© Сергей Редько, 2022
ISBN 978-5-0059-3574-8
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
С эффектом дежавю обычный день войны,
Хоть регулярно календарь меняет даты.
Где чёрно-белые ночами снятся сны
И ждут из мирной жизни весточку солдаты.
Где смерть шатается, как пьянь, среди траншей,
Ища того, с кем из-за душ затеять драку.
И не прогнать никак костлявую взашей,
Что в предвкушении крови снова ждёт атаку.
Она начнётся канонадою систем,
Что площадями накрывают всё живое.
С лихвой насыпав с неба порцию проблем,
Кто говорит «не страшно» – это напускное.
А дальше в бой сорвётся грозная «броня»,
Пытаясь взять «на понт» ребят из десантуры.
Итог плачевен, три «коробочки»1 дымя,
У кромки леса догорают (браво, ПТУРы2).
Небес архангелы затеют «карусель»,
Вжимая в грязь остатки вражеской пехоты.
Здесь каждый божий день такая канитель,
Как неотъемлемая часть мужской работы.
И нам досталось… пятерым в бессмертье путь,
Снаряд попал в окоп, распавшись на осколки.
Металл губительный, прошив навылет грудь,
Кровавых клякс наставил на потёртой «горке».
Картина жуткая – обычный день войны,
Где запах смерти поминутно осязаем.
«Вас дома ждут, вы возвращайтесь, пацаны.
Пускай беда в бою вас всех обходит краем…»
Девиз у морпехов: «где мы – там победа!»
Запомнит пусть мир, что так будет всегда.
Чтим свято заветы погибшего деда,
Готовы встать в строй, коль случится беда.
Морская пехота – родней нет на свете
Для тех, кто с ней связан навеки судьбой.
И радует глаз воин в чёрном берете,
Готовый за Родину ринуться в бой.
Стальная закалка, характер и воля,
На бал с корабля, коль поступит приказ.
А если в бессмертье, такая уж доля,
Ведь нет малодушных в строю среди вас.
Противник боялся в любые эпохи
Атак ваших яростных, «чёрная смерть3»
Врываясь в траншеи, в момент суматохи,
Громили врага, оросив кровью твердь.
Хранит имена павших бережно память,
Что славою вечной покрыты в боях.
За их упокой воск свечей топит пламя,
А бури скорбят по братишкам в морях.
Война постучалась непрошено в двери,
С намереньем братскую кровь проливать.
Но спросят с врага за людские потери
Морпехи России – бесстрашная рать…
Порой, не выдержав, ревут навзрыд в ночи,
От глубины трагедий воинов- мальчишек.
Девчонки медики – медсёстры и врачи,
В ком доброты и милосердия избыток.
Беду чужую, как сквозь сито, чрез себя
Вновь пропускают ежедневно волонтёры.
А скольких выходили брошенных ребят,
Кто в трудный час лишился жизненной опоры?
Пока в унынии, но это не беда,
Барьер отчаянья легко разрушить делом.
Поддержка-вот суть волонтёрского труда,
Чтоб ситуация не стала сил пределом.
Вдохнут надежду и желанье снова жить,
Своим участием развеют в душах смуту.
Чтоб не порвалась у мальчишек жизни нить,
Плечо своё подставят в трудную минуту.
«Своих не бросим» – волонтёрский постулат,
Не просто лозунг, а конкретная работа.
Не покидают госпитальный плен палат,
Пока нужна ребятам раненным забота.
Устало (заполночь) вернутся по домам,
Но долго не уснут, так много пережито.
А завтра снова к искалеченным бойцам,
Чтоб пропускать через себя их боль, как сито.
День ото дня так- волонтёрская судьба,
Им ведь никто не говорил, что будет просто.
Дух закаляет не смиренье, а борьба,
Когда слабеющая жизнь – цена вопроса…
Пускай простых кровей пехотный пёс «Бандит4»,
В нём стать овчарки вкупе с верностью дворняги.
Он на войне с морской пехотой делит быт,
На боевые ходит, как и все, в снаряге.
К своей разгрузке пёс давно уже привык,
В ней магазины к автомату и гранаты.
«„Бандос“, сигай!» – на БТР взберётся вмиг,
Беспрекословно друга выполнив команды.
Везде он вместе с «Ярым5» – не разлей вода,
Переросла та дружба в боевое братство.
Своих не бросит, не предаст пёс никогда
И в этом кроется души его богатство.
«Бандит» всегда учует, есть ли рядом враг,
Предупредив ребят-морпехов громким лаем.
Незаменим в бою, где без него никак,
Пока он жив, беда ребят обходит краем.
Шеврон с нашивкой именной всегда при нём,
Ведь он не просто пёс- армейская элита.
Один такой, других не сыщешь днём с огнём,
А потому все обожают здесь «Бандита».
Лишь раз оставили его, не взяв с собой,
В итоге – бой тяжёлый, парни чудом живы.
Танк в «бээмпэху» бил наводкою прямой,
Где шанс сгореть – вид краткосрочной перспективы.
Всё позади… госпиталя; и дни тревог,
Да сводки с фронта – кто сражался, кто дал драпу.
И радость встречи: «ну, прости, «Бандит», как смог…
Я осторожней буду… дай, дружище, лапу».
Для них ход времени застыл на двадцати,
Ведь ровно столько им отмеряно войною.
Разнятся лишь этапы ратного пути,
Что непомерною оплачены ценою.
Они совсем недавно из-за школьных
парт
Шагнули робко на просторы взрослой жизни.
Читался в их глазах ребяческий азарт,
Порой по-детски были дерзки и капризны.
Война заставила их рано повзрослеть,
Схватив за шиворот, швырнула сразу в пекло.
И кровью этих пацанов умылась твердь,
Мечты о будущем сгорели, выпав пеплом.
Друзей погибших хоронили, матерев,
А седина лишь расползалась с каждым боем.
Кто скажет, на войне не страшно – это блеф,
С высот солдаты уходили в небо строем.
Потух в глазах мальчишек прежний их азарт,
Его сменила пелена священной мести.
А в память врезался навеки чёрный март,
Когда везли домой братишек «грузом двести».
Присвоен юношеству статус «ветеран»,
Ушло ребячество, его сменила зрелость.
На теле вехами беды отметки ран
Да орден на груди за мужество и смелость.
А дальше… бой извечный с памятью, во снах
И раз за разом та проклятая засада.
Где неба просинь в стекленеющих глазах
У пацанов, так и не вышедших из ада.
Гнетёт беспомощности давящая боль,
Что не даёт закрыть в том пекле их собою.
Попытки всё забыть помножены на ноль
И среди ночи снова слышишь: «рота, к бою!!!»
В ноябрьский день, как по заказу, снегопад,
Чтоб асам Геринга не дать ни шанса в схватке.
Война не в силах отменить в Москве парад,
Где батальоны шаг чеканят по брусчатке.
Идут парадные расчёты видов войск,
Пусть знает мир, фашизм не сломит нашу волю.
С его армады посбиваем спесь и лоск,
Хоть горя нам с лихвою выпало на долю.
Стальной лавиной надвигается «броня»,
В строю едином многотонные машины.
В них мощь и сила орудийного огня,
«КВ-1»6 (с завода), будто исполины.
Войска уходят с Красной площади на фронт,
Чтоб стать преградой клиньям танковых дивизий.
Где дым пожарищ застилает горизонт
Над эпицентром исторических коллизий.
Разносит эхо звуки маршей над Кремлём
И словно нет войны на подступах к столице.
А где-то там, полки под вражеским огнём
Врастают в землю, чтобы враг не смог пробиться.
Под марш «Прощание славянки» твёрже шаг,
Вскипает ярость благородная волною.
Столица выстоит и сломлен будет враг,
Ну, а пока… набатом вновь команда «к бою».
В день ноября наденем тельник и берет,
Прихватим флаг, спеша к разведчикам-братишкам.
Кому война дала пожить так мало лет,
По сути – воинам, по возрасту- мальчишкам.
Их на аллеях, здесь, бессмертный батальон,
Лишь войн названия разнятся на граните.
И жжёт ладонь металлом друга медальон…
Мы тихо шепчем: «пацаны, вы нас простите».
Корим себя с тех пор, что вас не сберегли
В лихих боях, где пировала смерть-зараза.
А память прошлых дней всё ворошит угли,
Во снах пытаясь упредить подрыв фугаса.
Что даст сигнал для перекрёстного огня,
Шанс обнулив ребятам выбраться живыми.
Терзает скорбью дата проклятого дня,
Воспоминанья к нам приставив часовыми.
Мы по традиции помянем пацанов,
Всех, для кого понятье чести не бравада.
И помолчим, уместней это громких слов,
Не отводя с их фотографий в камне взгляда.
Расправим флаг, где мышь летучая парит
Над бренным миром, вновь выискивая цели.
Сколь пацанов лежит из воинских элит,
Кого давно мечтала смерть поймать в прицеле?
Вы знайте, братцы, мы всегда в одном строю,
Однажды встретимся у заданной отметки.
Пускай Архангел Михаил хранит в бою
Российских воинов с шевронами разведки…
Мы, как одна большая, дружная семья
Мы волонтёры, а не клуб по интересам.
Здесь тоже фронт, коль в бой уходят сыновья,
Что для врагов России станут сильным стрессом.
А мы поможем ход войны перевернуть,
Народ и армия в единстве – мощь и сила.
Нам стать опорой вашей предначертан путь,
Пусть даже Родина об этом не просила.
Мы в стороне от бед остаться не могли,
Вы щит и меч, а мы- надёжный тыл державы.
Пусть ворошат иуды подлости угли,
Им не разжечь огонь, по совести мы правы.
Вы верьте нам, мы никогда не подведём,
Собой закроем, если надо, ваши спины.
Храни вас Бог, под плотным вражеским огнём,
Вы наша гордость -настоящие мужчины.
Поможем всем, чтоб обеспечить фронту быт,
Чтоб не тревожила вас, воинов, рутина.
И свято верим, снова будет враг разбит,
За кровь людей судьба убийц неотвратима.
Душа навзрыд, коль скорби вести к нам летят,
Вы все для нас свои, вчерашние мальчишки.
Мы молим Господа за здравие ребят,
Что давят нечисть на фронтах без передышки.
Мы ждём живыми вас с Победою домой,
Молитва пусть убережёт на поле боя.
Мы верим в вашу стойкость, что не дрогнет строй,
А павших воинов помянем третьим, стоя.
Что ж войну рисует паренёк?
Лет ему (навскидку) чуть за восемь.
Кто не видел смерть, тем невдомёк,
Что ребёнок профи в том вопросе.
Он такое в жизни повидал,
Что ему из нас не каждый ровня.
Знает, как огня сжигает шквал
Всё в округе, это ли не бойня?
Различает мин, снарядов свист,
Автоматный лай, бас пулемёта.
И в калибрах он специалист,
Сосчитает время до прилёта.
Знает он, когда бежать в подвал
И от страха действенное средство.
Часто под обстрелами бывал,
Но не помнит, что такое детство.
Маму с папой рано потерял,
«Град» тогда работал по кварталу.
Так познал всю хрупкость бытия,
Бабушка воспитывала с малу.
Смеха отродясь он не слыхал,
Чаще рёв от траура и горя.
Смерти обезличенный оскал
Видел много раз в разгаре боя.
Он свидетель ужасов войны,
Что его лишила прав на детство.
Гражданин свихнувшейся страны,
Боль ему оставившей в наследство.
Что ж войну рисует паренёк?
Потому что мира знать не может.
Он от счастья детского далёк,
Сбереги его в том пекле, Боже…
Война в разгаре и потерь не избежать,
Где смерть с усердием свою взимает плату.
Беды предчувствие… заснуть не в силах мать,
Шепча молитву, чтоб Господь помог солдату.
Чтоб сын сумел пройти дорогами войны,
Живым домой вернувшись, матери на радость.
Чтоб ей кошмарные не снились больше сны,
В которых фото лишь от воина осталось.
А новый день уже готовит западню,
Где «головняк»7 в лесу нарвётся на засаду.
Там сын шагнёт навстречу шквальному огню,
Давая шанс сменить позицию собрату.
Вдруг, в одночасье, рухнут мамины мечты,
Когда поймёт необратимость страшной вести.
Раздастся стон души средь мирной суеты
При встрече с сыном, что вернулся «грузом двести».
От осознания бессилья лишь больней,
Но от беды, увы, не спрятаться в квартире.
Уж скольких та война забрала сыновей,
Шагнувших в вечность, ради мира во всём мире.
Под залп прощального салюта слышен плач,
Рыдает мать навзрыд, навек прощаясь с сыном.
Война для судеб человеческих палач,
Что исполняет приговор в краю постылом.
Сожжён дотла ведущий в будущее мост,
Где старость скрасили бы любящие внуки.
Но мир жесток и вместо счастья третий тост,
Ведь хоронить детей- страшней не сыщешь муки…
Pulsuz fraqment bitdi.