© Светлана Пасько, 2024
ISBN 978-5-0062-6355-0
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Сегодня лучший день в году!
Когда, сказать и не могу,
Пришла к такому мнению…
Немного вам терпения…
Когда у вас есть день сурка,
Когда для вас – день дурака,
Когда в «чужом халате» ты,
Считаешь дни от еды до еды,
Когда понимаешь, что боль не в суете.
Когда все дни, что месяц, в дремоте.
Когда ты осужден не за свое.
Когда другие пеняют, что оно твое.
И тогда ты живой пока, и Бог еще есть.
А путей он покажет, что не сможешь и счесть.
Когда попадала, откуда выхода нет.
Когда другим за тебя ясен ответ.
Когда кажется, что мир не твой,
Помни: Господь всегда с тобой.
Выход в молитве найдется всегда.
На ноги встанешь по вере тогда. Аминь.
Я помню все. А что же всуе?
Кто сей помог?
Ведь горе от ума никто не судит,
А что же, Цезарь так не мог?
Когда, оставив жизни реверансы,
Трубят о жизни и благах,
Сложив из опыта личность иль романсы,
Очистив душу, превратимся в прах.
Нет рая,
нет тебя…
Нет ада,
нет меня…
Нет боли сильнее, чем боль от порванных струн.
Нет мрачнее пустоты,
чем порванная душа на осколки солнечных лун.
От разбитых надежд сквозь Инет…
Ты все еще веришь?
Я уже нет.
Спасибо тебе
За желание жить…
Спасибо тебе
За желание верить…
Спасибо тебе
За открытые глаза,
За взгляд в бездну
Сквозь океан и небеса…
За душу,
Осколки которой играют во мгле…
За смех и раскаяние
Сквозь грусть в темноте.
За вновь подаренные,
Но уже не ангельские крылья огня…
Спасибо тебе…
За то, что вернул мне меня.
Не на удивление – есть такое дело, что сказать.
И в нашей жизни простота:
Купить, схватить, припрятать и забрать,
и не опустится рука.
А русский «авось» весь в крови протекает.
Его уж не вырвешь, как тетрадный лист.
Обидно за тех, кто всю жизнь за труды погибает
И в метро слышит только ветра свист.
Мы вновь поверили в себя
Без остановки, без оглядки…
Забыли, что любовь и зла…
Играли с ней, как дети, в прятки…
На пустоте построив замок,
Как королевство из песка,
Для нас он станет новым храмом…
Начать все с чистого листа…
Очистим души от волнения,
Подарив вверх самих себя,
Свои миры в других построив…
Мы вновь поверили в себя…
Думая, что все бабы – стервы, дуры,
Доставая что себе поесть,
Да вот хотя бы гриль-куры,
А с пивом или с водкой – какая честь.
И, понимая эту жизнь как можешь,
Плача от бессилия, твердя, что все неправы,
И попивая горькую,
Так разве сам себе поможешь?
Равнодушием убив души струну звонкую,
Смотря телевизор до посинения
И думая, какая тяжкая жизнь вышла…
Твердите всем до упоения,
Но любой закон вертите что дышло…
А думкой богатеет лишь дурак.
И чего вы этим всем добились?
Но каждый второй так попадает впросак.
И жаль разочарованных мужчин, что так скатились.
Зачем доказывать? Кому и что говорить…
Все верно, не нужно никому.
Так лучше – до отключки водочки попить.
И утром на работу пойти… Одному.
Один, два, три, четыре, два.
Два, три, один, четыре, восемь…
Один, пять, шесть, два и два.
Ноль, три, пять, десять, восемь,
Три, три, четыре, семь, четыре,
Один, один, пять и два…
Два, три, пять, восемь и четыре,
Три, три, пять и два…
Шесть, семь, один, ноль, десять,
Два, три, четыре, пять и семь…
Ноль, три, пять, два и десять,
Шесть, восемь, два и семь.
Все просто – сказанное слово,
А силы воли нет, и как же быть…
Совет созрел. Бери! Готово!
Там до заката дотронуться рукой
И в глубину души нырнуть.
С тобой быть мне, не с тобой…
Уже не важно… Вышла суть.
Отныне и забыть бы – силы есть.
И не возвращаться никогда назад.
Какая тому вышла честь,
Закончился весь опиум-азарт.
Но мысли не сломать, их не обманешь.
Они как гении надежд…
А память не стереть, все до конца оставишь,
Скрыв за добрым временем одежд.
Одна по жизни я опасна,
И для кого-то я нежна.
Для всех по-разному прекрасна…
И все ж для мира я одна.
Сильна не в силе,
А по мыслям.
И тут не в шутку, а всерьез
Я раздвоилась по смыслам.
Не о тебе здесь был вопрос.
Я опустилась в тихий омут…
И где, подумав, небеса.
Я разглядела, где не могут
Его прекрасные глаза…
Простые мысли и без тайны,
Простые были и слова…
Хотя, быть может, и печальна
Была бы здесь моя судьба.
Но раз так жизнь со мной сыграла
В один старинный пасьянс,
То я бы спорить здесь не стала
И не ломала весь фаянс.
И разум с сердцем подружились,
Что же бывает не всегда.
И мне во всем и Бог поможет,
Хоть не надеюсь иногда…
Моей смертельною дилеммой
Стала дорога в 300 верст,
Которую я продлеваю
За пятилетний перерост.
И иногда я углубляюсь в свои недетские мечты,
По сотне раз себе ругаюсь…
Но виноваты здесь не вы.
Все идеально, просто сказка.
Никто и выдумать не смог,
Что продолжение о прекрасном за нас судьба взяла в залог.
Заканчивая описание,
И я надеюсь наперед.
Кто любит все воспоминания
О жизни, тот меня поймет.
Не думать не о чем…
И не жалеть о дне,
когда моя судьба в печали
сгорит в твоем огне…
Когда все разобьется…
и на душе покой.
А он уже смеется,
смеется надо мной.
А что ему осталось…
резвиться, трепетать.
Ну а душа, ломаясь,
все бьется. Ей хочется летать.
Не прячьте ваши слезы,
они ведь – пустота…
Ошметки черной розы,
гнилая красота.
Нет сил у ангела, терпенья,
нет сил от адских мук.
Какого настроенья
не кончился испуг
От страха всех лишиться…
Глупее, может быть,
С мечтой навек проститься…
Стереть все и забыть.
Ему не нужно смыл искать,
Он в жизни любил только раз…
Он хранит души химеру и боится ее отпускать.
Ему не надо много фраз.
В глазах много боли, на душе пустота.
Последний приказ он для себя исполнит…
И жизнь его уже совсем не та…
Иную суть души наполнит.
Его крылья упали – он не может летать.
Но обижать он, право, никого не хотел.
Он знает суть жизни, ему проще ее понимать.
Не глядя в глаза, он правду ответил и меня пожалел.
Я вижу эту боль, борьба отчаянна, чтоб верить,
Со стороны все выглядит существенно,
По-гладиаторски, красиво,
Но Богу одному суждено характер проверить.
Я знаю то, что нужно знать,
И мне есть за что сказать
Душевное «спасибо».
Не быть тебе моей ультрасиней мечтой.
Не осуществлять мои желанья.
Пусть кто-то ищет оправданья,
Но я привыкла, что ты не мой.
От смеха бьются мысли, словно из стекла.
Я смеюсь над глупостью из пустяков.
Быть может, смысл вовсе не таков.
Он понятен судьбе… но времени вода утекла.
Я каждый раз сижу с вопросом одним:
Зачем со мной еще ты? Почему?
Но не нахожу ответа и, видимо, так и не найду.
Но каждый раз я как в бреду. И снова с ним.
Ты другом просто быть уж не сумеешь.
Привычка, наважденье иль каприз.
Уйди, забудь, оставь, прости. Иль повтори на бис…
Ты знаешь, бьешься, но согреешь…
Израненную душу приютив, оставь…
Не надо больше продолжать искушенье, все пустое…
Не меняй сложные чувства на примитивное простое…
И силы в себе набери и точку наконец поставь.
В моей душе… в ней нет сомнений,
А ты же – грех, все кому-то нужен…
А может, искрами тоска…
И ветер… Он давно простужен.
Меня развесили на сотки,
Десятки тысяч мыслей вскачь…
А ты все так же, в той же лодке,
Играться с мыслями силач…
Но, совесть, здесь – нет, право слово, —
На лесть все же ты легка…
И я бы был на все готовый,
Но, видимо, не та искра…
Меня скупили в одночасье,
Как, видимо, кота в мешке,
На все купились, несомненно…
Не верили они тебе…
Грешим по совести не меньше,
Чем в совести и каемся в грехе,
Мораль двойная у людей по чести,
По разуму и совести – вдвойне…
Но отчего и грешникам беспечным
Быть стало модно или просто быть?
Не оттого ль, что дух стал бессердечным?
Не от того ль, что перестали жизнь любить?
Не говори тебя забыть…
Все верно. Не сумела.
Но ты решил забыть, стереть,
Чтоб сердце не болело…
Не знаю, смогу ли я тебя простить…
Ты не сказал, а сделал…
Зачем тогда страдать, любить?
Насмарку это дело…
Не понимаю я мужчин,
Которые и любят своих гражданских жен,
И ходят к бывшим ну не просто так…
Ну прямо так и лезут на рожон,
До неписанного слова им охота…
Не понять мне такого обормота…
Не понимаю я мужчин,
Которые все плачутся в жилетку,
Что нет работы, денег, нужных вещей,
А сами от нечего делать играют хотя бы в рулетку.
Что жаловаться на отражение в мире,
Когда себе оправдания ищут в телеэфире?..
Не понимаю я мужчин,
Которые последние деньги тратят на пиво,
А в семье шаром покати…
И вся жизнь у них, все криво…
Свобода действий для таких хороша,
Когда нет семьи, где нет за душою ни гроша.
Мне не понять отсутствие покоя
В тех душах, что расстались с целью,
И если цели нет, плывут по жизни, лишь себя неволя,
И тех, у кого семь пятниц на неделе,
Кто просыпается утром, не поймет, где и в чьей постели,
Кто думает, что все само собой пройдет…
У кого вся жизнь задом наперед…
Но тем не менее без таких вот чудаков от Бога
Нам, женщинам, было бы просто скучно жить.
И пусть у нас всех разная дорога,
Мы не перестаем лишь своих мужчин любить.
Отличные стихи мне память всколыхнули,
И вспомнились мне мои ушедшие баталии и бури.
Его не жаль, и не обидно.
Он выбрал сам. Ему там, видно…
Забыла, стерла и простила.
Хотя ждала его, любила.
Сейчас с улыбкой вспоминаем сами,
Что было тогда еще с нами.
Не помогай тому,
Кому не сможешь помочь.
Не помогай и тому,
Кто верит в высшую ночь.
Не верь в смысл игры,
Задерни шторы на окне.
Зачем тебе с ними возиться?
Подумай ты о себе.
Эта игра непростая,
В ней каждый – живая мишень.
И, с каждой судьбой нарастая,
Идет со смертью эта лень.
Ты убегаешь поскорее,
От чего не смог убежать.
И не надейся на милость,
Вторую жизнь мало кому могут дать.
Я разочаруюсь в тумане
И вместе со звездой улечу.
И пусть разобьются железки,
Я просто так не хочу.
Я не хочу…
Вести двойную игру
Под читки на ухо
В этом миру.
И даже если мне скажут:
«Ангел, ты неправа!»
Но я для начала взвешу
Свои и чужие слова.
Ломается мир на осколки.
Рухнула привычная картина мира.
И если бы выбирать можно было иначе,
То он был бы дан израненному телу… Поломанная лира.
Материя заживает быстрей, чем запекаются душевные раны.
И тут хоть злись до смертельного хохота, ломки,
Хоть реши начать с чистого листа, сжечь старое, былое —
Как ни старайся, назад не склеишь все осколки…
Что было целым – теперь осколки и дым.
Нет веры, осталась малая доля надежды для счастья.
Упертость, желание жить и выйти достойно.
И никогда не держать в себе ненастья.
Битва в себе… Не увидит никто…
Битва не за победу, а за жизнь без слова «боль».
Твой выбор слишком жесток?
Любить и ненавидеть себя? Изволь…
Пусть изранены крылья!
Пусть тяжел уж крест!
Но однажды ранним утром
Прозвонят благовест…
Тебя ждали здесь…
В вельвете вальяжен
Меж странных чудес…
Сольешься с грозою,
Под ногами шурша,
Ты сладок… Ноябрь,
Пройди не спеша…
Ты пахнешь хурмою,
На вкус ты глинтвейн,
Не скучно с тобою,
Хоть исходишь на rain*.
Ты добрый… Ноябрь,
Окутавшись пледом,
Согреешь и душу
В рассказах ты следом…
Мой милый… Ноябрь,
Ты просишь немного:
Простить и любить…
Пусть до этого строго
Ты в снах изливался
Всей нашей мечтой.
Мой милый… Ноябрь,
Конечно же… мой.
*rain – в пер. с английского – дождь.
Pulsuz fraqment bitdi.