Чешуя ангела

Что мне прямо очень понравилось – это неожиданный то ли вальс, то ли спарринг «Санкт-Петербург – Средняя Азия». Две реальности отражают друг друга, просачиваются друг в друга, переплетаются, но при этом совершенно не смешиваются, так и остается то ли нефть в молоке, то ли масло в чае, а на границах сред происходят разнообразные и чаще всего недобрые чудеса.

Среди отзывов я несколько раз замечала претензию к тому, что ангел в книге, мягко говоря, не христианский. Ребята, ну да. Это же исламский, да даже пожалуй и зороастрийский ангел, и его противостояние\\родство с горным чудовищем тоже совершенно не христианское.

Еще мне понравилось, что вот этот жутковатенький танец двух пар стОящих друг друга нечеловеческих персонажей (две локации, два волшебных существа) происходит на пространстве, которое ими не ограничивается. За Петербургом стоит Европа, за Средней Азией – Афганистан. Между ними, жаль, почти не проявлено – растянулись пространства России (и за подкладкой плацкартный билет на Туркестанский эксперсс, ага). Волшебные существа же сражаются, прежде всего, за людей и людьми. Один говорит – месть, второй отвечает – бескорыстная помощь. Один говорит – детоубийство, второй отвечает – самопожертвование. Один говорит – каннибализм, второй отдает в блокадном Ленинграде карточки товарищу. Паритет рыжего кролика прям. Ну, как в зороастризме и положено. И до самого последнего момента по всем раскладам будет выходить, что победит Война.

Понятно, что очень многое в этой книге я написала бы не так, но на то это и не моя книжка. Она такая, очень материальная, очень при всей фантастичности происходящего фактологичная, прямо чувствуется, что автор за матчасть готов ответить, а это очень приятное чувство.

Из минусов… Ну это такой условный минус, конечно… Это очень мужская книга. Не в пошлом «нагибаторском» духе, но вот этот узнаваемый способ восприятия реальности – он мимо меня пролетает 15 сантиметрами левее, я свист-то слышу, но удар в меня не приходится, то есть оцениваю я удар не реально вспыхнувшими эмоциями, а «о, прикольный ход». Не могу судить, насколько это сработает у другого читателя.

В книге сказочный, почти приключенческий сюжет и глубокий философский смысл. она антивоенная по свой сути, но она о войне, о вечной войне добра и зла, тёмных и светлых сил. Сейчас современная как никогда. О ней можно говорить, спорить, обсуждать, но главное, надо читать.

.

Роман умный, неформатный, динамичный, написанный вкусным языком, с кучей красивых аллюзий и пасхалок, да еще и позитивным посылом, качественным морально-этическим стержнем (примат ответственности над правами и приоритет свободы воли над предопределенностью) и хэппи-эндом.

Начинается как детектив:

Добро и зло. Белое и черное. Ангелы и демоны. Прошлое и будущее. Война и мир. Что общего между ангелом и драконом? А между драконом и Конрадом? Это было давно. И ангелу не удалось спасти людей от их же злобы. Но он их не бросил. Наоборот, он небо и крылья променял на помощь людям. Получилось ли? Это было недавно. Блокадный Ленинград. Голод, холод, война, выживание, смерти... И надежда. Это был Памир. И нераскрытые тайны. Дракон. Он существует? Это было недавно. Афганистан. Опять война. Смерти. Предательство. Надежда. Это было сейчас. Кто-то ищет дракона, кто-то ищет ангела, кто-то ищет изумруд. А кто-то хочет победу Великой Степи, которая длиться уже несколько тысячелетий. Удастся ли сейчас? А если вырвать чешую, с кровью и болью, полетит ли ангел? А в конце бесконечный список. Список тысячелетий, когда уже и цифр не хватило и каждое имя стало звездочкой...

Наш путь стрелой татарской древней воли
Пронзил нам грудь.

В этом году совсем не читаю номинантов самой фантастической из литературных премий. Заглянула в списки, знакомы только "Оправдание острова" Водолазкина и "Рассказы пьяного просода Нади Делаланд. Подавляющее большинство произведений не на слуху, но это у Новых горизонтов всегда так. И все же не могу не задаться вопросом, отчего не номинированы "Смерти.net" Татьяны Замировской и "Кошки не всегда молчат" Алекса Гарра, где ваши глаза, господа номинаторы?

Но здесь и сейчас о романе Тимура Максютова, который не вошел в короткий список, однако и незамеченным не остался. Мне о нем рассказало читательское сарафанное радио, а это, в мире, где интерес к книге создается и подогревается рекламными акциями разной степени тяжести, кое-что значит. Откровенно говоря, опасалась читать Максютова, брутальный такой красавец, с металлом профессионально связан (в Рассеюшке писательством семью не прокормишь) - ну, как напишет чего-то, слишком маскулинного для моей трепетной души?

И не могу сказать, что напрасно боялась, "Чешуя ангела" действительно в высшей степени мужской взгляд на вещи, на мир, на жизнь. Теста Бекдел не пройдет совершенно точно: в линии современности женских персонажей два,и встретившись, они тотчас принимаются говорить о мужчинах. В реминисценции тоже: мама и бабушка, которые кроме папы говорят еще немного о политике.

Ну и чего ты привязалась со своим феминизмом? Это вообще фантастика. Что с того? Кто сказал, что в фантастическом произведении не должно быть достоверных женских образов? В мировой жанровой литературе давно уже авторы-женщины задают тон, и к феминизму это имеет довольно опосредованное отношение - просто изменилась жизнь. Вы в самом деле думаете, что в двадцать первом веке может существовать секретарша, которая ишачит на босса в режиме 24/7, совершенно забросив рожденную от него же дочь, причем сам он о своем отцовстве восьмой год не подозревает. Женщина умная, красивая, суперпрофессионал, при том лишенная амбиций до такой степени, что довольствуется зарплатой, которой не хватает на покупку ребенку телефона (уж не говорю о найме человека, который присматривал бы за девочкой, пока она каждую копейку на покупку для начальства цацки от Живанши откладывает). Окститесь.

Что до рептилоидов, незримо правящих миром, то об этом нам еще Лазарчук с Успенским рассказали стопицот лет назад, а прежде Шварц, а еще раньше народные сказки (а Садуллаев победой на Ясной поляне укрепил в убеждении). Однако то, как это обыграно в "Чешуе ангела" не только чистый восторг, но еще и довольно непростая концепция дуализма. Вообще часть памирской экспедиции самая яркая, насыщенная и интересная в книге, хотя мне странно объединение тюркской идеи с иранской, это совершенно разные культуры. И вот кстати вспомнилось: в "Исландии" Иличевского герой тоже сталкивается в памирской экспедиции с различными сущностями, среди которых драконоподобный заяц. Это к тому, что когда приходит время идей, они влетают в разные головы.

Книга хорошо написана, все сюжетные линии аккуратно сведены воедино, а несколько чрезмерная сентиментальность в части детства Толика-Тополька оправдана его дальнейшей судьбой сверхчеловека, который с радостью отдал бы свою суперпауэ за возвращение в рай детства.