Корректор Виталий Блинов
Фотограф Артем Азаров
© Сергей Блинов, 2021
© Артем Азаров, фотографии, 2021
ISBN 978-5-0055-4240-3
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
«Герои твоих рассказов» – это, прежде всего, сборник небольших зарисовок, в героях которых читатель сможет узнать кого-то из своих знакомых (или даже себя), а некоторые события, описанные в них, могут показаться до боли знакомыми. Так что да, все совпадения с реальными лицами и событиями являются не просто совпадениями (кроме, конечно, «Путешествия длиною в жизнь»)!
Рассказы сборника можно условно разделить на две группы: те, которые описывают действительно произошедшие события, пусть и приукрашенные немного, и те, которые являются вымыслом.
Особое место занимает история «А у нас на лавочке…». Одна из ее героинь сама поведает читателю, кем и для чего она была создана. Я лишь позволил себе немного дополнить пьесу, написанную для театральной сцены, и преобразовать в рассказ.
Отдельно стоит отметить пьесу «Алиса», о которой многое сказано в «Театральных историях». Эти самые «истории» стоят особняком в книге, потому что являются важнейшей частью моей жизни, которой я посвятил много лет, и мне очень хочется, чтобы читатель тоже смог узнать об этом.
В «Героях твоих рассказов» очень многое сказано и обо мне – между строк или прямым текстом. Я надеюсь, что познакомившись с этим сборником, читатель узнает что-то новое и о его авторе.
Приятного прочтения!
Предисловие
Когда я заканчивал одиннадцатый класс, все мои одноклассники и учителя были убеждены в том, что дальнейшая моя жизнь и высшее образование будут связаны с актерской профессией. Я же удивил всех, окончив филологический факультет. Однако мечта о сцене никуда не делась, и в 2006 году я создал свой собственный театр – Творческую студию «Театрал», в которой был художественным руководителем и режиссером. Очень многое я смог воплотить на сцене благодаря тем людям и событиям, которые окружали меня на протяжении всего творческого пути: с десятого класса, когда я тесно связал себя со сценой, до долгих лет жизни моего «Театрала». Эти истории – о них.
История первая: Как я поступал в ТЮТ
Было лето после девятого класса, 2000 год. Многие мои друзья после сдачи экзаменов разъехались по дачам. Кто-то остался в городе. Среди них был и я.
Однако вскоре лето приблизилось к концу настолько, что настало время думать о новом учебном годе, и тут мама предложила мне попробовать свои силы в сдаче экзаменов в ТЮТ1. Что это такое – ТЮТ, – я не знал.
Наша давняя знакомая согласилась помочь мне и подготовить к поступлению. Итак, меня ожидали три тура.
Первый тур состоял в том, что каждый должен был рассказать наизусть стихотворение и басню. Затем его могли попросить показать импровизированный этюд.
Слава Богу, с выучиванием текста у меня никогда проблем не было. Другое дело, что подобные экзамены я тоже никогда не сдавал. За довольно короткий срок меня научили, как нужно преподнести себя, и я отправился «в бой».
Сейчас, оглядываясь на первый тур, понимаю, что это было очень просто. По—моему, педагоги уже тогда отбирали совершенно конкретных людей. Наверное, талантлив ученик или нет, видно практически сразу. И все же… Стартовое выступление я преодолел без страха. Смущало лишь одно: меня не просили показать этюд, а это могло означать как то, что я понравился, так и то, что не понравился.
Второй тур оказался сложнее: к уже имеющимся басне и стиху (кстати, тем же самым – объяснить это можно тем, что в жюри были другие педагоги, еще не видевшие потенциальных тютовцев) прибавлялось исполнение песни и несколько упражнений на чувство ритма и общую «музыкальность».
Сейчас в связи с этим очень забавно слышать, как новые поколения поступающих в ТЮТ свято убеждены в том, что проверяют у них во втором туре прежде всего голос и слух! Переубеждать их бессмысленно…
Для меня это был момент истины. Дело все в том, что с пением я не дружу. И не потому, что полная бездарность, а потому что не лезу туда, где не чувствую себя как рыба в воде. Когда меня готовили к этому туру, то неожиданно узнали, что, оказывается, я являюсь счастливым обладателем голоса и слуха, что стало откровением, но не поводом быть уверенным в себе на все сто.
Второй тур проходил в более торжественной обстановке: с аккомпаниатором, большим количеством педагогов и простых тютовцев. Испугаться я просто не успел. Вышел, прочитал, спел, сделал все, что требовалось, в упражнениях на ритм.
Настало время финального тура. Теперь я понимаю, что к тому моменту последние сомнения педагогов обычно отпадают. За два тура все становится ясно. А в последнем они смотрят, как человек умеет держаться на сцене. Да, последний тур проходил именно на сцене! Это оказалось самым страшным: у кого-то тряслись ноги, кто—то забывал текст, хоть и рассказывал эти стих и басню уже дважды.
Пожалуй, для меня этот тур оказался самым легким. Я с самого детства участвовал в различных школьных постановках, а потому никакой боязни сцены не испытывал. Меня остановили после прочтения стихотворения и попросили сесть. На этом все и кончилось. Уверенность была. Самоуверенность – нет.
И все же самое интересное еще ждало впереди: в назначенный день и час следовало прийти в театр и увидеть (или не увидеть) себя в списке поступивших. Себя я в списке обнаружил – с этого момента и началась моя тютовская жизнь.
Первый раз уходя из ТЮТа уже в качестве студийца, я дал себе слово провести в театре год, а потом решить, что дальше. Когда этот год закончился, я «добавил» еще два. Но вскоре прошли и они, и вот тогда я дал себе последнее, как оказалось, обещание: пять лет. Увы, по истечении пяти лет, я театр покинул.
Однако память о ТЮТе осталась. И годы, проведенные в нем, а также работа с замечательными педагогами и выступление на сцене со многими талантливыми тютовцами помогли мне выбрать свой дальнейший путь, к которому я пришел после окончания университета, – создание собственного театра.
История вторая: Накладные усы
Эта забавная история случилась, когда еще в школе мы делали пародийную постановку «Однажды вечером». Помните такое шоу с Нагиевым и Ростом? До сих пор я вспоминаю этот спектакль с двояким чувством: с одной стороны, аншлаг и грандиозный успех, но с другой – плохая подготовка артистов. Многие позволили себе схалтурить… Было очевидно, что без импровизаций спектакль не пройдет, но в этом не было ничего плохого – напротив, импровизация есть основа любого спектакля любого театра…
Итак, спектакль начался. Я играл в нем роль Нагиева, а потому все время находился на сцене. Лишь раз моему персонажу приходилось переодеваться по ходу действия. За сценой. Кто же знал, что именно тогда случится самое забавное?!.
Один мой друг играл роль продюсера шоу «Однажды вечером» и появлялся на сцене в тот момент, когда уходил я. Еще до спектакля мы договорились, что он будет играть в шикарных черных усах, налепили ему их и остались довольны. Однако перед началом премьеры он сказал, что все лицо чешется, а потому он их снимет. Я спорить не стал – вдруг еще раздражение пойдет.
Итак, он вышел на сцену… Все шло по плану, как вдруг зал взревел. Я высунул нос, чтоб узнать, что произошло, какая шутка произвела такое впечатление. Когда мне рассказали, что случилось, сдерживать смех было невозможно.
Наш герой-продюсер, ругаясь с героем Сергея Роста, решил позвонить коллеге и полез во внутренний карман пиджака за телефоном, достал его и стал говорить, не замечая при этом, что на трубке элегантно повисли шикарные черные усы, впопыхах засунутые в тот же карман!
И как жаль, что мне не довелось увидеть все это собственными глазами… Зрелище, по словам очевидцев, получилось незабываемое! А после окончания спектакля момент с усами обсуждали едва ли не чаще всего!
История третья: Как привлекать зрителя
С того дня как у меня получилось поступить в ТЮТ, родная школа максимально загрузила ученика десятого класса различными предложениями. Естественно, театрального характера. Первые два спектакля были полностью моими: сам писал сценарии, сам выбирал актеров, музыку и все остальное. Третья же постановка оказалась наиболее интересной. Я шел «на все готовое»…
Недавно пришедшая в школу учительница истории решила взяться за постановку неимоверно сложной сценки «Жена—еврейка» Бертольда Брехта. Сама задумка была интересна и невыигрышна одновременно. Все привыкли, что на школьные спектакли (это за два-то раза!) зритель валом валит, и решили, что и на Брехта придет полный зал.
Сама учительница понимала, что со зрителями могут возникнуть проблемы, и попросила нас с одноклассником не только сыграть в постановке, но и помочь ей привлечь их. Признаюсь, мы думали не долго – выход пришел в голову моментально!
Итак, мы повесили афишу. Оформлена красиво, ярко, цветасто. Справа – фамилии актеров. Все по старшинству ролей. Первыми – крупным шрифтом: мой одноклассник, затем я сам. Пока висела афиша, слышал много раз, как народ подходил и говорил: «О, снова они в главных ролях! У них классные спектакли. Надо идти!»
Зал не был полон, но многие из сомневающихся пришли благодаря узнаваемым фамилиям, а секрет наш был прост: мой друг действительно играл главную роль в постановке, а вот мое участие ограничивалось 30 секундами в начале, но неискушенный зритель попался на нашу уловку, «клюнув» на фамилии во главе афиши!
История четвертая: Выход на замену
С самого начала в спектакле ТЮТа «Конец любви»2 мне была отведена одна роль: Режиссера в пьесе «Коготок увяз…». Конечно, пять минут на сцене не могли удовлетворить меня – хотелось еще ролей, тем более, многие играли в спектакле по две и три роли.
И вот однажды режиссер Е.Ю.Сазонов подозвал меня к себе и сказал: «Сережа, я хочу дать тебе роль Птицына». Я был счастлив. Лишь одно смущало нас обоих. Через три дня должен был быть спектакль, и роль получил я не просто так. Да, Евгений Юрьевич давно «примерял» меня к этому персонажу, но самое главное было в другом – мог не сыграть в спектакле артист, которому и принадлежала роль.
Задача проста – за день выучить текст, потом день репетировать в ТЮТе и играть, если не выйдет разболевшийся товарищ.
Мне очень хотелось, чтоб он поболел еще денек, а я сыграл, но точно так же хотелось увидеть его на сцене. Все-таки аврально входить в роль очень сложно!
Целый день я ходил по комнате и повторял текст. К вечеру все слова в голове перемешались, но я повторял и повторял. А потом были репетиции, одна за другой…
Настал день спектакля. Я ехал в ТЮТ, твердо понимая две вещи: во-первых, эту роль у меня теперь никто не отнимет, а во-вторых, кто будет играть в тот день, ясно еще не было. Долго тянулось время перед спектаклем. Моего напарника никто не видел. Гримеры не знали, в кого меня гримировать. Я сам был весь на нервах.
В последний момент он все—таки появился. И отыграл как всегда хорошо. Но тогда я и не подозревал, что больше он на сцене ТЮТа не сыграет, а роль Птицына до последних дней жизни спектакля буду играть только я.
История пятая: Этот праздник День рождения
Долгие годы ТЮТ успешно сотрудничал с театрами из других городов и стран. Среди них особенно выделяется датский режиссер Якоб Кёрбу. Наш театр часто бывал в гостях в Дании, а местные актеры и режиссеры приезжали в Россию.
Сам же господин Кёрбу иногда ставил спектакли с воспитанниками ТЮТа и гастролировал с ними по миру. Разумеется, спектакли были не на русском языке.
И вот однажды я увидел объявление о том, что Якоб Кёрбу снова в Питере и снова набирает актеров для новой постановки. Англоязычной. Представляете, какой это шанс? Не только сыграть спектакль на английском языке, но и поездить по миру с этой постановкой?!
Это был декабрь. В один из этих дней у одной моей знакомой случился День рождения. Самый обычный, ничего особенного. Другое дело, что эта девушка была в очень подавленном настроении. Многое у нее не ладилось, а жаловалась она все время мне, так как считала лучшим другом, которому можно излить душу. Она меня, конечно же, пригласила…
Я попытался, как позже выяснилось, совместить несовместимое… Ну какой была вероятность, что День рождения и встреча с Кербу совпадут не только в дне, но и во времени?.. А ведь совпали. Что выбрали бы вы? Я выбрал то, что было важнее.
Когда она узнала, к слову, спустя много дней, что именно я пропустил, то сказала, что я идиот. Наверное, была права. Но вот только если бы можно было все переиграть, я поступил бы так же.
И кто знает, как все могло сложиться, если бы…
История шестая: Про одну талантливую девочку
На первом году своего пребывания в ТЮТе студийцы должны были очень много узнать: и о том, как устроен спектакль, и о том, кто и как за него отвечает и многое другое… В течение всего года их ожидали занятия со своим педагогом-режиссером дважды в неделю и один раз – с педагогом определенного цеха.
Чтобы попасть в какой—либо цех, помогающий режиссеру при работе со спектаклем, каждый новый человек в ТЮТе должен был сначала познакомиться со всеми цехами, а затем их них выбрать уже один. В первый месяц группы тютовцев водили по цехам старшие актеры. Однажды довелось на месте «старшего» побывать и мне.
Среди ребят доверенной мне группы я сразу же выделил для себя тех, кто живо интересовался театром и с жадностью впитывал новые знания. Так получилось, что мой хороший друг, которого я лично готовил к поступлению в ТЮТ, оказался в другой группе, а потому за его успехами я не имел возможности наблюдать.
Однако и среди «моих» оказались очень талантливые ребята. Когда они с режиссером ставили этюды, я чаще всего бывал занят, но несколько раз смог посмотреть их постановки и был поражен тем, как по-взрослому некоторые из них воспринимали простой этюдный материал.
Девочка Маша не выделялась на фоне других талантливых ребят. В то время она училась то ли в восьмом, то ли в девятом классе. Но поразила до глубины души своим выступлением на экзаменационном спектакле. Маша сыграла фрагмент «Бури» Шекспира. Причем самостоятельно исполнила все роли. Это было блистательно! Все, кто был на экзамене, сказали: «Далеко может пойти, если не остановится в развитии!» Маша действительно оказалась невероятно талантлива!
И представьте себе мое удивление, когда несколько лет назад я обнаружил, что играющая главную роль в сериале «Рыжая» Мария Луговая и есть та самая Маша! Девочка, которая со временем превратилась в обворожительную красавицу и, судя по всему, очень неплохую актрису!
Теперь я не без гордости могу говорить, что имею честь быть знакомым с Машей и прекрасно помню, с чего все начиналось…
История седьмая: Коля! Открой!
Это были славные времена ТЮТа, когда я еще с огромным удовольствием посещал многочисленные репетиции и постоянно играл в «Конце любви». В очередной раз к нам приехал Якоб Кербу со своей группой. Они все вместе присутствовали на наших занятиях, не догадываясь, чем закончится одно из них…
Как всегда, как только режиссер нас отпустил, мой друг Коля помчался курить в туалет. В открытую он курить не имел права, так как еще не закончил школу (одно из правил ТЮТа), а потому рванул в «убежище». Нам с Мишей он набегу бросил: «Догоняйте!»
Мы разговаривали о чем—то своем, а потому шли за Колей медленно, не особо задумываясь над тем, что может произойти…
Войдя в туалет, мы обнаружили как всегда – две кабинки. Дверь одной была закрыта, дверь второй – приоткрыта. В помещении явственно чувствовался запах сигарет. Мы не ошиблись. А дальше Миша сделал то, что сделал бы любой, – он постучал в закрытую дверь (ведь не станет же Коля не запираться!). В ответ – тишина. Он постучал снова и добавил: «Коля, открой!» Снова тишина – и только причмокивание раздавалось вокруг. Каждый из нас представил, как наш дорогой друг улыбался, наслаждаясь тщетными попытками попасть к нему.
«Коля! Открой!» – уже кричал Миша и барабанил ногой в дверь, прибавляя почти про себя матерные словечки. Я стоял рядом и смотрел. Было очевидно, что курильщика ждет выговор от нас обоих. Миша тем временем яростно дергал за ручку, колотил по двери ногами и руками и бешено орал на товарища.
Наконец он устал и остановился. И именно тогда раздался такой знакомый голос: «Ну…» Но его источник находился явно не в той кабинке, куда так хотели попасть мы. Соседняя дверь приоткрылась, и оттуда выглянула довольная физиономия.
Миша стоял и не мог отвести взгляд от второй двери. Она была по-прежнему закрыта – значит, там кто—то есть!
Вдруг дверь распахнулась – и из нее выскочила испуганная датчанка и с плохо скрываемым испугом, постоянно повторяя «I’m sorry!», скрылась из виду.
Немая сцена.
История восьмая: Снип—снап—снурре…
Давным-давно в ТЮТе я репетировал роль Сказочника из «Снежной королевы». Роль для меня была большая и практически главная. Но самое важное – мне довелось сыграть с детьми, которые были младше меня на восемь—девять лет. Я тогда уже учился в ВУЗе, а мои партнеры по сцене – только в средних и младших классах школы. Это был незабываемый опыт.
Они воспринимали меня как наставника, режиссер Дмитрий Леонидович Стрелков – как помощника. Я очень рассчитывал, что в этом спектакле смогу быть помощником режиссера и на сцене.
В конце мая, как это и положено по завершении очередного театрального сезона, мы показывали родителям то, что наработали за год.
Моя самая большая проблема была известна многим – не учу текст. Сколько раз я уже на этом обжигался! Кошмар! Но и к данному экзамену я ничего не учил. Вспомнил про роль только тогда, когда осознал, что дети боятся сильнее меня. А кто их выручит, если они забудут текст и запнутся?.. Вот—вот. Я принялся усиленно учить текст за два-три дня до показа.
Накануне сам Дмитрий Леонидович попросил меня по возможности подстраховать ребят. Ответственность – огромная!
И вот настал день показа. Для меня он прошел как в тумане. Я только помню, как после каждой своей сцены уходил за кулисы и хищно набрасывался на лежащий там текст, судорожно повторяя его глазами. Помню, что напутали мы в итоге очень много, но не запнулись ни разу! Дети и вправду, ошибались нередко из-за волнения, но я мужественно подхватывал историю и выручал их.
На обсуждении показа было сказано, что так безбожно текст еще никто не врал…
Прошли годы, спектакль в течение долгого времени шел на сцене ТЮТа, состав полностью обновился. Жаль только, что я в нем так и не сыграл, потому что уже покинул театр… Позже, когда мы переписывались с моим Режиссером в социальных сетях, наши послания имели определенный заголовок, понятный только нам двоим: «Снип-снап-снурре…»
История девятая: Мечта
Однажды, много-много лет тому назад у меня появилась мечта… Самая настоящая. Я уже целый год проучился в ТЮТе и наконец решил, что надо пробовать самому сделать что—то самостоятельное. Нет, речь не о спектакле: уже в десятом классе, постигая первые азы мастерства в театре, я делал постановки.
Теперь же мне захотелось написать что—либо самому. Первая проба пера – своеобразный роман, наполненный юношеским романтизмом, – был отложен на полку и не доведен до ума до сих пор, а потому его никто не читал. Сценариев ко многим школьным сценкам и более серьезным постановкам я написал достаточно, а потому следующую вещь – не сценарий – я видел куда более серьезным произведением.
Это должна быть пьеса. Меня всегда привлекала именно подобная литература. Да и написать ее было проще – мне так казалось тогда. Эх, знал бы, сколько буду с ней мучиться…
Итак, решено – пьеса. Следующим встал вопрос – о чем? Должно было быть что—то оригинальное, не заезженное. И пока я думал над этим, в голову пришла очередная идея: поставить эту пьесу на сцене ТЮТа. Я понимал, что никто мне не разрешит это сделать, но попытаться стоило.
Удивительно, но после недолгих переговоров с руководителем театра и моим учителем Евгением Юрьевичем Сазоновым мне удалось добиться разрешения. Евгений Юрьевич сказал, что я могу осуществить свою задумку и показать результат педагогам театра, а они уже решат – выпускать это на сцену или нет.
Для меня это был прорыв. Оставалось дело за малым – написать… И я уже начал подбирать актеров, параллельно делая первые наброски. По сюжету главный герой живет в особняке и представляет собой постоянно чем—то занятого молодого человека. Вскоре к нему должен приехать родной брат, актер провинциального театра, который сможет перевернуть уклад главного героя. Специально для Андрея, моего тютовского друга, я стал писать роль отрицательного персонажа (Андрей был надежнейшим помощником режиссера, а потому я попросил его выступить и в этой роли тоже, на что он сказал, что устал играть лучших друзей главных героев и попросил какого-нибудь злодея) – так на свет появился босс героя.
Но самым удачным ходом, как я сейчас понимаю, было использование в сюжете реальных событий и переживаний – писал я отчасти с самого себя, о самом себе… А следом – я дал главному герою другого родственника вместо брата – сестру…
К сожалению, на сцене ТЮТа спектакль не появился, поскольку я ушел из театра, а пьеса еще не была дописана. Более того, она стала обрастать новыми персонажами – как главными, так и второплановыми. Несколько месяцев я ее переписывал и шлифовал…
И в тот момент, когда она была завершена, оказалось, что уже и на сцене университета поставить ее нереально в силу разных обстоятельств личного характера.
И все же пьеса состоялась, а со временем появился и спектакль, по ней поставленный, – «Алиса»3.
История десятая: Кинофильм
В годы моей учебы в ТЮТе произошло еще одно очень важное событие. Однажды мой товарищ-тезка решил снять фильм. Короткометражный. Оператором он позвал нашего одногруппника, а на главную роль пригласил меня.
Отказаться от такого было бы глупо, хотя бы потому, что подобного опыта в моей жизни еще не было. В старших классах школы у нас была мысль снять фильм, более того, даже сценарий был написан, но дальше пространных диалогов ничего не пошло. А тут – такой шанс!
Не могу сказать, что мне очень понравился сценарий, но он оказался милым и непритязательным. Наверное, он таким и должен был быть. Я медленно начал учить роль и с упоением ждал первый съемочный день.
Когда он наконец настал, я был счастлив – так волнительно! Мы собрались втроем на Васильевском острове (там жил наш оператор) и отправились снимать. Сейчас уже и не вспомнить, на каких линиях велись съемки, помню только, что это было очень занимательно. Я выполнял указания режиссера и при этом думал, как это будет выглядеть на экране. Как раз тогда я захотел снять подобный фильм сам…
Спустя годы я осуществил задумку уже со своей театральной студией. Ну а в основе фильма лежал рассказ, написанный мной по воспоминаниям о той киносъемке и, что самое интересное, с опорой на сценарий режиссера—тезки (сохранились имена героев, например)4. А сам рассказ я написал как домашнее задание по одному из предметов университета. В задании необходимо было в произвольной форме описать маршрут по любому месту города: кто—то создавал целые экскурсии, кто-то рисовал карты, а в моем рассказе главный герой ходит по одному и тому же «маршруту» в течение многих лет и сочиняет свои произведения.
Сейчас уже не имеет смысла возвращаться к первоисточнику. Обнаружив его недавно на своем столе, я сравнил написанное нами и понял, как все-таки далеко ушли мы друг от друга.
История одиннадцатая: Судьба одного спектакля
Спектакль ТЮТа «Билет до планеты Земля» привлек мое внимание тем, что был анонсирован как первая постановка подобного рода – антиутопия! И он оправдал мои ожидания. Спектакль состоял из нескольких крупных сцен по произведениям Роберта Шекли, связанных между собой общей темой – будущим нашей планеты.
Различные инопланетяне, полеты в космос – вот о чем рассказывалось в спектакле. Главный герой летал с планеты на планету и изучал новые миры. Интересной находкой оказалось то, что режиссер решил использовать рассказы разных жанров…
Наибольшее впечатление на меня произвел рассказ, который я смотрел на едином дыхании, даже не представляя, что можно было так сильно с режиссерской точки зрения рассказать обычную историю. Впрочем, не совсем обычную.
Удивило, как точно были подобраны актеры на каждую из ролей – они смотрелись так, словно родились в этих образах, притом что многим из них приходилось играть не живых существ, а роботов. Когда я шел домой после сеанса, то дал себе слово, что обязательно найду рассказ, по которому была поставлена эта сцена, и когда-нибудь обязательно попробую сам сделать подобный спектакль.
Конечно же, произведение я нашел. Прочитал его, и не один раз. И снова влюбился в каждого из его героев. Сколько раз я представлял, как буду играть главную роль в своем спектакле, но в итоге не сделал этого, доверив роль другому.
Со дня просмотра спектакля в ТЮТе прошло несколько лет. Мечта сбылась. Спектакль создан и очень любим зрителем. А называется он – «Страж—птица»5…
История двенадцатая: «Театрал»
Приблизившись к получению высшего филологического образования, я пошел устраиваться на работу. Самым очевидным вариантом была школа, которую я закончил за четыре года до этого. Прежде всего, нужно понимать, что шел я создавать театральную студию, а вовсе не работать по полученному образованию учителя. Однако так вышло, что родной школе я нужен был здесь и сейчас (а дело было весной, когда еще шли последние студенческие будни). Я же был готов приступить к работе только с сентября, когда стану учиться в магистратуре. В результате я оказался в школе, где директором была моя бывшая учительница физики. Она была крайне заинтересована в создании театра в своей организации и дала мне полный карт-бланш.
Творческая студия «Театрал»6 стала воплощением той самой мечты, к которой я столько шел через годы учебы в школе, университете и ТЮТе. Здесь я мог творить сам. На первую встречу пришло около сорока человек – обучающихся школы, многие из которых не задержались на долгий срок в нашем коллективе, а кто-то и вовсе промелькнул на паре занятий. Зато из тех, кто остался и поверил в мою идею, сложился дружный коллектив. Мы вместе решили, как будет называться студия и создали логотип – собирательный образ человека—театрала. И пошло-поехало… Мы вместе гуляли, играли в подвижные и настольные игры, репетировали по пять-шесть раз в неделю и творили.
Каждый сыгранный спектакль собирал почти полный, пусть и не очень большой, зал. К нам ходили друзья, родители, братья и сестры, учителя. Только благодаря добросовестному отношению моих учеников к делу мы смогли добиться многого. Сегодня все они уже закончили не только школу, но и университет. У многих семьи и дети. С момента их выпуска прошло уже достаточно времени, чтобы каждый из них повзрослел настолько, что, оглянувшись назад, может решить, чем был «Театрал» для них, потому что я не сомневаюсь в том, что бесследно пройти такой яркий этап их школьной жизни попросту не мог!
История тринадцатая: Самый лучший спектакль
Последние школьные годы я особенно увлекался чтением пьес. Где-то подсознательно я, наверное, каждую пьесу рассматривал как свой будущий спектакль: воображал декорации, подбирал актеров и музыкальное оформление…
Из всех прочитанных тогда пьес только одна на данный момент материализовалась в спектакль.
Когда я прочел ее в первый раз, то восторг охватил меня настолько, что можно было сразу делать новый спектакль, но не с кем… Прекрасно понимая, что осуществить это в то время было сложно, я продолжал читать и искать.
Прошли годы. Я вновь нашел ее среди книжных полок и снова перечитывал. Теперь в голове не было сомнений относительно декораций, почти выстроился музыкальный ряд, отсутствовали проблемы с актерами.
Как часто наши самые сокровенные желания исполняются? И как часто это происходит без нашего непосредственного вмешательства? Возможно, почти никогда. Не увидел бы я эту пьесу, одиноко покоящейся среди многих других, – не прочитал бы. Цепочку можно продолжать и продолжать.
Но все же, это случилось. И благодаря талантливейшему автору Тому Стоппарду репертуар «Театрал» пополнил спектакль «После Магритта», по праву считающийся лучшим, что выпускала моя студия7.
История четырнадцатая: И больше никогда!
Театральная деятельность в институте не ограничилась показом единственного спектакля «Как найти парня за десять дней…»8. Еще в одном интересном мероприятии мне довелось принять участие. Была на нашем курсе одна любопытная дисциплина – «Выразительное чтение». Там нас учили не только читать, но и анализировать тексты, и «проигрывать» их по ролям. А вела курс Инна Лолиевна Шолпо.
И вот однажды в качестве задания была дана постановка фрагмента из произведения Шекспира. Моей «команде» достался «Гамлет». Мы рьяно взялись за дело, «назначив» Гамлетом моего друга, а Клавдием меня.
И вот настал день, когда мы показывали нашу работу перед всей группой. Отговорил свое Гамлет, погиб Полоний, попричитала Гертруда. Настал выход Клавдия с длинным и красивым монологом.
Зазвучала музыка Дмитрия Маликова: патетичная и до жестокости красивая. Я вышел на сцену и, оставшись один, начал говорить. И вот тут произошел курьез. Где-то на середине монолога я понял, что не помню дальнейшие слова. Мой мозг заработал в поисках решения. В итоге я читал роль, сочиняя текст на ходу (стихи!) и дополняя его тем, что осталось от Шекспира.
После показа мне было ужасно стыдно, потому что вообще—то я должен подавать пример (все же в театре играю!), а тут… И тогда я дал зарок – больше в своих постановках никогда не играть.
Однако уже совсем скоро мне снова пришлось стать Клавдием на Весеннем фестивале на филфаке, а потом забыть про данное обещание и опять начать лицедействовать…
История пятнадцатая: Записки из сумасшедшего дома
Творческая студия «Театрал» в течение нескольких лет сотрудничала с БОО «Перспективы» и Психоневрологическим интернатом №3 города Петергофа. Наше знакомство вышло случайным. Мой хороший друг Алексей в то время был волонтером в интернате и послужил проводником между студией, искавшей себе друзей и руководством интерната, желавшим пригласить артистов к себе в гости.
Долго описывать дорогу, которую я преодолевал первый раз в одиночестве, без своих артистов, смысла нет. Я доехал до Старого Петергофа и потопал через дремучий лес по дороге, которая может быть только в России: вся в колдобинах и ямах, замерзших лужах и рытвинах. Но вскоре добрались до цели и, миновав охрану, прошел в само здание интерната.
Pulsuz fraqment bitdi.