Моя мать часто говорила: «Не люблю фотографироваться, я нефотогенична».
– Мама, это не имеет значения, твоя фотография просто будет напоминать мне о тебе, когда ты умрешь, я буду смотреть на снимок и плакать. Фотографируйся, пожалуйста, мама, почаще.
У меня была девушка по имени Татьяна, которая считала, что я не умею снимать. «Поэтому я никогда не получаюсь красивой», – говорила девушка.
Если я ее рисовал, она уничтожала мои работы: «Разве у меня зеленая щека? Разве у меня красные зрачки? Почему у меня несимметричное лицо?»
– На черно-белой фотографии у тебя серые лицо и глаза, черные губы. Тебе это больше нравится? – спрашивал я у девушки, но она сердилась еще больше и рвала, рвала, рвала мои картины. Мы расстались.
По этому поводу я вот, что скажу: «Радуйтесь, что вас вообще кто-то рисует или снимает. И сразу распечатывайте свое изображение на принтере. Мало ли что, никто же не знает, как долго будут храниться изображения на современных носителях.
Вдруг какая-нибудь электромагнитная вспышка на Солнце сотрет всю информацию. Или, не дай бог, нейтронное оружие. Тоже все сотрет».
На самом деле это счастье, когда тебя можно сфотографировать! Ты это понимаешь, только когда утрачиваешь такую возможность.
Когда-то меня фотографировали, были и такие времена. Мою фотографию можно было увидеть на страницах газет. Например, в статье «Художник нарисует 10 картин по заказу директора авторынка «Фортуна». Там была моя фотография. Я стою рядом с директором авторынка Любовью Семеновной Винник.
О проекте «Авто-портреты» было написано около десятка статей. «Рынок поддержал современное искусство». «Фортуна улыбнулась художнику».
Как я потом узнал, автопортреты – были частью рекламной компании нового авторынка. Типа информационного повода.
Любовь Семеновна заказала мне десять «автопортретов». Правильно писать: «авто», дефис, «портреты». Это ее выражение, так она креативила, по ее собственному выражению. На самом деле речь шла о десяти изображениях дорогих автомобилей для ее автосалона.
– У вас есть опыт в изготовлении таких портретов? – спросила она меня при первой встрече.
– Конечно, – ответил я, и это было правдой. Однажды я писал портрет баржи для Волго-Донского пароходства. Заплатили, но со скандалом. Сказали, что у вас слишком много психологии, а портрет нужен парадный. То есть старая баржа должна быть как новая.
Pulsuz fraqment bitdi.