Вынырнув из мыслей, я потянулся, зевнул и взглянул на часы. Половина седьмого. Пока более-менее понятно. Только вот вопрос: где моя фамильная колода? Второй вопрос всплыл в моей памяти, когда изучал здешние дуэли. Насколько помню, Викентий упоминал какую-то тёмную колоду, спрятанную в кабинете под неким «тёмным сокрытием». Знать бы ещё, что это такое… Пришлось опять лезть в МГС. Вот только о «темной колоде» не нашлось практически ничего. Мол, да, имелась когда-то в прошлом такая фамильная ценность у прóклятого мага Викентия Черногряжского.
О самом Викентии тоже была небольшая статья. Совсем крохотная. Родился, вырос, стал черным магом, нарушил множество законов и сумел сбежать через Нить Миров. В вечном розыске у Инквизиции и тому подобное. Никакой конкретики. Да и поиск в МГС ничего не дал. Похоже, тут без магического администрирования не обошлось, а магических VPN-ов я не знал. О «темном сокрытии» получилось найти какие-то крупицы, что в принципе сводились к одной фразе: если вы владеете темной магией (она вроде как не была запрещена) просто закройте глаза, призовите её – и всё будет. Но владею ли я ей? С другой стороны, Викентий не просто так выбрал своего родственника для вселения. Значит, и у моего реципиента, то есть у меня сейчас, должна быть эта способность! А чего не попробовать-то? Как там надо? Закрыть глаза и призвать?
Я незамедлительно попробовал это сделать. Несколько минут ничего не получалось. На мои мысленные призывы никто не отзывался. Уже было хотел закончить маяться дурью, как вдруг почувствовал себя странно. От живота вверх медленно ползла горячая волна. Сначала я испугался, но испуг мгновенно прошел. Мне как-то сразу же стало понятно, что эта теплая волна не сделает ничего плохого. Скорее наоборот.
И я в прямом смысле этого слова поддался волне. Она добралась до горла и растаяла, вдруг окрасив окружающую меня комнату странными черно-белыми цветами. Оглядевшись, внезапно заметил на небольшом столике в углу какое-то темное пятно. Поднявшись, словно под гипнозом направился туда и, нагнувшись, коснулся его рукой. В следующий миг навалилась темнота. Глаза я открыл через секунду. И первым, что увидел, была толстая колода карт с какой-то странной черной рубашкой с изображением уже знакомого мне герба Черногряжских. Вот она!
Я вернулся в кресло и, положив колоду перед собой на стол, принялся осторожно её изучать. От находки исходило приятное тепло, а вот картинки… монстры, нарисованные на картах вызова, чем-то напоминали тех, что я видел, когда серфил в МГС. Только вот эти выглядели… не знаю, опасными, что ли. По крайней мере, мне так показалось. Значит, именно эту колоду искал Викентий.
Внезапно нестерпимо захотелось попробовать кого-нибудь вызвать. Тем более я вроде как примерно понял, как ими пользоваться. Ну и базовое заклинание, создающее защитную звезду, казавшееся тарабарщиной из непонятных слов, через пару попыток запомнил.
Увидев, что до ужина остается двадцать минут, я всё-таки решился.
Кабинет мой располагался на первом этаже. С одной его стороны стояла примыкающая к нему остекленная веранда – через неё можно было выйти в парк, разбитый перед ней. А вот окно в кабинете выходило на лес, подступающий к дому с другого бока. Вот и отлично. Я распахнул ставни и выбрался на воздух, осторожно прикрыв их за собой.
Теплый летний вечер… Странные перепады погоды здесь. На улице вроде стоит лето, но утром и ночью прохлада, как в октябре, а вот днем и вечером достаточно жарко.
Решив далеко не отходить, подошел к деревьям, где и произнес то самое защитное заклинание и невольно вздрогнул. Вокруг вспыхнула багровым светом шестиконечная звезда. Я почувствовал, как моё тело наполняется какой-то странной энергией.
Ого! Словно пару банок энергетика выпил. Тут же пришло желание совершать подвиги и прочую хрень, что в здравом уме и трезвой памяти лучше не делать. Блин, а эта магия по-настоящему бодрит. Я в натуре маг! Круто…
В руках тут же появилась колода. Кстати, очень удобно. Попав в поле действия звезды, карты вырвались из моей руки и внезапно раскрылись, выстроившись в ряд.
Так, что теперь… Я ткнул пальцем в одну из карт вызова, где изображался здоровенный вепрь с чешуйчатой кожей, впечатляющего размера клыками и какой-то странной, чересчур зубастой рожей. М-да, помесь кабана и внушительного такого змея. Называлась эта зверушка красиво – Тёмный вепрь.
Когда после активации заклинания на поляне появилось двухметровое чудовище (в холке), я невольно вздрогнул. Правда, никакой опасности не почувствовал. Не понял… Эту тварь я воспринимал, скорее, как какого-то домашнего питомца… Надо же! Тем временем чудище огляделось и, не найдя врагов, приоткрыла свою усеянную острыми зубами пасть, уставившись на меня в недоумении. Весь его вид как бы говорил: «Ты, хозяин, не офигел там, часом? С кем драться-то?»
Я мысленно отозвал его, и Тёмный вепрь растаял.
А что, прикольно! Так, а теперь вот эту… Ткнул пальцем в карту со смуглой черноволосой симпатяжкой в белом коротком платьице, внушительным декольте и небольшим посохом в руках. Звалась эта красотка Эльзой и была ледяной ведьмой. Появившись на поляне, ведьма так же, как и василиск до этого, огляделась и вопросительно уставилась на меня.
– Хозяин? А где враг? – голос её звучал мелодично и завораживающе.
– Нет пока врага, – честно признался ей, – я с картами знакомлюсь.
– Знакомитесь? – недоумение в глазах девушки сменилось какой-то веселой насмешливостью, и она вновь пристально на меня взглянула. – Разве вы не умеете пользоваться магическими картами? Если получилось активировать колоду, значит, в вас течёт кровь князей Черногряжских…
– Павел меня зовут, – отрекомендовался я. – Павел Черногряжский.
Насчет своего попаданства решил не распространяться. Вообще, будем отыгрывать человека после тяжелой болезни, частично потерявшего память. Кстати, надо эту идею предложить Ефграфу.
– Ясно, – ведьма облизнулась, и её голубые глаза сверкнули. – Эльза, одна из ваших бойцов, носящих имя. Можете призвать меня ночью, хозяин. Вы мне нравитесь… Пошалим! Познакомимся… – в её глазах заплясали бесенята. – Я могу рассказать вам много интересного… и показать.
– А… – только и выдавил я, окидывая взглядом её весьма аппетитную фигурку.
– И не переживайте, хозяин, – она задорно улыбнулась. – Я вижу, вы не из этого мира. Вам, скорее всего, не особо знакомы правила. Мы поможем. Мы ведь тоже гости здесь…
– Но откуда ты… вы… знаете об этом?
– Обращайтесь к нам «ты», хозяин. Мы всё же ваши верные бойцы, – продолжала улыбаться ведьма. – Мы поможем!
– Спасибо… – только и смог выдать ей прежде, чем отозвать.
Нормальные тут такие ведьмы. Интерактивные магические карты – это круто! Теперь надо попробовать карты Действий. Огненный шар я вызывать не рискнул, поэтому ткнул пальцем в нарисованную ледяную молнию… Она, собственно, так и называлась.
В следующий миг в моей руке материализовался прохладный на ощупь небольшой шар голубого света. Его я метнул в заранее выбранное дерево.
Фух-х-х…
От шара, взмывшего в воздух, отделилась ослепительно-белая зигзагообразная молния, превратив дерево, в которое я целился, в покрытую льдом сосульку. Миг – и ствол со скрежетом разлетелся на сотни осколков.
Ух ты… Серьёзная штука. На этом, пожалуй, пока закончим.
Надо бы с гномом переговорить. Мне кажется, он вполне адекватный парень и подскажет, что делать дальше. Учитывая, что я нихрена не знаю… Всё, чему местных дворян обучали с детства, этикет там или еще чего, мне придётся постигать с нуля. Иначе в любой компании здешних аристократов проколюсь мгновенно. Ну или необразованной деревенщиной посчитают. Репетитора нанять, что ли… Или тренера…
Развеяв звезду, я аккуратно убрал колоду в задний карман брюк. Она, кстати, туда еле поместилась. И отправился на ужин через свой кабинет. За дверью меня уже ждала Катерина. Именно она и проводила меня в уже знакомую столовую. Да уж, в этих коридорах и запутаться недолго. Ладно, пару раз пробегусь и запомню, а пока придётся пострадать «топографическим идиотизмом».
Мы с гномом вновь оказались за большим столом. Честно говоря, вся эта помпезность мне не особо нравилась. Чувствовал себя не очень уютно, о чем и поспешил сообщить управляющему.
– Это традиция, господин! – ответил тот. – Я понимаю, что вам несколько непривычно, но необходимо привыкать.
– Необходимо так необходимо, – махнул я рукой. – И вот ещё что…
Я вывалил на гнома все свои сомнения, размышления и предложения, чем немного перегрузил беднягу. Но, к чести Ефграфа, зависал тот недолго.
– Вы правы, Ваша Светлость, – уважительно заметил он. – Практически во всем правы. Наставника я вам найду. Есть у меня на примете надежный человек. Он всегда хорошо относился к нашему роду. Думаю, нам он не откажет. Насчет частичной потери памяти… Идея неплохая. Если что-то не поймёте – так и говорите. Идеальное объяснение. Кстати, завтра утром прибудет целительница. Вас требуется осмотреть.
– Зачем? – не понял я и насторожился.
– Это необходимо, Павел Иванович, – авторитетно заявил управляющий. – Во-первых, я поговорю с ней. Она умная женщина и всегда симпатизировала Павлу… то есть вам. Она хорошая знакомая вашей матушки. Она подтвердит, что вы частично потеряли память.
– А во вторых?
– Во-вторых, нам нужна официальная справка о состоянии вашего здоровья. Видите ли, я временно был вашим опекуном, но долго так продолжаться, увы, не может. Я не аристократ… По закону мне оставалось полгода…
– А что потом?
– А потом имение отошло бы вашему дяде из Москвы.
– Тому, который, как вы сказали, знать обо мне не желает? – хмыкнул я.
– Именно. Но, сами понимаете, господин, любое имение стоит денег. И денег немалых. Он бы его точно продал! Поэтому мы, все ваши верные слуги, невероятно рады, что вы справились в недугом!
– Я тоже рад, – улыбнулся в ответ. – Кстати, я тут фамильную колоду нашел… поэкспериментировал…
– Так это вы устроили тот шум в саду? Мирон прибежал, говорит, дерево рассыпалось… Я даже не поверил, но… Подождите-ка, – Ефграф вдруг нахмурился. – Но колода… Как это нашли? Я ведь только хотел её вам отдать, – он выложил на стол колоду с гербом Черногряжских на рубашке. Только в отличие от найденной мной, рубашка карт была светлой.
– Интересно… – протянул я. – А вот это тогда что?
Рядом легла уже моя находка. Смысла её скрывать я не видел.
– Темная колода, – в голосе гнома сквозило восхищение. – Где вы ее нашли, господин?
– В кабинете и нашел. Может, ты мне о ней что-нибудь расскажешь? А то в вашей Магги ничего толком и нет.
– И не может быть… – поднял на меня строгий взгляд собеседник. – В МГС вы ничего путного на этот счет не найдете. Да и мне известно мало. Так, какие-то слухи. Давайте, господин, я договорюсь с князем Остерманом, и он вам все объяснит… Это тот самый наставник… – поспешил пояснить Ефграф, заметив мое замешательство. – А насчет колоды… Вы должны всегда носить её с собой.
– Ясно. А кто такая Варвара?
Ответить гном не успел. Дверь в обеденный зал распахнулась, и в него влетела раскрасневшаяся девушка…
Девушка была хороша. Высокая и статная блондинка с распущенными, вьющимися до плеч волосами. Тоненькое короткое платье, не скрывающее красивых ног и идеально сидящее на стройной фигуре. Оно обтягивало все, что надо. Без излишнего вызова, особенно учитывая немаленькую грудь, как минимум «троечку». А уж если взглянуть в это личико с большими голубыми глазами…
– Павел! Ты встал с постели?! Когда мне сказали, что ты выздоровел, я не поверила! А почему ты мне не позвонил? Меня вообще пускать не хотели! – выпалив это, незнакомка бросилась ко мне, тем более что я уже поднялся из-за стола, и крепко обняла. Приятно однако…
Обнимашки закончились, и, немного отодвинув меня от себя, гостья взглянула мне в лицо и нахмурилась.
– Ты что молчишь? – в глазах красавицы появилось недоумение.
Честно говоря, я немного растерялся от такого напора. Выручил меня Ефграф.
– Варвара Евгеньевна, отпустите уже барина, вы же его задушите, – вроде и весело, но строго произнес он, и, надо сказать, девушка сразу послушалась и освободила меня из своих объятий. Хотя, против подобных обнимашек я вовсе не возражал. Уж больно впечатляющая была внешность у гостьи.
– Я когда услышала, что ты каким-то чудесным образом выздоровел, так обрадовалась, так обрадовалась! – затараторила она. – Это же настоящее чудо! Ефграф, вы обязательно должны мне всё рассказать! Почему же вы не предупредили меня сразу?! Я летела, как только мне выслали весточку. А почему ты сам не позвонил, Павел? Неужели забыл свою Варечку?
Варечку? Да какие, блин, у моего реципиента с ней отношения-то были?
– Так, – остановил я поток слов, льющихся из уст девушки. – Тебя Варвара зовут?
Вот теперь Варвара Евгеньевна окончательно впала в ступор, откуда, правда, секунд через пять всё-таки выбралась.
– Варвара конечно! – возмущенно уставилась она на меня. – Ты что, имя мое забыл? Что тут вообще происходит? – она возмущенно переводила взгляд с меня на управляющего и обратно.
– Садитесь, Варвара Евгеньевна. Давайте поговорим, в ногах правды нет, – дипломатично предложил гостье мой управляющий.
Та, насмешливо фыркнув, опустилась рядом со мной, демонстративно обняв одной рукой за плечи и с вызовом посмотрев на улыбающегося Ефграфа.
– Выпьете, Варвара Евгеньевна? – предложил тот.
– Наливайте! – махнула та рукой. – Выпить за выздоровление Паши – нужное дело!
– Дело в том, что барин частично потерял память, – пояснил ей гном, после того как они выпили, а я лишь немного пригубил. Вино оказалось конкретной кислятиной.
– Паша, это правда? – с искренним сочувствием уставились на меня два голубых глаза.
– Правда, – кивнул я, – частичная амнезия.
Ляпнул, а потом спохватился. Хрен поймешь, знают они тут такое слово или нет. И они его действительно не знали. Но прокатило.
– Не слышала такого, – чуть призадумавшись, честно призналась девушка.
– Это частичная потеря памяти, – пояснил я.
– Ой, – всплеснула она руками, – как жаль. Неужели ты забыл меня? Между прочим, ты меня называл своей любимой девушкой Ну? Неужели не помнишь?
Вот засада. Какой коварный вопрос. А собственно, почему коварный. А не пофиг ли мне? Ну забыл и забыл. Должны понимать…
– Не удивлен, что такую красавицу я называл любимой, – осторожно ответил ей, – но вот, честно говоря, не помню. Ты уж извини…
– Ничего, Пашенька. Память мы тебе быстро восстановим, – категорично заявила Варвара и строго зыркнула на желавшего что-то возразить гнома. Тот сразу передумал пререкаться с прекрасным полом.
– Да я в общем-то не против, – пожал плечами.
Ну а что? Девчонка отпадная – такие мне в прошлой жизни даже и не светили.
– Отлично! – просияла Варвара, а потом вдруг пробуравила меня строгим взглядом. – Да что же это я! Пьем тут… Как твоё здоровье? – в голосе зазвучала искренняя забота.
– Да все нормально… – попытался было её успокоить, да куда там.
Слава богу, опять вмешался гном.
– Варвара Евгеньевна, не переживайте, всё под контролем. Завтра утром должна приехать целительница.
– Это какая ещё целительница? – подозрительно прищурилась та. – Ваша шарлатанка Ксения, что ли? Ну уж нет! Сейчас, подождите немного.
Красавица извлекла из сумочки телефон, который, в отличие от моего кнопочного, гораздо больше напоминал хорошо знакомый мне по прошлому миру нормальный смартфон с большим экраном, и что-то набрала в нём. После чего приложила трубку к уху.
– Мария? – строго осведомилась она. – Ты где? Где?! Бери такси, и чтобы через пятнадцать минут была в имении Черногряжских. Да, как можно быстрее! Потом всё расскажу.
– Позвольте, Варвара Евгеньевна, – я заметил, как мой управляющий от такого самоуправства явно напрягся. – А что за Мария?
– Наша семейная целительница, Мария Аксакова.
– Но это же лучшая целительница вашего рода, – гном внезапно стал выглядеть испуганным. – Что же скажет на этот счёт ваш папенька?
– Я уже взрослая и совершеннолетняя, – коротко отрезала аристократка. – И уж со своим отцом точно как-нибудь сама разберусь.
– Ну вы же знаете, что Евгений Сергеевич возражает насчет вашего с Павлом общения. Он же…
– Евграф, я всё беру на себя, – безапелляционно заявила девушка. – В конце концов, папенька не может запретить мне общаться с тем, с кем я хочу! И не надо спорить!
Гном как-то обречённо покачал головой, бросив на меня уставший взгляд. Мне показалось, что именно сейчас ему бы подошло выражение «рука-лицо», что в моём родном мире было очень распространённым способом показать всю гамму своих чувств. – Так, а теперь будем восстанавливать твою, Паша, память. Наливай, Ефграф…
М-да… Тем временем я прикидывал сложившуюся ситуацию. До сих пор непонятно, кто же такая Варвара. Вела она себя у Черногряжских весьма раскованно, и обращалась со всеми крайне фамильярно. Интересно… Варенька, скорее всего, девушка моего реципиента. Это объяснение было бы самым логичным. Тут расспросить бы управляющего, но сейчас это совершенно невозможно.
Как выяснилось, переживал я напрасно. Гостья сама все подробно поведала.
Итак, Павел и Варвара были знакомы еще с детства. Имение князей Волконских соседствовало с имением князей Черногряжских, и когда ещё были живы мать и отец Павла, девочка частенько убегала к ним, где, собственно говоря, и играла с маленьким Павликом. Насколько я понял, Евгений Сергеевич Волконский, ее отец, общению своей дочери с наследником опального рода рад не был.
Об опале, к слову, я уже знал из Магги. Правда, написано о попадании туда рода Черногряжских было мало: так, мол, и так, в таком-то году попали в опалу, а через несколько десятков лет её официально сняли.
Так вот, эта самая Варвара оказалась весьма целеустремленной девушкой. Причём это стало ясно уже с порога. Что-то запретить ей, кажется, было попросту невозможно, оттого дружба между ними с Павлом и продолжалась так долго.
Впроче, после исчезновения родителей тогда ещё настоящего Павла Черногряжского, папанька окончательно запретил дочери со мной общаться. Однако разве ж это помеха для любви? Уж не знаю, как к Варваре относился сам Павел, но та, судя по всему была влюблена в него по уши.
Когда рассказ Волконской подходил к концу, появилась та самая Мария-целительница.
И я бы сказал, что целительница эта была полной противоположностью Волконской. Строгая худая морщинистая женщина лет шестидесяти. Этакой сухарь в юбке. Заходила она в зал, как на минное поле, но когда увидела меня, то сразу подобралась.
– Видишь, Мария, – ехидно сообщила ей Волконская, – наш Павел выздоровел. А ты всё «обречен… без шансов…» Говорят, правда частичная… как его… «анезия»?
– Амнезия, – блеснула эрудицией целительница. – Этого не может быть!
Миг – и её чёрные узкие глазки буквально в меня вцепились.
И от этого её взгляда мне стало сильно не по себе. Мда, добрых чувств ко мне эта старуха явно не питает. Подозрительная бабка, короче. Я посмотрел на управляющего и заметил, что он совершенно спокоен. Значит, всё нормально?
– Видишь, и ты ошибаешься! – весело заметила Варвара.
– Пф-ф-ф… – презрительно фыркнула в ответ карга.
– Мария, ты должна осмотреть Павла, – приказала тем временем девушка.
– Но, Варвара, – попыталась было возразить целительница, – вообще-то, Евгений Сергеевич…
– Мария! – в голосе вдруг звякнули стальные нотки, отчего целительница едва заметно вздрогнула и даже как-то сжалась.
Надо же… Как говорится, у девчонки есть «яйца».
– Разве тебе самой не интересно посмотреть, почему ты прокололась? – добавила она.
– Сами будете разбираться с вашим папенькой, – недовольно поджала губы Мария и, подойдя ко мне с видом невероятного одолжения, положила руку на мою голову и прикрыла глаза.
Я почувствовал, как расходится по телу приятное тепло. Продолжалось это все несколько минут, после чего целительница убрала руку, пару мгновений простояла молча, а после отошла к Варваре. Вид у нее был озадаченный.
– Помню его состояние несколько дней назад, – задумчиво произнесла женщина. – Это очень странно и интересно. Каким образом можно излечиться так быстро? Вы кого-то вызывали к барину? – он уставилась на довольно ухмыляющегося гнома. Тот, похоже, не собирался ей отвечать.
– Мария, прекращай этот допрос! – строго одернула целительницу Варвара – Самое главное, что он здоров! Ладно, Павел, я рада была повидаться, – она чмокнула меня в лоб и встала из-за стола. За ней поднялись и мы. – Сегодня у нас среда, я… – девушка покосилась на навострившую уши Марию и саркастически хмыкнула… – Я тебе потом позвоню, – многозначительно закончила и, раскланявшись, удалилась, гордо подняв голову. За ней, бросив на меня очередной подозрительный взгляд, последовала и целительница.
– Так… – протянул я, укоризненно взглянув на гнома, – это что сейчас было?
– Это была Варвара Евгеньевна Волконская, – хмуро ответил тот. – Вот же принесла ее нелегкая! Не общались бы вы с ней, барин. От этого только проблемы могут быть – больше ничего. Князь Волконский – здешний судья, один из четырех городских судей Владимира.
– Интересно, – хмыкнул я, – и почему же он так неровно к нам дышит? Что мы ему такое сделали?
– Ничего мы ему такого не делали, – по-прежнему хмуро ответил управляющий. – Он просто не хочет, чтобы его единственная дочурка общалась с наследником опального рода изгоев…
– Да это я уже понял, – кивнул в ответ, – но вот почему опальных изгоев? Разве сейчас Черногряжские в опале? Насколько я прочитал в Магги, её аж тридцать лет назад сняли.
– Вы все правильно прочитали, господин, – кивнул Ефграф. – Официально род восстановлен в правах. Но среди аристократов Черногряжские до сих пор считаются нерукопожатными.
– Почему? – не понял я.
– Закостенелость мышления, – пожал гном плечами. – Авторитет утерян, а здесь придерживаются традиций. И никакие указы не помогут.
– И что, ничего нельзя изменить? – подался вперёд я.
– Можно, но трудно. Авторитет нарабатывается годами, – пояснил управляющий. – Надо первым делом поступить в Академию. Все надежды ваших родителей заключались именно в этом. Без нее никто вас всерьез воспринимать не будет. Традиции, куда уж без них…
Вот опять академия. С другой стороны, может, оно и к лучшему? Что мне здесь ещё делать-то? Прозябать в этом запущенном имении? Ждать, пока появится Викентий? А в том, что он рано или поздно появится, я не сомневался. Год, два, три… Этот упертый фанатик меня вычислит. Тем более у него уже один раз получилось. Ладно, это пока не горит. Об этом подумае чуть позже. До поступления в академию ещё есть время. Надо, кстати, о ней почитать.
– У нас только май на дворе, Ваша Светлость, – заметил мой собеседник, будто прочитав мои мысли. Занятия начинаются с первого сентября. Если хотите, найдем вам учителей. С тем наставником, о котором я говорил, пообщаюсь сегодня вечером. Надеюсь, в ближайшее время он к нам присоединится! – Ефграф вдруг взволнованно на меня взглянул и добавил: – Вы же не откажетесь от поступления в Академию? В Московскую Академию?
– Не откажусь, – вздохнул я, – надо ведь поднимать род Черногряжских с колен. Моя судьба теперь с ним связана. Учеба платная?
– Не беспокойтесь! – как-то радостно заявил гном. – На учёбу у нас в банке есть средства. Согласно завещанию ваших родителей, эти деньги могут использоваться только на обучение.
– Понятно… – хмыкнул я. – Говоришь, в Московскую?
– Ну да, Павел Иванович, именно о вашей учебе там и мечтали ваши родители.
– А почему именно в ней?
– Дык как же! – искренне возмутился тот. – Это самая престижная академия в Российской империи. Черногряжские, пусть сейчас и не слишком авторитетный род, но когда-то занимали достойное место среди великих родов! История Академии насчитывает пять веков, но, к сожалению, последним, кто учился в ней, был тот самый Викентий Черногряжский. До этого все ваши потоки по традиции поступали именно туда. Жаль только, после вашего прапрадеда никто уже не мог в ней учиться. Но сейчас у вас есть и шанс, и возможность.
– Ладно, Москва так Москва, – небрежно махнул я рукой. – С этим разобрались. Ты мне скажи, враги у нас какие имеются? Или друзья, о которых я должен знать? Вот про Варвару я ничего не знал и чуть не прокололся.
– Хм, – замялся мой собеседник. – Так-то мы никому не интересны, у большинства родов брезгливое отношение к нам. Но врагов нет… Хотя… – Ефграф задумчиво забарабанил пальцами по столу и взглянул на меня, – есть князь Степан Вишневецкий. Еще один наш сосед. Не особо знатный род, в свое время Черногряжские гораздо знатнее были, но это давно… Сейчас Вишневецкие достаточно богаты. Несколько фабрик и заводов, сеть магазинов во Владимире. Его сын Федор, наследник рода, пытался ухаживать за Варварой. Даже руки ее просил. Но она дала ему от ворот поворот, после чего Федор выбрал виновником именно вас, господин. Но он трусоват. И вряд ли рискнет здесь появиться.
Кто бы сомневался, что у меня будут враги!
Чуть позже, закончив завтрак, мы с Ефграфом пообщались на общие темы. Я расспросил его о здешнем мире подробнее. Рочестен, кстати, все больше и больше напоминал мне оставленную мной Землю. Как я понял, Павел особо никого и не знал: до болезни он вообще был затворником, как и его родители (впрочем, с таким отношением к ним здешних дворян это неудивительно). Но в целом, повторюсь, в принципе не самое плохое попаданчество. Начальные условия, скажем так, положительные, какие-никакие перспективы есть. К тому же, если верить отрывочным словам того же Викентия Черногряжского и скудной информации из местного Интернета, то Темная колода считалась имбой.
Только вот что странно… Среди существ на картах имелись явно разумные создания, как та самая ведьма, например. Кстати… Я коротко пересказал гному разговор с ней, чем привел его в состояние легкого шока.
– Это очень странно, Ваша Светлость, – наконец ответил тот, придя в себя, – но, как уже говорил, я знаю об этой магии мало. Да, среди них есть разумные создания, призываемые с Миров Нити, но чтобы они с кем-то общались? Они вообще связаны жесткими заклятиями и слепо выполняют приказы хозяина. А насчет погреть постель… – тут уж управляющий совсем не нашёлся, что сказать, – не советую вам этого делать, господин! У вас есть Екатерина, она будет только рада. А вот по поводу остального надо будет переговорить с наставником. Без него, прошу вас, ничего не предпринимайте.
– А наставник не будет удивлен появлению Темной колоды? – осторожно поинтересовался я. – Это же вроде как незаконно.
– Почему незаконно? – искренне удивился управляющий. – Магия не может быть незаконной, если это, конечно, не некромантия. Темную магию никто не запрещал. Просто конкретно наш предок занимался очень нелицеприятными делами.
– Это какими такими нелицеприятными делами? – сразу уточнил я. – В Магги об этом ничего не сказано.
– Господин, зачем вам это знать… Дело уже прошлое… – замялся Ефграф, пытаясь увильнуть от ответа.
– Нет, ты уж мне скажи, чем занимался тот, из-за кого род Черногряжских в изгоим записали, – решил я проявить настойчивость.
– Некромантия, – неохотно пробурчал гном и тяжело вздохнул.
Pulsuz fraqment bitdi.