только он слишком упрям, чтобы признать это.
Когда она говорила, её тонкие пальцы танцевали, будто плетя невидимую паутину.
– Передашь ему, что Эммануил и его драгоценная Катя у нас. В доказательство передашь это, – она выхватила трость из рук Константина.
Несколько мгновений она смотрела на неё с ненавистью и отвращением, а потом протянула Саше. Дрожащими руками мальчик взял предмет из её холодных рук, и тут Дзарах схватила его за запястье так сильно, что Саша вздрогнул от боли.
– Василий знает, что мне нужно. Если он это даст, то я освобожу и Эммануила, и твою подружку. А если нет, – она сделала паузу и с наслаждением продолжила, – их смерть быстрой не будет.
Её глаза горели голодным огнем, а рот стал расширяться в кривой усмешке.
«Она сумасшедшая», – подумал Саша.
– Ты понял?
– Да, – горло так пересохло, что он едва смог выдавить это короткое слово.
– Будь убедителен! – Дзарах резко захохотала и захлопала в ладоши. – Иди!
– Моя королева, – тихо обратилась к ней старушка с фонарем.
– Что?
– Мальчик не знает, куда идти.
– Ах, да! – пальцы снова забегали по воздуху. – Инверты проводят его.
Дзарах сделала призывающий жест, и из темных углов в центр амбара вылетели странные бесформенные облака, похожие на клочья грязной ваты. В слабом свете Саша не смог хорошо их рассмотреть, но тут он увидел… Куслю! Бесцветного держало одно из этих существ! Увидев Сашу, Кусля заверещал. Инверты стали трястись, а потом набросились на него.
– Эй, стойте! – скомандовала Дзарах, и существа остановились. Саше показалось, что сдерживались они с большим трудом.
– Отпустите Куслю! – продолжал пищать Кусля. – Ты, злобная ведьма!
И тут инверты не сдержались и снова набросились на него. Начался переполох. Дед Иван бросился на помощь своей королеве. Он неловко прыгал и махал руками, пытаясь растащить инвертов, но они не обращали на него никакого внимания.
– По местам! – скомандовала Дзарах. Облака с трудом оторвались от Кусли, который трясся от ужаса и быстро менял цвета.
– Не вмешивайся, – бросила она деду Ивану. – Знаешь ведь, что они слушаются только меня.
Он послушно кивнул и вернулся на место. Кусля снова завопил.
– Как я ненавижу ваши вопли! – Дзарах подошла к нему и протянула руку. – Ничего, сейчас и ты станешь немым и послушным.
Она что-то сказала на неизвестном Саше языке, и изо рта Кусли прямо ей в руку полилась разноцветная радуга. Она мерцала, освещая амбар, заливая все вокруг буйством красок. Куслин голос становился все тише, а потом исчез совсем.
– Вот и всё, – ухмыльнулась Дзарах.
Саша с ужасом смотрел на безмолвное серое облако, которое когда-то было Куслей.
– Таким он нравится тебе больше? – обратилась она к одному из инвертов. – Когда молчит?
Тот сделал движение, похожее на кивок.
– Теперь ты мой инверт, – обратилась она к Кусле. – Ты служишь мне, своей королеве. Будешь стеречь девчонку.
Кусля послушно полетел к Кате.
– А ты, – обратилась Дзарах к первому инверту, – бери еще двух. Проводите мальчишку к вратам. Его пропустят. Проследите, чтобы он вошел, а потом возвращайтесь.
Она повернулась к Саше.
– У тебя есть время до рассвета.
Решительным грациозным шагом Дзарах вышла из амбара. Старушка с фонарем окинула всех тяжелым взглядом и последовала за своей королевой.
***
Инверты подлетели к Саше и замерли в воздухе. Мальчик сильнее сжал трость, а ноги снова будто прилипли к земле.
– Катя! – обернулся он, но девочка даже не посмотрела на него.
Саша посмотрел на Эммануила Эдуардовича. Их взгляды встретились, но тут дед Иван схватил мальчика и потащил из амбара. Яро вышел за ними.
Только теперь Саша осознал, как сильно влип. Спина вспотела, зубы снова начали стучать. Колени подкашивались.
Дед Иван вернулся в амбар, а Яро потащил Сашу по деревне. Было темно, но из некоторых окон лился неприятный желтый свет, освещающий покосившиеся ворота и скелеты полуразрушенных домов. Впереди чернел лес, и Саша испугался еще больше. Инверты, видимо, были где-то рядом, но из-за черноты их не было видно.
Скоро они погрузились в темноту. Дорога была настолько неровной, что Саша несколько раз чуть не упал. Но ближе к лесу она кончилась – трава неприятно щекотала лодыжки, но идти было удобнее. Когда стена деревьев была совсем близко, Саша покачнулся. Яро схватил его за шиворот.
– И не пытайся бежать – эти малые покажут тебе, что могут инверты, – прошипел он. – И подружка твоя умрет.
Яро нагнулся к Саше и обдал его своим зловонным дыханием.
– Я уж сам прослежу, чтобы не быстро. Кричать будет!
Он глухо засмеялся, а Сашу всего трясло.
– А теперь – по прямой! – и Яро толкнул его в спину.
***
В отличие от Кати, о природе Саша знал совсем мало. Он даже по паркам гулял не так часто, а уж тем более ночью. Лес же на парк был совсем не похож – он казался устрашающим, полным опасностей, не приспособленным для человека. Какая жестокая шутка! Что он может найти в этой тьме? Куда идти?
Саша вертел головой. Глаза привыкли в темноте, но все равно он почти ничего не видел, кроме чёрных силуэтов деревьев. Несколько шагов вперед – и ноги во что-то уперлись. Пень? Камень? Саша осторожно обошел препятствие, слушая хруст под ногами. Что-то дотронулось до щеки, и Саша обмер. Инстинктивно он отдернулся назад, но почувствовал болезненный укол в спину.
ШШШ…
Инверт! Его прикосновение жалило сильнее, чем крапива. От неожиданности и боли Саша выронил трость.
– ШШШ, – снова зашипел инверт.
Саша опустился на корточки и стал искать трость на холодной земле, а когда нашел, заплакал. Она была тёплой, как рука Эммануила. Сможет ли он помочь двоемирцу?
Инверт снова ошпарил Сашу, и мальчик неуверенно побрел вперед. Каждый шаг давался с большим трудом, будто он шел через густую воду. Он вспомнил, как в какой-то передаче говорили, что, когда боишься, главное – глубоко дышать. Вдох-выдох, вдох-выдох. Это действительно успокаивало.
Саша не помнил, сколько шел по лесу, спотыкаясь и петляя, думая о том, что попал в ад. Голова кружилась. Вскоре он стал видеть лучше, но кроме возникающих ниоткуда деревьев смотреть было не на что. Лес был полон шорохов и шумов. Саша не понимал, есть ли они на самом деле или просто кажутся ему. Вдох-выдох, вдох-выдох.
Неожиданно лес наполнило гудение. Сначала оно было очень тихим, но постепенно усиливалось, будто Саша приближался к большому летящему насекомому. Вдох-выдох, вдох-выдох. Да, инверты вели его прямо к источнику этого звука.
Когда гудение стало плотным, осязаемым, деревья расступились. Перед Сашей раскинулась круглая поляна. На другом ее конце возвышался тёмный массив. Кажется, именно он был источником звука. Саша сделал несколько шагов вперед – и гул усилился. Земля легко завибрировала под его ногами.
Прямо в воздухе золотыми буквами загорелась надпись:
Кто друг Земле – иди сюда!
Забудь о том, кем был когда-то;
Теперь мы все равны и рады
Свои сердца дарить тебе!
Саша не знал, друг ли он Земле. Он не понимал, как красивая надпись может появиться ниоткуда. Зато теперь, в свете волшебных букв, он точно видел, что перед ним стена. Она была сколочена из грубых досок и уходила так высоко, что сливалась с ночным небом. И ещё он увидел запертые ворота. Поселение! Видимо, именно сюда он и должен был прийти.
Саша подошел ближе и закричал:
– Откройте!
Никто не ответил.
– Откройте! – Саше показалось, что от волнения он сейчас упадет. – Меня зовут Саша! Я к Василию! Откройте, пожалуйста!
Он подошел к воротам еще ближе, и они перестали гудеть. Стена нависала, как неумолимый великан – злой или добрый, не разберешь.
Сверху послышался голос:
– Эй! Ты к кому, мальчик?
Саша сильнее прижал к груди трость.
– Я к В-василию. П-пожалуйста, откройте! Меня п-послала Дзарах. У меня трость Эмм-м-мануила Эдуардовича.
Он поднял трость вверх и помахал ею, но человек сверху молчал. Саша посмотрел по сторонам. Надпись, мерцая, всё еще освещала поляну, а вот инверты куда-то подевались.
– Я не могу тебе открыть… – послышалось сверху.
Саша открыл рот, чтобы сказать про Катю, но тут огромные ворота распахнулись легко и бесшумно. Саша обернулся, но сзади была лишь темнота. Немного поколебавшись, он сделал шаг вперёд и вошел в поселение.
Pulsuz fraqment bitdi.