Первая ночь моей новой жизни:
К воротам приближались лошадиные силы.
«Принц»– улыбнулась она.
И кокетливо прикусила кончик драконьего хвоста.
Пусть будет Предисловие.
Одно из мнений об этом тексте, что речь идет о героине, жертве абьюза, попавшей в нежные руки манипулятора. Конечно, отношения могут быть определены любой поведенческой моделью, ведь за каждым выбором в этой жизни стоит сексуальный голод, неудачный опыт прошлых отношений или травмы, которые кристаллизовались отложениями на душе, после зрелых и счастливых отношений никто не попадает в водоворот манипуляций и недопонимания. Если говорить о герое, то его поведение я объяснила бы так: объект предыдущих отношений жестко обесценил его чувства, мечты о семье и доме, и эта модель, как яд, в дальнейшем просачивалась в его новые и новые отношения, не давая им никакого шанса.
«Ты не понимаешь, я как твой кармический мужик. Кармический мужик-точно! Классная идея для нового рассказа!»-скажет ОН, но практически сразу напишет и выложит в блог парочку текстов и вовсе не о НЕЙ.
«Мое любимое чудовище»-подумает ОНА и посвятит ему это небольшое произведение и более года своей жизни.
Этот текст о поиске эмоций, реакциях, чувствах, ранее не изведанных, интеллектуальном парировании и игре, о страхе принятия и, конечно, разочаровании. Жизнь-свой личный путь, вызов себе, прощупывание на прочность своей психики и не только своей. К сожалению, многие современные отношения – это неумение испытывать чувства, эйфорию, порывы, жаждать другого человека, неумение прочувствовать грань мужду впаданием в зависимость и трезвостью оставаться собой. Остановимся на этом в предисловии, как говорит герой, «Будда учит отказываться от оценочных суждений», так пусть гипноз этих ночей захватит читателя, и каждый сделает свой вывод.
Толчком к написанию данного дневника стала обида, которая через аллегоричное восприятие проблемы при погружении в сон, стала основой «ночей». Наверное, надо сказать спасибо «вдохновителю», но мне, человеку, писавшему ранее только стихотворные формы, писать прозу было психологически сложно, под этим соусом стресса и аффекта.
Не судите строго, раскрываю душу наизнанку:
Не было ни боли, ни слез, стояла пелена осознания, что ею пренебрегли и заменили. Не обязательно сталкиваться с фактом и прямым доказательством, чтобы понять, что тебя лихо подменили. Это казалось невероятным и нереальным, та глупость, которую ОН не мог допустить априори, но все же допустил. Мост доверия пошатнулся, и впервые ОНА поняла, что не так уж ОН силен и благороден. «К людям надо быть снисходительней»,-говорит ее отец,– «ибо слабы они». Созданный ею Мир скатывался в бездну недоверия, гордость уничтожала его из памяти, а чувства искали лазейки для оправдания….
*Ночь 4. Она гнала мысли о нем из своего сердца, своего разума, усугубляя картинами его похоти к женщинами, прикосновений к ним, его трепетом в адрес их пустых тел и глаз. По мере того, как она засыпала с мыслями о его изгнании, проваливаясь в сон, она видела уходящий вдаль караван верблюдов…ибо глупее животное вообразить было сложно….
Как всегда минимум информации о том, где был, когда уехал и вернулся. Неожиданная встреча, как обычно, была схожа с покером, где блефу отводилось огромное значение. Вспомнились произнесенные когда-то слова после поездки ее Wanderlust Kingа в Венесуэллу, и набитое там же тату с географическим очертанием сей страны, – из каждой поездки будет новый рисунок подниматься от щиколотки все выше и выше…
ОНА нежно массировала его стопы, заведомо зная о существовании свежего тату, а ОН совершенно не стремился делиться пережитыми впечатлениями от новой страны, его эго хотело внимания и вовлеченности. Подыгрывая в этой интриге любимому манипулятору ОНА приближалась руками к заветному рисунку, который должен был впечатлить своей новизной и оригинальностью. Умышленно затягивая момент распросов о Стамбуле, блуждая пальцами по мышцам его ног в полумраке, ОНА достигала цели, ее восторг был полон удивления, любопытства и миллоионов вопросов: CONSTANTINOPLE витиевато красовался на голени…
*Ночь 5. Этой ночью звёзды светили так, словно огни Софии. «Константинополь» ещё помнил прикосновение ее рук, влагу ее кожи. Но, как мы помним, второй Рим канул в историю…
– Я здесь провожу даже совещания с моими замами,– сообщил ОН, приглашая ее в кабинет кальянной «Boston» напротив Политехнического института.
Ночное такси привезло ее в это скрытое от шумного проспекта место. Тут было хорошо, банально хорошо. Запах табака дурманил, и раскаленные угли подогревали интерес к спутнику все сильнее и сильнее. Что-то сакральное было в посещении «его» места. Постепенное знакомство с его миром вводило в заблуждение о долгосрочном общении.
Долгие разговоры и взгляды через пелену затянутых мыслей – и курильщики теряли счет времени. У этих встреч всегда было начало, но никогда не было понимания о продолжении. В этом заключался их драматизм.
После разрыва она отказалась от кальянных и подобных заведений, дурманящий дым слишком ранил воспоминаниями…
*Ночь 6. Ночные огни носились по потолку, словно светлячки. Странная музыка без слов вгоняла в транс. Запах кальяна напоминал «Boston», что теперь был также далёк, как и сами Штаты.
Сейчас уже трудно вспомнить, какая причина привела ее в тот район, куда и транспорт-то не ходит. Хозяин, надев маску отсутствующих эмоций и слов, бродил по квартире. Немой вопрос, почему ОНА здесь, прятался за надуманным безразличием. Длительные перерывы в общении приучили его не ждать ее, не хранить никакого ее присутствия в своей берлоге. У них не было общих друзей, дел и интересов, чтобы иметь возможность пересекаться. Это было оправданием для него, чтобы периодически обновлять страницу в «живом» тогда Tinder. И ОНА прекрасно понимала, что это движение в противоположную от нее сторону. Интуитивно цепляясь за любые причины быть рядом с ним, ехала в ночи на знакомый адрес. ОНИ говорили много и спокойно, оба похожие по интеллекту и характеру, оба не готовые уступить, но с одинаковой силой тянувшиеся друг к другу.
Pulsuz fraqment bitdi.