На благосклонный суд читателей представляю два фантастических рассказа. Первый – детективная история, в которой каждый почувствует себя шерифом. Второй сюжет немного о превратностях любви, треугольнике и технологиях будущего…
Благодарю, мой любимый читатель, за отзывы и сердечки, для меня это важно!
Ваша Татьяна Шутко.
1
Люди продолжали исчезать. Еще шестеро за прошедший день. И это только в его округе. За пять лет ни одного серьезного происшествия, и вот… Преступность словно с цепи сорвалась. За неделю шестьдесят шесть заявлений об исчезновении. Неужели – банда? В их спокойном сытом захолустье? Шестьдесят шесть дел за семь дней. И все – нераскрытые.
Лескер сломал карандаш, которым исступленно стучал по столу последние десять минут, стеклянным взглядом уставившись в холмистый простор заоконной летней благодати. Остро заточенный карандаш хрустнул в мощной ладони шерифа, словно тонкая сухая веточка.
– Шеф, на второй линии миссис Соммер, – в дверном проеме появилась кучерявая голова инспектора Картера. – Она очень взволнована. Ммм… Я бы сказал – она кричит…
Картер флегматично жевал спичку, передвигая её кончиком языка из одного уголка губ в другой. По-рыбьи выпучив на шерифа бесцветные глаза, опёрся о стену, и не думая уходить. По щеке стекала тонкой струйкой слюна.
– Лескер, – отчеканил в трубку шериф, смахнув щепки со стола. Остатки карандаша посыпались на пол с неестественно громким стуком.
– Е-е-е-го-о-о нигде не-е-ет, – паровозным гудком выдохнула миссис Соммер и сорвалась в бурные рыдания.
– Успокойтесь, Дженифер, прошу Вас, успокойтесь. И кратко объясните, что произошло, – скорее для порядка произнёс шериф. Он уже догадывался, что именно услышит. Жестом велел инспектору записывать и включил громкую связь. Мысленно поставил галочку с номером шестьдесят семь.
– Мистер Соммер… он исчез… – всхлипывания стали тише, но слова приходилось разбирать с трудом. – Утром, как обычно, погрузил бидоны в грузовичок. В свой старенький облупившийся грузовичок, вы же помните… – голос опять поднялся до крика, – сто раз ему говорила, сдай ты этот хлам в утиль. Так нет же, дорог он ему как память…
– К делу, миссис Соммер, вернемся к нашему делу.
– Да. Так вот. Погрузил бидоны и уехал. Как обычно. Завёз молоко семейству Мапов, потрепал чубы их неугомонных близнецов. Привычным маршрутом, обогнув озеро, добрался до мисс Клерс. Та уже звонила мне, благодарила за отменное молоко. – Хлюпанье в трубке усилилось, грозя перейти в завывания. Инспектор тщательно записывал на листке бумаги, продолжая грызть ту же спичку. – Около десяти остановился в пабе у Вильяма, привычно выпил чашечку кофе с прекрасным видом на любимое озеро. Перекинулся парой слов с хозяином. И всё! Больше трёх часов о нем ничего не известно. А ведь он знает, что в полдень я накрываю стол на террасе. Я сварила его любимую гороховую похлебку-у-у… – в топку паровоза вновь подбросили углей.
– Дженифер, дорогая, нет повода для паники, – Лестер сам не верил в то, что говорил. Весть об исчезновениях людей лихорадила не только городок, но и ближайшую округу. – Высылаем лучший экипаж на поиски Джона. Значит, последний раз вашего мужа видели на берегу озера, в пабе у Вильяма?
– Да-а-а, – гудел голос по громкой связи, заполняя тревожными звуками весь участок.
Лестер щелкнул выключателем и в упор посмотрел на Картера. Только сейчас инспектор выплюнул почти съеденную спичку.
– Экипаж номер три – на выезд, – Картер встал и вынул из кармана спичечный коробок. Там было еще с десяток спичек с зеленоватыми серными головками.
Шериф решил ехать сам.
2
– Да не греми ты так, Велла! – проворчал шароподобный Ио, удобнее устраиваясь на диване. – Машинка же есть! Да и гости у нас.
– Знаю, какие это гости! – Велла недовольно грохнула ускорителем частиц об стол. – Охотнички, тоже мне. Хорошо хоть убийства три декагода назад запретили. А то вам только дай волю! – Её овальное тело пошло волнами, то вытягиваясь, то судорожно сокращаясь. Красные огоньки замерцали по контуру тягучих волн.
Ио взглядом искал сочувствия у друга Коя. Тот начал растекаться по дивану, но, спохватившись, собрал тело в более-менее осязаемую форму.
– И нечего перебрасываться мыслями, я всё слышу!
Велла фыркнула и с треском хлопнула дверью. Передумав, отворила её и разразилась пронзительным монологом:
Pulsuz fraqment bitdi.