На утреннем физо вместе с Чаем стоял куратор Ио. У меня появились плохие предчувствия, и я сразу же поделился ими с курсантами. Особых проёбов вспомнить не получилось, поэтому мы решили, что чужие вошли в систему Кэц и нас срочно отправят в бой, затыкать возникающие дырки в обороне.
– Сегодня нам нужны красивые и умные курсанты, – Чай кисло скривился, – но, к сожалению, вы здесь все уроды. А умных я пересчитаю по пальцам.
Я тоже скривился, понимая, к чему это сейчас приведёт.
– Умными и красивыми назначаются: Лис, Саня, Рисе, Хокс, Честер, Инь, Кубик, Циклон, Сюзи, Вульф, Кинки. Шаг из строя.
Куратор осмотрел «умных и красивых», пожал плечами и объявил:
– Вооружённые силы сегодня будут снимать рекламную агитку для ВКС. Отобранные будут участвовать в этом ёбаном цирке. Остальные – свободное время на 50 стандартных часов.
«Тупые и страшные» радостно потопали обратно к кубрикам и отсекам рекреации, ловить внезапно свалившуюся халяву.
– Киногруппа ещё на подлётах, поэтому у вас есть время устранить некоторые дефекты и привести себя в порядок, – сказал Чай и бросил мне пакет, – Выполнять!
В пакете лежали: ободок с кошачьими ушками, ошмётки парика, полимерный клей и упаковка контактных линз.
***
Ободок с кошачьими ушками держался плохо, поэтому Кинки вылила на меня весь флакон клея. Клей застывал плохо, искусственные волосы отваливались от малейшего движения, поэтому я изображал предмет интерьера, и наблюдал за тем, как курсанты ловят Саню, пытаются зафиксировать её на полу, вызывают подмогу в лице Хокса и Лави, фиксируют вырывающегося пилота и засовывают в её глаза линзы, имитирующие круги фокусировки. Наверное, Саня бы меня послушалась (естественно, – прим. Сани), но я не хотел лишать себя маленькой мести.
***
Известный режиссёр с командой прибыли как раз к моменту полного застывания клея. Лави как раз заканчивала расчёсывать мне волосы.
– Ох! – Режиссёр, с огромным синяком на половину лица, подскочил к нам и начал внимательно всех рассматривать и тыкать пальцем, – Вот это типажи! Вот это персонажи! Шрам! Отличный шрам! Пойдёшь на ведущую роль. Стоп. Почему у тебя две пары ушей? Ладно, замажем на постпродакшене. Ох! Рыжая мордашка! Запишите, что волосы надо ярче сделать. Ох! Шкаф! Даже два шкафа! Будут задним планом. Запишите, их на сцены-4,5,12, как вторую роль…
***
Снимали пробежку. Просто пробежать строем и не наступить на камеры с операторами. Режиссёр нас задрочил так, как не удавалось Чаю. Один и тот же отрезок. Раз за разом. Изменить выражение лица, более волевое, более уставшее, более серьёзное, не моргать, моргать, двигаться синхронно, бежать в ногу, не дышать. Пот бликует, переделываем. Слишком мало пота, переделываем. Недостаточно мужественно. Слишком много жестокости во взгляде. Не сжимать зубы.
И этот мудак радовался, как пёс, что мы просто берём и выполняем приказы. Не жалуемся, не ноем, не просим передышки.
– А теперь нужно добавить экшена! На полосу препятствий! В этой сцене Большая перебросит Шрама через стенку, Шрам должен героически приземлиться на одно колено, ухмыльнуться и рвануть с места!
С той стены положено соскальзывать, но откуда Режиссёру об этом знать?
– Перебирая руками по перекладинам двигаетесь с интервалом в 56 сантиметров в порядке: Рыжая, Маленькая, Серая, Синяя, Злая, Большая! Слегка раскачивайтесь из стороны в сторону! Хорошо, хорошо… стоп. Заново!
По тем перекладинам надо бегать.
– В шахматном порядке бегите по сетке. Шрам оступается, Большая его ловит и продолжает бежать.
«Сетка» – это обычная сетка с ячейками, натянутая в полуметре над землёй. Курсанты бегут по ней, наступая на узлы. Если там оступиться, то происходит полный пиздец для всех – падаешь и моментально запутываешься. Сетка резко дёргается, другие курсанты сбиваются и тоже падают. Хорошо, что мы эту хуйню смогли снять с первого дубля.
– Стоп! Отдых, – скомандовал Чай и поманил к себе Режиссёра.
– Да-да?
– Вы немного увлеклись и загоняли моих курсантов, – Чай даже не пытался скрыть своего раздражения.
– Ой, извиняюсь, простите, – моментально спохватился Режиссёр, – Пусть отдохнут, да.
– А ещё, – в голосе Чая появилась сталь, – обращайтесь к ним по и-ме-нам. Ясно?
– Т-так тт-очно!
Уже не напрягаясь, мы отсняли сцены рукопашного боя и отправились в душ. В душе нас не снимали. Зато снимали в столовой, где приходилось изображать увлечённые диалоги, шутить и смеяться. Этот цирк сильно скрасило то, что академия поставила нам внеплановый «праздничный» обед, а подпортило то, что завтрак мы пропустили.
В аудиторном отсеке снимали «обучение» – курсанты с умным видом нажимали случайные кнопки в системе навигации, а Рейвен расхаживала перед доской с картой системы и, активно жестикулируя, рассказывала, как она, когда ещё была курсантом, ходила в самоволки на космической станции.
Финалом этого дурдома стала сцена в имитаторе средней боевой машины. Экипаж без медика, без инженера, зато с двумя пилотами и двумя навигаторам, не надев боевые костюмы, важно делал вид, что усердно работает, а я стоя (стоя, блядь!) хмурил брови, выкидывал руку и командовал: «вперёд!».
Видеоролик на 6 стандартных минут должен всё ещё лежать где-то на сайте ВКС Кэц. Он, конечно, смотрится круто, впечатляюще, так и зазывает бросить всё вступить в стройные ряды ВКС. Только специалист на эту хуйню без слёз смотреть не сможет, такой пиздец получился.
Этот вопрос не поднимается на лекциях, он не записан в правилах и положениях. Ответ на него плавно вытекает из всего курса обучения, но для удобства я открою тут шорткат.
Гражданские любят поднимать вопросы типа: «зачем ВКС столько денег?» и «зачем нам столько боевых машин?», но не «зачем нужны ВКС?». А если такой вопрос и поднимается, то все почему-то приходят к одному идиотскому ответу: «если прибудут чужие, тогда ВКС нас защитит», из которого следует безумный вывод: «но, раз чужие не пришли, то наше ВКС можно расформировать». Подразумевая, что общая угроза заставит всех сплотиться и единым фронтом выступить против общего врага.
Так вот, пацифисты. Есть один маленький нюанс: в пакете «Рипер» (зашифрованный набор приказов, который можно вскрыть только в случае нападения чужих) лежат чёткие указания: «домой». У Кэц это: Кэц, Зеп или Веп. У Альянса это: Соль и ещё какие-то планеты. Все союзы и договора начинают работать потом, когда ситуация станет ясна. И я не гарантирую, что к тому моменту ваша планета будет обитаема. ВКС в том виде, в котором они существуют сейчас, создавались именно для защиты домашних планет от чужих. На Луне (Соль-1, Земля, естественный спутник) и на Маленькой сестрёнке (Кэц, Кэц, естественный спутник) есть древние наблюдательные станции каких-то существ. Что кэц, что люди, были созданы теми существами, только вот нет больше этих создателей. Наверное, их кто-то уничтожил. Так думали те, кто создавали ВКС и писали первый вариант устава и секретного пакета «Рипер». Но с тех пор прошло уже достаточно много времени, и мы так никого и не встретили (не считая досадного недоразумения в системе Альтарис, когда Лаборатории Аргентума в процессе исследований случайно уничтожили разумный океан, заполнивший планету и пары потенциально разумных рас, которые уже не станут разумными, – прим. Деси) (Таких недоразумений больше сотни. Плюс, существуют разумные или достаточно разумные расы в системах-заповедниках. Что с ними делать – непонятно, – прим. Фора). Впрочем, пространство оно большое… да вы и сами знаете, насколько. (Спойлеры! – прим. Сани)
Пакет «Рипер» это всё ещё фантастично и маловероятно, поэтому, скорее всего, может случиться война (или «война») между тем, что сейчас есть. И тут мы выходим в пространство парадоксов.
Десять средних машин не смогут защитить систему, но смогут её заблокировать – отрезать обитаемую планету от поставок с других миров и оставить без межпланетной связи. Можно двинуться дальше и расстрелять орбитальные спутники, оставив планету ещё и без планетарной связи. За 5—10 стандартных дней планета может оказаться в полнейшей изоляции.
И это катастрофа. Может когда-то и можно было жить без поставок с других планет и станций, но уже не сейчас. Земля и Кэц очень тяжело перенесут блокаду, но перенесут. Это, как никак, колыбели наших рас. А вот для молодых колоний блокада станет трагедией.
Сейчас никто не строит вредные и опасные заводы для производства, например, чёрных трубок (зачем, когда Альянс отгрохал огромный комплекс на Эдеме и продаёт их за десятые), никто не синтезирует хидамариум-6 (у производств на Зеп вечный избыток). Даже ради оборонки – обанкротишься, хотя раньше закроют за неликвидность.
Но без чёрных трубок начнут выходить из строя реакторы и сотни городов останутся без электричества. Без хидамариума накроется пиздой сельское хозяйство.
Всё. На этом моменте можно откатываться в каменный век.
И это только два товара.
Десятке машин начать блокаду ничего не стоит: надо просто заявить об этом, припугнуть пару торговцев, раздолбать ретрансляторы, орбитальные станции и уйти загорать. Время от времени надо возвращаться, наводить шороху и снова уйти. Всё, поставки быстро заканчиваются, у населения начинается паника и цивилизованная, прогрессивная планета стремительно откатывается до средневековья.
Фантастика? Зайдите на википедию и прочитайте историю Вертикали. То, что против неё была развёрнута военная операция всего лишь ускорило процесс. А теперь посмотрите, как тяжело идёт процесс восстановления.
Никто не пришёл им на помощь, не смотря на союзы.
Их могло бы спасти наличие собственного ВКС, но их не было.
Вертикаль усвоила свой урок, заплатив непомерную цену.
Лучше бы у неё были ВКС.
У меня вообще не было ощущения экзамена. Даже с учётом того, что оценки ставились за результат, а не ход мыслей. Даже с учётом того, что ты сидел под урезанным таймером и каждое твоё действие фиксировали, оценивали, взвешивали.
Кто-то из коллег-навигаторов волновался, я же зашёл в аудиторию, как на обычное занятие. Привычно подогнал под себя боевой пост, отчитался о готовности, получил задачи, выполнил задачи и так же спокойно покинул аудиторию с оценкой 45 из 10. Максимальной оценкой является 10, минимальной 0. Единственно важная оценка это 10/10. Проходной балл. Все курсанты, получившие меньше 10 – выбрасываются. После 10 преподаватель может проверить курсанта на прочность, сокращая время ответа и выдавая всё более сложные задачи. Оценка, кратная 5 означает, что преподаватель решил остановиться и зафиксировать результат курсанта по тем или иным причинам (ему показалось, что курсант дальше не справится, или что курсант устал, или что это может продолжаться бесконечно), все остальные кратности означают, что курсантом была совершена ошибка, за которую был снят 1 или 2 балла, но, так как основной экзамен был сдан, то курсант остаётся в академии.
Подготовь 290 проколов для движущейся машины; подготовь 90 дальних проколов; подготовь проколы нестандартного размера; подготовь проколы для шага за границу сферы; готовь пунктиры; определи местоположение машины. Всё, как на занятиях, ничего сложного.
Спокойно выполнил поставленные задачи и так же спокойно отправился в зону рекреации, планируя почитать какую-нибудь книгу или просто поваляться на диване. Но в меня врезалась звезда класса M со слезами на зелёных глазах. Вот здесь я уже реально заволновался (ох, это так мило, я вся таю – прим. Сани). Саня всегда составляла мне компанию и несколько раз серьёзно выручала. Только в тот момент я понял, насколько я к ней привязался. Мне было бы ужасно больно её потерять (я удалила все сопливые и порнографические комментарии Сани – прим. Рисе) (зависть – плохое чувство – прим. Сани).
– 85 из 10! Мать моя кошка гулящая! 85 из 10! – проорала Саня, потом засмеялась, потом заплакала, потом опять засмеялась.
Мои «скромные» 45/10 несколько померкли на таком фоне, но это было совсем не важно – я был годен, Саня была годна. Чего ещё нужно? Ещё нужен экипаж и у меня уже были некоторые планы.
Я схватил Саню за плюшевое ухо и зафиксировал её глаза напротив своих. Девушка достаточно быстро перетекала из состояния «замешательство» в «ожидание поцелуя» и обратно, поэтому мне пришлось тяжело вздохнуть и нахмуриться, поставив этот лицевой цирк на паузу.
– Да-да? – спросила пилот.
– Молодец! – я, в качестве поздравления, обнял хихикнувшую Саню.
– М-да, – тихо, как сама смерть, со спины ко мне подошёл Фор, – и мои надежды разбились вдрызг.
– Привет, Фор. Сдал?
– Естественно. У меня нет никакого желания выплачивать непомерные деньги за саботаж и намеренный разрыв контракта, – кисло улыбнулся медик, – я знал, что ты, больной ублюдок, получишь выше максимума. Если только разговор зайдёт о навигации, то тебя, блядь, не заткнуть.
Фор вздохнул. Снял с пояса аптечку. Посмотрел на Саню. Посмотрел на аптечку. Скривился. Вздохнул.
– Начальник, медик нужен в экипаж?
– У меня всё ещё жёлтая нашивка. (И он это говорит спустя мгновение после того, как планировал сбор экипажа, – прим. Рисе) (Психология, – прим. Деси)
– Так получи красную, – Фор отмахнулся.
– И почему ко мне?
– Блядь, а к кому ещё? К ебанату Честеру? Тормозу Кубику? Мудаку Логану? Сучке Лави? Я, блядь, у тебя на периферии не просто так болтаюсь. Ну, а вообще-то, просто так. Мне лень думать и выбирать.
– Окей, добро пожаловать.
– Вот и отлично, – Фор устало опустил голову и шаркающей походкой пошёл к себе в кубрик.
***
Рисе застала меня за достаточно странным занятием. Я вместе с Рамшель, Вельдом и Ларго пытался вскрыть аквариум в Х45-Х45. Нам надоело наблюдать мёртвых механических рыбок, и мы решили произвести их ремонт в полевых условиях. Ларго поделился своим медицинским набором (медики всегда таскают с собой полевой медицинский набор АА-19) и с его помощью мы пытались как-то открыть аквариум. Аквариум не поддавался. Мы смогли разломать половину крышки, но не смогли найти способа её снять. Но слабоумие и отвага двигали нас вперёд. И мы не боялись критических неудач.
– Ну, что? – спросила Рисе, подкравшись ко мне со спины.
– Что? – переспросил я.
– Пошли.
– Куда?
Этот разговор не мог стать ещё глупее.
– Разговор.
– Окей, – я отдал изуродованный скальпель Ларго, – сейчас вернусь.
– Оки, – Ларго кивнул и принялся резать крышку в том месте, где я прекратил, – Надеюсь эта херня не лопнет.
– В первую очередь спасайте консоли и аркадные автоматы, а то Саня нас убьёт, – посоветовал я на прощание.
– А она сдала? – спросил Рамшель.
– 85 из 10.
– Ебать.
Навигаторы покачали головами и вернулись к крышке аквариума. Её надо было победить любой ценой.
С Рисе мы прошли метров двадцать, как вдруг на повороте к кубрикам она замедлила шаг и как бы невзначай бросила:
– Ты обещал подумать. 45/10. Решение? – связист не ходила вокруг, да около, а просто и прямо задала вопрос.
– Добро пожаловать, – я тут же остановился, улыбнулся и обнял Рисе. Рисе впала в ступор.
Теперь мне осталось найти стрелка и инженера. А вот и удачный кандидат на вакантную должность идёт в рекреацию.
– Эй! Хокс! – крикнул я, – Ну, что?
– 12 из 10, – ответил довольный стрелок.
– Отлично. Пошли ко мне в экипаж?
– Окей. Тебя уже назначили?
– Ещё нет.
– Значит скоро назначат. А ты на сколько сдал?
– 45. Ещё у меня есть: Рисе, связь – 45. Саня, пилот – 85. Фор, медик – 60.
– Э-э-э-э… командор, а… а я точно подойду к таким… крутым?
– Да. Я сказал.
– Ну… Окей.
– Прекрасно! А теперь у нас есть более важные дела! В рекреации надо снять злоебучую крышку с аквариума и починить рыбок. Вперёд!
После первого экзамена курсанты внезапно опомнились и засуетились, пытаясь пристроить себя или набрать свой собственный экипаж. Самое пристальное внимание уделялось курсантам, превысившим проходной бал.
Максимальные оценки в группе: пилот – 85, связист – 45, стрелок – 40, инженер – 35, медик – 60, навигатор – 45.
Курсанты, получившие максимум: пилот – Саня, связист – Рисе, стрелок – Пёс, инженер – Деси, медик – Фор, навигатор – Лис.
Обстановка стала накаляться – все хотели попасть или переманить отличника к себе в экипаж. Некоторые хотели, чтобы отличник командовал экипажем – и вот этого я совсем не мог понять: «хороший специалист» ещё не значит «хороший командор». Только один выпускник-отличник стал командором и этим командором стал я. А вот участь Пса, лучшего стрелка нашего курса, оказалась незавидной – он не входил в мой экипаж и вокруг него развернулся блядский цирк. Пёс не выдержал этого дерьма, разбил пару лиц и убежал к инженеру Лави. Мощную девушку со взрывным характером, выглядевшую, как злой Хокс, сменивший пол, боялись не зря, но даже такой образ не смог остановить борьбу за отличника. И если бы не моя выходка за обедом, то кто-то из курсантов надолго бы слёг в больничку. А ВКС, возможно, потеряли бы Колибри, безумнейшую машину, которую ставили в один ряд с Вороном.
***
В группе ходили неуверенные шатания и суматошные поиски экипажей. Я стоял в стороне от этого цирка. С одной стороны, я был лидером и командором, и ко мне можно было бы записаться в экипаж, но… но моим пилотом была Саня. А Саня – это терроризм, безумие и провалы. По этой же причине Саня, как пилот, никого не интересовала. Пару раз у меня пытались украсть Фора, но все те, кто не уходил после дружелюбного «пошёл на хуй» были вынуждены сидеть и слушать, как медик ноет на свою судьбу, объявляет всех живыми трупами и цитирует статистику смертности экипажей. Только Хокс особо никого не интересовал и из-за этого тосковал. Моя базовая группа выглядела дико даже для среднего ВКС, и никто не хотел напрашиваться в мой экипаж.
Но вот Рисе… со стороны, Рисе выглядела лишним элементом среди моей хуйни, поэтому все тайком и тонкими намёками пытались переманить её к себе – курсантам было немного стыдно в открытую играть против меня.
***
За обедом я сидел вместе с Саней, Рисе, Хоксом и Фором. Все остальные мои обычные компаньоны по приёму пищи были сильно заняты налаживанием союзов, расторжением союзов, интригами, предательствами, вербовками и прочей хернёй. Я совершенно не понимал, почему все так резко переполошились – в запасе была куча времени и групповые занятия, на которых, в обстановке, приближенной к боевой, можно было бы посмотреть друг на друга. Но группа уже была готова взорваться чередой бесконтрольных и безобразных инцидентов. Рамшель уже подралась с Кубиком, Инь чуть не сломала Мышке руку, а Лави проломила Тигром стену. Как вы заметили, все конфликты моментально взрывались и переходили к открытым боевым столкновениям. Вообще, такое поведение больше характерно для пилотов крыльев, сверхмалых машин, а не для средних боевых.
Я с аппетитом жевал праздничный, 25й обед. Саня, уже укравшая у всех по клубничке с тортиков, старалась выпросить у Хокса, как у наиболее поддающегося влиянию, весь торт. Стрелок вяло сопротивлялся. Было сложно предугадать, чем закончатся эти переговоры, поэтому я с некоторым интересом за ними наблюдал.
К столику наигранно наглой походкой подошёл Логан. Я подумал, что сейчас опять начнётся вербовка Рисе. Логан подошёл, положил руку на плечо вздрогнувшей Рисе и приказал:
– Пошли.
– Куда?
– Тебе не нужен этот экипаж, его всё равно скоро расформируют. Со мной тебе будет лучше.
Рисе опять зависла.
– Эй, – Логан потряс Рисе, девушка напряжённо думала.
Курсанты оторвались от еды и начали наблюдение за попыткой перестановки сил.
Внезапно события начали развиваться слишком стремительно и невнятно: Логан зачем-то схватил Рисе за воротник и приподнял её над палубой.
Рисе бы сама выкрутилась, если бы не растерялась, блядь.
Я быстро попытался оценить ситуацию и пришёл к выводу, что если позволить ситуации развиваться дальше по сценарию Логана, то всё полетит к хуям собачьим. Взывать к разуму не вариант, в мире Логана это опустит меня ниже его, и он получит для себя право делать всё, что ему заблагорассудится. Драка, как таковая, отложит конфликт и растянет наше выяснение отношений надолго. Это будет тупая игра, в которой мне совсем не хочется принимать участие. Значит, нужно было предотвратить инцидент или сейчас поставить себя так, чтобы ни у Логана, ни у кого другого не было больше желания лезть на мой экипаж.
Я вскочил со стула, левой рукой ударил Логана в лицо, а правой всадил ему вилку в горло.
Логан и Рисе упали на палубу.
– Ме-е-е-едик, – прокричал я.
Фор перегнулся через стол, осмотрел хрипящее тело, проворчал:
– Потерпит.
И Фор сел на свой стул, неспешно откусил кусок тортика, отпил кофе и громко заявил:
– Не забывайте думать о Смерти!
***
В кабинете куратора ничего не изменилось. Всё такой же усталый Ио, устало мешал кофе световым пером. Перо противно пищало. Рядом со мной стоял Логан с заклеенным горлом и словом «ебан» на лбу. Логан косился на меня дёргающимся глазом и боролся с желанием спрятаться куда-нибудь.
– Курсант Лис. Ты его чуть не убил.
– В полной столовой медиков ему ничего не угрожало!
– Чего ты вообще так всполошился?
– Нападение на члена экипажа!
Ио выразительно посмотрел мне на грудь, где была приклеена жёлтая нашивка и скривился.
– Не вижу красной нашивки.
– Будет!
Ио закрыл глаза, потёр виски, проворчал что-то в духе: «средняки, блядь», вновь сурово посмотрел на меня и спросил:
– А если бы это произошло на твоей машине?
– Выкинул бы Логана в зелёный воздушный шлюз!
Логан вздрогнул и попытался сделать шаг в сторону от меня.
– Почему зелёный?
– Меньший расход воздуха за цикл!
Куратор откинулся на стуле и тяжело вздохнул:
– Лис, это была подстава. Психологи решили так разрядить обстановку. Вы с Логаном в одной весовой категории, с одинаковой подготовкой и всё такое. По мнению трижды блядских психологов, вы похожи. И вообще должны были стать лучшими друзьями.
Мы с Логаном переглянулись и одновременно пожали плечами.
– Эти ебанаты решили, что масштабная драка между вами что-то кому-то покажет и другие курсанты успокоятся. Я найду того мудилу, который эту хуйню одобрил и сломаю ему руку. Нет, обе руки и запихну их ему прямо в сраку. Делегировал, блядь, задачу. Ёбаный ВКС. Я этих психологов натяну на стоковую радарную установку.
Ио, не прекращая материться, залез куда под стол, что-то там достал.
– Так. Лис, держи эту хуйню, – куратор бросил мне красную нашивку навигатора, – а жёлтую давай сюда. Отлично. Так. Сейчас будет общий сбор. Вы двое двиньте мне какую-нибудь проникновенную речь. Такую, чтоб на слезу пробивало! О том, что вы все братья-сёстры, что драться плохо, что мы одна команда и вместе должны защищать Кэц, а не втыкать блядские вилки друг другу в горло! Всё, пиздуйте в спортотсек. А я сейчас накачу, обругаю психологов и подойду.
***
– Ну, ты, блядь, и зверь, нахуй, – прохрипел Логан.
– Извиняй. Сам виноват.
– Чтоб я ещё раз, не подумав, соглашался на какую-нибудь хуйню…
– Думать это полезно.
– Угу.
На перекрёстке мы помолчали, сверились с картой и продолжили путь.
– Всё могло быть и хуже, – я первым нарушил тишину.
– Издеваешься, блядь?
– Со мной могла обедать Лави.
– А что Лави?
– А мы ж с ней часто отрабатывали ведомый-ведущий. А какая задача у ведомого?
Логан остановился и закашлялся.
– Я не просто тупой, я дважды тупой. И память у меня на кристаллах. Так что говорить то народу будем?
– Ты совершил ошибку, я совершил ошибку. Зря конфликт развели. Нам ещё служить в одних ВКС, висеть в одном пространстве и прикрывать друг друга. Поэтому мы мудаки, мы всё поняли, всё признали, обнялись, поцеловались и помирились. И не рекомендуем другим творить такую хуйню, а то начальство пустит под нож весь курс.
– Сойдёт. Слушай, у меня скобы на горле не разошлись?
Pulsuz fraqment bitdi.