Kitabı oxu: «Амплуа Нефертити», səhifə 6

К удивлению моему, они согласились. И спустя время мы начали строить новый храм любви, а рядом с ним и усыпальницу-гробницу.

Когда все то было завершено, я обошел вокруг, как когда-то сделала сама Нефертити, и произнес примерно такие же слова. Точнее уже не помню.

Говорил и еще что-то, но уже не помню. Проронил также слезу и обошел еще раз.

Видели то люди и присоединились ко мне на пути. Так и получился тот круг, что и поныне зовут кругом любого хода.

На день другой после свершения всего того случилось великое землетворение. Так называли тогда тряску земную.

Многое разрушилось и многие погибли под обломками строений. И тогда, я вспомнил те слова, что сказала Нефертити на прощание.

– Ты жестока, – в горести воскликнул я и поднял руки к небу.

Но, она не услышала меня, а только новая волна нахлынула снизу и уже укрыла меня самого с головой, находящегося совсем рядом со зданием. Что было дальше – я не знаю. Я умер, судя по всему, так как в голове моей содержится только это.

И вот уже сейчас, спустя века я сам спрашиваю у той же Нефертити о том великом дне. И она же мне уже сегодня отвечает:

– Здравствуй, грек Немидий. Ты выполнил большую часть того, о чем я говорила. Ты унес память людей с собой после их смерти, ибо погибли все, кто тогда там жил и оставался еще на том берегу. Но я еще не простила тебя. И я жду твоего прощения воочию веков грядущих новых и уже прошедших давно. Как будет происходить то – не знаю сама. На все есть воля божья. Он всем руководит и даже мною самой.

И вот я жду свою участь и даже не знаю, что будет со мной или с кем-то другим уже в это время, заполненное до отказа разными чудесами, да только не настоящими.

Что мог – то рассказал вам. Не знаю пока, где те сокровища спрятаны и долго ли они пребудут еще под землею. Обо всем том ведает только она, да еще Бог, мой и всех покровитель, упасающий нас в разные годы от всяких бед и напастий на нас самих. Слава ему – нашему Богу! Пусть, он порадуется за нас, если мы что-то сделали во благо себе и если не прибудем все к нему в один час и миг, как то уже случалось много раз ранее.

На этом рассказ мой о Нефертити завершен и низложен на мою голову сверх, ибо чувствую я, что проклятие то мое еще в силе, и что я подвластен всем, кто именуется сверх и представляет собой род другой Человеческий.

Но, все же, это оповиновение о себе было бы неполным, если не доказать кое-что из другого порядка тех же жизней, уже пропечатавшихся где-то в моих годах. Выслушайте еще и это, и, возможно, вы сами поймете, как тяжело мне самому и как опасно становиться на путь противостояния настоящему уму.

Глава 3. Проклятие

За свое я получил сполна. Прожив на Земле не одну жизнь, а тысячи, я практически полностью рассчитался с тем всем, что было просто глупостью, или так слыло в устах Нефертити и других также.

Из этих многих жизней я не могу выбрать ни одной, которая поведала бы вам обо мне самом лично так, как можно ведать то вообще просто о человеке каком-то. Из сказанного вам я заключаю следующее.

Я могу быть, кем угодно и хоть как воплотиться на Земле. Этих жизней достаточно, чтобы занять место любого практического исполнения.

Есть только одно общее для всех слагаемое. Это его душа. Именно она способна передать тот факт свершившихся жизней и возложить дань земную во что угодно или в кого угодно. Здесь нет какого-нибудь псевдострадальческого смысла, утопающего в той прошлой замысловатости любви. Это просто скопившийся природно ум, или его скопление за многие века.

Сейчас я уже не могу сказать, что я тот самый грек Немидий. Нет, это было бы неправильно. Есть только частичка того, что было когда-то тем самым Немидием. И именно она рассказала вам ту правду о Нефертити, которая действительно была и слыла своей красотой.

Именно благодаря тому дару-проклятию от той возлагающей себя на ложе любви царицы я и стал судьбоносной единицей, и буду влачить этот груз до конца. Какого точно – я не знаю, ибо никто не посвящает меня в свои планы так же, как и я не собираюсь предлагать свои.

Это равенство в неравенстве умов и конституций времени развития общего человеческого ума. Извините, что говорю так сложно, но это уже более подходяще как для меня в целом сейчас, так и для того времени, в котором составляются эти строки.

И вот, я обращаюсь вновь к душе своей и пытаюсь изложить суть проклятия того времени и хотя бы частично перечислить свою судьбоносную суть. Но перечислить доподлинно все же не могу, ибо сам Бог закрывает это.

Потому, рассказываю только о том, что определенно разрешено или, как говорят сейчас, расконспирировано.

В последующих жизнях я мало познал самой любви. По большей части я так и оставался воином. Не знаю, что тому причина, но так оно было и есть, хотя с некоторыми оригинальными изменениями. Но, как говорится, то дань самого времени и того дела, что сотворяю.

Много крови моей пролилось по тому большому пути. Пострадал я сильно от того. Потому, кровью своей дорожу и всякий раз, когда из меня хотят ее достать, незаметно вздрагиваю. Все жизни мои сложились таким образом, что ни в одной из них я не познал настоящей любви.

Были утешения, были слезы, расставания, но того, что было когда-то, все же не было.

Так же дело обстояло и с самими жизнями. Везде и всегда я умирал трагически по воле той же судьбы или чего-нибудь другого, но под руководством того же.

Жизнь моя никогда не складывалась таким образом, чтоб я вел себя тихо и с остальными слаженно. Везде и повсюду я конфликтовал и боролся за правду, за тот же ум. Никогда не признавал лжи, как верный путь к чему бы то ни было, и всегда противостоял ей, как мог.

Отрубали мне голову за это, жгли на костре, несколько раз погребали живьем, топили, удушали и даже разрывали на части, не говоря уже о простых методах угнетения и увечья человеческого тела. Вовсе не простыми были те жизни. И не случайно этот мой рассказ озаглавлен «Проклятие «.

Это действительно так. Только раз я в одной жизни помер удивительно спокойно. Это было только один раз и, наверное, благодаря кому-то или чему-то, не знаю. А, возможно, проклятие то начало ослабевать, а моя сила крепнуть и восставать вновь. Хотя против кого?

Нефертити? Так ее уже нет, так же как нет и других великих наших предков. Я сказал наших и не ошибся. Они наши, земные. Они взросли от самой земли и потому по праву их всех так можно назвать.

В моих жизнях также никогда не было случайностей. Все шло всегда, словно по чьему-то раскладу. Конец, как известно, у всех них был один. Может, так надо было, чтоб я больше горевал и никогда не видел себя старцем.

По большей части – умирал я всегда молодым. Лишь только раз достиг небольшого уровня более- менее старшего возраста, а так, все года мои исчислялись тридцатью и наиболее – сорока годами. Точнее, в этих пределах жизни те постигались. Потому, я практически ничего не знаю о старости и могу, с одной стороны, поблагодарить то самое проклятие хотя бы за эту благосклонность в мою сторону.

То есть, я не мучился особенно долго. И, очевидно, по этой причине у меня часто возникает состояние близкой смерти. То меня душат, то убивают, то пытаются утопить и так далее.

Но это во сне. Реально же или в бодром состоянии просто находит что-то угнетающее и грозящее перейти в то самое состояние, именуемое смертью. Но это лишь частично или выборочно происходит. Наверное, от того, что я больше вовлекаюсь в жизнь, чем следовало бы мне самому. Но, что это я о самой смерти.

Вы ведь хотели бы услышать и другое что-нибудь интересное. К примеру, как я жил – богато или бедно. Сколько, где правил и если правил – то когда.

Так вот. Правил я много и во многих государствах, так сказать, лицедействовал. То есть, участвовал реально в делах. Каких именно – я сейчас сказать не могу. На то все запрет пока имеется. Но могу сказать вот что.

Во всяком моем правлении люди хоть ненамного, но пробивались к добру. Заметьте, к своему добру, отобранному другими, по большей части, упырями простой людской крови.

Нет, не в похвальбу говорю себе и строю на будущее что-то. Просто это так и было. Так же было, как и вся история с Нефертити и многими другими, о которых я может, и расскажу уже в других моих рассказах.

Так вот. Суть проклятия моего сводится именно к такому повороту событий. Сделав доброе дело, я должен неминуемо уйти или испариться, как то было во всех моих жизнях, из века в век переходящих.

Также, я должен оставлять после себя всяческих последователей, очень схожих на себя, дабы иметь возможность вернуться на землю вновь. Но это уже входит в другую компетенцию и суть, потому говорить пока по тому не будем.

Так я вот жил, дорогие мои люди, и пока еще продолжаю жить сейчас. Кое-что сотворяя, согласно проклятию тому, и сам порой удивляюсь, зачем я это делаю и к чему, собственно, такому стремлюсь.

Ведь, по сути, мог бы жить просто и, как говорят, не уходить за рамки своего достижения ума, общепринято обозначенной какой-то единицей социальной лестницы возрастания.

Сколько осталось в этой жизни – не знаю опять. Сам не могу того знать.

Потому продолжаю жить и трудиться, как могу в того неведении. Но может, что изменится ко времени оповествования сего, и тогда я же, если доживу, скажу вам всё другими словами.

Не знаю, какими и не знаю когда. Но если верить всему тому ранее сказанному, или словам самой Нефертити, то это должно случиться уже скоро.

Скорей бы, а то жить так просто надоело. Вечно ожидаешь чего-то. И это, поверьте, не просто слова. Они указывают на смысл самой моей жизни. Ожидание – вот самый большой мой удел и для этого надо иметь больше сил и запаса терпения, нежели просто на что-то в жизни.

На этом я и прощаюсь с вами до следующей такой же или другой возложенной строки.

Моё понято мною правильно. Не знаю, как будет понято вами свое. Сочтите его у себя, и вы познаете то же. Это очень просто.

Загляните себе в душу и окунитесь в нее. Может, что и всплывет. Только не перепутайте настоящее, узнанное по чем-то, и лично свое жизненное, произошедшее когда-то.

Удачи вам в этом деле и благоразумных поисков любви. А то, что она там глубоко внутри у всех «зарыта», я знаю точно. Сам откопал и сам же понял. Теперь, ваш черед.

Ну, а кто не верит мне – то, пожалуйста, это дело ваше личное. Не я, так кто-то другой скажет вам то же самое, когда докопается у себя. И со временем таких вот, как я, будет больше и больше.

Это дань грядущего к нам золотого времени. Того, что oобещала Нефертити и того, что должно принести нам окончательно либо жизнь, либо ее полное исчезновение.

Счастливо оставаться – так говорит она сама, улетая вновь куда-то от меня подальше, но зато, оставляя за собой глубокий след в моей памяти и взимая ту боль наружу, что уже, казалось бы, прошла сквозь века.

Не приведи вас к тому же. С этим и оставайтесь. Грек Немидий, и вся душа ныне существующего человека.

Итог

Итог пока не ясен. Но он будет, а вот когда – неизвестно. Бог покарал меня этой неизвестностью. Но он оставил право выбора за мной в принятии всякого жизненного решения.

«Скоро то все закончится», – так говорит он сам и отдаляется от меня глубже и дальше. Буду верить его словам, и теперь хоть буду знать, за что сам страдаю. И не только сам, но и те, кто меня окружает. Это великое дело – знать что-либо. В том числе и такое, какое скопилось у меня внутри.

И за это я благодарен Богу и уже могу сказать ему «спасибо» и исполнить хоть часть из того, чем он обязал меня лично.

Как автор, я сам никудышный, как говорят, на Руси.

Но, все же стараюсь и хочу предать всему этому хоть какой-то колорит художественного смысла и показать, на что способна простая человеческая фигура в момент свободного творческого духовного возрастания.

Это главное, о чем я хотел вам здесь сообщить и это то, что вы сами хотите знать, только не признаете в себе.

А теперь, действительно, до свидания. И до скорых встреч, коли пожелаете еще что почитать из примерно такого же.

С уважением, автор строк.