Редактор Оксана Мерзликина
Иллюстратор Петр Навдаев
Дизайнер обложки Оксана Мерзликина
Корректор Елена Коржикова
© Станислав Ли, 2020
© Петр Навдаев, иллюстрации, 2020
© Оксана Мерзликина, дизайн обложки, 2020
ISBN 978-5-0051-1771-7
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Офицерам плавсостава флота России посвящается…
Предисловие
Это книга не выдумка! Здесь отображены реальные флотские истории прошедшие во времена моей службы на Северном Флоте. Я только изменил имена главных героев, а события и сюжеты описанные в данных рассказах, действительно имели место быть в период с 1983- по 1996 года. Приятного чтения!
Автор.
ПОЛУНДРА – универсальный термин используемый на флоте и означающий в зависимости от обстановки: опасность, берегись, отойди, внимание, осторожно, спасайся кто может и так далее…
Профессии всякие важны, профессии всякие нужны
Боевой корабль по штатной организации делится на боевые части (БЧ) и Службы (Сл). БЧ-1– это штурмана, БЧ-4 -связисты, БЧ-5 – механики, Cлужбы и команды – обеспечение и, наконец, Сл-1 и Сл-2,Сл-3,Сл-4– специальные. По сути, каждая БЧ или Сл это своя специальность.
Как то сын, когда был маленьким, спросил меня: «Папа, а какая специальность на корабле у вас была самая важная и нужная?» Наивный детский вопрос! Определять важность той или иной специальности на корабле – это все равно, что выяснять, какой орган человеческого организма является самым нужным. Конечно, без сердца человек жить не может, А если печень откажет или почки, долго протянешь? И без легких не проживешь… Это я к чему? А к тому, что в организме все работает в тесном взаимодействии, и одно без другого существовать не может. Так и на корабле.
Взять, к примеру, штурманов. Что такое штурман? Это верный курс, это правильное твое местоположение в океане, это безопасность корабля. Если у вас они – штурманы – неумехи, то могут завести и в территориальные воды иностранного государства. А это уже – дипломатический скандал! Да что терводы! Могут и на рифы напороть или на «банку» (отмель – жарг. – С. Л.) посадить! Вы бы сели к таксисту, который не знает дороги и не умеет водить авто? Далеко бы вы уехали с ним? Но в городе, если заблудился, хоть дорогу спросить у прохожих можно. А в океане – у кого? Вот и выходит, что если хочешь безопасно бороздить водные просторы планеты, обзаведись грамотными штурманами!
Мало безопасно идти водной дорогой, надо еще и связь иметь с домом и штабом. Как говорится про связь: пока она есть, ее никто не замечает, а как нет, все без нее задыхаются. Верно сказано! Корабль по каналам связи постоянно получает немалое количество информации. Это и данные обстановки, и метеосводки, и общая информация, и приказания, и распоряжения вышестоящего начальства. В ответ корабль, в свою очередь, шлет свою массу сведений: добытые данные, состояние дел на корабле, наличие запасов, моральное состояние членов экипажа и многое другое… Кроме того, радиосвязь – это единственная «соломинка», за какую экипаж держится в случае ЧП или аварии. Вот и сами судите: важная это профессия или нет?
А наши механики? Что такое БЧ-5? Это, прежде всего, ход корабля. Эпоха галер и парусников канули безвозвратно в лету. На веслах и парусах в нынешний век далеко не уплывешь. Сейчас всем этим правит «мистер Дизель»! И от его грамотной эксплуатации и обслуживания зависит, фактически, жизнь корабля и экипажа. Корабль без хода в море подобен щепке, носимой по волнам течениями и ветром. Так вот, чтобы этого не произошло, личный состав БЧ-5 несет круглосуточную вахту на своих постах, порой в нечеловеческих условиях, когда температура достигает 60 градусов. Мало того, они еще и обеспечивают экипаж всем необходимым для нормальной жизнедеятельности: электричеством, водой, теплом, паром, а когда надо и холодом. И выходит, что без них, как без воды, «и не туды и не сюды».
Службы и команды – это боцмана, врачи, коки, химики. И каждый из них выполняет такую нужную и порой незаметную работу!
Что такое боцманская команда? Это такелаж, грузоподъемные механизмы, швартовые устройства. И за всем нужен глаз да глаз! Оборвет концы или якорь-цепь при стоянке, и корабль может вынести на прибрежные скалы.
А коки? Приготовить на 200 человек пять раз за сутки тоже надо уметь! И приготовить вкусно! И санитарию соблюсти. (Не дай Бог потравить экипаж!) Какое может быть выполнение боевой задачи, если вся команда, извините, по гальюнам сидит? Вот и получается, что от пищи зависит физическое и моральное состояние экипажа.
Про врачей я повторяться не буду, так как я целый рассказ им посвятил. Скажу только одно: без врачей жить можно, но недолго, а потом» memento morri!»
Специальные службы… Собственно из-за них и идет корабль в море! И на них фактически работает весь экипаж, как и они работают для всех. От добытых ими сведений и зависит разведывательный корабль это или круизное судно. А от полноты и важности полученной информации зачастую выносятся решения не только военного, но и политического руководства страны!
Так какая специальность самая важная?
Море любит сильных
Жизнь – несправедливая штука. Особенно в нашей стране. Скажете, я пессимист? Ничуть! Скорее – реалист. Посудите сами!
Какие у нас лозунги были? Самые справедливые! Например, «Кто не работает, тот не ест!» Или «Что наработал, то и полопал!» Красота… Все вроде бы правильно, все логично, но в теории! А что на практике? Я вот что скажу на примере из жизни флота.
Есть две категории офицеров флота: плавсостав и береговой. Жизнь офицеров плавсостава намного тяжелее вторых. Тут тебе и повышенные наряды из-за малочисленности экипажа, и постоянные перемена в дислокации корабля, и смены обеспечения (каждые третьи сутки сидишь безвылазно), и частые ветра, при которых все офицеры вызываются на борт, и дальние походы по полгода в море, и многое другое… А береговой офицер штаба живет как штатский человек! Почти постоянная пятидневка (за редким исключением заранее объявленных тревог), ограниченное число дежурств, повышенные тарифные разряды, отсутствие долгих разлук с семьей и так далее… «Малина»!
Поэтому флотские офицеры, после непродолжительной службы на кораблях, всеми правдами и неправдами пытались перевестись служить на берег! Причем система была построена довольно хитро. Если ты на корабле служишь, то получаешь вроде бы больше, за счет надбавок плавсоставу, а как выходишь на пенсию, то пенсия получается меньше, так как считается от оклада, который у береговых значительно выше! Вот такая арифметика получается…
Но это, так сказать, присказка!
Обычно корабль, когда стоит в базе, укомплектован на треть, в лучшем случае – на половину штатной численности личного состава. Причин несколько. Здесь и нехватка людей, и ненадобность лишних военнослужащих из-за неправильно организованной боевой подготовки. Кроме того, лишние люди – это большая вероятность ЧП или грубого проступка. Поэтому командование и не стремилось комплектовать корабли в базе полным составом. Иное дело – выход на боевую службу! Здесь шло комплектование до штатной численности и даже сверх того. Почему сверх?
Всегда находились офицеры береговых частей, желающие сходить в море! Зачем? Но, во-первых, смена режима службы (краткая романтика, так сказать), и, во-вторых, возможность заработать валюту, которую платили только за боевую службу! А так как у них оклады были выше корабельных офицеров, то и получали они ее значительно больше! Штатные офицеры экипажа таких прикомандированных не любили и презрительно называли их «пассажирами».
Так вот, собираемся мы в очередной выход на боевую службу, и потому доводят численность экипажа до штатной. Каждый день со всех кораблей приходят и приводят то матросов, то мичманов. Даже из подмосковной Купавны приезжает группа офицеров и гражданских. Уже начинается «уплотнение личного состава»: в каюты, рассчитанные на двух, подселяют третьего, на четверых – соответственно, пятого. Даже приехал офицер-подводник! Парадокс! Папаша-адмирал подсуетился! Так сказать, отправил сына в круиз в Карибское море. Ну и под конец, «на десерт», прибыл из одной конторы города Североморска, капитан 2 ранга по фамилии Лапан! Молодой морской офицер, вся служба которого до этого шла на берегу и судя по всему, успешно. (Разгильдяев к нам не присылали!)
Выходим мы в море, в дальний поход! А надо вам сказать, что первые несколько суток – самые тяжелые. Здесь еще и недавняя разлука с семьей, и организм еще не перестроился на морской цикл, и неприветливое Баренцево море! Болтает так, что кишки подлетают до подбородка! Короче, тоска! Ну обычно ее, проклятую, глушат старым проверенным способом… (Правда, в нерабочее время и только под хорошую закуску!) Но одно дело – мы, морские волки, у которых уже не по одному походу, а совсем другое дело – береговой офицер с еще неокрепшей, почти детской, психикой!
Так вот, очень скоро Лапан понял, что морская стихия – не его конек! И обуяла его грусть смертная, с которой он попытался бороться с помощью «Зеленого змия»! Как и мы! С одной лишь разницей: он принялся глушить её так, что напугал даже «Змия»! И если первое время, офицеры приглашали его к себе на посиделки, то в очень скором времени, стали запирать перед ним каюты, так как Лапа умудрялся уничтожить весь месячный запас хозяев…
Лапан не сдавался! С удвоенной энергией он принялся ходить в каюты мичманов. А их на корабле – не меньше офицеров! Но очень скоро сигнал «Спасайся, Лапа!» (кликуха офицера -С.Л.) прошел и среди мичманского состава. И они заняли круговую оборону. Вот тогда наш герой впал в тоску! У моряков не выпросишь (хотя ходили слухи, что он активно искал их бражку), а больше где? Правда пару раз ему налила экспедиция из Купавны. Но в третий раз ему чуть морду не набили! Короче, мосты были сожжены! И трудно сказать, что было бы дальше, если бы мы не прибыли на Кубу в славный порт Сьенфуэгос.
Надо сказать, что этот последний поход пришелся на очень тяжелое для страны время – конец 1991 года. Рушилась великая страна, низвергались, казалось, вечные догмы, постулаты и лозунги, начала таять дисциплина и мораль…
Заходим мы, значит, на Кубу и встречаем наш корабль, которого мы должны менять. А он стоит без топлива по той простой причине, что у страны нет валюты, чтобы его заправить. Отдаем ему последний запас нашего, и он уходит на Родину. А мы остаемся в порту, потому что у нас горючего, что «воробей капнул»! Так у стенки и встретили Новый 1992-й год!
Страна переходила на рынок, пришлось переходить и нам. И вскоре на причале возле корабля возник стихийный базар! Появились продавцы-коробейники из местного населения, которые начали предлагать различный товар: ром, ликеры, морскую живность и сувениры. А так как валюты у нас не было, то очень скоро возник ее аналог – бартер, как сейчас говорят, в виде мыла и одеколона! И очень быстро возник и «прайс» на различные предметы и продукты. Так вот, хоть Лапан и первый раз был в море, но одеколона и мыла он привез солидный запас (видно кто-то надоумил). В результате удачных торговых сделок ему удалось значительно пополнить свой алкогольный арсенал и даже обрести «мачете» (клинок для рубки сахарного тростника. – С. Л.)
Новый год мы встречали у стенки в Сьенфуэгосе. Такой корабельной пьянки я не видел раньше и не видел позже! Пили все: и матросы, и офицеры. Наверное, мы оплакивали страну, хотя, что происходит, еще толком не понимали! Я, правда, выпил совсем чуть-чуть, так как был оперативным дежурным. Ну, а Лапан, поймав очередной кураж, ушел в глубокий запой.
Простояв до 10 января, мы получаем радио из Москвы на возвращение домой! Впервые боевая служба прервалась, так и не успев толком начаться. Предписывалось нам на остатках топлива возвращаться назад, где по пути, в точке, нас должен был заправить наш танкер! И мы почапали нашим крейсерским ходом 9 узлов. Экипаж постепенно вошел в норму. Один Лапан не унимался! Пьянки становились все громче, и скоро слух дошел до старпома… И решил наш помощник утихомирить буяна…
Я уж не знаю, какой у них вышел разговор, но старпом был человеком щупленьким, и Лапан вдруг набросился на него с кулаками! Трезво оценив свои шансы и поняв, что ничего хорошего ему не светит, помощник быстро взял свои «ноги в руки» и бросился наутек! Говорят, что зрелище было еще то: по коридору с круглыми от страха глазами летит старший помощник и кричит: «Спасите, он меня убьет!». А за ним гонится с матюками озверевший Лапан! Старпома спасли матросы. Навалились вчетвером и связали капитана 2 ранга веревкой. Потом отнесли и бросили в его каюту. Старший помощник сказал, что разберется с ним завтра, когда он протрезвеет…
Но об этом мы узнали позже. В то время мы все находились на КПР (командный пункт разведки) и обрабатывали данные. Я не знаю, каким «макаром», Лапан умудрился выбраться со связанными руками из своей койки и открыть дверь каюты, но он это сделал! Слышим, кто-то скребется в нашу дверь… Так робко-робко. Открываем, стоит связанный Лапан и говорит: «Мужики, помогите, этот гад меня связал!«Ну, а мы-то не в курсах, кто этот «гад»! Взяли и развязали! А он как бросится к каюте своего обидчика и давай в нее ломиться! Благо, дверь оказалась закрытой на замок (обычно ее не закрывали), а старпом орет из-за двери: «Какой идиот его выпустил?» А мы стоим и как рыбы, только рот беззвучно открываем. И смех, и грех! Потом, Лапана все-таки привели в чувство, провели партийное собрание, он покаялся, и ему влепили выговор! Пришел наш герой к нам после собрания весь потухший и «ощипанный», вздохнул и сказал: «Мужики, я никогда не думал, что в море так тяжело!»
Перед возвращением в базу он присмирел. Вот, думаем, как положительно на человека родные берега действуют. А что? И так бывает! Далее всё, как обычно: заход в Кольский залив, подход к Горячим Ручьям. Бригада как положено встречает у причала! Пришвартовались, прибытие на борт начальников, короткий доклад командира. Собственно и докладывать-то нечего было. Потом офицеры, которые не в смене, сошли домой в семьи. Сошел и Лапан в свой Североморск, потому что прикомандированные уходили сразу. Мы уже думали, что больше ничего о нем не услышим, но ошиблись! История получила неожиданное продолжение.
Где-то недели через две прошел приказ по флоту о капитане 2 ранга Лапан. Как оказалось, вернувшись домой, он начал отмечать с женой свое возвращение. Сначала выложил все подарки с моря, что наменял и приобрел: рапаны (красивая завитая ракушка), зубатки и то злополучное мачете. А потом под влиянием Бахуса в него вселился то ли черт морской, то ли сухопутный, но «втемяшилось» ему, что жена наставила ему рога! Слово за слово, но ослабленная психика Лапан дала сбой, и он, схватив мачете, бросился, на жену! Но супруга, не оплошав, быстро отпрыгнула, прикрывшись праздничным столом. Говорят, что супруги сделали, несколько кругов по комнате вокруг стола, как лошади на ипподроме. А Лапан, как Василий Иванович Чапаев, все пытался шашкой (пардон, мачете) достать свою благоверную. Но, мимо! Зато не повезло мебели: раз, и телевизор пополам, два, и импортная стенка приказала долго жить! Не знаю, чем бы это закончилось, но жена сумела выскочить из квартиры на улицу, где ее спас патруль!
Вот я и говорю: море сильных любит!
Немного о семейно-сексуальной жизни корабельных офицеров
Жизнь офицера плавсостава кардинально отличалась от жизни офицера береговой службы! Ведь, что самое страшное на Севере в зимний период? Морозы? Как бы ни так! Это Северо-Атлантические циклоны. Вот настоящая беда! Правда, температура поднимается почти до 0 градусов, а то и заходит в сектор положительных значений, зато резко возрастает сила и скорость ветра! Ох и геморрой это для плавсостава. Что кораблю мороз? Да плевать ему с высокой колокольни и на -30 гр, и на -40 гр.
Котлы на подогреве, и в случае необходимости, механики быстро их запустят и дадут горячий воздух во все помещения. Совсем иное – резкий, порывистый ветер! Иной раз, его и синоптики не могут предсказать! Он может налететь внезапно и нанести свой смертельный и коварный удар! И здесь уже все зависит от старшего на борту и от выучки корабельных швартовых групп! Сработают грамотно и быстро – честь им и хвала, замешкается старший на борту, допустит преступную медлительность или нерасторопность швартовая группа и… Корабль может оторвать от причала и вынести на близлежащие скалы. А там – полный капец! Здесь и трибуналом дело пахнет!
Особенность погоды в зимний период Кольского полуострова состоит в том, что огромное влияние на нее оказывает теплое атлантическое течение Гольфстрим! Здесь я Америки не открываю, т. к. это мы проходили еще на уроках географии в школе. Но одно – это теория, совсем другое – практика! Мы, офицеры плавсостава, больше всего ненавидели эти Северо-Атлантические циклоны, которые были у нас частыми гостями в это время. Бывало, заканчивается рабочий день, ты не в смене обеспечения и уже мысленно готовишься к сходу, как вдруг, по корабельной трансляции, дежурный провозглашает: «Объявлена штормовая готовность Ветер-3!» И здесь у всех резко падает настроение, а особенно у сходной смены! Необходимое пояснение: штормовая готовность «Ветер-3» объявляется при силе ветра от 15 до 18 метров в секунду, «Ветер- 2» это уже 18—23 м/с, а «Ветер-1» – свыше 23 м/с. «Ветер -3» – это еще полбеды! Ограничений в сходе нет! Просто принимаются дополнительные меры безопасности по стоянке корабля: заводятся дополнительные концы, проверяются аварийные дизель-генераторы и т. д. Но «Ветер-3» —это предвестник «Ветра-2», а здесь уже есть ограничения по сходу на берег, да и из дома могут высвистать!
Что штабному ветер? Да ничего. Здание штаба в море не унесет. А корабль может! Поэтому корабельный офицер, даже находясь на сходе дома, всегда в нервном напряге! Исполняешь свой супружеский долг с женой (извините за интимные подробности), а как дунет ветер в форточку, сразу мысль: «Как бы не «Ветер-2!» Какие уж тут сексуальные фантазии!! Вся мысля: успеть бы закончить до прихода рассыльного! Этот сукин сын всегда имел поразительную способность звонить в дверь в самый ответственный момент! Мало того, что тебя отрывают от горячего тела любимой супруги, так ведь еще идет резкая смена обстановки! Надо вылезти из теплой постели, надеть на себя казенное обмундирование и прибыть к месту сбора офицеров, где нас должен ждать бригадный «Урал», для доставки к месту службы. Но в такую погоду обязательно происходит какая-нибудь накладка: или машина банально не заводится, или не может к нам пробиться по той причине, что дорогу ей не прочистил трактор, который в свою очередь не смог запуститься! И тогда ноги в руки и вперед по сопкам навстречу ветру. Романтика еще та!
Открою вам один секрет о котором вы нигде не узнаете. Офицеры – корабелы люди ушлые! Продутые северными ветрами, осмоленные тропическим солнцем, просоленные водами Атлантики и Карибов! Поэтому, чтобы не бежать на корабль и отослать рассыльного с «дулей», т.е. ни с чем, придумывались всевозможные способы! Конечно, системой это не было, но отдельные случаи бывали. То жена сообщит матросику, что муж убыл в г. Мурманск и заночевал там у знакомых, другая соврет, что ее благоверный расписывает пульку где-то у корешей, а адрес она не знает, самые наглые вообще рассыльному дверь не открывали. Дескать, нет никого дома и баста! Постоит морячок у неприветливой, закрытой двери, оставит записку об оповещении и убывает к месту сбора (у них тоже ведь время регламентировано). Скажете подло, безнравственно? Возможно! Но я прошу Вас не судить слишком строго, не рубить, так сказать, с плеча, а вникнуть в тяжелую долю корабела! Моряк и так в море полгода! Значит минимум 180 суток без семьи! И если из оставшихся 185 вычесть смены обеспечения, внеплановые выходы в море, штормовые ветра, дежурства, то в остатке получаем никак не больше 120. Именно столько, и только треть времени в году офицер видится со своей семьей! Много это или мало? Судите сами! Лично я считаю, что офицеры плавсостава, по приходу в базу, должны переводиться на режим береговой службы, а их место на корабле, должен занимать подменный экипаж! Но кто на это пойдет? Адмиралы-пердуны сразу заорут об экономии денежных средств, ибо вопрос семейных отношений их не волнует уже давно! Так и живем, как живем!
Тяжело мужикам, но не легче и женам! Они ведь тоже по пол года без ласки, без крепкого мужского плеча на которое можно опереться в самый тяжелый момент жизни! И здесь огромная ответственность ложилась на женщину! Ждать мужа, храня ему верность, тоже задача не из простых! А жизнь не стоит на месте и полна соблазнов! А вокруг много молодых, красивых и сильных мужиков дюже страстных до чужих жен! А время неумолимо движется! И в семье не все бывает гладко! Были и такие которые не выдерживали этих испытаний и пускались во все тяжкие! Кто заводил любовников, а был даже случай, когда две предприимчивые дамочки (пока мужья в море) открыли дом любви, где предавались любовным утехам с матросам за свободно конвертируемую валюту! Пополняли, так сказать, семейный бюджет. Говорят, что дамочки молотили как лошади, не покладая рук, пардон, ног. И это было! Но все же такие случаи были исключением из правил! Подавляющее число женщин были верными женами и стойко переносили тяготы разлуки с любимыми мужьями! Зато какими сладкими были встречи после длительного плавания! Ты словно начинал опять проживать медовый месяц! Только моряки и их жены знают, что это такое! И это была единственная малая компенсация морскому офицеру, которую представляла ему жизнь, за все тяготы корабельной службы! Вот собственно и все, что я хотел вам рассказать по этому деликатному вопросу!
PS… рассказывают такую историю. Не знаю байка это или правда, но клянутся, что было!
Один офицер, как раз в такую погоду, предавался Амуру со своей благоверной! Близился самый ответственный момент, пара вошла в такой раж, что стоны и вопли были слышны за пределами квартиры и проникали даже на лестничную клетку! И в этот самый момент и позвонил в дверь рассыльный с уведомлением о прибытии на корабль! Сами понимаете, в такой момент дело не прерывают, а стараются его добросовестно закончить! А матрос попался исполнительный и настырный, и думая что его не слышат, развернулся к двери задом и давай долбить «копытом» так, что аж стены ходуном заходили! Может и кончилось бы все мирно, но дверь была хлипкой и открывалась во внутрь (ставили такие стройбатовцы -у самого была такая), и не выдержав очередного удара, с громким треском отворилась! Не ожидав такого коленкора, от неожиданности, кормой вперед ввалился в квартиру и рассыльный! От треска и шума грохнулся с кровати и наш любовник, а жена заорала так, как не орала даже вовремя самого бурного оргазма! Озверев от такого нахальства, офицер бросился на рассыльного с кулаками прямо в чем мама родила! Матросик, с криком:" Товарищ лейтенант вас на корабль вызывают!!!!» бросился наутек! Лейтенант был парень рослый, кажется кандидат в мастера спорта по боксу и плохо пришлось бы матросику, если бы у последнего не было длинных ног (по иронию судьбы у него оказался 1 разряд по бегу!). Тем не менее офицер прогнал его с четвертого этажа до первого, успев отвесить несколько пенделей и даже в запарке, метров 100 по улице, но там уже подотстал! Спасли рассыльного сильные ноги, да нелетная погода в виде сильного ветра и мокрого снега, которые быстро остудили бурный порыв нашего лейтенанта! Говорят, в бригаде долго решали что делать с лейтенантом! С одной стороны нападение на рассыльного при исполнении, с другой- деликатность ситуации! Спасло отсутствие телесных повреждений у матросика кроме двух синяков на заднице! На них решили не обращать внимание! В результате матрос за служебное рвение получил краткосрочный отпуск с выездом на Родину, а лейтенант строгий выговор за несвоевременную явку на корабль! А все почему? Нервы у плавсостава не к черту!
Тот не моряк, кто…
Первичные офицерские должности на корабле делятся на две категории: командные и оперативные. Первые с личным составом (л/с), а вторые- без. Система советских вооруженных сил была построена так, что офицеры предпочитали должности без л/с. Посудите сами, разницы в окладах никакой нет, а забот на порядок меньше, так как отвечаешь только за себя. А на командной у тебя в подчинении матросов, «сукиных сынов», душ 35, да еще мичманов человек 7. И половина корабля в заведовании.
А что такое заведование? Это и порядок, и приборки, и сохранность имущества, и… много чего еще! Поэтому и нарекания от начальства сыпятся на голову, как мука сквозь крупное сито. Именно на такую должность – командира группы – я и попал! Уж очень хотелось на новый разведывательный корабль с поэтическим названием «Лира».
Мой предшественник, старший лейтенант Красильщиков, получил звание старшего лейтенанта через четыре года, вместо двух. Так сказать, из-за «любви» начальства. Когда Красильщиков после этого перешел на оперативную работу, должность была вакантной! А она очень важная, поскольку куча объектов в заведовании и почти полсотни матросов и мичманов без командира. Поэтому корабельное руководство в лице зама и старпома ждали очередную «жертву» с таким нетерпением, с каким, наверное, только голодная акула поджидает свою добычу. Вот так я и влип!
Старпом меня не трогал целую неделю. Так сказать, давал осмотреться. Зато потом «оседлал» плотно! А там еще и зам, ну и командир, само собой. И понеслось!..
Очень скоро я стал чемпионом по количеству взысканий, занесенных в карточку. А меня сослуживцы утешали: «Учти, лейтенант, – говорили мне, – у командира группы есть один вид поощрения – снятие ранее наложенного взыскания!»
Но, тем не менее, служба шла вместе со временем, которое, как известно, летит незаметно. Корабль интенсивно готовился к боевой службе. Полигоны сменялись флотскими задачами, чуть ли не каждый день мы выходили в море: то на девиацию, то на размагничивание. Наконец, флотская комиссия дала добро на выход на боевую службу (БС). И мы ушли на 186 суток в дальний морской поход…
Время в море течет по-разному. Первые две недели, пока втягиваешься в морской ритм, оно ползет как старая лошадь, а потом начинает потихоньку ускорять свой бег. Дальше – больше! Начинаешь жить короткими отрезками. Сначала ждешь захода на Кубу, потом перехода к ВПС (восточное побережье США – Л. С.). Так и живешь от захода до захода! А время, как подросший жеребец, все убыстряет свой бег. В конце боевой службы оно начинает нестись, как дикий, необъезженный мустанг. И только перед самым возвращением в базу снова переходит на замедленный шаг. Вот такой временной парадокс происходит в дальних морских походах…
В конце похода случилось у меня маленькое событие – мне стукнуло 25 лет. День рождения в море – праздник особый. Празднуется он подпольно, в глубокой тайне от начальства. Вообще-то, по традиции, принято на утренней справке командиру корабля именинника поздравить. Но меня не поздравили, посчитав, наверное, что достаточно и того, что вчера «отодрали» за какую-то мелкую провинность. Да еще для полного удовольствия в мой праздник поставили меня на дежурство. Честно говоря, отмечать у меня никакого желания не было. Устал жутко, так как дежурство попалось тяжелое. Но флотская истина гласит: «Самая лучшая пьянка получается та, которая организуется стихийно». Совершенно случайно в моем шкафу обнаружилась мензурка с 50 граммами корабельного «шила»… И как-то ненароком в каюту заглянули друзья. Ну, слово за слово, решили чисто символически отметить.
Но что эти 50 грамм для четырех здоровых мужиков? Поэтому меня быстро снарядили в соседнюю каюту к корабельному доктору, майору Гусакову. Док был мореман бывалый, все понял сразу и только попросил тару, чтобы наполнить ее… чистым медицинским.
Тут же кто-то сгонял на камбуз и с помощью коков быстро организовал жареную картошку. Подключили даже мичмана-продовольственного баталера, и тот щедро отвалил несколько банок хороших консервов. Не прошло и получаса, а стол в каюте уже ломился от закуски и напитков. И понеслось!..
Первым «срубился» я! Бессонная ночь и малый опыт корабельной жизни сделали свое дело… «Все, – говорю, – мужики, – дальше без меня! Я баиньки, только должен посетить одно деликатное помещение по малой нужде»
Здесь я поясню: каюты офицерского состава имели умывальник, но туалет (гальюн по-флотски) располагался отдельно. Поэтому в него надо было пойти по общему коридору. Только я собрался вырулить из каюты, как меня хватают мои опытные товарищи и говорят: «Куда, салабон? Засветить нас хочешь? Что, не видишь раковину? Дуй сюда!» Так и не дали мне выйти. И все бы прошло «без сучка, без задоринки», если бы ни один нюанс. (А жизнь, как известно, из них и состоит).
Один из моих товарищей, а именно Виктор Ищенко, в этот вечер был помощником оперативного дежурного. Оперативный отпустил его поспать, но Витя, вместо того, чтобы окунуться в сладкие объятия Морфея, погрузился с головой в волшебное царство Бахуса. А дальше, после того как я задал храпака, мужики уговорили дока на еще одну емкость «чистейшего», и праздник перешел в новую фазу! И по закону подлости больше всего нахлестался… Кто бы вы думали? Правильно! Витя! Как говорят на флоте: принял объем по самую «ватерлинию»!
Приходит ОД (оперативный дежурный- С.Л.) Витю поднимать, а тот лишь мычит и отбрыкивается! Пришлось будить другого офицера. Оперативный был не из нашей службы и доложил по команде. Дошло дело и до нашего замполита. Тот, «тертый калач», в календарь сразу – хлоп, что за причина? Ага! День рождение лейтенанта Ли. И меня к себе на «цугундер»! Но я уже в море маленько заматерел и держался как Павлик Морозов: не видел, не слышал, спал без задних ног!
Так и остался зам. ни с чем! А офицеры, довольные, что я прошел это нелегкое испытание, только посмеивались и спрашивали: «Ну что, лейтенант? Теперь ты понял, кто такой настоящий моряк?»
Старпом
Кто самый главный человек на корабле? Правильно, командир. А самый страшный? Старпом! И не потому, что его природа обидела. Должность такая!
Старпомы все разные и в чем-то всегда похожие…
Мой первый – Михаил Макарович Строков. В просторечии – Майкл или Макарыч. Работяга, хотя особым интеллектом не обладал, да и культура общения тоже была не на высоте, зато имел природный дар находить контакты с нужными людьми. А это умение всегда может пригодиться.
Pulsuz fraqment bitdi.