Ты береги меня! Хрупка, как бабочка!
Смотри, какой прелестный василёк!
Как ты, голубоглазый! Неувязочка:
Запутаются лапки, видит Бог…
И не взлететь потом, да и остаться
В объятиях соблазнов василька
Мне боязно: ведь будем целоваться,
А василёк сорвёт чья-то рука.
Поставят в вазочку с водою
И будут любоваться день, другой.
Завянет василёк с моей любовью —
И стану нежеланной, неживой.
…
Невероятно! Добрая рука
Меня спасла – и я взлетела!
И жаль, и грустно… Василька
Спасти хотела я, да не успела.
Безусову Пантелею Петровичу,
моему свекру, посвящается
«Дяденька, дайте хлебца!
Самого простого.
Без изюма и без специй,
Черного, ржаного…
Хоть кусочек
На две крошки
Вы могли бы дать?
Не могу я суп из кошки
Нашей принимать!
Вы же, дяденька, солдатик?
Умерли отец и мать!
А сестрёночка и братик,
Встать не могут. Бать!
Отколи нам сахарочка,
Сладкого, как рай…
Мы не съели. Жива кошка!
Батя, выручай!»
«Господи! Прими, сердечко,
Весь солдатский пай
И, пока сгорает свечка,
Семью выручай!
Вам моё сейчас нужнее!
Ты скажи, вы где?
Нет сейчас для вас важнее —
Выжить на земле!»
Я мокрой капелькой дождя
Вдруг упаду однажды.
Ударю пό лбу я тебя.
Увы, не раз, не дважды!
Застряну в усиках твоих,
В «лесу» бровей, ресничек.
И вспомнишь ты о нас двоих,
И запах земляничек…
И сладкий, вкусный поцелуй,
И нежные объятия…
И прятки среди пышных туй,
И встречи, и прощания…
И платье мокрое на мне
От майского дождя.
И согревание в огне
Двух тел: тебя, меня!
Звезд, улетающих с небес.
И мы на сеновале,
Ты без всего и я вся без
Паденье звёзд считали…
И пряный запах сена,
Вкус спелой земляники,
Театр… Жизнь как сцена.
В глазах твоих дождинки…
На небе висела туча!
Снежинок в ней целая куча.
И вот уже летят они,
Ладошками их все лови!
Садятся на реснички,
Как бабочки и птички,
Кружат в прекрасном вальсе,
В неповторимом танце!
И всё вокруг белым-бело,
Все веточки лохматые,
Дорожки, скверы замело,
И ёлочки нарядные!
И шишки в белых шапочках,
И сосны в снежных тапочках!
Крещение! И чистый снег.
Бог в Иордане крестит всех!
Ошибки нам прощает,
И веру воскрешает,
И душу очищает,
И счастья всем желает,
Здоровья, мира и добра!
Святая к нам пришла вода!
Я проснулась рано-рано,
Ещё сверкала звёздочка!
А ангелочек Николая
Уже сидел на облачке!
Я обняла его иконку,
Прижала её к сердцу.
И так запели птицы звонко,
Что приоткрылась дверца!
Я не поверила глазам:
В божественном наряде
Никола Чудотворец сам
Стоял как на параде!
Упала я к его ногам,
Держа в руке иконку.
Прислушавшись к моим мечтам,
Исчез он потихоньку.
А с первыми лучами солнца
Такой был перезвон!
Николу Чудотворца
Встречали с торжеством!
И все мечты, желания
Исполнились мои…
Убрал он все страдания,
Дал счастья и любви!
Не зря ведь в каждом доме
Иконку свято чтут,
И молятся Николе,
И чуда, счастья ждут!
Вот это пухлячок!
Славный малышок!
Спит так сладко и сопит:
Слюнка по губе бежит!
В слюнке этой молочко —
Кормит мамочка его,
Чтобы крепким, сильным стал,
Не болел и сладко спал!
Чтобы мамочка могла
Переделать все дела!
Или рядом прилегла,
Нежно очень обняла…
Я для этого родился
И так нужен сразу всем!
Мною папочка гордится
Шутит папа: сладкий, съем!
Целует мои пяточки
И нежные ладошки.
Спасибо маме с папочкой,
Хотя такой я крошка!
Я забавно улыбаюсь
Папе, мамочке во сне!
Я счастливый, не стесняюсь.
Все ангелы летят ко мне!
Прилетают день за днём:
Знакомятся, наверное…
Дружно с ними мы живём,
Но мама – ангел первая!
Гладит ручками по попке.
Вот бы так всегда!
И целует в лобик, щёчки.
Какое счастье! Да?
Грибанова Ольга Владимировна. Родилась 21 июня 1957 в Ленинграде и прожила в этом городе всю жизнь.
Закончила обычную общеобразовательную школу и параллельно музыкальную школу по классу фортепиано. Мечтала ещё о художественной школе, но не сложилось. Рисовала самоучкой. Театром тоже увлекалась. Снялась в эпизоде в одном из спектаклей Ленинградского телевидения.
В 10 классе долгое время не могла выбрать из трех направлений: музыкальное училище по классу теории музыки, Академия художеств, факультет истории искусства и русское отделение филологического факультета ЛГУ. В конце концов победил филфак.
Во время обучения на филфаке писала курсовые работы по повести Н. В. Гоголя «Невский проспект», по повести А. П. Чехова «Дуэль» и по циклу очерков М. Е. Салтыкова-Щедрина «За рубежом». Посещала спецкурс по теории стиха В. Е. Холшевникова.
С 1991 года по 2008 год работала в школе учителем русского языка и литературы. Вышла на пенсию, освоила интернет и стала блогером.
В настоящее время веду блог «Вечный студент» http://olgaveiga.ru/, посвященный истории, культуре, творчеству и самопознанию.
Прозу и стихи писала с детства. В настоящее время пишу в основном прозу, бывают отдельные «стихотворные» периоды.
На сервисе «Ridero» в 2016 году опубликовала два своих сборника: стихотворения «Глоток воды»
https://ridero.ru/books/glotok_vody/ и «Миг рождения» https://ridero.ru/books/mig_rozhdeniya/
В 2017 году работала над литературоведческими комментариями к поэтическим переводам псалмов поэтессы Веры Горт. И в настоящее время готовится к печати новое издание этого поэтического перевода с моими комментариями.
Кроме этого, являюсь руководителем онлайн Клуба Интернет-Творцов при онлайн агентстве «Вектор Мастерства» http://vector-master.ru/, веду курс подготовки начинающих блогеров, курс по созданию слайд-шоу и творческую мастерскую «Слагаемые стиха.
От автора.
Мир велик, красив, многообразен и многосоставен. Каждая его часть столь же неповторима и сложна, как и целое, и это значит, человеку, а особенно поэту, нужно быть как можно осторожнее, чтобы не нарушить особое равновесие жизни.
Лирическая героиня Ольги Грибановой в совершенстве овладела искусством идти по жизни шагом, никого и ничего не повреждая, лишь замечая и перетворяя в стихи.
Я хочу рассказать о дороге,
Что петляет от самых дверей…
Так давно месят пыль мои ноги,
Что уже не пугают зверей.
Так начинается одно из стихотворений Ольги Грибановой.
Действительно, звери и вообще нечеловеческие создания – это полноправные персонажи ее поэзии. Таинственный черный кот и могучий леопард, верный пес-поводырь, журавль и синица, парадоксальным образом одинаково недоступные – много их в стихах Грибановой. А иногда благодаря силе поэтического дарования происходит удивительное превращение:
И пусть ворона, громко, хрипло каркнув,
Расправит два замызганных крыла
И превратится в дивную Жар-Птицу,
Что в клетке золотой сто лет назад жила.
Пусть это длится недолго, но все же чудо поэтического творчества способно подарить малую толику счастья в этом недобром и тревожном мире. Однако для поэта – именно потому, что ему выпало жить в мире, где каждый день «страшный, чудный, тихий, трудный», нужно уметь не только не устрашить других, но и самому не бояться. Этим нелегким искусством вполне владеет Ольга Грибанова. Одно из ее стихотворений – пример особой поэтической смелости. С одной стороны, оно написано терцинами – одной из самых сложных форм, прибегнуть к которой для любого поэта – своеобразный вызов самому себе. Грибанова блестяще справляется со своей задачей. При этом она бросает вызов и культуре: терцины в нашем сознании неразрывно связаны с «Божественной комедией» и обычно используются с той или иной оглядкой на нее. Однако в стихотворении Грибановой нет и намека на Данте.
Так же, как и автор, отважна его лирическая героиня.
Я иду мимо сумрачных башен
И веселых лесных ручейков.
Дождь и снег мне давно уж не страшен,
И не вижу я в мире врагов.
Но свет и кротость души лирической героини порой оборачиваются против нее – и против ее мира. Не видя врагов, не ведая зла, можно по горькой случайности его сотворить. И тогда охватит уже не страх, а «смертельный ужас».
Но человек не одинок в недобром мире. Есть и Бог. Может быть, в трактовке поэта Он не похож на привычный нам образ, но все равно отзывается на боль человека и подает ему Свою помощь. А это значит, что человеку и вовсе нечего бояться и можно по-прежнему идти сквозь жизнь, «и глаз счастливый блеск, и крики боли» принимая с одинаковым бесстрашием.
Черны лучи твои, светило!
Ты ими землю остудило,
Которую снега сожгли.
Неслышна речь твоя, гроза,
И оглушительна слеза,
Упавшая с ресниц вдали.
Над пропастью на паутинке
Повисло сердце в острых льдинках
И бьется пляске ветра в такт.
Вот слово тайно подползло
И меч свой лихо занесло…
Мне кажется, всё было так…
Сентябрь 2010
Мы с тобою так несхожи,
Как гитара с саксофоном,
И союз наш невозможен
По любым земным законам.
Голос мой как рокот трубный —
Ты звенишь струною нежной,
Но сомкнулись наши губы
Безвозвратно, безнадежно.
Но одну и ту же песню
Я спою с тобой навечно,
И вот-вот срастутся тесно
Наши руки, ноги, плечи.
Я вздохну гитарным ладом —
Ты заплачешь саксофоном…
Кто из нас кем был когда-то?
Стали песней, звуком, звоном!
24 апреля 2010
Вхожу на ощупь я во тьму покоев,
Чтоб отыскать там чёрного кота.
Тьма, тишина и пыль меня не беспокоят,
Пока снаружи дверь не заперта.
Вот захочу – и поверну обратно,
И ручку двери радостно пожму.
Она меня поймёт и, заскрипев приятно,
Подарит свет. И я тот дар приму.
Но я пока бреду упорно, неустанно.
Шепчу: «Кис-кис, как мне тебя найти?
Как уловить во тьме твоё дыханье?
Мурлыкни, иль зевни, иль глазом посвети!»
Все та же тишь, и пыль, и дверь в одном лишь шаге.
Но где та дверь и где тот ясный свет?
Как чёрного кота найти во мраке,
Особенно, если его там нет?
Июль 2006
Шелест листвы над моей головой…
Кто притаился, живой – не живой?
Кто там вздохнул,
Глазом сверкнул
Так горячо?..
Выйди из тени – мы крови одной!
Вместе помчимся тропою ночной!
Или настигнем —
Или погибнем!
Что же ещё?
Сердца пружину сжимаю рукой,
В пульсе едином забьёмся с тобой!
Пальцы немеют!
Звезды темнеют…
Ломит плечо…
Миг – и разжалась! Рывок – и покой!
Настигли! Достигли и ринулись в бой!
Нет ни преград,
Ни дороги назад,
Лишь время из раны течёт…
Апрель 2010
Кобра рождается ползать.
Ястреб рождён летать.
Ослик родился для пользы —
Должен мешки таскать.
Щука рождается в реках,
Чтобы карась не спал.
Ослик для вечного бега
В вечный наш мир попал.
Ястреб гнездо построит.
Кобра уйдёт в песок.
Щука икринки скроет
В корни речных осок.
Ослик взмолится смиренно:
«Где ты, хозяин мой?
Даждь ми мой хлеб и сено
И напои водой!
Открой мне заветную дверцу!
Ну хоть надежду подай!
С седлом и уздечкой в сердце
Прийду в морковный рай!»
Май 2010
Cиница в моей руке,
Трепещет сердечко-капелька.
А надо мной вдалеке
Журавль – штришок в небе маленький.
Синица – моя почти,
Идёт ко мне в руку надёжную,
А журавль гортанно кричит
Про жизнь, для меня невозможную.
Синицу из рук отпущу,
Она надо мной закружит,
И я себе не прощу
Утрату нежнейшей дружбы.
А взять с собой к небесам
От родных ей лесов и рек…
И, приставив ладонь к глазам,
Журавля провожаю навек.
18 мая 2010
Три коня по дорогам уносят меня,
А дорога уходит в туман.
Мы помчим, бубенцом под дугою звеня,
По дорогам неведомых стран.
Справа конь золотой гордо гриву несёт,
Грива вьётся по ветру волной.
Он свободен от тусклых житейских забот —
А тревоги пускай за спиной!
Слева конь, белоснежный до самых копыт,
Грива чистая вьюгой метёт.
Он свободен от грязи, и лжи, и обид —
Любит, верит, надеется, ждёт.
В середине меж ними конь-зверь, конь-огонь,
Серый с пламенной гривою вихрь.
Он безумно отважен, его ты не тронь!
Но зато самый сильный из них!
Так и мчимся мы вместе в дорожную мглу…
Где мне тройкою править такой!
Кони сами найдут путь к родному углу
И несут меня прямо домой!
1 октября 2010
Метаморфозы за окном!
Светило солнце – грянул гром!
Вот чудеса!
Вот в тишине проснулся стон,
И ветра шум, и сердца звон,
И голоса!
И на ковёр зовет борьба,
И жмёт под мышками судьба,
И я в отчаянье смотрю,
Как гибнет то, что я люблю,
За полчаса!
Ты не меняйся так, прошу,
Тот мир, которым я дышу,
Повремени.
Тот мир удобен и красив,
И я в нём был почти счастлив
В былые дни.
Но всё ушло, упало ввысь,
Взлетело в пропасть – обернись
И помаши всему рукой,
Пойдёшь дорогою другой!
Гляди – огни!..
Сентябрь 2010
Мой друг, мохнатый и с хвостом,
У ног моих легко прилёг.
Где б ни бродили мы вдвоём,
Я в темноте не одинок.
Две чутких ёлочки ушей
Трепещут под моей рукой,
И мокрый нос прижался к ней:
«Я здесь, дружище, я с тобой!»
Присел я на пенёк в лесу
Во мраке солнечного дня.
Ответь: кого же я пасу?
Иль это ты пасешь меня?
А надо мною шум ветвей,
Жужжанье, блеянье и стон,
Мычанье, голоса людей,
Шаги и колокольный звон.
Когда ж, ненужен и незван,
Я побреду в обратный путь,
Ты проведешь через туман,
Обман и мой самообман
И приведешь куда-нибудь!
2008
Нам любые дороги дороги,
К храму нас ведут иль в казино,
Точно так же в кровь стирают ноги,
Пыль, дожди и снег – везде одно.
На любых дорогах оставляем
Тёплые клочки своей души.
Для чего? Тропинки помечаем,
Чтоб домой вернуться из глуши?
Камушки или кусочки хлеба
На дорожках пройденных лежат?
Крошки хлеба с птицей взмыли в небо —
По камням легко прийти назад.
Как удобны каменные души
Тем, что не потребны никому!
Зверю, птице, в море иль на суше
Хлеба на ладони протяну.
Напитают съеденные крохи,
Те, что наземь пали, – прорастут,
Кто же их придумал, те дороги,
Что к бездонной пропасти ведут?
Май 2006
Я леплю тебя из снега
И весенних облаков —
Тонкий, свежий и холодный,
Белый, чистый и свободный
От обыденности бега
И реальности оков.
Рыба, зверь, цветок иль птица —
Что там выйдет, посмотрю.
Не свяжу тебя цепями,
Не скую тебя словами,
Что впустую могут литься, —
Жизнь тебе я подарю!
Пусть под солнцем ты растаешь,
Как сугроб или туман —
Рядом я с тобою сяду,
Зачерпну воды иль яду…
Как иначе распознаешь
Правду, сон или обман?
Апрель 2010
О, сколько их, открытий чудных!
На древе мысленном висят.
Свой голод утолить нетрудно,
Но не вернёшь его назад!
Зачем нам знать обличье смерти,
Когда повсюду жизнь кипит
И в запечатанном конверте
Не для тебя письмо хранит?
Но любопытную Пандору
Ничто не может убедить!
И мы крадемся словно воры —
Сломать, взломать, разъять, открыть!
И вот мы, сытые открытьем
До колик и и до тошноты,
В безумных поисках событий
В веках оставили следы.
Пусть их за нами убирает
Усталая природа-Мать
И тихо в муках умирает.
Умрёт – нам будет что разъять.
Апрель 2010
В темноте задрожал огонёк…
В тесной келье своей, одинок,
Я святую лампаду зажёг.
И ничто не тревожит меня:
Ни смятенье ушедшего дня,
Ни грядущие вихри огня.
Здесь с Отцом мы один на один.
Он – Един, и я с Ним един,
Мы с Ним суетность миру простим
И возьмём его бережно в горсть,
Нежно сдуем и подлость, и злость,
Приласкаем его: ты наш гость.
И друг другу с Отцом подмигнём:
Там, в бездонных глубинах времён,
Снова вспыхнет лампада огнём.
2010
Метаморфозы, метаморфозы…
Летом внезапно ударят морозы,
Я захлебнусь от жестокого ветра,
Собьёт меня с ног от злого ответа.
Метаморфозы, метаморфозы…
И по щекам бегущие слёзы
Вдруг просияют, лаской согреют,
Станут жемчужинами в ожерелье.
Метаморфозы, метаморфозы…
Утро воскреснет – и стану я взрослым.
Жмёт мне в плечах непривычное тело,
Небо упало, солнце взлетело…
Метаморфозы, метаморфозы…
Лишь забавляют смерти угрозы.
Столько уж раз облаченья сменив,
Мне не в диковинку жить и без них!
2010
Как нам хочется быть любимыми —
Не за что-нибудь, просто так!
За глаза, временами синие,
И за лёгкий весенний шаг.
И за старенькую футболочку,
Что так ловко сидит на плечах,
И за ниточку, и за иголочку,
Что снуёт в этих тёплых руках.
За смешные словечки на ухо,
За неловкость и за суету,
За пальто, что застёгнуто наглухо,
И за брошечки красоту.
За морщинок сеточку частую,
За сединок белую пыль…
Вот бы кто-то, как сказку прекрасную,
О любви рассказал нам быль!..
2018
Как страшно то, что я прочла в глазах,
Как холодно, до дрожи, и как больно!..
Ты думаешь, что я уйду в слезах?
Я не исполню этот номер сольный!..
За десять лет я наработаю сноровку
Задорно улыбаться невпопад,
Затылком ощущать невольный взгляд
И уходить от объяснений ловко.
Я спрячусь за нарядной облицовкой
Так глубоко, что не вернусь назад.
Пусть кто-нибудь другой отыщет клад,
Коль хватит опыта и подготовки.
И в зеркало смотреть я перестану:
Зачем себя терзать и вечно ждать обмана?
Ведь я себя в нём больше не увижу.
Я буду жить, сверкающе чужая,
В сердечной дрёме, мирно, не страдая,
Как королева из старинной книжки.
2018
Как хочется немножечко тепла
И чтоб сирень у двери расцвела…
Подставить бы улыбчивому солнцу
Свои окоченевшие тела.
И пусть ворона, громко, хрипло каркнув,
Расправит два замызганных крыла
И превратится в дивную Жар-Птицу,
Что в клетке золотой сто лет назад жила.
Так хочется ответить на улыбку,
Что на лице твоём родной была,
Что только в памяти моей осталась.
Я в эту память двери заперла.
Но, хрипло каркнув, старая Жар-Птица
Всё оперенье солнцу отдала,
Чтобы у двери дома наконец-то
Сирень туманным утром расцвела.
2018
Я размешала горе в чашке чайной,
И капля пролилась на стол случайно.
Я не заметила оплошности такой
И рукавом размазала случайно.
На рукаве я горе понесла по свету,
И ранила я всех, коснувшихся случайно.
Так выросла огромная гора из горя
И раздавила всех, кто рядом был случайно!
В смертельном ужасе рукав я оторвала
И крикнула: «О, люди! Я случайно!
Я не хотела горя, не хотела боли!»
Услышал же меня один лишь Бог – случайно!
И, молодецки крякнув, чашу с горем выпил:
«А не найдется ли чем закусить, случайно?»
2018
Такие странные бывают вечера,
Как будто слышишь лёгкое дыханье,
Как будто с ёлки облетает мишура…
А может, за окном увидится сиянье
Над тёмными коробками домов
И чей-то голос вдруг прошепчет: «До свиданья…»
И роется душа в обрывках снов,
И ждёт их воплощений ежечасно,
И ловишь еле слышный стук шагов…
О, как же эти вечера прекрасны!
2017
Давай нарисуем наш вечер
Густою лиловою краской
И золотом звёзды рассеем.
И выйдем друг другу навстречу
С открытой душой, без опаски.
Соврать мы уже не сумеем!
Ведь лица нам вечер укроет,
Лишь звёзды в глазах улыбнутся.
А звёзды в глазах так правдивы!
И сердце нам ночь успокоит…
В прощальную эту минуту
Мы скажем друг другу: «Счастливо!..»
2017
За окном темно,
Лишь луны пятно.
В доме спят давно.
Тишина вокруг,
Только сердца стук…
Циферблата круг…
Стрелок тихий бег
Длится целый век…
Нескончаем снег…
Уж пора уснуть…
Задремлю чуть-чуть —
Под ногами путь…
А куда идти
По тому пути?
Не скажу! Прости!
2017
Бросая в воду камушки, смотри на круги, ими образуемые, иначе такое бросание будет пустою забавой.
Козьма Прутков
Смотрите на круги, бросая камни в воду!
Почувствуйте их тайную природу!
Взмахнула бабочка крылом тревожно,
И канула с цветка росинка. Да? Возможно.
Протиснулась между корнями глубже – и в ручей.
Ручей всплеснул волной – и стал рекой. Зачем?
Чтобы ко мне по трубам прибежать однажды
И чашкой чая утолить мне жажду.
И я забуду боль обиды и утраты
И тех, кто предо мною виноваты.
Не догадаюсь я в невежестве своём,
Что это бабочка махнула мне крылом!
2017
Чьи-то шаги послышались…
Лёгкой руки касание…
Занавесь чуть колышется…
Кто же прервёт молчание?
Ты ли ко мне, чудесница,
Муза Эрато нежная?
И по чудесной лестнице
Песня течет безбрежная!
Я затаю дыхание,
Лишь не спугнуть бы странницу!
Может, свершит желание?
Может, она останется?
2017
Какие разные
Бывают оттенки!..
Лицо прекрасное
С портрета на стенке…
Туманным кружевом
Подернулись плечи….
Слова ненужные
Утихли под вечер…
И тихо катится
Свет лунный по коже,
Оттенком радости
Тебя растревожив…
2017
Я хочу рассказать о дороге,
Что петляет от самых дверей…
Так давно месят пыль мои ноги,
Что уже не пугают зверей.
Те не прячутся в панике в норы.
Лишь, лениво обнюхав мой след,
Чешут за ухом громко и скоро:
«Вот покоя бродяге-то нет!»
Я иду мимо сумрачных башен
И весёлых лесных ручейков.
Дождь и снег мне давно уж не страшен,
И не вижу я в мире врагов.
Мне подмигивает шаловливо
С неба ночью подруга-луна.
Убирает цветами на диво
Та поляна, где песня слышна.
Счастье льётся из каждого камня,
Что лежит на дороге моей.
Я присяду на краешек: «Дай мне,
Боже, сил не дойти до дверей!..»
2017
Капля за каплею время уносится
Тихой и сонною рекою забвения…
Новые думы тоскуют и просятся
Быть воплощёнными в стихотворение.
Так ли все это бывает с поэтами?
Тянутся руки к перу и чернильнице,
Мечешься в муках рожденья, поэтому
Слово к словечку никак не придвинется.
Фыркают, мнутся, брюзгливо топорщатся,
В строку размерами не помещаются!
Стих мой в мученьях и плачет, и корчится,
Тужится, рвётся – и вот он рождается.
Чистенький, новенький, весь как игрушечка!
Как ты, ребёночек мой новорожденный?
Крепки ли ножки? Кругла ли макушечка?
Вот ты родился – и я твоя родина!
2017
Pulsuz fraqment bitdi.