Я пыталась переварить в своей голове эту безумную историю. Я никогда не задумывалась, что за каждой картиной скрывается человек со своими несчастьями и невзгодами, со своей душевной болью. Для меня он был просто талантливым человеком и только.
– Какая грустная история. Как вы думаете, Малик, почему это всё случилось именно с ним?
– Когда он умер, Алиса, в газетах написали: «Демон уничтожил своего творца!». Я думаю, лучше, чем эти кричащие заголовки и не скажешь.
Мы развернулись лицом друг к другу. Я уже потеряла счёт времени. Этот мужчина явно заинтриговал меня, как и вся эта история о Демонах.
– Алиса в стране чудес. – Произнеся эту фразу, он смотрел на мои губы.
Я почувствовала, как краска вновь прилила к моей голове. И начала невольно их кусать. Его зрачки расширились, глаза стали почти чёрными, и он облизнулся, как мартовский кот. От этих наших совместных действий, я немного выпала из реальности. Даже на мгновение забыла, где мы находимся, так хотелось его поцеловать.
– Что? – Я сделала вид, что не расслышала его.
– Алиса в стране чудес. Книга такая. Все её в детстве читали. – Он тоже вышел из ступора, даже потряс головой, чтобы выбить из головы бредовые мысли. – Я надеюсь, Алиса, что ваша история окажется такой же счастливой, как в этой сказке. Потому что Демонам Врубеля не место в вашей красивой голове.
На этих словах он мне подмигнул.
– Пойдёмте дальше? Тут ещё много всего интересного.
И начал уверенно шагать в сторону следующего зала. И какая-то невидимая сила толкнула меня идти за ним следом.
***
После того, как мы обошли всю Третьяковскую галерею вдоль и поперёк, Малик предложил мне прогуляться по Крымской набережной. Я была не против. Этот мужчина мне, безусловно, нравился и вызывал странный трепет в душе. С ним интересно было разговаривать. Мы болтали обо всём подряд, при этом он никак не затрагивал тему моей личной жизни, не задавал ненужных вопросов. Всё было так, будто бы мы знали друг друга уже давно и нам не нужны были все эти условности. Я не думала о том, что будет дальше. Просто находилась в моменте. Мы перешли на «ты» сразу после разговора на тему «Демонов Врубеля». Это получилось само собой, никто из нас не спрашивал у другого разрешения. Мы будто читали мысли друг друга, знали, что сказать дальше, а где промолчать, что можно спросить и какую тему лучше не затрагивать. Не знаю, как он, но я чувствовала его на ментальном уровне, читала по его глазам. Я думаю, он чувствовал нечто похожее.
Время шло, погода начала меняться, на небе появились тучи, готовые пролиться дождём в любую секунду. Ветер раскачивал облетевшие деревья из стороны в сторону. На реке заходила рябь. Несмотря на погоду, хотелось ещё долго стоять и наблюдать, как теплоходы скользят по воде. Мы оба молчали. Каждый из нас крутил свои мысли в голове.
– Алиса, я боюсь, что скоро начнётся дождь. Может, пообедаем вместе где-нибудь? Хотя, для обеда уже поздновато, а для ужина рановато. – Он повернул меня к себе лицом за плечи и взял мои руки в свои. – У тебя ледяные руки. Меня будет мучить совесть, за то, что я тебя заморозил, ещё несколько дней.
– Малик, я и так надолго тебя задержала. Я думаю, нам обоим пора.
– А мне показалось, что это я тебя задерживаю. Но мне не хотелось тебя отпускать. Наверно, я эгоист.
– Значит эгоисты мы оба. Но мне, действительно, пора.
Я ещё хотела добавить про перелёт, усталость и завтрашние встречи по работе, но промолчала. Рано или поздно нам придётся отпустить друг друга. Всё, конечно, зависело от того, насколько далеко мы зайдём. У него своя жизнь здесь, у меня другая там. Пусть всё останется, как есть. Никто никому ничего не должен, просто хорошо провели время. Не думаю, что это перейдёт в нечто более серьёзное за несколько дней моего присутствия в столице. Но почему мне так трудно остановиться на этом? Почему так трудно отпустить его сейчас?
– Я могу тебя хотя бы подвезти?
Я на секунду задумалась, убрав свои руки обратно в карманы пальто.
– Думаю, я смогу добраться сама. Не маленькая.
– Кажется, ты действительно видишь во мне маньяка? – Это был бы сарказм, если б его глаза не выдавали печали.
– Конечно, нет, Малик. Просто оставляю за собой право держать при себе ту информацию, какую считаю нужным не разглашать.
– Ты агент ФСБ? – Его хмурый взгляд сменился улыбкой.
– Я обычная девушка, – ответила я, думая о том, что, возможно, совершаю ошибку, стараясь убежать от него и от того, что между нами начинало происходить.
В воздухе повисло молчание. Я знаю, он ждал продолжения. Наверняка думал, что расскажу свою историю, и он хотя бы смутно будет представлять себе кто я на самом деле такая. Но я осталась непреклонной, смотрела прямо ему в глаза и молчала, подумав, что он поймёт всё без слов. Наконец, он сдался, а я спокойно выдохнула.
– Хорошо. Я вызову тебе такси, – сказал он, потупив взгляд. – Я, конечно, всё понимаю, но не могу вот так бросить тут девушку, не убедившись, что она благополучно добралась до дома, а не промокла под проливным дождём.
– Согласна. – Это всё, что я могла сказать в тот момент.
Пока он звонил по телефону, отойдя немного в сторону, я ловила себя на мысли о том, что продала бы дьяволу душу, лишь бы он меня не послушал. Загрузил в свою машину, или на чём он сюда приехал, увёз бы меня куда угодно, где бы нам никто не мешал, и занялся бы со мной диким необузданным сексом. Я испугалась этих своих мыслей, ниоткуда пришедших мне в голову, но ничего не могла с этим поделать. Мне было стыдно за это, ведь мы были знакомы всего несколько часов, а я уже позволяла себе думать о сексе с этим мужчиной. Такое было со мной впервые.
Закончив разговор, он положил трубку. Всё это время Малик не сводил с меня глаз, и я испугалась, что он мог прочитать мои мысли. Затем он молча подошёл ко мне и произнёс:
– Я могу показаться грубым и настойчивым, Алиса, но будь добра, оставь мне хотя бы свой номер телефона!
Его слова звучали, как угроза, но я восприняла их иначе. По телу побежали мурашки, скорее всего, от возбуждения. Я достала из сумки блокнот с ручкой и трясущимися руками написала номер телефона, вложив лист бумаги в его горячую руку. На какое-то время мы оба застыли, ловя импульсы, проходящие сквозь наши ладони. Наверное, в тот самый момент я поняла, что совершаю ошибку, так поспешно убегая.
Устоять против искушения – это
может казаться победой, но сознавать,
что кто-то устоял против искушения,
которым мы были для него – это
ранит, как самое худшее поражение
– Мария Домбровская
Последние минуты то, что происходило со мной, было похоже на фейерверки по всему телу. Как только я села в машину такси, меня начало трясти, будто у меня жар и озноб. Мои руки тоже тряслись, будто я 90-летняя старуха с тремором. Про сердце и говорить нечего, оно просто выпрыгивало из груди, норовя сломать мои рёбра.
Никогда в жизни я не испытывала подобное ни к одному мужчине в жизни. Да, у меня может и был довольно скудный опыт отношений, но я никогда не страдала от недостатка внимания со стороны противоположного пола. Ещё в школе в младших классах за мной начали ухаживать парни. Но, как таковой, первой школьной любви, запоминающейся многим на всю оставшуюся жизнь, у меня не было. Первый раз я поцеловалась в колледже, хотя в школе почти все подружки уже давно имели парней и даже имели с ними сексуальные отношения. Я никуда не торопилась. Я не скажу, что была какой-то отличницей-ботаничкой, но и оторвой я не была. Да, я очень много читала, но далеко не научную литературу.
После колледжа, устроившись на работу, я познакомилась с парнем. Он был всего на год старше меня. Закрутился роман. Но всё это было таким ненавязчивым, вялотекущим. Я это поняла уже только после нашего расставания, когда проанализировала все наши отношения с самого начала. В прочем, расстались мы именно потому, что довольно долго вместе жили, и подошло время принимать решение о свадьбе. На неё нас всячески подталкивали и его родители, и мои, и общие друзья. Только моя лучшая подруга Женька всегда говорила: «Когда я на вас смотрю, меня тошнить начинает. Вот такие вы – сладкие. Вы ж даже не ругаетесь никогда. Скучно. Вы, как брат с сестрой, даже целуетесь так же. Ваши отношения больше на инцест смахивают». Я на неё не обижалась, потому что в глубине души понимала, что она всегда была права. Мы оба понимали, что, хотя нам вместе не плохо, даже в какой-то степени комфортно, это будет брак не счастливый, потому что эффекта «вау!» в наших отношениях не было. В наших отношениях не было безумной страсти. Поэтому, после долгого серьёзного разговора мы с ним пришли к обоюдному согласию. Никаких нелепых скандалов, слёз, уговоров вернуться. Точка. Подруга была права – даже расстались мы скучно.
О той страсти, которая заставляет человека находиться в эйфории, я много читала; я видела эту страсть в парах друзей, мои родители всегда с такой страстью смотрели друг другу в глаза. Но я никогда её не чувствовала. Кроме сегодняшнего дня… Я даже не думала, что страсть может быть такой сильной и вызывать бурю неконтролируемых эмоций в организме. На обратном пути к отелю даже мир казался мне более радужным, чем солнечным утром, хотя первые капли дождя уже вовсю барабанили по крыше автомобиля. Я расплатилась с таксистом и спешно выбежала из машины, на ходу доставая из сумки пластиковую карту от своего номера. Почти бегом пробежала по улице, потом, забежав в отель, мимо стойки регистрации, стуча по кафелю каблуками. Администратор бросил на меня настороженный взгляд, когда я несколько раз нажала на кнопку вызова лифта, будто за мной кто-то гнался. Когда я поднималась на свой этаж в стеклянной кабине лифта, то с облегчением выдохнула. А когда вбежала в свой номер и второпях переоделась, попутно разбрасывая свои вещи где попало, меня уже не так трясло, как раньше. Только лёгкие электрические разряды ещё изредка пробегали по венам.
Пытаясь унять последние всполохи адреналина в своём теле, я достала из холодильника вино, которое предусмотрительно прикупила в Дьюти Фри, будто знала, что свалится на меня в этой поездке. Налила себе целый бокал и, пригубив, закрыла глаза. «Боже мой! Что это было?» – пронеслось у меня в голове. Почему-то остро захотелось поговорить с мамой.
Я взглянула на часы. Если у нас три часа дня, то у них шесть вечера. Разница по времени между Москвой и Лондоном плюс три часа. Набирая мамин номер, я искренне надеялась, что они с папой не ушли куда-нибудь в кино или театр и я смогу застать их, чтобы просто поговорить спокойно. Я была единственным ребёнком в семье, но, как и у многих родителей, у них часто не хватало на меня времени. В детстве папа много работал. У него была своя небольшая фирма, специализировавшаяся на юридических услугах. Мама помогала ему, занималась бухгалтерией и прочими экономическими вопросами. Дальше бизнес только рос и развивался, у них было всё меньше времени на меня, я часто оставалась у дедушки с бабушкой, маминых родителей. Но я не скажу, что была несчастна. Несмотря на это, я была окружена любовью и заботой и никогда ни в чём не нуждалась. Когда я закончила колледж, не стало сначала бабушки, а потом, через какое-то время и деда. У бабушки была онкология, а дедушка, думаю, просто не смог без неё жить, поэтому ушёл следом. К этому времени родители уже приняли решение переехать в Лондон. Они звали меня с собой, но я категорически отказалась. Тут была вся моя жизнь, мои друзья и молодой человек, который, как тогда казалось, будет моим будущим мужем. Родители сильно не настаивали и понимали. Они вообще никогда в жизни не давили на меня и всегда предоставляли мне право самой принимать решения. К тому же, все мы прекрасно понимали, что нет никаких препятствий к тому, чтобы навещать их так часто, насколько это возможно. Я всегда могла купить билеты и улететь к ним в отпуск, мы часто созванивались по телефону и в мессенджерах. Благо, сейчас были такие технологии, которые позволяли видеть своих близких людей каждый день, не давая нам сильно соскучиться друг по другу. Конечно, это никогда не заменяло нам крепкие объятия любимых родителей и разговоры тет-а-тет по вечерам. Но это было большее, чем просто письма и открытки на праздники, без возможности увидеться и просто представлять, как они изменились, пока вы не виделись долгое время.
После долгих гудков, в трубке, наконец-то, послышался мамин голос:
– Привет, дочь. Как у тебя дела? – При звуке её голоса, у меня на губах появилась улыбка, а на душе стало тепло и спокойно.
– Привет, мам. Всё хорошо. Я в Москве сейчас.
– О-о-о-о. Ты выросла и созрела для посещения столицы? – Мама рассмеялась. – Помнится, ты говорила, что ни за что в жизни туда не вернёшься.
– Мама, я действительно выросла и поменяла своё мнение. Но боль уставших ног, чувствую до сих пор. – Теперь мы смеялись вместе.
– Мой тебе совет, дорогая: надевай удобную обувь на прогулки, и ни в коем случае не на высоких каблуках.
– Поздно, мам. Но в следующий раз обязательно воспользуюсь твоим советом. Кстати, чем занимаетесь сейчас? Вы разве дома?
– На удивление, да. Мы с папой решили сегодня провести вечер в компании друг друга. Походы в кино, театры и прочее подождут. У нас романтический вечер. Папа машет рукой и передаёт огромный привет тебе, Алиса.
– Ему тоже, мам. Ну, тогда, не буду вам мешать. Созвонимся в следующий раз. – Не хотелось прерывать их романтик.
– Ты нам не мешаешь, Алиса. Мы с ним видимся каждый день, а тебя редко. Хотя разговариваем мы с тобой часто, но очень сильно скучаем. Когда планируешь приехать?
– Думаю, что только в новогодние каникулы, мам. Работаю не покладая рук. Мой шеф пытается возложить на меня все свои обязанности. У меня такое ощущение, что скоро я буду замещать его не только на работе. – Я скорчила недовольную гримасу.
– Печально, но это даст тебе стимул и научит вести дела самостоятельно. Глядишь, сама на себя скоро будешь работать.
– Пока меня всё устраивает, но я чувствую, что мне нужен отпуск, это однозначно. – Я пыталась перевести тему в другое русло. Я знала, как мама часто намекает мне на своё дело. Просто потому, что они с папой всю жизнь посвятили себя этому. Но пока я не была готова. Хотя в голове зарождалось много планов и идей.
– Конечно, нужен отпуск! А ещё тебе нужна любовь, Алиса.
– Не начинай, мам…
– Я понимаю, что лезу не в своё дело, дочь, но всем нужна любовь и забота. С любимым человеком легче переносить стресс, и все остальные тяготы бытия. Папа не даст соврать. – Я представила, как мама на этой фразе подмигнула ему.
– У меня звонок на второй линии мам, пока. – Я поспешно положила трубку.
Конечно, никакого звонка не было, но эта тема – больная для меня. Я всё сама понимала. Мне самой очень часто, придя с работы, хотелось упасть в мужские объятия и забыть о всех проблемах. В голове снова пронеслись мысли о Малике, я мысленно представила его лицо, его красивые зелёные глаза, его губы и тёплые руки. Низ живота затянуло. Если я прямо сейчас не получу разрядку, я просто сойду с ума! Я залпом выпила половину бокала, чувствуя, как тепло разлилось у меня в груди. Подошла к окну. Ливень уже вовсю барабанил по стеклу, погода не на шутку испортилась. Так одиноко я ещё никогда себя не чувствовала. Почему я отказалась поужинать с ним? Я взрослый человек и вольна делать всё, что захочу. Что меня останавливало? Может, я просто боялась потерять то, что неожиданно для себя нашла? Это безумное чувство во мне? Я набрала номер подруги. Только она всегда сможет дать мне дельный совет. Она всегда была более раскованной, никаких комплексов. Жила так, как хотела, будто каждый день был последним в её жизни.
– Лиса? – послышался её голос в трубке после долгих гудков. – Молчи. Дай угадаю. Ты сходила в свою Третьяковку, поняла, что кроме ботаников-студентов там ловить нечего, вернулась в свой номер, и тебе стало скучно и одиноко?
– Не нагнетай, Ева. Можешь говорить?
– Конечно, подруга. Судя по голосу, случилось что-то важное. Конечно, я свободна и открыта к общению. Выкладывай.
Я залпом осушила бокал, приготовившись к разговору.
– Я действительно сходила в Третьяковку. И встретила там одного мужчину…
– Студента-ботаника? – резко перебила она.
– Ева, хватит, не смешно уже. – Мне захотелось бросить трубку.
– Лиса, ты нервничаешь. Давно я не слышала, как ты нервничаешь. Когда ты мне раньше рассказывала про своего бывшего Кирюшу, ты не была так возбуждена. Он определённо заочно мне нравится, Лиса. Судя по твоей реакции, он Аполлон.
– Если ты не будешь меня перебивать, – сердито произнесла я, – То услышишь подробности нашего знакомства.
– Та-а-ак, погоди. Надо лечь поудобнее. У меня такое ощущение, что это будет похлеще порнушки. – Я услышала, как шуршит её постельное бельё, когда она начала принимать удобную позу. Она издевается?
– Очень смешно, подруга. – Я закатила глаза. – А ты почему не на работе?
– Не поверишь, у меня затяжной обед с Егором. Сейчас он как раз в ванной, а твоя порно-история будет как раз кстати. Так сказать, для разогрева.
– Доиграешься ты, Ева. Его жена тебе все космы повыдирает. – Я нахмурилась.
– Не волнуйся, у меня всё под контролем. И что там у вас с Аполлоном? – с нетерпением спросила она.
– Его зовут Малик. – Я тоже упала на кровать, решив устроиться поудобнее. – Мне страшно, Женька. Можно ли безумно хотеть человека, когда ты знакома с ним всего несколько часов?
– Конечно, можно. И, судя по твоему воздержанию после Кирилла, даже нужно и не удивительно. Но боюсь, твой Аполлон вовсе не Аполлон, а точно какой-нибудь студент-ботаник, который просто подошёл спросить: "Который час?", а ты растаяла. Человеку нужен секс, Лиса! Иначе даже Квазимодо будет казаться Аполлоном. Но мой тебе совет, разряди обойму и живи дальше спокойно. Но не в одно своё красивое лицо. Для этого нужны «ЭМ» и «ЖО». Поняла меня, подруга? Давай, я верю в тебя. – Послышались шаги на том конце трубки, и она шёпотом добавила:
– Идёт Егор, я вечером наберу. Или лучше завтра. Надеюсь, ты воспользуешься моим советом и не будешь этим вечером одна скучать в своей постели. Целую, красотка.
Я посмотрела на погасший экран и только сейчас поняла, что я оставила ему свой номер телефона, но не взяла его. Вот дура!
С удовольствием во всём себе отказывать
может сравниться только удовольствие
всё себе разрешать. Правда, чтобы
удовольствие не теряло остроты,
приходится чередовать обе практики.
– Саша Иванов
Всё утро я была, как на иголках. После вчерашней бутылки вина и душевных терзаний от того, что я сплоховала: сначала отказом от ужина с прекрасным мужчиной, потом от того, что не взяла его номер телефона, я впала в глубокий сон. Но утром, когда прозвенел будильник, мой организм чувствовал себя ничуть не лучше, чем вчера. Я поняла, что та разрядка, о которой я вчера думала и говорила с подругой, мне нужна ещё сильнее. Я с трудом запихала в себя завтрак, который снова заказала в номер, приняла душ, попыталась привести себя в подобающий вид и поехала на запланированную по работе встречу.
Всё остальное время я пыталась выбросить все мысли, кроме работы, из головы. Это у меня получалось с трудом. Когда нудная встреча закончилась, и я вышла из офиса на свежий воздух, мне стало чуточку легче. Прогулка пешком должна была привести меня в чувство. Я достала из сумки телефон, который предварительно ставила на беззвучный режим, чтобы посмотреть, где я нахожусь и в какую сторону мне идти. На экране высветилась пара пропущенных звонков: один от Евы, другой от шефа, и одно непрочитанное сообщение.
Звонок от Евы решила пока проигнорировать. Она дала мне чёткие указания вчера и, наверняка, хотела устроить допрос с пристрастием. Снова говорить сегодня о том, что облажалась, я не горела желанием. Я набрала шефу, мы обсудили все детали сегодняшней встречи. Он остался доволен и сказал, что мешок конфет уже ждёт меня в моём кабинете. Хоть какая-то хорошая новость. Я открыла сообщение и замерла посреди улицы. «Привет, Лисичка. Надеюсь, ты вчера хорошо добралась до дома и не мучилась угрызениями совести, как я». Я долго пялилась на экран, не веря своим глазам. Если честно, не ожидала, что он вообще позвонит или напишет. На моих губах расплылась довольная улыбка. Набрала ответ: «Привет. Надеюсь, твои муки совести были такими же сильными, как мои, иначе всё это было зря». Долго ждать не пришлось, новое сообщение высветилось через минуту: «Это было всё зря, если ты сегодня не согласишься на вторую попытку поужинать со мной. Иначе, я сделаю выводы, что ты испытываешь удовольствие от душевных мук». Я написала ответ, но долго думала, отправлять или нет. Затем, нажала – «отправить». Сообщение гласило: «Если бы я испытывала удовольствие от душевных мук, то не выглядела бы сегодня неудовлетворённой». «Господи, что я несу?» – С этими мыслями, я пошла дальше. Телефон снова завибрировал: «Это стоит понимать, как согласие на ужин?». Я набрала короткое «Да» в ответ. На экране высветилось: «Что-то мне подсказывает, что ты не согласишься, чтобы я за тобой заехал, поэтому вышлю координаты позже».
Наверное, воздух вокруг меня в тот момент искрился и переливался всеми цветами радуги. Такого счастья я ещё никогда не испытывала.
***
День тянулся мучительно долго. За окном шёл снег. Лёгкие снежинки, будто в танце, хаотично кружились в воздухе, подхваченные ветром. Они падали на землю и сразу таяли. Так странно было осознавать, что погода менялась вместе со мной. Так же быстро и спонтанно. От солнца к дождю и снегу. Я будто стояла на перекрёстке жизни, боясь свернуть не в ту сторону. Казалось бы, всё так просто, но в то же время сложно. Это даже не описать словами, насколько сильно во мне боролись чувства.
В детстве папа учил меня кататься на велосипеде. Что-то похожее я испытывала сейчас. Дикий восторг от покупки долгожданной вещи, страх перед тем, что надо научиться держать равновесие, и сам процесс езды. Волнительный опыт.
В перерывах между сборами, я мельком просматривала рабочие документы. Надо было чем-то себя отвлечь, чтобы время прошло быстрее. Завтра мне предстоит ещё пара встреч, поэтому нужно не ударить в грязь лицом. Когда наконец-то пришло время выходить, я почувствовала слабую тревогу и легкое возбуждение. Вечер обещал быть весёлым.
Наша встреча, а вернее сказать свидание, было назначено в красивом ресторане. Когда я подъехала к назначенному времени и вошла внутрь, администратор проводил меня на крышу здания. Это было неожиданно. Здесь были установлены прозрачные шатры полусферы, а вид с высоты птичьего полёта был просто потрясающий. У меня захватило дух при виде этой красоты. Малик встретил меня своей обворожительной улыбкой, глядя на него у меня промелькнула мысль, что я безумно соскучилась.
– Привет. – Он жестом пригласил меня присесть за красиво сервированный стол. Вид у Малика был несколько напряжённым, это было видно невооружённым глазом. Я тоже нервничала, но старалась держать себя в руках.
– Привет, Малик. – Я села за стол, стараясь унять дрожь в руках. Нервными движениями начала растирать свои руки.
– Замёрзла?
– Нет, просто немного нервничаю. – Я постаралась выдавить из себя улыбку, чтобы окончательно не растеряться.
– Если тебя это успокоит, то я тоже нервничаю, – произнёс он.
– Спасибо, это меня успокоило, – ответила я. Действительно, его признание на самом деле меня успокоило. Трудно держать себя в руках, когда рядом с тобой красивый мужчина, который умеет справляться со своими эмоциями, а ты, как последняя дура, нет.
– Трудно не поддаваться эмоциям, когда ты рядом, Лисичка. – Он будто прочитал мои мысли и в его глазах заплясали огоньки.
– Я уже заметила по сообщениям, что ты переиначил моё имя. Мне приятно, но это заставляет меня нервничать и смущаться ещё больше.
– Прости, Алиса. Постараюсь впредь называть тебя только так, но не обещаю. – Его довольная улыбка не сходила с лица.
К нам подошёл официант и прервал нашу беседу, сказав:
– Что будете заказывать?
Мы оба одновременно уставились в меню. После нескольких минут его изучения, сделали свой заказ, и он снова оставил нас наедине. Мы смотрели друг другу в глаза и молчали. Казалось, что мир вокруг нас исчез, а время остановилось. Не знаю, сколько мы так смотрели друг на друга, но нашу игру в «гляделки» снова прервал официант, который принёс шампанское. Он разлил его по бокалам и удалился.
– Я не сказал тебе, Алиса, ты выглядишь потрясающе, – наконец прервал он наше молчание.
– Спасибо, Малик.
– Могу я задать вопрос? – Все мышцы моего тела напряглись.
– Я могу на него не отвечать, если не захочу? – ответила я вопросом на вопрос.
– Нет. Это для меня важно.
Моя бровь взлетела. Такого упорства я не ожидала. Не люблю, когда меня заставляют делать то, чего я не хочу.
– Всё зависит от твоего вопроса. – Я пыталась всем своим видом показать, что я не собираюсь отвечать на те вопросы, на которые не считаю нужным ответить.
– Судя по тому, что на твоём пальце нет кольца, я понимаю, что ты не замужем. Но всё равно обязан спросить. Потому что бывают ситуации, что девушки его не носят и …
– Нет! – прервала его я. – Я не замужем, не помолвлена и не состою ни с кем в отношениях.
Он сначала опешил, а потом расслабился. А я про себя выдохнула, потому что ожидала вопросы другого характера. Хотя, я понимала, что вечер будет длинным и рано или поздно он начнёт мне их задавать.
– Спасибо, что ответила, Алиса. Для меня это действительно очень важно.
– Никаких больше вопросов, Малик. – Нужно было хотя бы попытаться остаться «в тени».
– Ты странная, Алиса. Но я ничего не могу с собой поделать. Ты мне понравилась в первую же секунду, как я тебя увидел.
Мне хотелось сказать что-то подобное в ответ, о своих чувствах, которые обуревают меня уже вторые сутки. Но в голове опять включился стоп-кран. И я не могла в тот момент не думать о том, что скоро уеду. Было, конечно, несправедливо с моей стороны скрыть это от него, но я думала, что это всего лишь иллюзия, самообман. Всего лишь вспышка, которая погаснет, как только мы окажемся вдали друг от друга. И на душе стало как-то пусто и холодно, будто от меня ускользало что-то очень важное.
– Я так понимаю, что рассказывать о себе ты не будешь, – подытожил он.
– Почему же, я же могу рассказать, что считаю нужным.
– Тоже верно. Имя Лисичка тебе явно подходит. Хитрая как лиса.
– Я просто предусмотрительная. Кстати, моя подруга называет меня Лисой. А я её Евой, сокращённо от Евгении. Это единственный человек, который так меня называет. Лисичкой, конечно, никто ещё не называл. Ты первый.
– Отлично, это будет напоминать обо мне. И я теперь знаю, что у тебя есть подруга и как её зовут. Это уже что-то. – В его голосе послышался сарказм.
Тем временем, принесли первые блюда. От бокала шампанского я слегка опьянела. Нужно было обязательно поесть, иначе долго я так не протянула бы. Я с энтузиазмом набросилась на еду. Остальная часть нашего ужина была менее напряжённой. Мы снова, как и вчера, беспечно разговаривали. От алкоголя и чувств, которые он возбуждал во мне, у меня появилось желание танцевать.
– Кажется, от выпитого мной шампанского я бы не прочь была сейчас потанцевать, – сказала я, сделав движения плечами.
Он с осторожностью на меня посмотрел:
– Я знаю хороший клуб неподалёку отсюда.
– Тогда едем! – обрадовалась я, про себя послав к чёрту все предрассудки.
***
Пока мы ехали до клуба, Малик взял меня за руку. Мы оба молчали. Огни мегаполиса мелькали за окном, словно светлячки и отбрасывали блики на его лицо. Мне безумно хотелось его поцеловать. Но я понимала, что это не совсем подходящее место для этого. Хотя с этим человеком, как мне казалось, любое место было подходящим. Я будто тонула. И нуждалась в нём, как в глотке воздуха. Его мышцы были напряжены. «Интересно, что он думает сейчас?» – пронеслось в моей голове.
– О чём ты думаешь? – Кажется, я сказала это вслух.
Он повернул ко мне голову, его рука ещё крепче сжала мою. Он задумался, глядя мне в глаза, будто взвешивал свой ответ.
– Я думаю о том, насколько сильно я хочу тебя, Лисичка. И о том, что я могу тебя напугать, если не буду себя сдерживать. Я не хочу, чтобы ты сбежала от меня, как вчера.
Я удивлённо уставилась на него. Неужели на свете существует мужчина, способный говорить правду, зная, что это может обернуться не в его пользу? Наверняка, ещё сутки назад я бы пожалела о том, что задала этот вопрос малознакомому человеку. Он открыл во мне безумные грани моего внутреннего мира, о котором я даже представить не могла. Я не знала в тот момент, хорошо ли это или плохо. Я просто хотела делать то, что никогда раньше не делала и говорить то, что никогда раньше не говорила. Я открыла было рот, чтобы ответить ему, но машина затормозила. Мы приехали. Малик расплатился с таксистом и нехотя отпустил мою руку, чтобы выйти из машины и открыть мне дверь. Когда мы оказались на улице, он крепко прижал меня к себе.
– Даже если ты ничего не говоришь, я чувствую это. Чувствую то, что ты хочешь мне сказать. Ты не можешь это отрицать, Лисичка. Ты испытываешь ко мне то же самое. – Он прошептал мне эти слова в ухо и отпустил. – Ну, вперёд! Навстречу приключениям!
Мы засмеялись одними глазами и пошли в направлении здания, которое с виду больше походило на заброшенный завод, чем на клуб. Внутри царила атмосфера хаоса. Громкая музыка, яркие всполохи света, танцующие люди. Всё это как нельзя кстати подходило под те ощущения, что творились у меня на душе. Полное погружение. Если пораскинуть мозгами, то даже так и не вспомнить было сразу, когда я посещала подобные мероприятия в последний раз. Казалось, это было сто лет назад и вообще не в моей жизни. Я подумала о том, что с этим человеком за два дня я побывала уже в трёх, даже близко не похожих друг на друга, местах. Человек, которому нравится лицезреть картины, в тоже время знает такие места, как это. Он ещё большая загадка, чем я предполагала. К тому же, он предпочёл, как и я, не распространяться о своей жизни. Поэтому мы ничего не знали друг о друге, и при этом знали многое одновременно. Малик протянул мне коктейль, непонятно откуда появившийся в его руках. Мы снова встретились глазами. Я отпила из соломинки, не отрывая от него взгляда, в котором уже невооружённым глазом читалось желание, а потом отпил он. И эти действия показались мне настолько сексуальными, что я словила кайф от этого.
Я не заметила, как мы оказались посреди танц-пола, в окружении сотни других людей. Музыка завораживала. Мы танцевали в каком-то безумном ритме. Наши тела то и дело касались друг друга, его руки скользили по моей спине и талии, от чего по моему телу пробегали электрические разряды. Он будто дразнил меня, лишь осторожно прикасаясь. Тогда я притянула его к себе и обняла за шею дав понять, что хочу большего. Он медленно наклонился к моей шее и прижался к ней губами, отчего всё моё тело выгнулось ему навстречу.
Pulsuz fraqment bitdi.