![картинка metaloleg](https://u.livelib.ru/reader/metaloleg/r/ok7t5mgb/ok7t5mgb-r.jpg)
Одна из самых объемных книг, прочитанных мною за последнее время, томик на 550 страниц энциклопедического формата и, одновременно, видимо это самое большое обращение современных историков к материалам комиссии Минца. Я уже писал об аналогичном сборнике Сталинградская битва. Свидетельства участников и очевидцев, ставшему первым подходом к материалам собранным АН СССР, этот же сборник состоит из собранных свидетельств участников боев 1943-1944 году на побережье Кавказа и в Крыму, взятых членами комиссии иногда уже в послевоенное время, во время вызова отличившихся респондентов в Москву для награждения или во время крымских командировок 1946 и 1947-их годов, иногда уже после сворачивания самого сбора. Естественно, к даче интервью привлекали либо особо отличившихся бойцов и командиров, награжденных орденами, и в том числе званием Героя Советского Союза, так и просто командный состав из преимущественно 51-й армии генерала Крейзера, которую после освобождения Крыма успели застать на полуострове. 2-ю гвардейскую уже успели вывести, и начали разбирать Приморскую, так что символически были опрошены те, кто уходил из Крыма в 41-м (тогда ей командовали Кузнецов и Батов) и те, кто вернулся в 1944-м в Севастополь. По воспоминаниям участников комиссии, приведенных в книге, Яков Григорьевич Крейзер обрадовался вниманию московских историков, сочтя что его армию обошли со славой освободителей Крыма гвардейцы из армии Г.Ф. Захарова.
В целом, все свидетельства четко делятся на воздушно-морские и пехотные. Летчики и моряки преимущественно вспоминают эпопею Эльтигенского десанта, немногие выжившие морские пехотинцы рассказывают про свой быт на Огненной земле и последующий прорыв. Опросили члены комиссии и девушек из легендарного 46-й гвардейского НБАПа, "ночных ведьм", современные историки нашли их свидетельства очень близкими к текстам послевоенных мемуаров. Среди десантников попалась совершенно уникальная история Героя Союза Магомеда Юсуповича Гамзатова, успевшего поучаствовать в Польском походе РККА 1939-го, потом в присоединении Бессарабии, потом в боях под Львовом, в первой Феодосийской десантной, боях на Кавказе с новой десантной под Керчью. О выбивании кадров красноречиво говорит тот факт, что в беседе с генералом Петровым командующий штурмовым батальоном оказался единственным, кто участвовал в десантах ранее. Еще из совершенно бессмертных людей есть свидетельства летчика, капитана В.Д. Борисова, воздушного разведчика, начавшего войну в 1941-м и летавшего на фотографирование над Сталинградом, Миуссом, Перекопом, прорывавшимся в Севастополь и дальше летавшим от Карпат до Германии и Чехии. Мемуаров реальной воздушной элиты, высотных разведчиков крайне мало, и выживаемостью они тоже похвастаться не могли, когда по тебе одновременно бьют десятки орудий ПВО, а ты должен спокойно в ясном небе выполнять задание.
Пехотные мемуары в основном представлены свидетельствами из 51-й армии, от командующего и офицеров штаба до рядовых. Они четко делятся на две точки - Сиваш и Сапун-гора. Сиваш - это забытый подвиг саперов и вообще рядового солдата тыловой части, который часами шел по соленой воде залива, то по колено, то по грудь в разъедающем растворе, увязая в иле, проваливаясь в воронки, но упорно толкая понтоны со всем необходимым на плацдарме, от дров до тяжелых орудий. Вот это орудие на фотографии весит три тонны, и таких гаубиц перевезли не один десяток. Их так и называли в документах вплоть до армейского уровня - бурлаки. Саперы строили гати, мосты, насыпи, борясь с последствиями бомбежек и обстрелов, а зачастую и зимних штормов сносящих все построенное. После накопления на плацдармах необходимых сил и средств и усыпив бдительность немцев, считавших, что главный удар будет с Перекопа или из-под Керчи, сивашская группировка взломала оборону немцев и те покатились к Севастополю. Сапун-гора стала второй доминантой в воспоминаниях, штабные офицеры вспоминали, как требовали из Москвы карты укреплений СОРа образца 1942-го, рядовые - как шли в атаку на изрыгавшую огонь с четырёх ярусов обороны гору. В двух или трех местах, причем как в интервью моряков, так и пехотинцев, упоминался неформальный приказ не брать пленных, который особенно рьяно исполнялся моряками расстреливавшими самодельные плоты, на которых немцы пытались доплыть до Румынии. Само понятие гуманизма по отношению к пленным явно пора пересмотреть после свидетельств капитана Л.А. Буткова, Героя Советского Союза за Керченский десант, рассказавшего как ранее на Донбассе из сорока пленных итальянцев довел до штаба дивизии восемнадцать, а остальных перестрелял. Или же ворвавшись на высоту с немецким КП и взяв в плен два десятка офицеров, оставил в живых только двух, как "языков".
Отдельно в книге приведены фрагменты допросов пленных, которыми щедро поделились с историками в штабе 51-й армии. Уже на Сиваше немцы начали понимать, что из Крыма в живых они вряд ли выберутся, потому пошли ранее невиданные случаи, когда забившись в блиндажи, они не слушали команд офицеров, пытавшихся воссоздать оборону, а предпочитали ждать, пока их не заберут в плен. Румыны же сдавались чуть ли не всеми подразделениями по команде своих офицеров. Особняком лежат признания немецкого врача, австрийца по происхождению, сторонника австрофашистов Дольфуса и фон Шушнига, посему выгнанному из всех гражданских заведений после аншлюса, но... взятому в армию. В поезде до очередного места службы он предался невосторженному образу мысли и неосторожным разговорам со случайными попутчиками, загремел в тюрьму по их доносу, был приговорен военно-полевым судом к смерти и ждал утверждения приговора из Берлина. В апреле был под надзором освобожден и отправлен в батальонный медпункт, в котором его и взяли в плен после краха обороны на Сапун-горе. Своих раненых при этом врач бросил и на допросе разливался соловьем про моральное состояние армии и офицерского корпуса, а также про врожденную страсть немцев к мазохизму и подчинению.
В целом - интереснейший сборник не прилизанных цензурой или послевоенными установками воспоминаний непосредственно по горячему следу событий. Полагаю, еще немало материалов комиссии Минца всплывет в ближайшие годы в новых изданиях, это вторая книга из четырех подобных сборников в моей библиотеке, еще две по танкистам армии Катукова и летчикам авиаполка Покрышкина ждут своей очереди.
««Здесь кровью полит каждый метр…». Рассказы участников освобождения Крыма. 1943–1944 гг.» kitabının rəyləri