Дом Соломона находился неподалеку. Впрочем, учитывая скромные размеры деревни, в ней все находилось рядом.
Пока они подходили к небольшому бревенчатому домику, девушка отметила перемены, произошедшие в деревне. Жители суетились, словно муравьи: кто-то выкатывал огромные бочки с загадочным содержимым, кто-то натаскивал дрова, для огромных вечерних костров, кто-то расставлял длинные деревянные столы и тащил к ним лавки. Поодаль, сразу несколько женщин суетились у большой уличной печи, с таким важным видом, словно готовились не к деревенскому празднику, а, как минимум, к королевскому приему.
Остановившись у избы, Алекс собирался постучать, но не успел он поднять руку, как дверь отворилась.
– Я ждал вас. Рад, что вы все же согласились прийти, – сказал мужчина, пропуская гостей в дом. Они оказались в просторной комнате, пахнущей сушеными травами, хранящимися в полотняных мешочках и развешенными на стенах в строгом порядке. Большой стол был заставлен стопками книг, что говорило о том, что Соломон имел привычку читать сразу несколько изданий. Но, не смотря на это, все они покоились на столе одна к одной с беспрекословной аккуратностью, выдавая еще одну черту характера своего хозяина.
– Вы можете подождать здесь, – обратился он к Лире и Алексу, указывая на широкую скамью. А затем, повернулся к Марии, старавшейся еще сильнее спрятаться в складах своей шали. Он хотел предложить ей руку, но женщина вздрогнула всем телом, и Соломон поспешно поднял руки вверх.
– Не стоит меня бояться. Я лишь хотел, провести вас ближе к окну, – покачал головой мужчина. Устыдившись своего движения, Мария послушно подошла.
– Мария, я хочу попросить вас, помочь самой себе. Я почти уверен, что недуг, сковавший вас, не доставит мне особых хлопот. Думаю, я легко с ним справлюсь, с тем лишь условием, что вы не станете мне мешать! – сказал Соломон, вкрадчивым тоном. Женщина обернулась к дочери, и, поймав ее ободряющий взгляд, вздохнула. На этот раз, когда Соломон протянул к ней руки, она стояла смирно.
Мужчина медленно снял с Марии шаль и аккуратно поднял ее ладони, внимательно всматриваясь в их мелкую дрожь. Потом отсчитал пульс и, наконец, осмотрел бледное лицо женщины.
Все это, он делал, не переставая говорить, мягким, но уверенным тоном. Мария даже не вслушивалась в сами слова, до того она была очарована завораживающим действием производимым на нее голосом врачевателя.
Закончив осмотр, Соломон отошел, кивая головой. Он явно сделал для себя некие выводы, не считая нужным ни о чем спрашивать.
– Да, я был прав. Я берусь вас полностью вылечить. Но для начала вы должны начать полноценно питаться, и ввести за правило ежедневные прогулки. Вы довольно сильно истощены, и это усугубляет положение. Итак, с этого дня я сам займусь вашим питанием, а заодно и буду отпаивать вас лечебными настоями, соблюдая все правила.
– Я не думаю, что это удобно! – попыталась упрямиться женщина.
– Мария! – предостерегающе начал Соломон. – Вы взрослая женщина, отбросьте ребячество! Я объявляю себя вашим личным лекарем! Вы остаетесь у меня, я отведу вам комнату, и даю слово, что через месяц вы совершенно изменитесь! Не будь я, Соломон Добрый, если не сдержу слово!
Лира обеспокоенно взглянула на Соломона, а затем на Алекса, но парень успокоил ее взглядом. А Мария же, более спокойно отнеслась к последнему заявлению, и медленно закутывалась в шаль.
– Вы можете на меня положиться! – уверенно сказал мужчина. – А теперь, можно начать наш план лечения. Уверен, вы уже проголодались? – обратился к Марии Соломон.
– Не беспокойся, Соломон станет самым чутким лекарем из всех возможных! – шепнул Лире Алекс, выводя ее наружу.
За это время, деревня изменилась до неузнаваемости, и приобрела веселый и праздничный вид. Над вереницей столов составленных вместе, растянулись цветные гирлянды, а ближайшие деревья были украшены цветными лентами. Молодые девушки, вешавшие ленты, весело щебетали и поглядывали в сторону парней, настраивающих музыкальные инструменты. Женщины накрывали столы, а мужчины разводили костры, что было уже достаточно своевременно, так как день клонился к закату.
Наконец, появилась Диана и подала знак рассаживаться, указав Лире и Алексу на места по правую руку от себя. В этот же момент заиграла музыка, столь необычная для слуха современной девушки. Плавные звуки завораживали и одновременно с этим, рождали в душе вереницу образов и неизъяснимых ассоциаций. Лира невольно заслушалась, и Алексу пришлось низко наклониться к ней, чтобы привлечь к себе ее внимание.
– Ты показывала мне свою музыку, а теперь слушаешь нашу. Согласись, она нисколько не хуже, хоть и сильно отличается от того, что ты привыкла слышать, – сказал он. Девушка подняла на него глаза. Он был совершенно прав, и ей оставалось лишь согласно кивнуть.
Добродушного вида толстячок сновал меж сидящими, наполняя их кружки пенной жидкостью. Это был мужчина за сорок, с высокими залысинами, но довольно густыми бакенбардами, обрамлявшими широкое лицо. Он часто шутил и первый же, смеялся своим шуткам, причем так сильно, что пуговицы на его рубашке трещали, и казалось, что она вот-вот порвется, не в силах более сдерживать его внушительный живот. И хотя, он обладал короткими ножками, но очень шустро передвигался от одной пустой кружки к другой, так что создавалось впечатление, что он не идет, а перекатывается, словно один большой веселый шар.
– Это Карл! – проговорила Диана, проследив за взглядом Лиры. – Карл Веселый, как ты уже могла заметить. На самом деле, за ним не закреплена обязанность следить за кружками, но для него это дело чести. Карл – пивовар, и каждый праздник для него начинается одинаково: он предлагает всем опробовать его новый рецепт, и не отстанет, пока все кружки не опустеют, и все не начнут его нахваливать, – доверительно шепнула Волчица, видя, что Веселый направляется к ним.
– А вот и наша гостья, которой мы обязаны этим праздником! – воскликнул Карл, подбегая к Лире. Скоро наполнив глиняную кружку, он подтолкнул ее девушке, замирая в ожидании. Лира растерялась. Размеры кружки ее пугали.
– Карл, наполни все кружки, и я с удовольствием скажу тост! – пришла на помощь Диана. Толстячок хлопнул себя по лбу, и поспешил исправиться.
– А ты, разве нас не поддержишь? – деланно удивилась Диана, когда он снова замер около Лиры.
– Как не поддержу? Еще как поддержу! – попался на уловку Карл и удалился, наконец, на свое место.
– Спасибо! – поблагодарила Лира, а Диана незаметно подмигнула ей и встала.
– Я прошу минутку внимания! – возвысила голос Волчица, и музыка тут же стихла. Головы присутствующих повернулись в полном молчании.
– Вы все знаете, по какому поводу устроено наше застолье. Алекс Ловкий, вернувшись домой, привел с собой двух гостий – Лиру и Марию, оказав им услугу. Теперь наш черед, и мы должны сделать все, чтобы помочь им стать частью нашего общества. Все мы знаем Ловкого, и если он рекомендовал нам этих женщин, то они достойны звания новых жителей нашей деревни. Согласны ли вы? – спросила Диана, и множество голосов хором взвились вверх, выражая свое согласие. Эта сцена приятно удивила Лиру, которая вдруг осознала, что ее знакомый занимает не последнее место в обществе.
– Так поддержим же их, и поможем быстрее свыкнуться с новой жизнью! Ура, нашим гостям, ура новым жителям нашей деревни!
Все дружно подняли кружки, под ободрительные возгласы, и веселье началось.
Снова заиграли музыканты, но на этот раз их песни излучали веселье и беззаботность. Обычно Лира сторонилась большого скопления народа, но находясь здесь, в деревне, жители которой напоминали одну большую семью, и выражали столько доброжелательности, она не могла долго сопротивляться всеобщему веселью, витающему в воздухе, и потому, наконец, расслабилась. Девушка с удивлением отметила, что она счастлива. Счастлива, по-настоящему, без каких-либо оговорок и причин. Все то, что не давало ей покоя долгие годы, все, что мучило ее по ночам, испарилось. Все плохое осталось там, за тонкой гранью разделяющей два мира, не сумев пробиться за ней вслед.
Это счастье было настолько огромным, что Лира захотела им поделиться, и только сейчас, вдруг, поняла, что рядом нет матери. Тревога отразилась в ее взгляде, скользящем по рядам присутствующих. За последнее время, девушка настолько привыкла, что Мария не могла обойтись без нее, что сама в свою очередь, уже не могла обойтись без матери.
Алекс, перехвативший ее взгляд, нахмурился, неверно истолковав его значение.
– Что случилось? Тебе что-то не нравится? – с участием спросил он.
– О, нет! Ты неверно понял, все замечательно! Я просто хотела бы увидеть мать.
– В этом нет ничего трудного, – вставая, ответил парень. Он огляделся и подал Лире руку. – Идем!
Когда девушка встала из-за стола, она и сама поняла, что беспокоилась зря. Соломон и Мария сидели в конце длинного стола и мирно беседовали. Не теряя времени, Лира подошла к ним.
– Все в порядке? – спросила она мать, ощущая вину за то, что поддавшись атмосфере, смогла на время о ней забыть. Мария подняла взгляд на дочь, и Лира с удивлением увидела сияющие глаза матери. Не только Лира была счастлива. Впервые за долгое время, выражение озабоченной усталости покинуло лицо Марии, и оттого женщина, казалось, даже помолодела.
– Все хорошо. Ты можешь не беспокоиться, Соломон действительно очень внимателен. Я не устала, не голодна, и чувствую себя непривычно легко.
– Нет ничего приятнее таких слов! – улыбнулся лекарь. – А тебе, я хотел бы сказать пару других слов, но здесь слишком шумно. Ты позволишь?
И получив согласие, Соломон отвел Лиру чуть дальше, так, чтобы Мария не смогла различить его слов.
– Мария скоро пойдет на поправку. Здесь все благоприятствует этому. Но главное условие, которое для этого нужно, это твое отсутствие, – начал он, но заметив протестующий жест, поспешил исправиться. – Не стоит воспринимать мои слова столь буквально. Я все объясню тебе! Твоя мать не так плоха, как может показаться, но ты окружаешь ее своей заботой, с той силой, что она начинает действовать во вред ей. Ей просто не нужно к чему-либо стремиться, ведь ты все сделаешь за нее. Понимаешь?
– Да, кажется, понимаю, – ответила Лира, вдруг осознавая, что эти слова звучат вполне здраво. – Но, я ведь не думала, об этом.
– Теперь ты понимаешь, почему я оставил Марию в моем доме? Мне просто необходимо разорвать эту пагубную связь! В остальном же, все будет как прежде, ты можешь приходить и видеться с ней, когда захочешь, исключая то время, когда она будет занята заботами о себе. Мы договорились?
– Конечно! Я все понимаю.
– Вот и отлично, а теперь, иди и повеселись хорошенько, предоставляя мне заботы о матери. Ей больно думать, что из-за нее, ты лишаешь себя полноты жизни. О, а вот тебе и спутник! – воскликнул Соломон, завидев подходящего к ним Ланса. – Ты знакома с моим сыном?
– Да, – удивленно проговорила Лира. Она и не догадывалась, что этот парень с нахальным взглядом может оказаться сыном такого степенного и чуткого человека, как Соломон.
Ланс, как и все, подготовился к празднику. Но в его случае, это отразилось разве что в смене прически и появлении на нем светлой рубашки без рукавов, с отсутствующими верхними пуговицами. Что же касается волос, то они были собраны сзади с помощью его же собственной длинной челки.
– Лира? Рад видеть тебя, снова, – улыбнулся парень.
Девушка беспомощно оглянулась. Столь пристальное внимание со стороны Ланса смущало ее. Отчасти это было связано с недавним разводом, ведь за это время она еще не успела почувствовать себя свободной. Но отчасти же, это было связано и с другой причиной, озвучить которую Лира не могла даже мысленно и самой себе.
Соломон вернулся к Марии, Алекс находился в окружении незнакомых парней, и выходило, что Лире не на кого было сослаться, чтобы вежливо отделаться от парня.
– Тебе все нравится? – снова заговорил Ланс, нисколько не обращая внимания на сомнения Лиры.
– Откровенно говоря, пока я составила представление только о вашем пиве и закусках, и не могу сказать ничего плохого! – отвечала девушка.
– Ну и здорово. А теперь, не хочешь ли ты составить мнения о развлечениях? Может, потанцуем?
– Не хочу показаться грубой, но не уверена, что это хорошая идея. Ваши танцы слишком необычны для меня, а мне не хотелось бы, испортить впечатление первого же вечера!
– Ну, так это не проблема! Есть много других вещей, в которых не придется краснеть, ведь они и придуманы ради смеха! Пойдем! – и, не дожидаясь нового отказа, парень за руку потащил Лиру туда, откуда действительно и исходило все веселье.
Здесь молодежь забавлялась тем, что пыталась попасть в стоящие на небольшом отдалении мишени, зрелыми яблоками и помидорами, насаженными на длинный гибкий прут. Это занятие выглядело глупо, но приносило присутствующим много веселья. Некоторые парни, хвастаясь перед девицами, метали яблоки без прута, но в этом случае, по условию оно не должно было остаться целым. Это занятие являлось некой демонстрацией силы, и потому незадачливые участники, не добившиеся успеха, мгновенно становились всеобщим посмешищем.
– Смотри! – усмехнулся Ланс, подкидывая в руке крупное яблоко. Размахнувшись, он с силой метнул яблоко в мишень, но хоть оно и разлетелось в куски, однако не достигло самого центра, о чем свидетельствовал сочный след.
– Иногда, не всего можно добиться силой! – раздался насмешливый голос рядом с ними.
– Алекс! – осклабился Ланс, обернувшись. – Ты бросаешь мне вызов?
– Конечно, нет! – добродушно улыбнулся парень. А вслед за этими словами, он обагрил центр мишени соком, метко пущенного овоща.
– Ты как девчонка, Ловкий! – недовольно проговорил Волк, и указал рукой на груду яблок. – Слабо?
– Я не вижу особой необходимости в этом состязании! Впрочем, если ты настаиваешь!
– Настаиваю!
– Отлично, тогда сойдемся на пяти?
– Идет! – самоуверенно кивнул Ланс.
Лира наблюдала за этим мальчишеством, с любопытством. И ждала когда, наконец, эти взрослые парни приступят к делу. А они не заставили себя ждать. Выбрав, каждый по пять сочных яблок, каждый выбрал отдельную мишень и стал по одному метать в нее яблоки.
Все присутствующие отступили на шаг назад, и наблюдали за поединком Сильного и Ловкого. Ланс метал свои снаряды с яростью и силой, так, что они разлетались в пюре, однако лишь три из пяти попали ровно в середину. Алекс же, не промахнулся ни разу, но его яблоки были разбиты лишь наполовину.
– Суди сам! – пожал плечами он. А окружавшие их зрители единодушно признали победителем Алекса. Ланс взмахнул рукой и отошел. На миг, Лире даже стало обидно за него, но эта мысль не успела задержаться в ее голове, ведь с одной стороны к ней подходил Алекс, а с другой бодро подкатывался весельчак Карл.
– Право же, девушка, вы так быстро убежали из-за стола, что я мог подумать, что вам не по вкусу пришлось одно из моих лучших творений! – проговорил он, нетерпеливо притоптывая на месте, отчего большие кружки в его руках подрагивали, вместе с содержимым увенчанным шапками пены.
– О, конечно же, нет! Просто здесь столько интересного, и мне устроили прогулку! Так, что не принимайте это на свой счет! Я обязательно исправлюсь, при первой же возможности!
– Рад слышать! – широко улыбнулся толстяк, который, казалось, только этого и ждал. Он быстро всунул в руки девушки обе кружки и покатился дальше.
– Ты ему понравилась! – сказал Алекс, принимая из рук Лиры одну кружку.
– Что я еще должна посмотреть?
– Как пожелаешь, хочешь, покажу Бревно, или просто проведу по деревне и расскажу что к чему?
Бревном жители называли еще одну местную забаву. Два длинных бревна возвышались на расстоянии метра над землей и трех между собой, над ними были подвешены разные мелочи, которые требовалось собрать и перебраться на второе бревно, не ступая на землю. Сложность была в том, что достать висящие предметы не подпрыгнув, было практически невозможно, чтобы не упасть. Да к тому же между бревен был вкопан длинный шест, не позволяющий совершить прыжок. Победителей было не много, да и риск получить травму был высок.
– Давай просто пройдемся? – решила девушка, и парень тут же согласился.
Медленным шагом они пустились обходить деревню, и парень рассказывал про каждый дом, кто в нем живет и на чем специализируется. В итоге, хоть деревня и не была особо крупной, но выходило, что она была наполнена отборными специалистами, каждый из которых был всегда занят именно своим делом, будь то кузнец, пивовар, ткач, ювелир, резчик по дереву или дровосек.
– Диана не любит бездельников! – сообщил парень, а Лира задумалась. Они как раз проходили мимо того самого каменного строения, что возвышалось посреди деревни.
– А что это? – спросила она с любопытством.
– Это, как бы тебе сказать… – замешкался парень, подбирая слова. – Диана называет его залом Спокойствия. Ты ведь знаешь, большинство жителей – Волки. Они могут оборачиваться зверьми в любое время по своему желанию, но есть такое время, когда превращения не зависят от желания.
– Полнолуние? – догадалась Лира.
– Именно! В полнолуние необычайно сложно контролировать свою звериную сущность, и поэтому во избежание трагедии, все Волки собираются там.
– Люди боятся их?
– Люди? Нет! Это происходит не потому, что люди боятся и хотят этого. Это Волчья деревня, и они здесь хозяева, не забывай! Эта предосторожность нужна потому, что Волки сами хотят этого и боятся навредить людям. Ведь я говорил, что они отказались от убийств. И это личный выбор каждого. Очень сложный выбор. Вряд ли ты сможешь себе представить, чего стоит им это решение. Все эти волки насыщаются лишь плотью и кровью животных. Чтобы не сорваться многие из них прижигают себя раскаленным железом, это неплохо отрезвляет.
Лира вздрогнула, услышав эти слова. Ей тут же вспомнились шрамы, виденные ею на телах Степана и Ланса. Она подумала, что не зря сдержала любопытство и не задала вопроса. Вряд ли Волку было бы приятно на него отвечать.
Незаметно они снова оказались в гуще веселья. Хоровод из смеющихся девушек подхватил Лиру и унес с собой поближе к музыкантам. Девушка заразилась этим весельем и не стала сопротивляться. Когда сменились исполнители, сменилась и мелодия. Веселый хоровод, словно не замечая этой резкой смены, тут же разбился парами. Лира хотела удалиться, но к ней подскочил высокий худощавый парень, предлагая руку. Недолго думая Лира приняла приглашение, и новая пляска понесла ее по площадке. Девушка обрадовалась, что ей достался хороший партнер, если бы он ее не вел, она вряд ли поспела бы за таким быстрым ритмом. Но не успела она об этом подумать, как пары поменялись, и она оказалась в объятиях Ланса. Парень так же был отменным танцором, к тому же, когда Лира не успевала за ним, он просто подхватывал ее и приподнимал одной рукой. Это было довольно странное ощущение, в котором девушка еще толком не разобралась. Волк так легко и одновременно с этим так трепетно отрывал ее от земли, будто она и вовсе ничего не весила.
После следующей смены Лиру обхватили уже другие крепкие и горячие руки. Лира подняла глаза, пытаясь в общем буйстве красок пляшущих перед глазами, понять с кем она танцует на этот раз. Голова ее ужасно кружилась, и оттого она не сразу смогла это сделать, хотя что-то ей подсказывало, что она с первого же прикосновения уже знала ответ.
– Все в порядке? – спросил Алекс, ловя растерянный взгляд девушки.
– Ненавижу карусели! – только и сказала она, а парень, поняв ее мысль, поспешил вывести их с площадки.
– Прости.
– Ты прости. Но я, правда, уже очень закружилась. Это было слишком быстро, и слишком долго.
– Да, к этому нужно привыкнуть.
Когда музыка стихла, к ним подошел Ланс.
– Вот видишь, Ловкий, не только я тебя не переношу! До чего ты довел нашу гостью! Предоставь ее внимание мне, уж я смогу ее развлечь, не впадая в крайности!
– Но я, кажется, итак уже вдоволь повеселилась. Мне нужно немного отдохнуть.
– Я не спорю. Вы позволите разрушить ваше уединение? К тому же Ловкий, все равно уже вынужден тебя покинуть, – пристально глядя на Алекса, и упорно употребляя только прозвище, сказал Ланс. – Правда, ведь? Мне кажется, ты устал, и я легко тебя заменю. Такая усталость часто бывает, когда уделяешь хорошеньким девушкам до неприличия много внимания, забывая о чем-либо очень важном.
Пару мгновений парни соревновались в ядовитости взгляда, но Лира этого не заметила.
– Ты уходишь? – с сожалением протянула девушка, оглядываясь на Алекса.
– Да, мне нужно еще сделать кое-какие приготовления. Надеюсь, Сильный не забудет, что галантный кавалер всегда проводит даму до порога дома, к которому она могла и не запомнить дороги! Доброй ночи.
Алекс удалился, и Ланс ухмыльнулся ему вслед, а Лира вздохнула. Ей жаль было с ним расставаться даже до утра, к тому же, она отметила его предупредительность. Парень был абсолютно прав, на взгляд Лиры домики были практически одинаковы, и она вряд ли смогла бы найти среди них тот, где ее расположили.
Pulsuz fraqment bitdi.