Редактор Андрей Семёнов
© Павел Демидов, 2021
ISBN 978-5-4496-9534-5
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Парус уносит корабль, словно шаль – цыганку,
Словно ветер – словесную перебранку,
Волне завещая душу, огню – поверхность
Вселенной, рассчитывая на ветхость
Всего телесного, и, появляясь снова,
Становится птицей, летящей на крыльях слова.
Ты вечера хранишь в коробочке стеклянной,
Как веко – лик.
Твой ангел, твой посланник долгожданный
В наш мир проник.
Он в небе молчаливо проплывает.
Его рука
Вечернюю громаду обнимает
Материка.
Он светом звезд мерцающих играет,
Как ниткой бус,
И камень вслед за морем принимает
Соленый вкус.
Ты вечера хранишь в коробочке стеклянной,
Как лето – лист.
Твой ангел, твой посланник долгожданный,
Твой сумрак – чист.
Не храните, губы, смерть,
Пойте века круговерть,
Пойте старость, пойте дом,
Колокольню пойте в нем,
Пятна света на полу,
Неуклюжую юлу,
Пойте темные углы,
Пойте стулья и столы,
На столе кувшин и плошку
И сухого хлеба крошку;
Пойте, губы, день и ночь —
Чтобы смерть умчалась прочь.
Волшебные сосны стоят, нахмурившись, словно сестры
Перед прощанием. Рыба плещет
В озерах бесчисленных. Вьется слепень.
Куда ни протянешь руку – повсюду воздух.
Осенью иней. Летом
Кузнечик с крылом дракона.
Куда ни протянешь руку, куда ни бросишь
Взгляд – повсюду пространство шелком живым щебечет,
Пишет живое по мертвому. Мертвое – по живому.
Волшебные сосны стоят на холмах, в вечности по колено.
Везде – куда ни протянешь руку,
Куда ни направишь лодку.
Я чистотой живу апрельской
Среди высот весенних сонма.
Нам не пристать в лагуне сельской,
Пока вселенная бездонна.
Пока я жив – я сеять буду
То зерна хлебные, то смуту,
Вдыхая звездную простуду,
Век проживая за минуту.
Нам не пристать в лагуне сельской,
Не почивать в дворцах богатых,
Средь первой братии апрельской —
Ходить в крылатых.
Заплетай судьбине косы,
Да коси земные росы
До последнего луча,
До усталого плеча.
Да в снопы росу вяжи
У осенней у межи,
Чтобы зиму зимовать,
Чтобы время воровать.
Чтобы лесом шла утрата
То ли сына, то ли брата,
Не ходила бы в дома,
Не сводила бы с ума.
Осень,
Вплывающая в наш хор
Босоногой флейтой,
Запахом хвои сырой,
Входящая в дом с лучиной,
Вбегающая во дворы
Лудильщиком непригодных сердец,
Влетающая на стрекозьих крыльях под утро,
Прервав твой сон,
В окно, – это еще не осень.
Вот – осень:
Она открывает двери своим ключом.
Она прочитывает наши письма
И если встречает сердце —
Бросает его в небеса.
Вот он – дым
От ее костров.
Вот он – верховный жнец,
Восседающий среди
Бесконечных снопов.
Любовь моя зачерпнула воды из витрин —
Я проснулся. Над городом плыли тени,
Осень взоры туманила, желтый лист
Звал собратьев на карусели.
На то она и явь, чтобы путаница в словах
И невозможно высказать то, что снится…
Я проснулся – над городом плыл сентябрь,
Как водой унесенная колесница.
Пора деревню яблоком украсить,
В иголку нитку вдеть,
Заштопать рукавицы,
Дороги замесить
(Всего не перечтешь),
Настроить сеновалов и темниц,
Леса проведать,
Выглянуть в окно,
Где холст березовый
Сворачивает ветер,
Одно забыть, а этим пренебречь
И снег принять,
Как шубу с барских плеч.
И селится сквозь непогоду
Цветок, озябший в степи.
Дрожмя дрожит
Органеллами чутких клеток.
«Возьми меня, солнце,
В желтый вихрь свой,
Возбрани мне дрожать и пылиться…»
И камни, объятые сном,
Лежат в степи
Тяжкой,
Невозделанной, словно Вселенная.
И селится сквозь немоту
И полумрак уходящих цветов
Серый зверь, сетуя на непогоду:
«Кувшин заходящего солнца
Прими из моих неумелых рук!
Я просто такое зерно —
На мокром асфальте
Следы таинственных шин,
Загадочных масел.
Кто-то смешал переулки —
ищите, слагайте…
И нежные крыши
дождливой тесемкой украсил.
Я проживу в этом городе
пару столетий
Пряхой, путейщиком,
прапорщиком, ювелиром.
Кто-то, я слышу, бормочет:
«Гуляйте, старейте».
Шапку-ушанку дождей
опуская над миром.
Деревня. Осень. Лай собак
Да шум движка,
Что укорачивает злак
На три вершка.
Деревня. Оводы. Река.
Колхозный луг.
Заходит сонная строка
На новый круг.
Деревня. Осень. Комары
Идут на ты.
Бревно терзают топоры
До темноты.
Как зов души, летит пчела
В разверстый рот.
Ворует рыбу со стола
Чеширский кот.
Кудахчут куры. Каравай
Румянит печь.
Деревня. Осень. Узнавай
Родную речь.
Земля по-прежнему кругла,
А Бог – един.
Глядят из красного угла
Отец и Сын.
Акварель. Ни края, ни контура, ни числа,
Ни реки, жующей росток весла,
Ни зверья, ни люда – овраг да холм,
Ни свирели Пана в лесу глухом.
Загадав желание, жди сто лет.
Разузнай о будущем из газет.
А в окно взгляни – так и есть – апрель,
Ни числа, ни контура – акварель.
Есть у ящерицы брат с крыльями стрекозы,
С глазами смиренными.
По утрам он пьет росу на горных вершинах,
По вечерам добрым словом приветит прохожего
И долго его провожает.
То небылицу расскажет, а то – соврет.
Есть у ящерицы сон – всем снам сон.
Снится ей, что ветер стихает.
Она идет по траве, как ловец жемчуга по воде,
Горы проносятся мимо – она идет,
Видит большое дерево – во сто крат
Дерево выше любого дерева. И имя ему – сон.
День прошел. Сомни и брось.
Завтра вместе или врозь
Мы по улочкам пойдем,
День потерянный найдем.
Завтра будем день-деньской
Пребывать в толпе людской.
Ты и я пойдем опять
День потерянный терять.
От руки написал.
Пятерней зависал.
Что мое – вместил.
Что твое – втесал.
Подари мне холм —
Буду хмуриться,
Подари мне веко —
Зажмуриться.
Подари мне даль,
Чтобы пялиться,
И простое тело —
Состариться.
О утро если нет реки
Она появится проснувшись
В ней отразятся рыбаки
Перевернувшись.
Бог выливает в море кувшин молока.
Смотрите: так в небесах отражаются облака.
Руки мои, под волной не сыскав ключа,
Машут чайкам во след от всея плеча.
Грустно ходить меж волн, как в городе по рядам.
Торгуя пространством, жизнь за пустяк продам.
Словно яблоко, меня ловите, века,
Сухопутного, как тополь, моряка.
Pulsuz fraqment bitdi.