Внутри меня нежно взрывается атомная бомба. Ядерный гриб поднимается к потолку и греет своим теплом. Верхом на птеродактиле-киборге я устремляюсь в звездный космос, как персонаж малобюджетного научно-фантастического фильма 80-х.
Розоволосая Ева — бабочка и ураган — появляется во втором акте моей сумасшедшей, бессмысленной жизни и переворачивает все с ног на голову. Взрывом розовой ядерной бомбы мой полигон разносит к чертям. И то самое, опошленное голливудскими фильмами чувство, заполняет мою пустоту двадцатью тоннами розовой чистоты в тротиловом эквиваленте.
Ты гладил шерстку мамонта?
— Ты знал, что умирающих от старости вождей индейских племен относили на высокий холм, чтобы там они встречали духов? Почему бы нам не проворачивать такое со стариками?
Статическая энергия от трех дюжин кошек поможет зарядить ваш вибратор на целый день!
«В чем причина моей беспомощности?» — думают они, бреясь по утрам и собираясь на работу, и не находят простого ответа. Их жизни пусты, их мысли — обвалы космического беззвучия. Но каждый из них в тайне мечтает быть героем — мечтает стоять на вершине горы с лазерным мечом в руках, рубить на куски лезущих со всех сторон рептилоидов-захватчиков с Меркурия. Обмазавшись их синей кровью, сшить из чешуйчатой кожи накидку, подобно шкуре Немейского льва. Чтобы потом пить вино, гордо развалившись на троне из костей инопланетян, пока их ублажают ползающие в ногах распаленные девственницы-наложницы…
И мир становится прекрасным, ведь за моей щекой ее жвачка.
В глазах котят в розовых рулонах — котята в розовых рулонах, котята в розовых рулонах, котята в розовых рулонах. Рекурсия милоты, заставляющая тебя подтираться ультрамягкой с двойным слоем и получать скидки на следующие покупки. И еще бонусы на карту, чтобы подтираться в два раза больше и в два раза тщательней.
Возможно, ты один из тех неудачников, кому ничего не нужно от жизни. Твой стиль жизни — полная противоположность лозунгу «Пепси-колы».
Когда из разбитой бетонной скорлупы под треск прогнивших паркетов и грохот эмалированных кастрюль настенные ковры полетят на асфальт, подняв облако пыли, и сотни тараканов, чей род ведется со времен Хрущева, вырвутся на свободу, разбежавшись по всем палаткам шаурмы в округе.