Короче, пару часов я сидел на полу и пялился в стену, пытаясь придумать, как найти выход из сложившейся ситуации. Нет, решетку я, само собой, тоже осмотрел со всех сторон. Электронная система управления. Ее не взломать просто так, тут нужен спец. В общем, шанс только один. Ждать, пока меня куда-то поведут. Все. Других вариантов не вижу.
– Привет. А что ты ты делаешь?
Детский голос прозвучал так неожиданно, что я сначала подумал, глюки. Но нет. Возле решетки, с противоположной от меня стороны, стояла девочка. Та самая, которую я видел в академии. Долбаный ребенок из-за которого чуть не отправил на тот свет Николая. Агата, кажется. На ней было то же самое цветастое платье, сандали и носочки с оборочкой. В руке – старый плюшевый медведь. Она держала его за одну лапу.
У меня аж мороз по коже пробежал. Честно. Пугает эта девочка до одури. Отвечаю. Реально пугает.
– Агата… Ты как вообще здесь оказалась? – Я встал на ноги и подошёл к решетке.
– Нечестно. – Она покачала головой. – Я первая спросила.
– Ну… Злые Рогатые поймали меня и посадили сюда. – А хрен его знает, что ей ответить ещё. Сказал, как есть.
– Да. Это нехорошо. – Она смотрела на меня с абсолютно серьезным выражением на лице.
Черт… А может, у меня всё-таки поехала крыша? Может, ее вижу только я. В прошлый раз Николай уверял, что никаких детей поблизости не было.
– Идём. – Она поманила меня рукой. А потом положила медведя на пол, взялась своими маленькими ладошками за прутья решетки и просто развела их в стороны. Будто они сделаны не из металла, а из пластилина. Я просто охренел, глядя на все это. Сразу поднял голову к красным "глазкам".
– Они не видят сейчас ничего. Идём. – Заявила Агата, развернулась и пошла в ту же сторону, куда не так давно удалился Рогатый.
Варианта во всей этой ситуации, собственно говоря, было два. Вообще, конечно, надо сказать спасибо вселенной, что у меня есть выбор. Или не вселенной. Короче, кому-то, кто так лихо заворачивает все события.
Так вот. Два варианта. Либо я иду за этой девочкой, которая, признаюсь совершенно честно, пугает меня до чёртиков. Серьезно. Причем, пугает всем. И тем, что ее кроме меня никто не видит, и тем, что она одна шляется по миру, где рулят демоны, и тем, что так спокойно разгибает металлические решетки.
Я даже, когда выбрался из камеры, попробовал их согнуть обратно. Хрена там! Чуть в штаны не наделал от усердия. Бесполезно. Живую верёвку с моих запястий она вообще сняла, не прикасаясь. Просто поманила ее пальцем. Пальцем! Верёвку! Как подружку. И та послушно соскользнула с рук, доползла до девочки, а потом по ноге, будто настоящая змея, забралась ей в карман. Вот как не бояться это существо? И ещё… Если подумать логично. Когда ребенок бродит среди демонов, способных сожрать сердце, и при этом их не боится, значит, сто процентов, ребенок гораздо опаснее всех демонов, вместе взятых. Я – капитан очевидность. Даже этот долбаный мишка в ее руке меня пугал.
Второй вариант, который имелся в моем распоряжении – сижу на месте и жду прояснения ситуации, кто, зачем, для каких целей меня похитил.
Так вот, я решил, что ответы на все волнующие разум вопросы, лучше узнать, будучи на свободе. Как бы то ни было, если бы Агата хотела причинить мне вред, она бы это уже сделала. Причем, есть такое внутреннее убеждение, без особых напрягов.
А какие могут быть напряги у ребенка, который спокойно вошёл в дом, куда даже Богиня пробраться не смогла? Действительно.
Агата уверенно двигалась вперёд, не задерживаясь ни на секунду. Я особо не кочевряжился и топал молча за ней. По идее, мне бы обогнать девочку и прикрыть своим телом. Я же взрослый мужик, а она – маленький, пятилетний ребенок. Но вот какое дело. Мужик-то я может и взрослый, а потому, как раз, не идиот. Уж в чем, а в моей защите она на нуждается, это очевидно. Мы ни в кино ни хрена. Дебильными героическими поступками удивлять некого. А лезть вперёд Агаты – это точно дебилизм.
Напрягся за все время нашего мини путешествия только однажды. Мы почти выбрались из переплетающихся коридоров, (не дом, а, сука, катакомбы), когда вдруг резко свернули за угол и оказались в просторной комнате. Это, скорее всего, типа, пункт наблюдения. Одна из стен была увешана мониторами, которые показывали каждый уголок здания в мельчайших подробностях. В том числе, и мою бывшую камеру. Перед экранами сидели трое парней. Выглядели они… Странно. Назовем это так. Просто тупо пялились вперёд, сильно напоминая лунатиков в момент приступа. То есть, никакой адекватности. У двоих даже слюна капала с уголка рта.
Я сначала, от неожиданности, попятился назад. Когда ещё не понял, что ребят в данный момент мало, что волнует. Только потом присмотрелся, а они, скажем образно, ушли в себя.
– Сказала же, не видят ничего.
А ведь девочка даже не оглянулась. Как она почувствовала мою реакцию? Глаза на затылке? Вот вообще не удивился бы уже. Хотя, представляю, если в волосах у нее появится вдруг ещё одна пара глаз…. Я в конец охренею.
Ну, и что? Вот так спокойно, совершенно не парясь, мы вышли из дома на улицу.
Ещё перед тем, как толкнуть входную дверь, на которой имелся электронный замок, а он сто процентов имелся, Агата провела ладонью по поверхности двери и створка моментально открылась.
Это что, блин, за техномагия? Ничего подобного мне никто не рассказывал. Ну, ладно там, вода, огонь, ураган, чтение мыслей и вся остальная хрень, связанная с их Силой. Однако, то, что исполняла эта девочка, не укладывалось даже в странные рамки демонического мира. Кто, млять, она есть?
– Ну, вот… – Мы прошли по заросшей тропинке, которая вела за пределы территории, расположенной вокруг трёхэтажного строения, и Агата обернулась ко мне с улыбкой. Удивительно, но зубы были нормальные. Я, если честно, так и ждал акульего оскала или ещё какой-нибудь херни.
– Почему ты мне помогаешь?
– Потому что мы – друзья. – Она протянула руки вверх, намекая, что нам надо обняться.
Ну… ладно. Я присел на корточки, потому что иначе это было бы невозможно, и осторожно прижал девочку к себе. Хотя, вот скажу совершенно откровенно, страшно было до уссачки. Аж по спине скатилась липкая капля холодного пота. Это так Агата действует на меня. Внутри все сжимается. Такое чувство, будто мой сложный организм чувствует рядом хищника.
– Сейчас выйдешь на улицу, сверни направо. Там – старый автомат. Телефон. Они уже лет тридцать не работают за ненадобностью. Но этот включится на пять минут. Снимешь трубку, он сам наберёт нужный номер. Я позаботилась. За тобой приедут. Только, как позвонишь, отойди в ближайший двор. Не стой на виду. Те, кто в доме придут в себя не скоро. Но могут приехать новые.
Девочка опять говорила ни черта не как девочка. Она вела себя, будто профессиональный шпион во вражеском тылу.
– До свидания, Морозов. Я буду скучать. Правда, думаю, скоро встретимся. Ты удивительно быстро попадаешь в различные ситуации.
Она помахала мне своей маленькой ручкой и потопал своими маленькими ножками прямо к ближайшим кустам. Потом вдруг остановилась, подумала буквально секунду и резко вернулась обратно.
– Знаешь, я решила, Михайло Потапыч останется с тобой … Он со мной согласен. Так будет лучше.
– М-м-м-м-м… Мило. Спасибо большое, но это же твоя игрушка. – Я еле сдержал огромное желание спрятать руки за спину. Чтоб мне наверняка не впендюрили этого долбаного медведя.
Михаил Потапыч. Ясно? У этого плюшевого урода есть имя. Я представил, как рассекаю по Академии с игрушечным мишкой в кармане. Хотя… В карман он не влезет… Придется таскать на виду.
– Ты думаешь, что он будет мешать тебе. – Девочка опять улыбнулась. Причем, не спрашивала. Не задавала вопрос. Просто знала, что я чувствую. Сука… Когда ж она уже свалит. – Не переживай.
Агата взяла свободной рукой мою ладонь и вложила туда лапу своего медведя. А потом снова пошла к тем самым кустам, куда планировала смыться ещё первый раз.
– Эй, подожди. Правда, забери медведя… Это большая ответственность. Я не готов завести питомца…
Я пошел за ней. Причина на самом деле простая. Носить его с собой точно не собираюсь, но и выкинуть не рискну. Засунуть куда-нибудь в дальний угол шкафа, тоже. Вдруг он потом вылезет ночью и задушит меня. Вот гадство. Не думал, что я такой мнительный и что меня вообще возможно чем-то впечатлить.
Но девочка струячила вперёд, не оглядываясь.
– Агата!
Она замерла, а потом с улыбкой посмотрела через плечо. До кустов оставался буквально один шаг.
– Серьезно. Забери Михайло Потапыча. Не надо оставлять его мне.
– Какого? Не понимаю, о чем ты.
Я протянул в ее сторону руку…И охренел. Медведя реально не было. В моей руке не было никакой игрушки. Но зато между большим и указательным пальцем появилась маленькая крохотная татуировка. Да ну на хер…
Поднял изумлённый взгляд, собираясь всё-таки поинтересоваться, что, твою мать, за хрень.
А впереди – никого. И сбоку – никого. И вообще – никого нигде нет.
– Эй! Господа-товарищи! Так не считается! Я так не играю!
Сказал это, само собой, воздуху. Потому что свидетели и слушатели отсутствовали. Как и чудесная девочка Агата.
Какая, однако, интересная малышка. И главное, ни в один сценарий она не укладывается. Вот в чем прикол. Нет в нашей сказке ни одного героя, на чью роль она могла бы претендовать.
Явно сила у ребенка не малая. Уж не знаю, из ада она или ещё откуда-то, но по-моему, да простит меня Богиня, до этой девочки Лилит, как до Пекина не в самом лучшем положении. То есть, нагнувшись и вовсе не передом. Кто такая эта Агата? Вот в чем вопрос. Пока у меня нет ни одного подходящего ответа.
В любом случае, то, что пугающая малышка на моей стороне, пусть только на данный момент, очень радует. Не хотелось бы заиметь себе такого врага.
Я снова посмотрел на свою руку. Возникло чёткое ощущение, что этот долбаный медведь живой. Прям сидит и скалится, гад. На его микроскопической морде я отчётливо видел микроскопическую ухмылку.
Чего-то слишком много во мне и на мне всякой хрени. Внутрь – Богиня засунула свой подарочек. С ним, правда, хоть понятно, какой будет выхлоп. Зеркалить всякие фокусы, в некотором роде, даже полезно. А вот медведь – совершенная дичь. И я не знаю, что конкретно от этой дичи ждать. Может, он будет пить из меня кровь. Я нервно хохотнул. Хотя, вообще ни разу не смешно.
Стоять на месте и лупиться в пустоту дальше, было бессмысленно. Поэтому я сделал то, что велела Агата. Направился в указанную ей сторону. Шёл, пока не обнаружил тот самый старый телефон-автомат, о котором говорила девочка, в не менее старой телефонной будке. Ничем, кстати, не отличающийся от уличных таксофонов, которые когда-то имелись в мало-мальски приличных городах моего прошлого мира. Честно говоря, сюр какой-то. Долбаная матрица, блин. А что? Вообще не удивлюсь. Через слив в душевой я уже путешествовал. Почему не повторить подвиг Нео и не отправится теперь по телефонному кабелю.
Я забрался в будку, с сомнением посмотрел на автомат, но потом все же снял трубку и осторожно поднёс к уху. Интересно, как оно должно заработать, если сунуть туда, к примеру, монету, не могу. За неимением монеты. Карточка, может, какая требуется… Но и того нет.
Однако, не успел прижаться к трубке щекой, как в ней раздались гудки. Я даже на всякий случай отнес её в сторону, посмотрел, желая убедиться, что это не глюк, а потом снова вернул на прежнее место, то есть к уху.
– Слушаю! – Голос был женский и смутно мне знакомый, но не мог понять, кто именно говорит. В телефонной трубке что-то шумело, гудело и хрипело. Будто туда посадили какую-то чахоточную бабку и она без перерыва кашляла.
– Я тоже. Слушаю. – Сказал первое, что пришло в голову.
Просто стоять возле телефона молча – вообще дурь. Хотя, конечно, тот факт, что внезапно сам по себе заработал уличный автомат, да ещё каким-то чудом набрал определенный номер, вызывал лёгкое удивление. Легкое, потому как на фоне всего, что произошло с момента моего появления в этом мире, сильно я удивился только, если бы у телефонной будки появилась пара нижних конечностей и она бы ушла в туманную даль. Как избушка на курьих ножках.
– Курсант Морозов?
– Графиня Аракчеева?
Вообще, конечно, охренели мы оба. Просто я, например, ожидал услышать кого угодно, но точно не Наталью Алексеевну. Это не считая того, что не очень разумно после побега из Академии связаться именно с ней. Но тем не менее, Агата, которая устроила так, чтоб нерабочий телефон вдруг сам позвонил, выбрала по какой-то непонятной причине из всех возможных кандидатур – Главу Тайной канцелярии. Впрочем графиня, судя по очень удивленному голосу, тоже явно не ждала моего звонка.
– Где Вы, Княжич? Точное место. – Вот молодец баба. Никаких левых вопросов. Все коротко, чётко и по делу.
– Знаете, я бы с удовольствием ответил, но мой внутренний навигатор не особо работает. А внешнего вообще не имеется. Где-то в Питере. Скорее всего. Но это не точно.
На том конце помолчали буквально секунду.
– Хорошо. Тогда сделайте вот что. Нужна кровь. Ваша. Достаточно несколько капель. Я сама Вас найду.
Все. Звонок оборвался и в трубке больше не было даже гудка. Я опять посмотрел на телефон с подозрением. Глюк или нет? Даже стукнул пару раз по автомату. Да вроде все реально.
Выбрался из будки и остановился, соображая, каким образом накапать её графской светлости кровушки. А главное – куда.
Посмотрел на медведя, который с довольной мордой устроился на моей руке.
– Говорят, нужна кровь. Подмогнешь?
Вообще, это было, типа, шутка. Но едва задал вопрос, кожу обожгло. Не болью. К боли я вроде не особо чувствителен. Просто обожгло. Будто кто-то невидимый полоснул острым скальпелем. Несколько крупных темно-бордовых капель скатились по ладони вниз и упали на землю. Я даже не смог толком понять, а где вообще появилась рана. Потому что раны, как бы, не было.
Кровь не успела впитаться в землю, я не успел прийти в себя от очередного фокуса, а совсем рядом что-то вдруг ухнуло, вздрогнуло, потом воздух слегка колыхнулся, будто его потянули в сторону, и прямо передо мной выскочила псина.
– Епте мать! – я метнулся к будке, от которой не отошел ещё слишком далеко, заскочил внутрь и закрыл дверь, вцепившись в неё обеими руками. Даже упёрся одной ногой, чтоб наверняка.
Просто собачка была особенная. Внешне она напоминала добермана. С одной лишь разницей. Её стоящие торчком уши горели. Без преувеличения. Реально горели. Самым настоящим огнём. Как и вся короткая шерсть. А ещё в воздухе отвратительно пахло серой. Вместо глаз у собаки была чёрная, клубящаяся дымка. Две. Две дымки вместо двух глаз. Следом, так же из ниоткуда, появились ещё две таких же псины. Они принялись нарезать круги вокруг телефонной будки, высунув языки и не сводя с меня своих странных дымящихся зенек. Потому что глазами это называть сложно. Причем, все происходило в полной абсолютной тишине. От этого было ещё больше не по себе. Хоть бы гавкнули разок, или подали другой звук. Ни хрена.
– Фу! Идите к черту! – Мои слова вообще никак их не тронули.
Я вцепился в дверь намертво, для себя решив, не дамся. Очень тупо выйдет, если эти долбаные мутанты сожрут меня после того, как я сбежал из плена. Вот прям, тупее не придумаешь.
Сбоку раздался стук. Честно говоря, чуть инсульт не стеганул от неожиданности. Просто, сосредоточившись на собаках, я вообще больше никуда не смотрел. Поэтому тихий звук оказал на меня гораздо более сильный эффект, чем если бы внезапно рядом рванула граната.
– Твою мать! – Высказался я с очень выразительной интонацией.
Рядом, глядя на меня через стекло телефонной будки, с усмешкой на губах, стояла Аракчеева.
Графиня жестом показала, чтоб я отпустил дверь. А делать этого, между прочим, не хотелось совсем.
– Княжич, ну, хватит уже. Выходите. – Её голос звучал глухо из-за стеклянной преграды между нами. Но разобрать можно было вполне.
– Ваши собачки? – Я ткнул пальцем в сторону псин. Они, кстати, при появлении Аракчеевой, перестали метаться. Подбежали к графине и скромно сели в рядок возле её ног. Просто собачий Куклачев и его питомцы.
– Мои. Выходите, они Вас не тронут. – Аракчеева опустила руку на башку одной из псин, а потом вообще почесала её за ухом. За долбаным горящим ухом.
– Ага, млять… Не тронут… – Я пробормотал это себе под нос, но дверь все же открыл.
Мутанты одновременно повернули головы, наблюдая, как я выбираюсь из телефонной будки.
– Это адские псы. Не бойтесь. У них нет приказа причинить Вам вред. Я велела лишь разыскать объект и все.
– Вот знаете, – ответил я довольно улыбающейся графине, – Легче стало, но не до конца. Когда Вы говорите "адские псы", Вы имеете в виду…
– Именно то, что говорю, – перебила меня Наталья Алексеевна. – Больше никто бы Вас не нашёл. Потому как со вчерашней ночи искали всеми возможными способами. В том числе, с помощью Патриарха Морозовых. Но даже он Вас обнаружить не смог. След был отрезан идеально чисто. А вот по крови, эти чудесные животные, как видите, смогли отыскать.
– Со вчерашней ночи?
– Да. После того, как в мои покои ворвалась рыдающая Юсупова, которая клялась, что не имеет к Вашей пропаже никакого отношения.
В общем, ситуация выглядела странно. А если говорить откровенно, то просто мандец, как странно. По крайней мере, для меня.
Если верить рассказу Натальи Алексеевны, а причин не верить, вроде нет, мои очаровательные спутницы, буду называть пока что их так, вернулись в Академию в удивительным заявлением. Выяснилось вдруг, что Княжич Морозов пропал. Исчез. Испарился.
Логично? Натурально? По идее, очень правдоподобно. Я ведь на самом деле, пропал.
Да хер там! Потому что их версия моего исчезновения вообще не совпадала с реальностью.
Фрейлина, являясь самым главным свидетелем, сообщила, будто после того, как я выбежал из борделя, она меня догнала, ухватила за плечо и даже разговаривала. Со мной… При этом Княжич выглядел расстроенным, но это несомненно был он. Ольденбургская утвержлала это с абсолютной уверенностью.
Якобы я сказал ей, что хочу пройтись, подышать свежим воздухом, так как вид Низшего, жрущего сердце, произвел на меня весьма сильное впечатление. Естественно, выражался я другими словами, более конкретно и грубо. А потом ушел в неизвестном направлении. Фрейлина с Юсуповой решили, так будет лучше. Надо действительно, дать парню выдохнуть. Кто же знал, что Княжич такой впечатлительный.
В итоге они прождали меня несколько часов. Потом заволновались и отправились следом. Удивительное послушание со стороны обеих дамочек. При том, что и фрейлина, и Юсупова отличаются далеко не сахарным характером. Ясное дело, Княжичем нигде и не пахло. Логично. Они бы еще через неделю спохватились.
Девицв пытались искать не только в ближайших подворотнях, но и вообще по всему городу. Княжич Морозов исчез. После этого, почти под утро, девочки вернулись в Академию и сразу отправились к Аракчеевой, "порадовать" ее исчезновением одного из наследников правящего рода.
И вот у меня лично два варианта. Либо звездит Одьденбургская. Либо звездю я. Первый вариант мне кажется более правдоподобным. Потому что сам себе я точно врать не могу. Но сто процентов, фрейлина меня не догоняла, ни за какие части тела не хватала, и уж тем более не разговаривала. Я не мог это забыть. Вообще никак.
Помню прекрасно, как выскочил из этого ублюдского места, она пыталась поговорить. Да. Это было. Но я сразу пресек на корню ее необдуманное желание вести беседы. Пошел вперед. Свернул в подворотню, чтоб попросить закурить. И все. Потом – удар по голове.
Так какого черта она наплела Аракчеевой?
Наталья Алексеевна сразу, как только мы оказались в Академии, потащила меня в медицинскую часть. Проверить, все ли на месте. Уж не знаю, за какие именно части княжеского тела переживала Глава Тайной Канцелярии. Моих слов ей было, видимо, мало. А я очень даже активно убеждал, что все находится именно там, где должно находиться. Даже пытался продемонстрировать. Однако, Наталья Алексеевна моего рвения не оценила. Сучка…
Соответственно, остаток ночи мы провели в лазарете, под бдительными взглядами медиков. Патриарху, конечно, было доложено о найденном сыне, но раньше утра графиня Седому являться запретила.
– Самое интересное… – Араксеева сидела на стуле, закинув ногу на ногу.
Ее длинные, стройные и, надо признать, сексуальные ножки обтягивали брюки, похожие на военную форму, если бы не слишком узкий пошив в некоторых местах. Верхнюю часть гардероба представляла белая рубашка, пуговицы которой были расстегнуты до нужного, правильного уровня. Соответственно, каждый раз, когда Аракчеева наклонялась, или поворачивалась полубоком, я видел очертания ее груди. Причем, удивительным открытием стал тот факт, что нижнее белье она не носит. Хотя, может, так торопилась спасти меня, что забыла надеть бюстгальтер.
Видимо, я слишком откровенно пялился на темные соски, которые под белой тканью выделялись достаточно сильно, потому что Аракчеева прервалась на полуслове и постучала указательным пальцем по грядушке кровати. Сидела она, как раз, рядом.
– Княжич, прекратите рассматривать мою грудь. Слушайте внимательно, что говорю.
– А? А! Да… – Я с трудом оторвал взгляд.
Ну, потому что сиськи у нее были просто охренительные. Если бы не знал, что за маской этой красавицы скрывается женщина о-о-о-о-очень взрослая, особенно по меркам моего родного мира, никогда бы ничего подобного даже не подумал.
– Так вот… Самое интересное, Вас не было нигде. Ни в этом мире, ни в том… – Графиня многозначительно опустила взгляд вниз. Я так понимаю, это был намек на Ад.
– Да Вы что? – Изобразил в ответ на своем лице "куриную жопку". Типа, крайне удивлен. – А где же я был?
– Вот именно. Где Вы были, Княжич? Заметьте, мы с Вами просто разговариваем. Пока что. Сначала нигде нет ни малейшего следа, а потом вдруг – звонок на личный телефон. Причем, точку, откуда он поступил отследить невозможно. Но по крови, адские псы Вас отыскали. Какая-то мутная, запутанная история выходит.
– По крови… да… По крови…
Я принялся активно поправлять подушку, на которую опирался. Типа, хочу сесть поудобнее. На самом деле, соображал. Вот тоже интересный момент выходит. А с хера ли эти собачки отыскали по крови Княжича Морозова, если кровь, как бы, вовсе не его. Должна быть, по крайней мере. На мне, так-то, хорошая, но иллюзия. Тело вообще принадлежит местному дурачку.
– Ну, и? – Аракчеева даже чуть подалась вперед, ожидая ответа.
– Так… Ладно… С фрейлиной я не разговаривал. По крайней мере, после того, как ушел из борделя. В ближайшей подворотне какая-то тварь долбанула меня по голове. Очнулся уже во дворе непонятного дома. Что за место, рассказать не могу. По простой причине. Сам не знаю. Встал, вышел за ворота и бродил по улице, пока не наткнулся на старый телефон. Вы его видели, когда явились со своим зверинцем. Снял трубку, а там – гудки и Ваш голос. Дальнейшее Вам известно.
Ясен хер, я значительно сократил всю историю. Просто… Ну, его к черту. Вокруг – враги, вокруг – измена. Я вообще перестал соображать, кому можно верить, а кому нет. По моему внутреннему ощущению, лучше никому. Хотя, это однозначно и несомненно, на сегодняшний день Глава Тайной Канцелярии кажется мне менее подозрительной, чем все остальные. Те вообще какие-то конченые. Честное слово.
– Ясно… – Наталья Алексеевна снова расслабилась и откинулась на спинку стула. – Какая, однако, удивительная история…
– Сам охренел. – Совершенно честно поддакнул я графине Аракчеевой.
Не соврал, кстати. Ибо ни черта в происходящем не понимал.
– Скажите, а Вы проверяли Ольденбургскую? По поводу правдивости ее рассказа. Имею в виду, как это обычно у Вас происходит.
Я с намеком посмотрел на руки графини, которые она теперь сложила на коленях.
– Конечно! Исчезновение наследника правящего рода, тем более сбежавшего в самоволку, это, знаете ли, событие выходящее за рамки обыденности. Катрин сказала абсолютную правду. Она не стала Впс задерживать только потому, что Вы сами этого потребовали. Либо…
Мы с Аракчеевой одновременно посмотрели друг на друга. Мысль, похоже, нам пришла в голову олна и та же.
– Либо она искренне верит, что рассказала правду. – Закончил я фразу Натальи Алексеевны. – А с Юсуповой Вы, так понимаю, не беседовали? Сашенька ведь сидела в машине. Верно? Она ко мне не приближалась.
Аракчеева молча отвела взгляд. Судя по всему, графине стало неловко. Это, блин, косяк, так-то. Она проверила только Ольденбургскую, которая утверждала, будто догнала меня. И не стала трясти на предмет признаний Принцессу.
В общем, не знаю, что там было в голове у Натальи Алексеевны. Потому что ход ее мыслей сложно проследить. Наверное, какой-то супер гениальный план. Но в итоге решила она вот что.
Мне нужно вести себя так, будто ничего не произошло. На вопросы не отвечать. Самому тоже ни о чем никого не спрашивать. А вопросы непременно будут, особенно от фрейлины, у которой из-под носа увели наследника рода. Я, конечно, не царской фамилии, меня охранять она не обязана, но как же насчет хваленой особенности их семьи? Типа, лучшие из лучших, бла-бла-бла.
Я так понял, Аракчеева собралась "ловить на живца". Живцом она выбрала меня.
– То есть Юсупову Вы вообще пока что трогать не собираетесь?
– Нет. – Графиня стала задумчива. – Что-то затевается, Княжич. Чувствую это. В воздухе витает оно. Знаете, очень специфическое, на самом деле, ощущение. Заговор. Вот так скажу. И вертится все вокруг Александры Юрьевны…Ну, либо вокруг рода Юсуповых. А Юсуповы, сами понимаете, не станут в одно лицо бежать на баррикады. Слишком хитры и умны. Жертвовать собой ради великих целей точно не станут. Соответственно, привязаны к этой истории и остальные Патриархи. Например, Морозовы…
Наталья Алексеевна посмотрела прямо на меня. Не знаю, чего ждала, если честно. Что я с потрохами сдам Седого? Ну, может, и сдам. Скорее всего, сдам. Только сначала разберусь, можно ли верить графине. По сути, цель у меня одна, и она предельно проста. Сохранить свою новую задницу в этой новой жизни целой и невредимой.
Потому что на данный момент ситуация выглядит следующим образом.
Правящая семерка решила взбрыкнуть и скинуть иго демонов. Дебилы, мля… Пусть я поймал на этом только двоих, Морозова и Юсупова, но, тем не менее, уверен, там замешаны все Патриархи. Так. Это понятно. Руководит ими таинственный Отец. Батя, значит. Не понятно только, чей и откуда взялся. И скорее всего, это слово они используют в каком-то переносном смысле. Может, погоняло такое у их предводителя. Не знаю. Не суть.
Важнее то, что по моим прикидкам, эти дебильные Патриархи задумали вторжение в Ад. Один вопрос. На хрена? Ведь много столетий живут, в ус не дуют. Демоны дали им Силу, сделали долгожителями, вручили власть на блюдечке. Что их не устроило? Детки выросли и решили, что уже самостоятельные? Ну, ок. Предположим, они придут на территорию Люцифера. Предположим, они ее захватят. Например, с помощью какого-то чудесного оружия. Что с ней делать? Судя по словам Ольденбургской, в Аду Высшие ни хрена не Высшие. У них там даже Силы нет. Значит, проект с захватом Ада вряд ли долгоиграющий. Им просто тупо надо прийти, что-то сделать, возможно грохнуть Владыку, а я не удивлюсь и такому плану этих рогатых идиотов, и уйти. Ладно. С этим более-менее понятно. Хотя бы можно определить направление, куда смотрят Патриархи.
А вот дальше какая-то хрень.
Есть Лилит. Жена Люцифера. По ее словам, тот убил Богиню, вырвал сердце и благодаря этому склонил чашу весов в пользу зла. Хорошо. Возможно и так. Потом эти самые весы, от греха подальше, Владыка где-то припрятал вместе с сердцем супруги. Извращенец…
Лилит оказалась связана с эти миром, из-за того, что радикально вмешалась в его судьбу, поэтому выжила. Но не совсем. Часть своих возможностей она потеряла. Теперь моя красавица сильно хочет вернуть свое разбитое мужем сердечко обратно.
Но и это не все. Девочка Агата. Эта вообще хрен пойму, кто такая. Девчонка сильнее всех Высших вместе взятых, сильнее Богини, и, возможно, сильнее Люцифера. По крайней мере, в пределах этого мира она по сути способна … на все! Да. Она вообще в принципе способна на все. Ее цели и намерения неизвестны и непонятны. Радует, что лично мне она благоволит. Ну, или имеет свой интерес.
И еще, при всем этом, какая-то сволочь качает Силу из мира. Постепенно истощает его. Причем круговорот Силы, который должен быть непременно цикличным, по заверению Богини, нарушен. То есть отсюда Сила уходит, но никуда не приходит. И вот вопрос. Как, млять, это все связано между собой? Аж бесит, честное слово.
А оно связано, по любому. Уверен на сто процентов. Потому что нормальный, привычный ход событий нарушили именно демоны, много столетий назад. Они вмешались и не дали случиться самому важному событию. Не дали парню в терновом венке этот самый венок примерить. И все. Развитие пошло в другую сторону. Соответственно, все, что происходит сейчас, запустили именно демоны. Короче, мозг взрывается от того, что ни черта не разберешь в этой мешанине.
Но Аракчеевой я, конечно, ни слова из своих размышлений не озвучил. Пока не время, рано. Хотя, по-прежнему у меня было ощущение, что рассчитывать я могу только на нее. Да, она – верный пес Люцифера. Как сказала Лилит. Однако, я понятия не имею, что там задумали Патриархи и к чему стремится их таинственный Отец. Может, станет ещё хуже. Правда, стоит вспомнить Низшего, убившего девку в борделе, и непроизвольно возникают мысли, а куда уж хуже.
Короче, пока будем смотреть в оба глаза и анализировать. Поэтому, я с умным видом покивал графине, проигнорировав ее вопрос про возможное участие в заговоре Морозовых. У меня стресс, мне можно. Туплю, знаете ли. А потом осторожно поинтересовался.
– Скажите, раньше бывали вообще такие прецеденты? Разве кто-то в здравом уме рискнет пойти против…
Закатил глаза вверх, намекая на Люцифера. Потом сообразил, что вообще не в ту сторону намекаю, и опустил взгляд вниз.
– Владыки? – Аракчеева резко встала на ноги и прошлась в угол комнаты. Потом обратно.
Это была отдельная палата, с шикарной кроватью, ванной комнатой и телевизором в половину стены. Нормальный такой вариант. Хотя, я не знаю, зачем меня оставили в медицинской части до утра. Анализы взяли, какими-то аппаратами посветили. Что ещё надо? И это не считая проверки, которую устроил Высший в белом медицинском халате с высокомерным лицом, явившийся сразу же, как только мы с Аракчеевой вошли в медицинский блок. Этот тип, я так понял, что-то среднее между врачом и магом. Он почти час делал странные пасы руками и от них исходило свечение. Потом сказал, мол, с точки зрения каналов, питающих мою Силу, все хорошо.
Pulsuz fraqment bitdi.