© Роман Коновалов, 2017
ISBN 978-5-4490-1534-1
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Приподнимая нам завесу тайны,
Колода карт тасуется судьбой,
Колдует комбинации случайно,
И масть не та, с обидной частотой.
Блефуем часто и идем ва-банк,
Не фишки, мы размениваем, – годы,
Я пьян игрой, налей еще стакан,
Крупье обманщик с меченой колодой.
Я требую… прошу… хоть ненадолго…
Хотя бы секунду… хотя бы десяток…
Память… ты верни… не будь в долгу…
Образы, краски… сценарий измятый…
Ты! Сволочь! Верни! Отдай! Не твоё…
Прошу… память… хотя бы секунды две,
Жизнь… кинопленку не жги – судьей,
Молю… отдай… я уже протрезвел…
Не Голливуд… так что же??? …Пусть!!!
Сценарист не в ладу с режиссёром – драма,
Казалось, комедия – а всё равно грусть,
Актеры – пижоны! Болван – я! Прости, Мама.
Отдай! Получи! Не твоё! На, получи, на!
По горлу ножом… и в живот… десяток…
Забрал и исправлю… глаза – стекло…
Поздно, уже слишком поздно… Всё – снято…
Ты пришла внезапно, тайной нежной,
Я уже устал, казалось, ждать,
Провела рукой мне по лицу, и безмятежно,
Вдаль смотрю… и не боюсь я засыпать.
Не испуган я внезапностью… и встречей,
Ты пришла, укрыв одеялами любви,
Мне доверься, хоть и кажусь беспечным,
Наш костёр гори… прошу… – гори!
Снишься мне… хоть и давно мы вместе,
За руку держу и счастлив на века,
Знаю! Любишь! Хоть я… не безупречен,
Не знает промаха Амурова стрела…
Ты пришла внезапно, тайной нежной,
Принеся покой и счастье в суету мою…
Проведи рукой мне по лицу… и безмятежно,
Знаю! Я тебя люблю… и я тобой дышу…
Красная звезда горит в макушке,
Елочка оделась в шарики цветные,
Громко бахает – хлопушка,
Рассыпая… конфетти цветные.
Малыши не спят и верят в чудо,
Дед мороз готовит сани,
И все взрослые забудут,
Вечные заботы и печали.
Наконец-то, семья в сборе,
Стар и млад, отцы и дети,
Снова шум и праздник в доме,
Было… будет… сто столетий.
Снеговик, всплакнул украдкой,
Дни весны – не за горами,
Бьют Часы двенадцать… жалко,
Время всё бежит упрямо…
Паровоз… Фломастеры… Эх, память…
Промелькнёт бенгальской искрой,
Бой часов – стакан наполнит,
Пролетает жизнь… увы, так быстро…
Красная звезда горит в макушке,
Елочка оделась в шарики цветные,
Громко бахает – хлопушка,
Рассыпая конфетти цветные.
Хи-хи, смешно, ха-ха… ха-Ха!
Я Бим, я-Красный нос… я клоун, здрасьте!
Что мой осел-скакун, для вас лишь – кляча,
Не важно, я паяц, я шут – игрок контраста…
Вы только смейтесь, люди… я не плачу…
Упал… не больно, смейтесь, ха-ха…
Улыбка мне приклеена помадой красной,
А слезы, лишь соленая из глаз вода,
Простите, цвета нет у глаз, почти погасли,
Вы только смейтесь, мне не больно, господа!
Хи! Ха! Смешной видок! Хааа, хааа!
Картуз велик на пять размеров, а ботинки жмут,
Я слон в посудной лавке, бью посуду,
Вам цирк, мне представление – хомут,
Вам жизнь театр, а мне, лишь банковская ссуда…
Вы только смейтесь… господа… ха… хаа
Ты видишь всё иначе Мама, …прости…
И блеск в твоих глазах, и слезы – …виноват,
Моя родная, добрая… прошу, ты – не грусти,
Я вырос и дорогу в детство позабыл назад.
Прости… я редко прихожу, и даже не звоню,
Мужчина… и отец, и муж… но мальчик…
Ты извини меня, что променял на беготню,
Твоё внимание, я всё пыжусь и скачу, как мячик.
Бред… всё пустое… суета – зануда,
Работа, люди… болтовня… друзья…
Откуда знать заранее… скажи откуда???
И я пойму всё поздно, совесть мне Судья…
Прости, я редко прихожу… Мамуля… Мам…
Приду… и помолчу… и ты – молчишь…
Но улыбаешься и веришь, и назло слезам,
На свою душу, камень мой, ты взгромоздишь.
Я вырос… и дорогу в детство позабыл…
Моя родная… добрая… прошу прости,
И я молчу… и я молю – хотя не заслужил,
Мамуля… Мам… ты только не грусти…
Мы склеены почтовыми марками,
Написаны текстом немого поэта,
Не затерялись, сквозь индексы чисел,
Хоть бумажные письма, давно рудимент…
Мы связаны… металлом и сплавами,
А химия – больше, чем просто наука,
Мы провода меж столбов, телеграммы,
Смерть меньше страшна, чем наша разлука.
Ты для меня – сон из детства про Маму,
Ты улыбка и радость – подарок Судьбы,
Я – это строгость, через чур, временами,
Я тебя вижу, перестал быть слепым.
Мы склеены, связаны – в единое целое,
И встреча загадана текстом Бога-поэта…
Тебя – я люблю… чувством робким, несмелым,
Зря думают многие, что любовь – рудимент…
Ох… эти всадники из ниоткуда…
Из никогда – криволинейным маршрутом,
Галопом без пауз… Вершители судеб…
Несутся навстречу, мышцы венами вздуты…
Остановите свой бег, хоть он мне наркотик,
Ах… Бессердечные всадники из никогда…
Из ниоткуда – прямо, … но мимо-напротив,
Постойте-же, судари, барины, мил-господа.
Мушкетёры судьбы, графини капризной,
Всадники-годы… Атос… Портос… Арамис
Пыль от копыт – фельетон… укоризна…
Опыт из жизни – не Бог! Не судья! Юморист!
Из никогда… из снов… – прямо в память,
Клеймом раскалённым, как-будто простуда,
Мой приговор – расстрелян дождями…
Мне бы дожить… не потерявши рассудок.
Потом и пеплом… эмболией по вене…
Задыхаясь от боли сердечной, но жив я…
Галопом бесседлым-секундой мгновенной,
Всадников встречу – улыбкой… смеясь…
А я не псих… и даже не больной…
Я просто… просто верю в правду,
Наивно верю в дружбу, хоть порой,
Она в меня не верит… как не верит в завтра.
Я не простак… хотя казалось бы – иначе,
Что доверяю людям целого себя,
За что – плачУ… и временами плАчу…
По старым швам мне душу штопать, вновь хрипя…
По граблям мудрости – не наступаю, а бегу,
Мой опыт – оказался, сын ошибок трудных,
Очередные грабли??? Дайте лёд ко лбу!!!
Но Вера и Любовь – мой указатель в водах мутных…
Не думайте! Не псих… и даже не больной…
Но в дружбу верю и в любовь – …наивно,
Возможно я Последний рыцарь и Герой!
Я понял, лишь они укроют от грозы и ливней…
«Романов цвет»… цветок – обычная ромашка,
Гадаю, обрывая лепестки – Ты любишь? или нет?
Боюсь… дыханье затаил – и дышится мне тяжко.
Но не спешит цветок… открыть мне твой секрет…
Всё меньше лепестков, все ближе я к разгадке,
Летят они – снежинки лета и все реже мой букет.
Не любит… любит… я весь в томлении и тревоге,
Чёт-нечет – мне не важен результат, но верю…
Я знаю – любишь… в молчаливом диалоге…
Блеск глаз твой помню – Ромашке тайну я доверил.
Есть люди… как Планеты… есть…
Бывают, как Луны, … бывают…
Людей, как кометы… не счесть,
И Солнца… но часто – сами не знают.
Дарят свет – до конца, а Душу – до взрыва,
Образуя Системы вокруг… и Миры…
Не думаем часто, не понимаем – что живы,
Благодаря Людям-солнцам – теплом, что щедры.
Поддержат… согреют… подскажут…
Дорогу Добра или «солнечным зайцем»,
Люди, с именем Солнце, раскрасят,
Серое утро – иного они и не знают.
Мой Мир вечный, весенний и яркий,
Лучом света, ранним утром в оконце,
Счастье даёшь, бескорыстным подарком,
Я знаю… ты мой человек-Солнце.
Дай свою ладонь… я посмотрю…
Линии Судьбы увижу, Образы в тумане,
По руки морщинкам пальцем проведу,
Ты не смейся… и не упрекай в обмане.
Вот полоска Жизни… хороша и явна,
Обещает лёгкий Путь и долгие года,
Душа родная рядом – это главное,
Везение с тобой за руку! Навсегда!
Вот морщинки линий – знаний и ума,
Не обделена ты Мудростью, Харизмой,
И не властна над тобой холодная Зима,
Вижу блеск в глазах и реки оптимизма.
Дай ладонь свою, я просто посмотрю…
Плата за рассказ? Немного надо…
Хорошо Всё будет… может повторюсь,
Мне твои улыбки, смех – награда.
Декабрь. И слезы превратились в льдинки,
Прокрался холод в душу… и темно,
А с неба валят зимние цветы – снежинки,
И тают на щеках, как слезы. Серое кино.
Декабрь. Хоть звезды-души светят в небе ярко,
Замерзло сердце – в камень, не отогреть костром,
Цветы-снежинки укрывают Землю… Жалко.
Букет растаял на щеках, ушёл вчерашним днём.
Зима раскрасила все окна городов цветами,
Поля укрыла снежным покрывалом навсегда,
И льдинки-слезы на щеках уже не тают…
Цветут снежинки. Я остыл. Прощай весна.
Под козырьком подъезда…
Укрылись двое от дождя,
Там ты… там я… там целый мир,
Любовь, зонтом – от суеты спасая,
Всё на двоих – и жизнь, и блеск в глазах.
Луна – фонарь, дорожкой света,
Все тайны сохранит, а мы дыхание затая,
Там я… там ты… наш целый мир,
И спрятавшись от всех – целуемся опять,
И не заметим ночи – первый луч рассвета.
Под козырьком подъезда…
Укрылись двое от дождя…
Там мы…
там Мир…
там Вера и Любовь.
Тумана сизые клубы – порой, не видно цели,
Бреду на ощупь. Наугад. Закрыв глаза,
Маршруты позабыты, карты все истлели,
В тропе болотной… Каждый шаг… Последний.
Я заблудился и оглох – в кричащей тишине,
И засосало в жижу… лишь глаза чуть видят,
Мне воздуха! Глоток! Вдохнуть… Уже почти на дне,
Прости… мои слова – опять тебя обидят…
Судьба-чужбина… не вяжи мне руки…
Пусть руки в кровь и губы в белой пене,
Но подбородок выше и свобода – сладкой мукой,
Я правду предпочту – любой, хоть нежной, но измене.
И засосало в жижу… лишь глаза – чуть видят.
Свободен. Честен. Улыбаюсь, черт возьми…
И пусть – слова… и пусть опять – обидят…
Тебя люблю… И ты – мой выбор… болоту вопреки.
Огонёчки-огоньки, всё манят мотыльков,
Там зажегся… тут погас. Случайность…
Крылья нежные вверх-вниз, сгорают в угольки,
Далеко-далёко… скрыты наши тайны…
Огонёчки-огоньки – ночные окна городов,
Души всех людей горят в едином пламени,
Кто сгорает… Кто спасётся от мирских оков…
Издалека-далёка, но вернутся жить отчаянно…
Огонёчки-огоньки, наши звезды в небе ночью,
То мигают, то укажут направление домой…
Но не убегай… Не бойся – ты не одиночка,
Хоть юность и прошла, оставив сиротой.
Крылья – пусть сгорели… но шагать легко,
Вместе с человеком, с кем живешь счастлИво,
Огонёчки-огоньки горят в Душе, и всем назло!
Их костёр я слышу – мелодией Любви красивой.
Дон…
Я знаю по чему звонят колокола,
По лета дням и по теплу ночами,
Дождями осень зарядила и туманами,
И образ размывают капли с той стороны стекла.
Дон… дон…
Мне небо серыми укрыла одеялами,
Старуха-осень все ворчит, пеняет на судьбу,
Промозглым ветром гонит тучи – табунами,
Глинтвейн остыл и капли по лицу кинжалами.
Дон… Дон… дон…
Я знаю по чему звонят колокола,
Как я устал ждать солнце каждым утром,
Все чаще укрывает лужи – перламутром,
Старуха-осень на свой престол взошла…
Будильник не буди… не разгоняй туманы грёз,
Мой спор с Морфеем громче… ГРОМЧЕ,
Сцепились с ним.. не в шутку, а всерьез,
И разговор о вечном не окончен.
Опять… он мне нарисовал абстракции…
И линии с фигурами – в безумной пляске,
Как будто не друзья и должен по контракту,
А утром снова Душу отправлять на перевязку.
Послушай, гражданин? Товарищ? Барин?
Ты может успокоишься? Я сам решу свой спор…
Прими мой выбор, Божество упрямое,
Ты не судья! Тем более не прокурор…
Морфей, чего пристал? Зачем напоминаешь?
О Выборе? О череде пустынных дней???
Пшел вон… Не друг… Ты жить мешаешь…
Обиделся, ушел? Вернись – поговорим, Морфей…
Звезды не гаснут… ослепительной вспышкой,
Последней эмоцией – сжигают миры,
Плазму вперёд, не нужна передышка,
Только вперёд, хоть впереди и обрыв…
Не угасают… не тлеют… – сила характера,
Масса стала критична, инерции след,
Необратимость взрыва в реакторе,
Миллиард лет стабильно… теперь уже нет.
Звезды не гаснут… умирают так ярко…
Луч света – вдруг стал смертельным копьём,
Сгорает Вселенная, Мир без остатка,
Лишь Души не гаснут… бессмертны… тем и живём…
Озираясь… ходят люди по земле,
В пол глядя… или прося у неба,
Счастья требуют – подковы над дверьми,
Прибивают… ждут… не ведают…
Счастья миг – не в найденных подковах,
Миг беды – не в чёрной кошке поперёк…
Не заманишь в сети, хоть и ловок,
Нить тонка и не спасает оберёг.
Счастье… и свобода, как Пегас в полёте,
Не поймаешь, пусть и хлесткий кнут,
Подковы ищут, в пол глядя… Поймите…
Со счастья – не забудьте снять хомут.
Не держи судьбу ты на аркане,
Гордой лошади противны удила,
Свобода-счастье выбирает равных,
Ты взгляд приподними – она тебя нашла.
Совершают… люди… подлости…
Ошибки – пусть, мы не всегда мудры,
Выбирают слабость, не по совести,
Вроде люди… но копнешь – нарыв…
Обычный человек – стал подлецом,
Бывает… вмиг, под тяжестью проблем,
Вдруг сломлен, стал к другим – слепцом,
Играет жизнь… по правилам Систем.
Система Эго… Жадность… Мерзость…
Отнимет главное у веривших людей,
Обобран… одиночеством истерзан,
Петля – подарок подлеца, владей!
Прощать и понимать? Вернуть подарок?
Быть сильным! Душу не сломить…
Блага – в обмен на грех, иль гадость,
Твой выбор… Тебе с ним дальше жить…
Pulsuz fraqment bitdi.