89. Далее, около дня святого апостола Варнавы, в Скаре, высокородный Эрик из Германии – юноша четырнадцати лет или немногим старше – был избран королем стараниями госпожи Маргареты, дочери Вальдемара – короля Дании, вдовы Хакона – короля Норвегии, в то время королевы этих трех королевств, в присутствии архиепископа и всех епископов и советников королевства. И после этого он был, по обычаю, возведен на камень Мура близ Уппсалы134; там по этому случаю многие получили посвящение в рыцари.
90. Также, в день после праздника Матфея, апостола и евангелиста, господин Эрик Кетильсон, марскалк Вермланда135, а также его сын (который задолго до того был убит в Норвегии на неком острове, именуемом Оруст136) и знатная дама137 Кристина Вэмундсдоттер, внучка указанного марскалка138, были похоронены в Вадстенском монастыре, все в один день и в одной могиле. Затем, через несколько дней, жена упомянутого господина Эрика, госпожа Ингрид, была перенесена в Вадстену и похоронена вместе с вышеназванными.
91. Также, в день Всех Святых, королева Маргарета пообещала отдать в Вадстенский монастырь сестрам и братьям девочку (о которой королева говорила ранее), чтобы она вступила в орден139.
92. В год Господень 1397, воскресная буква ”G”, золотое число 11. За четыре дня до праздника Тибурция и Валериана умерла сестра Маргарета Бусдоттер. До того, как сестры и братья обрели пристанище в стенах Вадстенского монастыря, она исполняла обязанности аббатисы140. Она была набожной женщиной и долгое время пребывала в святом вдовстве.
93. Далее, в воскресенье на Троицу, которое тогда приходилось на день святого аббата Ботольфа, король Эрик, все еще юный, короновался в Кальмаре. И присутствовали архиепископы Лундский и Уппсальский, и подчиненные епископы: Линчёпингский, Скарский, Стренгнесский, Вестеросский, Векшенский, а также Роскилльский, Оденсский, Бёрглумский, Архусский, Рибский и Оркнейский. И в связи с этим событием 133 человека получили посвящение в рыцари141.
94. В год Господень 1398, воскресная буква F, золотое число 12. В канун праздника святого епископа Амвросия, который приходился на Пепельную среду, согласно откровению, явленному Святой Биргитте, и уставу монастыря, четыре служителя ab extra получили красный крест142, чтобы носить его на одеянии; это произошло в присутствии господина Кнута, епископа Линчёпингского. И этими четырьмя были следующие: один пресвитер – господин Хеммингус, и три мирянина – Якоб Бикаре, Арника и Ларс Римлянин143.
95. Также, в канун Рождества Блаженной Девы была похоронена госпожа Биргитта, супруга господина Матса Густавссона. Она являлась дочерью госпожи Хельги, которая пожертвовала Вадстенскому монастырю земельное владение в Хагабюхёге144.
96. Также, в день Святого Ламберта, епископа и мученика, умер Карл Карлссон, сын сына Святой Биргитты. Он был весьма начитан и заслужил большой почет своей образованностью145. Вернувшись с учебы, через несколько лет он женился и некоторое время вел похвальную жизнь в браке. И в конце концов он умер и был захоронен рядом с отцом, господином Биргером, в Вадстенском монастыре.
97. Далее, в праздник святого Михаила, в руки госпожи королевы Маргареты перешел Стокгольм с замком, от тех, кто уже давно находился в осаде, держа сторону короля Альбрехта. Королеву встретили там с большими почестями, и множество людей вышли ей навстречу и сопровождали ее.
98. Также, в пятый день ноября, было почти полностью окончено строительство свода хор Вадстенской [монастырской] церкви, и на этой же неделе был заложен фундамент здания конвента братьев146.
99. В год Господень 1399, воскресная буква “Е”, золотое число 13. В пятницу перед днем Девы Схоластики был перенесен в монастырь Блаженной Девы и похоронен господин Анунд Йонссон, рыцарь147. Умер же он почти двумя годами ранее.
100. Также, в день блаженного папы Григория, когда завершился комплеторий, умерла достопочтенная госпожа, госпожа Сесилия148, младшая дочь Святой Биргитты. Она была, словно новая Тавифа, исполнена добрых дел149, и о ней рассказывают много чудесного. Ибо, еще когда она находилась в утробе матери, случилось так, что один злостный тиран150 обручился с одной из дочерей Святой Биргитты151 (поскольку так было угодно ее супругу, а также королю152 и государственным советникам) – почти что против воли упомянутой святой153, поскольку указанный человек ранее причинил королевству много зла. Из-за этого Биргитта непрестанно проливала слезы – столь горькие, что невозможно описать. И рассказывают, что однажды, когда она горестно плакала, ребенок во чреве воскликнул: «Дражайшая матушка, не убивай меня»! И потом, когда святая мать Биргитта рожала ее в таких муках, что здоровье ее было в опасности (как указано в ее житии) к ней вошла Блаженная Дева Мария; и все, кто присутствовал, остолбенели от изумления. И Дева Мария прикоснулась ко всем членам роженицы; и когда она исчезла, Святая Биргитта тотчас разрешилась от бремени безо всяких затруднений154. О, сколь счастливы роды, которые удостоились того, что их принимала такая повивальная бабка155! В связи с этим можно надеяться, что ту же помощницу госпожа Сесилия повстречала и в смертный час. Похоронили ее рядом с братом, господином Биргером, на северной стороне.
101. Далее, на следующий день после праздника святого евангелиста Марка, незадолго до полудня, когда совершилось вознесение святых даров в торжественной литургии, скончался брат Андреас Олави, пресвитер, который одним из первых вступил в Вадстенский монастырь. Он неустанно и преданно трудился для канонизации святой Биргитты, вплоть до времени, когда эта канонизация совершилась. Сначала монастырь послал его вместе с братом Йоханнесом Петри (который впоследствии стал генерал-конфессором Вадстенского монастыря) в Римскую курию, чтобы хлопотать о канонизации; его захватили сарацины, держали в плену более двух лет и подвергли жестоким мукам: морили голодом, томили жаждой и истязали; трижды его продавали; и еще немало претерпел он бедствий. В первый раз его продали за 40 дукатов или дублонов; и всякий раз, когда его продавали вновь, цена повышалась. И в конце концов господин епископ Альфонс из Испании, исповедник Святой Биргитты156, выкупил его за 400 дукатов; и так он вернулся в Вадстенский монастырь. После этого он вновь направился в Рим – на сей раз с господином Магнусом Петри – ради канонизации Святой Биргитты, и оставался в Риме до тех пор, пока папа не совершил торжественную канонизацию, как сказано выше. Тогда он возвратился в монастырь и до конца дней своих вел святую и похвальную жизнь. За шесть дней до его кончины дьявол подверг его многочисленным и разнообразным мучениям и искушениям. Два дня он был словно лишен рассудка, и тогда дьявол показал и перечислил ему все грехи, которые тот совершил с младых лет, и таким образом хотел довести его до отчаяния. Но он освободился от этого наваждения по милосердию Божьему и, наверное, благодаря заступничеству Его достойнейшей матери, а также святой Биргитты. И придя в себя, он истово и необычайно смиренно исповедовался во всех грехах, которые перечислил дьявол, несмотря на то что ранее, и в Риме, и на родине, и в здоровом состоянии, и в больном, исповедовался достаточно внимательно и благочестиво. И в день смерти, перед кончиной, он принял причастие и почил в мире.
102. Также, в девятый день июня – в день святых мучеников Прима и Фелициана, в часы комплетория, господин Бундо, настоятель приходской церкви в Хагабюхёге, умер в преклонных летах. При жизни он совершил немало добрых дел на пользу Вадстенского монастыря, в котором и был похоронен в день блаженного апостола Варнавы возле железной решетки157, рядом с господином Тюргилюсом.
103. Далее, в праздник Вознесения блаженной Девы, в Вадстену прибыла госпожа королева Маргарета с епископами и государственными советниками, желая, чтобы город Вадстена158 отделился от монастыря и стал платить налог в пользу короны. Но всемогущий Бог распорядился иначе: как только епископы и советники прибыли сюда, они отказались от своих намерений. Им были предъявлены грамоты и обоснования монастыря на владение указанным городом, и на генеральном суде, именуемом рэфстатинг, город был присужден монастырю в присутствии господина Хенрикуса – архиепископа Уппсальского; Канутуса, епископа Линчёпингского; Турдо, епископа Стренгнесского; Николауса, епископа Вестеросского; а также господина Стена Бенгтссона – рыцаря (который в то время был наделен судебной властью как представитель короля), господина Туре Бенгтссона, рыцаря, господина Тюркеля Харальдссона, и господина Нильса Магнуссона, рыцарей, и многих других, в том числе большинства советников Шведского королевства.
104. Далее, пятого сентября – в ближайший день перед октавой Святого Августина, приходившийся тогда на пятницу, в девятом часу умерла сестра Кристина Никлисдоттер, одна из первых, кто вступил в Вадстенский орден. Эта преданная Богу женщина была первой наставницей сестер; она учила их прилежно – как сама до того училась у магистра Петруса (того, который сочинил Cantus sororum) и у господина Кетильмундуса; и она была словно наставница для всех остальных монахинь. А кроме того она долгое время была приорисой и со всем вниманием и ревностью следила, чтобы соблюдался устав, и призывала других сестер, чтобы они делали то же самое.
105. Также, в тот же год, в день, следующий за праздником апостолов Симона и Иуды, то есть 29 октября, в первом часу пополудни произошло солнечное затмение; оно продолжалось почти два часа; это был двадцать восьмой день лунного месяца.
106. Также, на шестой день после праздника Всех Святых, в четверг, была похоронена сестра Катарина Биргерсдоттер, которая умерла в предыдущую ночь, когда звонили к утрене. Она была одной из старейших, первых, кто вступил в Вадстенский орден, и пребывала во вдовстве.
107. Также, в день Святого апостола Фомы, который тогда приходился на четвертое воскресенье адвента, члены общины братьев впервые вошли в каменное здание конвента, чтобы использовать это здание как трапезную.
108. В год Господень 1400. Поутру, в праздник Очищения Блаженной Девы, когда сестры пели утреню, умерла сестра Ингеборг, вдова покойного Хартлева159. Она, покуда здравствовала, вела святейшую жизнь – как в браке, так и после кончины мужа. Ибо по части добрых дел она превзошла всех, кто жил в ее время в Шеннинге. После смерти супруга она в течение двух лет оставалась в миру, чтобы завершить все дела во славу Господа. И вот она вступила в Вадстене в орден, где семь с половиной лет вела совершеннейшую жизнь, изнуряя плоть свою постами и бдениями. Ведь даже живя в монастыре, она ежедневно жертвовала в виде милостыни лучшую часть каждой порции, которую получала. Трижды после поступления в монастырь имела она видения, в которых звучал призыв: «Приготовься, ибо близится твой смертный час»! После этого она усердно, непрестанно и горячо молилась. И хотя она и раньше набожно молилась, теперь она стала молиться еще более истово и смиренно, желая в смертный час причаститься Тела Господня; и эту ее просьбу милосердный Бог исполнил. Ибо всю ночь она лежала словно в смертных муках. И сестры вновь и вновь влагали в ее руки зажженную свечу, и снова и снова полагали, что она уже умерла. Но когда зазвонили к утрене, она ненадолго вернулась к жизни и сказала сестрам: «Не бойтесь: я не умру, покуда не причащусь тела Господа моего Иисуса Христа». И вот, когда братья начали утреню, вошел конфессор, чтобы причастить ее Тела Господня. И так, во время утрени сестер, украшенная множеством добродетелей, она, как мы свято верим, вошла в небесный храм и усопла в Господе, и в тот же день была похоронена.
109. Также, в 11 день октября, иначе говоря, в день праздника Гереона, умерла сестра Катарина из Халланда, одна из первых, кто вступил в орден в Вадстене. Она 60 лет жила в святом вдовстве.
110. Далее, в тот же год – в год Господень 1400, в день святого Мартина, господин Канутус, епископ Линчёпингский, принял в монастырь и посвятил шесть сестер – Биргитту, дочь Йеппе Бикаре, Анну Карлсдоттер, Маргарету Грегерсдоттер, Маргарету – дочь Нильса Кисты, Хелену – дочь Андреаса Шютте, Кристину Йонсдоттер из Кальмара (все они были девственницами), в присутствии господина архиепископа Уппсальского, епископа Стренгнесского, епископа Вестеросского и епископа Векшенского, короля и королевы, и всех членов риксрода. Они в то время собрались на общее заседание в Вадстене и пребывали там со дня святого Мартина до дня Зачатия Блаженной Девы, хотя некоторые, включая короля, уехали на несколько дней раньше. Тогда король Эрик получил полную власть над королевством; ранее он такой власти не имел, поскольку являлся несовершеннолетним. И вплоть до указанного времени – а также и после – этими тремя королевствами160 правила госпожа королева Маргарета, дочь Вальдемара, короля Дании161. Также, в день святого апостола Андрея был положен конец ссоре между братьями и сестрами Вадстенского монастыря усилиями упомянутой королевы в присутствии господина Хенрика, архиепископа Уппсальского; Кнута, епископа Линчёпингского; Турдо, епископа Стренгнесского; Николауса, епископа Вестеросского; Хеммингуса, епископа Векшенского; Беро, епископа Абовского; и двух рыцарей: господина Карла Тофтского и господина Стена Бенгтссона162. Также, во второе воскресенье адвента, которое пришлось на канун праздника Святого Николая, упомянутый господин Канутус, епископ Линчёпингский, посвятил в сестры Катарину Эсбьёрнсдоттер. Она была девственницей; воспитанием ее ведала госпожа Сесилия, дочь Святой Биргитты163.
111. Также, в год Господень 1401. В канун праздника Святого Варфоломея, в предшествующую ночь, умерла Катарина Брюньольфсдоттер, одна из первых, кто вступил в орден в Вадстене. Она вместе с мужем – Юханом Петерссоном первой по предписанию Святой Биргитты прибыла в местечко Вадстена, чтобы строить монастырь. Она не нашла там ничего, кроме запустелого места; не было и следов каких-либо построек, кроме полностью разрушенных стен трех каменных домов. Там она жила четыре года или пять, до прибытия мощей Святой Биргитты. И она жила там монахиней, в высшей степени набожно, и оставалась там до самой смерти. Почти целый год она страдала от жесточайшей лихорадки, от которой в конце концов и умерла. Также, в тот же год, в пятый день сентября, приходившийся на день после праздника мученика Маркела, или на октаву праздника Августина, умерла сестра Рамборг, одна из первых, кто вступил в орден в Вадстене. Она жила в святом девстве всю свою жизнь, которая была весьма долгой: ведь ей было сто десять лет, когда она умерла. О матери упомянутой сестры рассказывается в шестой книге Небесных Откровений, в 102 главе: там сказано, что она находилась вместе во Святой Биргиттой в Риме и там умерла. О ней говорит там Христос: «Эта женщина угодна мне – и потому что сама была набожна, и потому что взрастила для Меня дочерей своих». Среди тех дочерей была и упомянутая Рамборг. Она вела чрезвычайно благочестивую жизнь до конца дней своих и, хотя и достигла преклонных лет, оставалась в ясном сознании почти до самой смерти. Мы свято верим, что этот дар ниспослал ей Бог за ее девственность, которую она тщательно берегла. Также, в тот же год, в канун кануна Рождества Господня, господин Эрикус Йоханнис с Эланда был избран генерал-конфессором Вадстенского монастыря. Избрание осуществили аббатиса и конвент, согласно установлениям Святой Биргитты; епископ утвердил итоги выборов.
112. Далее, в год Господень 1402, во вторник после воскресенья Страстей Господних (каковое воскресенье приходилось на день блаженного папы Григория) был похоронен знатный рыцарь, господин Тюркиль Харальдссон, в Вадстенском монастыре, близ могилы господина Баруна. Он совершил много благодеяний для Вадстенского монастыря, был отважным воином и немало претерпел, защищая королевство. Однажды он был ранен в бою и взят в плен; наконечник копья, которым он был ранен, оставался в ране более 8 недель. Затем наконечник извлекли, и он выздоровел, и после этого прожил почти 16 лет. И вот, причастившись таинств, он почил в мире. Также, на следующий же день, в среду был похоронен в Вадстене господин Эрик Нильссон, рыцарь; он тоже совершил много добрых дел для монастыря и, как и господин Тюркель, в высшей степени благоволил монастырю. Он был похоронен перед алтарем Блаженной Девы.
113. Также, в тот же год, а именно 1402, в октаву Вознесения Господня господин Канутус, епископ Линчёпингский, впервые вошел в Вадстенский монастырь с целью визитации вместе с двумя канониками – господином Йоханнесом Бунде164 и господином Лаврентиусом Эдонис165. И в первый день – в понедельник после воскресенья октавы Вознесения, иначе говоря, 8 мая, он вошел в обитель сестер. Исполнив там все дела, на следующий день вошел в обитель братьев; а на третий день снова вошел в обитель сестер в сопровождении вышеназванных двух каноников; а также господина Йоханнеса Свартепреста – тоже каноника166. Они обошли обитель по кругу, благословляя монастырь или даже заново его освящая. Также, в тот же год и месяц в канун праздника Тела Христова, каковой праздник Тела Христова пришелся на праздник Урбана – папы и мученика, вскоре после комплетория умер брат Эрикус Гудмунди по прозвищу Буса. Он был достойным клириком; до того, как вступил в орден, он был пробстом в Финведе, где родился.
114. Далее, в тот же год, на следующий день после праздника блаженного апостола Варнавы, в тот день, когда исполняется официй святого Эскиля, когда совершилось вознесение даров в торжественной литургии, скончалась сестра Маргарета Ларсдоттер. Она была девой 34 лет от роду и вела в монастыре похвальную жизнь. И несмотря на то, что родилась в знатном семействе, смиренно и с радостью бралась за любой труд: работала в кухне, пускала кровь167, стирала и штопала одежду братьев и сестер, и исполняла прочую работу, подобающую тем, кто проявляет благочестивое смирение. А кроме того, она приносила большую пользу тем, что пела в хоре; все ее очень любили. Ее матерью была Кристина Вэмундсдоттер – близкая родственница марскалка, господина Эрика Пуке из Вермланда168; за шесть лет до указанного времени она была похоронена в Вадстене вместе с указанным марскалком. Эта Маргарета была одной из первых, кто облачился в Вадстене в орденское одеяние.
115. Также, в тот же год, в канун праздника папы Каликста умерла сестра Маргарета Лауренсдоттер.
116. Также, в канун праздника Блаженного Мартина, епископа и исповедника, умерла сестра Ингрид Никлисдоттер, женщина преклонных лет.
117. Также, на следующий день после октавы праздника Зачатия Блаженной Девы, умерла сестра Катарина Челларсдоттер, достигнув к тому времени старческого возраста. Она была простой, праведной и богобоязненной женщиной169. И, подобно тому, как пишут о Святом Мартине, никто никогда не видел, чтобы эта монахиня сердилась или ругалась; а если над кем-то подшучивала, никто не принимал это всерьез170.
118. В год Господень 1403. В день Очищения Блаженной Девы Марии были приняты в общину и получили посвящение две девы – сестра Ингеборг Юханссон (сестра генерал-конфессора) и сестра Рамборг Андерсдоттер; обряд совершил господин Канутус, епископ диоцеза. И на следующий день после праздника Очищения, в день Святого Власия, сестра Ингегерд Кнутсдоттер сложила с себя полномочия аббатисы, после того как находилась на этой должности 20 лет с того времени как поступила в монастырь171. И в ближайший день Святой Агаты172 конвент избрал сестру Йердеку, дочь Хартлева Болька из Шеннинге173. И на следующий день в хорах сестер она со всей торжественностью получила посвящение от господина Канутуса, епископа диоцеза.
119. Далее, за год до того, около праздника святого Михаила174, два брата – брат Эрикус и брат Торирус175 – отправились в Рим по делам, имеющим крайне важное значение для нашего монастыря. Когда эти дела были исполнены, господин Эрикус вернулся, а другой брат – Торирус – вместе с братом Лукой176 отправился во Флоренцию (где неподалеку от города началось строительство монастыря в замке, именуемом Парадизо), чтобы наставлять братьев и сестер, которым предстояло получить посвящение в соответствии с уставом Святого Спасителя.
120. Далее, когда все вышеуказанное было совершено177, госпожа королева Маргарета, среди прочих дружеских бесед, под конец доверительно сообщила братьям в их локутории178: «Одной женщине представлялось, что она в опасности, столь великой, что эта женщина уже не надеялась на какое-либо избавление, кроме смерти. Тогда некая достойнейшая дама, одетая в серое, пришла к отчаявшейся и сказала: “Возлюби вадстенских братьев, и избавишься от этой опасности!” Женщине стало лучше, и она вознесла благодарность Богу и Святой Биргитте». И госпожа королева прибавила: «Настанет время, и я открою вам имя этой женщины». Братья же, будучи опытны, поняли, что королева говорила о себе.
121. Также, в тот же год Господень 1403. В день, предшествующий празднику Престола Святого Петра, умерла сестра ab extra по обету179 Катарина, знатная женщина, вдова Петера Йекна – также нашего брата; он умер за шесть лет до нее.
122. Далее, в тот же год, на следующий день после праздника Прота и Гиацинта, почил наш брат, господин Стефан, пресвитер, который долгое время упорно трудился на благо монастыря. Он отвечал за монастырское имущество180, и защищая его от фогдов181и прочих сынов Велиала182, которые тогда помыкали народом, так яростно сопротивлялся им, что они даже угрожали ему смертью183.
123. Далее, в вечер перед Рождеством Господним, госпожа королева Маргарета, о которой говорилось выше, прибыла в Вадстену, где оставалась со своей свитой до времени после октавы Благовещения184 – из благочестия, и для того, чтобы получить отпущение грехов. И в один из последних дней своего пребывания она смиренно попросила, чтобы монастырь выдал ей грамоту о принадлежности к братству, чтобы она являлась как бы сестрой и была причастна к духовным благам монастыря; и такую грамоту она получила185. В последний же день своего пребывания в монастыре, собрав в локутории сначала сестер, затем братьев, благочестиво поцеловала каждому руку в знак того, что стала сестрой. Некий брат-мирянин, протягивая королеве руку, по обычаю прикрыл руку плащом перед тем, как прикоснулся к ее руке. «Ни в коем случае!» – воскликнула королева. «Подай мне неприкрытую руку, ведь я теперь твоя сестра»!
124. В год Господень 1404. В день обретения Святого Креста умер брат-мирянин Бенгт на двадцатый год с того времени, как дал монастырский обет. Он являлся одним из первых братьев-мирян монастыря. Этот человек был, выражаясь просторечно, стекольщик186. И он обучал этому ремеслу в монастыре, и оставил после себя множество братьев, сведущих в указанном ремесле. И благодаря этому мы были избавлены от необходимости покупать у мирян дорогостоящее оконное стекло – ведь братья, которых он обучил, сами, если было нужно, изготовляли в достаточном количестве подобное оконное стекло для себя и для церкви. Его жена и дочь тоже поступили в монастырь, став сестрами; а он получил орденское одеяние, став братом. И он был очень строг по отношению к себе: достигнув преклонных лет, он ослеп и стал немощен, и долгое время не мог ни встать с постели, ни повернуться без посторонней помощи; и тем не менее он отказывался лежать на кровати с периной (как в порядке исключения дозволяют в подобных случаях наши Addiciones), но спал лишь на соломенном тюфяке, как делал, когда был здоров187. И он являлся человеком большого терпения: хотя он был настолько болен и переносил такие муки, он хранил мужество и возносил хвалу Богу. И за все услуги, которые оказывал ему брат, прислуживающий ему, он непрестанно хвалил и благодарил Бога.
125. Также, в 15 день мая, который выпал на октаву Вознесения Господня, умер Йеппе Бикаре, наш брат ab extra, служитель на дворе управляющего. Он был благороден по происхождению, но еще благороднее он был ввиду добродетелей своих188. Он являлся одним из первых четырех служителей ab extra, носивших на одежде крест189. Человек прямодушный, праведный и богобоязненный190, он был весьма искусен в плотницком ремесле и сведущ в строительстве домов. Поэтому он руководил строительством нашего монастыря, следуя указаниям прелатов; был он неустанным тружеником много лет до самой смерти. У его брата, Якоба Бикаре, имелись две дочери, девственницы, которых он радостно и благочестиво пожертвовал и посвятил Богу191. И так они обрели место среди сестер в монастыре.
126. Также, в самый праздник Плоти Господней – иначе говоря, в день после перенесения мощей Блаженной Биргитты, в монастырь вступил господин Йоханнес Иоаннис из Кальмара. Господин Канутус, епископ Линчёпингский, рукоположил его в диаконы.
127. Также, в канун праздника Блаженного Ботольфа умерла Кристина Тюста192, монастырская сестра ab extra, трудившаяся на хозяйственном дворе, женщина добродетельной жизни и преклонных лет.
128. В год Господень 1405. В день обретения Креста был принят в монастырь брат Лаврентиус Эгьярсон, посвященный господином Канутусом, епископом Линчёпингским, в братья-миряне. И в дни, непосредственно следующие за этим, упомянутый господин епископ совершил визитацию; сначала он вошел в монастырь сестер в сопровождении двух своих каноников, а на следующий день в обитель братьев. А днем позже он снова вошел в монастырь сестер, чтобы осмотреть здание, засовы и кельи, и убедиться, что ни в чем не нарушены устав и статуты.
129. Далее, в день святого Олава – короля и мученика – умер брат-мирянин Петер Юханссон, по прозвищу Повар193, на 21 году своей монастырской жизни. Он был одним из первых братьев-мирян, которые прибыли в Вадстенский монастырь, чтобы там остаться, когда мощи Святой Биргитты были перенесены из Рима в Вадстену. Он был весьма трудолюбивым братом и приносил монастырю большую пользу – особенно тем, что переплетал книги и изготовлял оконное стекло: все оконные стекла в новых хорах братьев были изготовлены при его участии. Но значительную часть упомянутых стекол сделал господин Финвидус, один из 13 священников; он был очень полезен монастырю, о чем мы расскажем, когда придет черед.
130. Также, в тот же год, в канун праздника Вериг Святого Петра во время вечерни братья впервые вошли в свои хоры, строительство которых только что завершилось. Сначала они вошли со святыми дарами и мощами святых и совершили крестный ход вокруг алтаря и пели при этом Summe trinitati194, Felix namque195, и проч. И тотчас после этого они начали вечерню, радостно хваля Бога. Также, в тот же день, на следующий день после Рождества Блаженной Девы – в день святого мученика Горгония умерла почтенная женщина Ингеборг, сестра господина Стефана. Он умер за два года до нее, в день Прота и Гиацинта, о чем сказано ранее196. Упомянутая Ингеборг была нашей сестрой ab extra и пришла вместе с братом со всем своим имуществом, которое целиком подарила монастырю, а также с матерью и отчимом по имени Петер из Скеды197 – набожным и замечательным человеком. Оба они почили в глубокой старости. А Ингеборг, о которой говорилось выше, была в высшей степени набожной женщиной. Никто никогда не видел, чтобы она гневалась; она была необыкновенно терпеливой во всех бедах, и сама утешала всех остальных. Была она истинной матерью для всех бедняков, насколько это было в ее силах. И 30 лет она прожила в святом вдовстве.
131. Также, в тот же год, в субботу октавы Рождества Блаженной Девы, каковой праздник тогда пришелся на вторник, произошел несчастный случай у главного алтаря во время торжественной литургии. Брат, очередь которого наступила, подошел к алтарю, чтобы служить мессу; и когда он дошел до оффертория198 и братья пропели Credo, он почувствовал себя так плохо, что оказался не в состоянии довести мессу до конца. Его тотчас же заменил другой брат, который ранее мессу никогда не служил. Недомогание произошло, вероятно, оттого, что брату за день до этого сделали кровопускание; впрочем, он и раньше был не очень здоров. Дело в том, что он совсем недавно – в октаву Вериг Святого Петра возвратился из утомительного путешествия. Он вернулся из Флоренции, где два года находился в монастыре Святой Биргитты ради распространения ордена199.
132. Также, в тот же год, в 18 день сентября – то есть, на следующий день после праздника мученика Ламберта умер брат Юхан Петерссон. Он был первым, кто по предписанию Святой Биргитты прибыл в Вадстену, чтобы построить монастырь; он пришел сюда с женой – Катариной Брюнольфсдоттер, которая скончалась за четыре года до него200. Он был очень благочестив и в высшей степени ответственно относился к постройке монастыря. Он разбил монастырский сад и сделал много других добрых дел для монастыря. За восемь лет до смерти его поразила болезнь: он был почти парализован и почти не мог говорить, поэтому впоследствии он очень мало разговаривал. В дальнейшем он общался с братьями, проявляя такое смирение, что казалось – это скорее ангел, нежели человек. В миру он был вэпнаром201 и родным братом господина Магнуса Петри, который умер за девять лет до него во Флоренции в монастыре, именуемом Парадизо; о нем рассказано выше202.
Этот брат, как я уже сказал, первым начал строительство монастыря в усадьбе Вадстена (в то время пустой и брошенной жителями) по предписанию Блаженной Биргитты. И я сам слышал из его уст, что когда указанный Юхан Петерссон находился в Риме с Блаженной Биргиттой, которая еще пребывала в мире сием, госпожа Биргитта сказала ему: «Мой дорогой Юхан, когда ты вернешься в Швецию, отправься к Вадстенской усадьбе; построй дома – такие, какие нужно, и оставайся там до тех пор, пока я, по Божьему произволению, не прибуду к тебе. Ибо там надлежит построить монастырь». Он возразил: «Госпожа моя, у меня ведь жена и дети; не могу я стать монахом». А она в ответ: «А ты и жену возьми с собой в Вадстену. А малюток твоих я возьму к себе и о них позабочусь. А ты направься к господину Николаусу, епископу Линчёпингскому; он даст тебе грамоту, которую выправит относительно того участка, и сам по моему поручению поможет тебе во всех делах».
И вот этот Юхан Петерссон вернулся в Швецию и мужественно, с пылом начал строительство в Вадстене; и так строил в течение пяти лет. Ему помогал Тумас, епископ Векшенский, который и жил постоянно у него, покуда госпожа Катарина и все прочие не вернулись из Рима в Вадстену с мощами Блаженной Биргитты, которая к тому времени скончалась. Малютки его все до единого в скором времени умерли. И вот что он мне рассказал по секрету. Построил он несколько домишек и попросил жену и мать (которая все еще была жива), чтобы они пришли вместе с ним в Вадстену. Но те отказались и заявили, что в монастырь не пойдут. Тогда он вернулся и продолжил работу, которую начал. Около Рождества Господня он снова направился к ним и стал уговаривать, чтобы они последовали за ним. Те стали отказываться и отговариваться; тогда он чуть ли не впал в ярость и сказал так: «Отдайте мне половину детей на воспитание. Вы ведь хорошо знаете: то, что я обещал госпоже Биргитте, я не брошу и доведу до конца; и я дождусь ее возвращения». Тогда мать сказала ему: «Дорогой мой сын, не гневайся! Мы готовы последовать за тобой, куда тебе угодно; но мы не спешили, потому что хотели испытать, насколько твердо твое намерение».
Pulsuz fraqment bitdi.