28 июня, среда
Поутру разбудил меня громкий противный мяв: это рыжий кот залез по столбу на балкон и проник в большую комнату для гостей, пустующую пока.
Пока нет наплыва туристов, я продолжаю жить у М., в маленькой комнате на втором этаже, над мастерской и кухней. Сама же хозяйка ночует в баньке, в отдельном строении.
Наверху лестницы на второй этаж лежит деревянная рама с натянутой на нее сеткой, как раз для того, чтобы кошки не заходили в «номера». Каждый раз, спускаясь и поднимаясь, я ворочаю эту раму и думаю о том, что качаю таким образом бицепс-трицепс, что в целом полезно.
Потому меня так удивил мяв под дверью.
Я вышла.
Рыжий испугался, заметался, с дикой скоростью пронесся по стенам, выскочил на балкон и спустился так же, как и пришел, по столбу-опоре.
Ничего себе акробат, подумала я.
Наверное, это моя вина, подумала я: ходила вчера в «библиотеку» через балкон и не закрыла дверь – с балкона у М. есть вход в комнату, где хранятся книги, да и много еще чего хранится.
Но все обошлось, ничего пометить рыжий диверсант не успел.
В Солнечном на подходе к дому я приметила мужичка, кормившего собаку, и пристала к нему с просьбой помочь мне опознать мой сарай. В конце обхода всех сараев была-таки нами идентифицирована пресловутая «пятая дверь».
Ключ, который мог бы, теоретически, подойти к замку, висящему на двери, у меня был, но вращаться не захотел. Это в целом неудивительно – прошло несколько зим, да хоть бы и одна, этого достаточно, чтобы простенький замок вышел из строя. Рачительные хозяева здесь обыкновенно надевают от дождя и снега на свои замки защитную пластиковую бутылку.
Заглянула внутрь через щель в двери, увидела пару больших бочек и еще какой-то хлам, хорошо освещенный солнцем через худую крышу. Придется этим хозяйством когда-то серьезно заняться. А пока не стала даже сбивать старый замок и вешать новый.
Переодеваясь в огород, поняла, что визитка ЮП потерялась, где-то выпала из кармана. Расстроилась.
Визит-центр природного парка «Вулканы Камчатки» на улице Ленина после ремонта, возможно, стал краше, но я, по крайней моей невнимательности, не нашла десяти отличий. Мне и прошлым летом здесь нравилось.
Вообще я пришла сюда не обновления инспектировать, а на нейрофитнес: расстановки «Я смотрю на себя», «Мозг и я», «Мозг и Бог» и прочие духовные практики от Ирины Годуновой.
Не очень поняла, как это все работает, но в целом мне понравилось. Задаешь вопрос, закрываешь глаза и двигаешься, куда тело ведет. Ответ очевиден.
Было на занятии человек семь, все женщины.
На обратном пути, на тропинке визитка ЮП нашлась.
29 июня, четверг
Снова пекло.
МП попотчевала меня ухой из чавычи с черемшой, я заказала себе к зиме малахай из старого бабушкиного норкового капора, который нашла дома, и мы пошли на почту, чтобы узнать, как в отсутствие действующего отделения Сбербанка заплатить проценты по кредиту. СБ закрыт на двухмесячный ремонт. У меня-то автоплатеж, а вот у МП нет. И придется ей ехать в Анавгай, село соседнее.
– Это что же, почта? – бестактно спросила я с порога, обомлев.
– Да, а что? – с вызовом поинтересовались две женщины за прилавком.
– Да ничего, если б я знала, что в Эссо такая почта, я бы не ходила по магазинам…
Пока женщины безуспешно пытались помочь МП с квитанцией, я разглядывала ассортимент представленной на почте продукции. Не хватало только овощей.
Напротив почты – «Мои документы». Зашли туда узнать, как можно уехать в Анавгай. Сказали, от магазина «Заря» в полдень стартует газелька, говорят.
В фойе – небольшая картинная галерея.
Набравшись храбрости, заглянула в свой подпол.
Подполье.
В принципе, в нем можно жить и спрятать пяток партизан.
Есть даже некоторое количество заготовок, три литровые банки с чем-то вроде лечо и трехлитровая с компотом из жимолости. Или голубики. Оставила на черный день.
Запасы посуды и столовых приборов.
Граненых стаканов штук двадцать.
Хорошо. Прохладно. Свет зажигается.
Неожиданно прекрасно.
В вотсап-чате увидела, что продают велосипед за четыре рубля, написала, договорилась о времени визита на улицу Ягодную через три часа. Пошла купаться.
Ямка у реки отделилась почти уже от русла Уксичана, но еще не совсем, холодная и горячая вода смешалась в заводи до плюс-минус +30°С, в ней можно комфортно купаться. Ну как купаться – сидеть в воде по пояс, лежать или ходить по дну на руках.
Народу никого, я разоблачаюсь и кладу свой хитон на траву рядом, в надежде, что успею его быстро накинуть в случае появления на горизонте людей. Развлекаюсь перекидыванием камешков со дна в речку.
Люди, как вы догадались, появляются внезапно.
Это учительница Лидия Георгиевна, та самая, которая морж, ее гость из П-К Алексей и мальчик Сева – кажется, мой сосед со второго этажа.
Мужчины смущенно скрываются в домике-купальне, а ЛГ действительно ныряет в ледяной Уксичан. Предлагает мне присоединиться, рассказывает, как это бодрит и согревает, но я не готова, нет.
Не уверена, что когда-нибудь смогу.
Возвращаемся вместе. На полпути сворачиваем к деревянной беседке для пикников и под руководством ЛГ делаем упражнения на растяжку.
Хорошие у меня соседи, спортивные.
От Солнечного до Ягодной по улице Нагорной неторопливой ходьбы час, это ровно противоположный край села. А если фотографировать все по пути, то и того больше. По этой улице я еще не ходила, поэтому мне интересно все: детсад «Брусничка», пожарная часть, дома новые и дома под снос, лестница какая-то длинная, непонятного пока назначения…
И наконец вот он, мой старый новый конь педальный! Привет!
Задних тормозов и багажников у нас нет, потому так недорого. Все остальное в порядке. Главное отвыкнуть от детской привычки тормозить, подавая назад педаль. Но это дело практики.
Какой же кайф мчаться по селу на велике, вот оно, счастье!
М. внезапно вспоминает, как уронила лет сорок назад на ногу стол.
– Уж и забыла, а нога-то болит… Однокурсница в Кунгуре на мою гитару села и раздавила ее. Я с досады-то схватилась за стол, да себе же на ногу шваркнула. И на гитаре не играла с тех пор. Но если Юра починит, то буду вспоминать. Играла же неплохо когда-то…
Фотоальбом «Эссо летом 2023».
Фотоальбом «Эссо. Стойбище Чау-чив».
Фотоальбом «Эссо в августе».
Фотоальбом «Эссо зимой».
Осознавать и плакать.
30 июня, пятница
Машина из администрации КСП (Ключевское сельское поселение, а не то, что все любители авторской песни подумали) приезжает к моему дому ровно в 11. Двое крепко сбитых мужчин на огромном черном внедорожнике увозят меня в пыльную даль.
– А что, можно ли купить оленины у вас в Эссо? Наш глава хочет ко дню поселения.
– Вот не думаю. В магазинах точно нет. В декабре бывает, говорят. Если только у частных лиц. Вот недавно кто-то в поселковом чате просил килограмм, столичным гостям на пельмени…
– Ты смотри, Коль, что делают, а! Асфальт красят! Во дают!
На мосту через ручей Убойный и впрямь чем-то черным мажут дорожное покрытие. Дорога от моста до моста гравийная, а мосты заасфальтированы. Битумом их мажут, или что… А зачем?
Заезжаем в Козыревск за каким-то интересом, стоим у автобусной остановки, ждем. Раскаленную машину тут же облепляют слепни, и до ветру совсем не хочется выходить. Один из богатырей моих быстро выходит, скоро возвращается с тремя порциями мороженого, угощает меня и товарища за рулем. Едем дальше.
Около трех часов дня меня уже выгружают у дома организаторов фестиваля – Светланы и Анатолия Калякиных. Улица Сплавная, 15. Я, конечно, читаю «Славная», и мне уже хорошо.
Дом тонет в цветах, каждый метр участка чем-то засажен – то ли мне так везет, то ли на Камчатке все селяне борются за звание образцового хозяйства.
Знакомимся, пьем кофе и едем на центральную площадь встречать гостей – первый бардовский десант из Города: Аллу, Ангелину (помните, я говорила, что мы еще встретим дочь Сергея?) и Виктора. Заселяемся в гостиницу «Светлана» и возвращаемся к Калякиным обедать.
После сытного обеда идем на место, где завтра будет фестиваль: минут двадцать пешком по шоссе до реки Камчатки – Уйкоаль – Большой реки по-ительменски.
Здесь уже хорошо видны следы весеннего пеплопада – по обочинам лежат сугробы белесого пепла. В апреле Шивелуч, извергаясь, засыпал поселок на двадцать сантиметров.
– День внезапно превратился в ночь, примерно на сутки. Ну а мы работали, куда деваться-то, – говорит Анатолий. – Женщинам велели дома сидеть, а сами пошли.
На фестивальной поляне у пристани пепла местами по щиколотку, как песка на пляже. Алла отправляет тем, кто приедет завтра, фото своих запыленных туфель с пожеланием конструктивно подойти к выбору обуви.
Еще на поляне есть настил сцены, скамейки, беседки, балаган, деревянные скульптуры, стенды, за забором часовня и при ней туалет деревянный. Очевидно, здесь проводят все поселковые праздники, когда погода позволяет.
Пристань отгорожена от посягательств волчатником, типа утонете – мы вас предупреждали, но всем на него наплевать, лезут и лезут, и в воду мутную глядят. Течение в Камчатке быстрое, вода еще большая, поздняя весна же. Можно бесконечно глядеть на бегущую воду, но столько еще надо нового увидеть.
Кстати сказать, горизонт ясен и сопки открыты, как здесь говорят. Позже я узнаю, что это не такая уж частая история.
По дороге к реке мы наблюдаем во всей красе Шивелуч с пепельным шлейфом – от жары пепел высох и снова летит, влекомый ветром. Слава богу, не в нашу сторону.
Повернувшись к Камчатке спиной, видим Ключевскую1. Впрочем, ее здесь видно отовсюду, до нее всего тридцать километров, а росту в ней почти пять.
Залезаем на смотровую площадку на пригорке у русла Старой Камчатки, рассматриваем окрестности в увеличительный прибор, установленный здесь для развлечения туристов, фотографируемся с надписью «я сердце Ключи» и с чувством выполненного турист-гостевого минимума возвращаемся ужинать.
Вот интересно, кто первым придумал эти «сердца» везде устанавливать?
К ужину подъезжают из Милькова народники – Лариса и Володя, вместе с ними, или как-то параллельно – Дима и Вика из П-К.
В сумерках подтягиваются два Николая – местные офицеры.
За столом становится людно. Едим, поем, знакомимся.
Стол накрыт во дворе, под легкой пластиковой крышей. На столе несколько видов рыбы, шашлык, овощи, и еда не кончается, наоборот, ее как будто становится все больше. Напитки разнообразны, и пиво есть, и морс, но почти никто не пьет спиртного, и это тоже нравится мне.
Гитара ходит по кругу, через пару кругов становится уже темно и прохладно, и мы уползаем в гостиницу, спать.
Фестиваль же завтра.
1 июля, суббота
Утром из гостиницы иду дорогой длинною, петляя по селу, чтобы получше его рассмотреть. В ожидании начала фестиваля знакомлюсь с поселком, растениями.
Как и все уже виденные мною камчатские поселения, Ключи эклектичны. А благодаря пеплопаду и слегка апокалиптичны.
Окончательно накрывает от черного песка в песочнице на фоне светло-серого, почти белого всего вокруг.
На подходе к нашему цветущему саду специально сворачиваю в заброшенную военную часть, люблю развалины. Сначала боюсь, что на меня выскочит медведь или злая собака, но потом забываю вовсе об их существовании, увлечена руинами советского периода.
Пепел везде и проникает всюду, но растения побеждают, пробиваются. Вчера зацвел шиповник, сразу весь, и так мне запомнятся Ключи, как розовое на белом.
А еще зацвел хрен. Он раньше никогда тут, говорят, не цвел толком, а в этом году зацвел буйным цветом. Ходим ржем, придумываем слоганы для линии косметической грязи.
Организаторы милые, участники хорошие, особенно народники. С утра уже я успела немного пополоть первым баклажаны, а со вторыми пораспеваться, топая ногами и размахивая руками. Утомившись, валялась на лавке у стола после пытки рыбой обеда. Слушала разговоры. Запомнились две фразы: «Надо как-то сдерживаться» и «осознавать и плакать». Последняя – из чьих-то рассказов про воспитание в детском саду.
Фотоальбом «Песни нашего двора у подножия вулканов».
Начало концерта заявлено в семь, но к пяти мы собираемся на поляне для настройки звука. Понимая, что зной с наступлением сумерек сменится прохладой, я взяла с собой рюкзачок теплых вещей и сижу на нем в тени балагана, это единственная тень неподалеку от сцены.
Тента над дощатой эстрадой нет, только задник. Но и дождя не ждем. А был бы дождь – пошли бы в ДК.
Все по очереди пробуют микрофоны, а по сути репетируют, поэтому к началу конкурса я уже знаю, кто что будет петь и как. Конкурентоспособны, на мой придирчивый вкус, только народники и девичье кавер-трио. Но жюри нам обещано непрофессиональное, поэтому победят мурашки.
Мониторов на сцене нет, в чеке я не вижу особого смысла, но все побежали – и я тоже что-то промычала в микрофон. С гитарой были проблемы, несколько раз меняли шнур. Ну уж будет как будет.
Систему жеребьевки Светлана придумала такую, что не расслабишься: имя следующего выступающего вытягивал непосредственно перед выходом на сцену кто-нибудь из зала. Везде бы так, никто б не разбредался.
Одновременно в беседке у реки команда одного из местных депутатов начинает варить в одном огромном казане уху из нескольких видов красных рыб, в другом – чай. Примерно к началу концерта угощение было готово, и было это хорошо.
Для участников и ведущих конкурсного концерта в палатке подле сцены были заготовлены две горки бутербродов и напитки, и, кажется, даже не все без градуса, ну это как раз вполне в традициях бардовских фестивалей.
Звуком руководил родственник организаторов, как позже выяснилось. Верю, что он сделал все, что мог, но как ни старайся, а без монитора на сцене не очень уютно. Особенно, наверное, группе, но девочки справились и первое место взяли. Я бы отдала его мильковчанам, они, конечно, профессионалы. Ну да как вы лодку назовете, так она и поплывет.
От «Песен нашего двора» логично ждать уровня дворового фольклора. А тут здрасте нате – Старостин, духовный стих, русские народные песни. А ведь девочка в автомате должна плакать, и рыдать отец-прокурор. Хотя двор двору рознь. В окуджавском и визборовском дворах в Москве поют, например, песни соответствующих авторов в дни их особенного поминовения.
Поэтому я была даже удивлена общим уровнем конкурса, в целом вполне уровень второго тура Грушинского фестиваля, как я его помню.
Приз зрительских симпатий получил местный дуэт, символизирующий традиционные ценности, а в песне «на стихи Иосифа Бродского», исполненной ими, была из Бродского целая одна строка – «Не выходи из комнаты, не совершай ошибку».
Ребята, действительно, симпатичные, и к высокой поэзии тянутся, хорошо, что их отметили. Вряд ли они зазнаются, видно по глазам.
Правда, как определен был уровень симпатий, я не уследила. Может быть, по громкости аплодисментов?
Вообще, жюри отработало прямо-таки молниеносно, обсуждение заняло минуты полторы. Пример надо брать всем фестивальным жюри с этого непрофессионального жюри Ключевского сельского поселения. Они даже не удалялись никуда для обсуждения.
Награждение началось сразу после последнего номера конкурсного концерта. Всем без исключения вручили подарки – кружки, и майки, и вымпел, а призерам еще и конвертики с приятными розовыми банкнотами.
Первый раз в жизни я получила денежный приз в конкурсе.
Мне понравилось. Еще пойду.
После награждений звукорежиссер был освобожден, скамейки сдвинули кругом, в центре развели костер. Многие не расходились, желали продолжения банкета. В основном женщины пенсионного возраста. Кто хотел – пел, кто мог – подпевал.
Бабушки только сетовали, что слов не знают. Тут я бы порекомендовала заранее брошюрки с текстами распечатать и раздавать. Хоровое пение у костра, как всем давно известно, занятие весьма духоподъемное и душеполезное, сограждан объединяющее и располагающее друг ко другу.
Пока разворачивалась сцена, доедалась уха и допивался чай, солисты у костра стихийно сменяли друг друга в порядке общей очереди, и каждый пел, пока не замерзал. Я не спешила, выпила кружки четыре чаю – чай был изумительный. Как позже выяснилось, Светлана просто перемешала все виды чая, которые у нее были дома.
То есть повторить невозможно. А жаль, это было волшебно.
Догорел закат, орги все собрали, погрузили, увезли, вернулись за нами. У костра остались бабушки петь «Ой, мороз мороз», а мы переместились во двор Калякиных ко вновь накрытому столу. На этот раз к нам присоединился и Глава КСП, большой человек.
Здесь уже кто хотел, по алкоголю оторвался, а я пригубила виски, нашла их сущим керосином, выплеснула в огород, довольно скоро замерзла и ретировалась в гостиничку под одеялко. Старею.
Да, чуть не забыла! Пресса же присутствовала!
Съемочная группа из Усть-Камчатска, две девушки и парень с камерой. Снимали, но не все. Брали интервью, но не у всех. Потом неделю крутили по ТВ в новостях трехминутный ролик, который много споров вызвал в чате участников фестиваля.
Не все были довольны результатами монтажа, так скажем, не вдаваясь в подробности.
Но мне, как человеку, много лет проработавшему на ТВ, известно, на какой коленке и какой пяткой делаются новостные репортажи, и ничего с этим не поделать.
Надо оргам просить весь отснятый материал и делать свой фильм о прошедшем фесте, пока не потерли пленку, как говорится.
А вообще, фестивальчик мне понравился, и я надеюсь, что он будет жить дальше: место козырное, время удачное, люди радушные, креативные, глаз у них горит. Пусть и дальше горит!
Всегда готова посодействовать присутствием, деятельным участием и советом ненавязчивым.
Вот уж этого – навалом.
Какая красивая история получилась!
Трудно выделить главный сюжет, столько важных событий произошло в одном месте и одновременно!
Случилось все внезапно и благодаря прекрасной семейной паре из маленького камчатского поселка Ключи, чья спонтанная идея обросла единомышленниками и послужила стартом фестивалю «Песни нашего двора у подножия вулканов».
На призыв отозвались романтики из городов и поселков, и не только камчатских!
География фестиваля – от Ключей – до Москвы!
Возрастная палитра фестиваля от зеленого до серебряного!
Исполнители собрались яркие, из разных жанров творчества – от народной песни до классической авторской песни и русского рока. Всех участников встречали, как родных!
Хлебосольная семья потчевала каждого заботой, домашними разносолами и удивительными байками о жизни ключевских шивелучан!
Фестиваль пролетел, как мгновение, как яркий фейерверк, а организован… – ну никто бы не подумал, что простой семейной ключевской парой – настолько все было продумано от мелочей подготовки до яркого финала с вкуснейшей ухой, песнями возле костра и фейерверками!
На этом конкурсе проигравших не было, хотя, официально почетные три места были определены беспристрастным жюри, диплом за третье место увез потрясающий дуэт из Милькова Лариса Волкова и Владимир Калашников и ее Величество народная песня!
Диплом второй степени отправился в Москву с неподражаемой в жанре классической авторской песни Татьяной Пучко!
Победил и покорил Ключи, все четыре вулкана и строгое жюри русский рок в исполнении группы 15-летних девчонок из Петропавловска-Камчатского «Таблица Менделеева»: Ангелина Стенник (вокал, гитара), Екатерина Анисимова (кахон), Алиса Самсонова (флейта).
Все участники фестиваля оставили частичку души в маленьком, усыпанном пеплом поселке!
Приз зрительских симпатий остался у юной пары исполнителей из Ключей!
А ключевские подобрали ключи к каждому сердцу!
Пусть этот фестиваль будет с продолжением, станет краевым, всероссийским, международным – и высоким трамплином для небольшого поселка Ключи и его уникальных жителей!
Итак, в Ключах прошел фестиваль «Песни нашего двора у подножия вулканов».
Я поехала сопровождать свою крошку-флейтистку.
Девять часов пути в микроавтобусе, и вот мы в Ключах.
Это был день, когда сошлись звезды. Погода стояла прекрасная! Солнце, тепло, все вулканы открыты! И Шивелуч с новыми «протуберанцами», и величественный Ключевской, и Крестовский и Ушковский! Красота неописуемая!
Комары вполне обычные, дэту боятся, не особо доставали.
Звук на поляне отличный.
Участники – классные и разные.
Девчонки выступали почти в конце, так уж выпал жребий. Волновались, конечно, но вышли, сыграли, всех покорили и выиграли! Денежный приз, кстати! Уже решили, какой инструмент покупать в группу, умнички!
Запомните это название – «Таблица Менделеева», – они еще не раз заявят о себе!
Я бы очень хотела отдельно отметить организаторов, потому что без заинтересованной команды ничего бы не получилось. Сначала мы познакомились со Светланой Калякиной, которая не только автор идеи и организатор, но и радушная хозяйка и душа фестиваля. Очень приятно иметь с ней дело, я очень рада нашему знакомству.
На поляне фестивальной у реки Камчатки всех желающих кормили вкуснейшей ухой и поили невероятным ключевским чаем! Совершенно бесплатно! Как выяснилось, это была команда депутата КСП Ивана Никитина. Молодцы, никто не ушел голодным.
Ну и, конечно, такое масштабное мероприятие не получилось бы без поддержки Главы поселения, Михаила Бусаргина. Всегда радует, когда видишь искреннюю заинтересованность чиновника не только в экономической, но и в культурной жизни вверенной ему территории.
В общем, здорово все получилось, я очень благодарна организаторам за этот праздник.
Pulsuz fraqment bitdi.