Kitabı oxu: «Маиса. Часть 1»

© Ульвия Зейналова, текст, 2025

Часть 1

Маиса

Она проснулась вечером в своей покрытой багровой тканью кровати. Сегодня вечерняя смена, почти как обычно. На работе ее уже прозвали совой, что говорило о том, что она, часто выручая своих подруг, брала ночную смену.

Зевнув и разлепив сонные глазки, она задернула полог кровати, выбралась из постели и направилась умываться, по пути закрыв распахнутое окно. Высокая, стройная, с немного широкими бедрами, не соответствующими ее тонкой талии и рукам. С серыми глазами, не сочетающимися с черными волосами и вздернутыми к вискам бровями. Прямой маленький нос и подходящие к нему нежные немного тонкие губы, да еще выпирающие скулы на прямоугольном лице могли бы сделать ее весьма красивой в глазах мужского пола, если бы не белая, почти восковая кожа лица.

Но что говорить о ее внешности, если главное в человеке всегда сокрыто.

Ее звали Маиса. Многие дали бы ей около двадцати пяти лет, не больше. Женщины преклонного возраста говорили, что у нее доброе сердце, мягкий покладистый характер и она немного стеснительна. Молодые девчонки видели в ней, наоборот, девушку стойкую, добивающуюся определенных результатов в карьере, гордую, но все же интересную в общении. А парни замечали в ней хохотушку и шутливую девчонку. Но все это в сочетании давало свои результаты, и Маиса иногда являлась душой компании, где к ней придвигались поближе, вставляя реплики, в надежде следовать заданному ею тону общения с коллегами в баре, где после очередной смены собирались отдохнуть врачи, в надежде, что завтра они смогут без боли в голове прийти на работу.

Вчера был именно такой вечер, где было весело играть в бильярд и кокетничать с красивыми парнями.

Маиса, чистя зубы, вспоминала одного особенно красивого парня, который устроился к ним стоматологом месяц назад и вчера впервые проводил время в их компании. Взгляды, которые Дима бросал в ее сторону, казались Маисе не просто дружескими, в них проскальзывал интерес. И, решившись, она вдруг пригласила его на танец, имитируя опьянение с трех бокалов коктейля.

Вытерев лицо, она включила современную классическую музыку и начала краситься. Надев джинсы, легкую кофточку и накинув поверх плащ, она вышла и отправилась в больницу, где работала травматологом.

Осень уже давала о себе знать – лужи, покрытые инеем, деревья с несколькими листочками и озябшие путешественники, снующие в разных направлениях, отыскивающие свое убежище под проливным дождем и сильным ветром, не разрешающими широко открыть глаза. Все бежали, торопились с работы к себе в уютные квартиры к родным. А Маиса шла в хорошем настроении в поликлинику, подставив лицо под крупные капли, стекающие ей за воротник.

– Привет, – подруга Маисы Бернадэт встретила ее сияющей улыбкой у дверей.

– Привет. Как жизнь молодая?

– Сегодня снова обнаружили, что нет первой положительной. А в наличии у нас она числилась – поступила три дня назад, – заговорщицки прошептала Берни.

– Берни, я спросила «как жизнь?» – Маиса улыбнулась.

– Да все отлично, – отмахнулась подруга, и, решив, что эта тема неинтересна, продолжила: – Как ты думаешь, зачем ее красть? Конечно, можно продать, но тогда остальное почему не взяли?

– Может, потеряли. Эти Федя и Лидия заняты на работе только друг другом, мало ли что они могли поразбивать «в порыве страсти», – хохотнула Маиса.

– Да, Федюня еще тот жеребец, – Берни хохотнула. – Кстати, насчет жеребцов, вы с Димой вчера вместе вышли из бара, а до квартиры тоже вместе дошли?

– Да иди ты.

– Не отмахивайся, я все видела. Ты весь вечер около него проторчала.

– Он с нами в первый раз сидел. Ему было скучно, и я помогла ему расслабиться, – Маиса вдруг поняла, что не то сболтнула, и увидела поползшие вверх брови Бернадэт, и обе захохотали как сумасшедшие.

– Ладно, я пойду переоденусь, – улыбнулась Маиса и пошла в раздевалку.

День, а вернее вечер, на работе выдался тяжелым. Поступил ребенок с закрытым переломом лодыжки. Маиса долго уговаривала маму отправиться домой и немного поспать до утра, что та отказывалась делать. Также поступил мужчина с вывихом, а у женщины с пятой палаты из-за операции при удалении аппендикса открылась рана. И в довершение ко всему доставили пожилого мужчину с растяжением связок локтевого сустава. Все это чуть не выбило Маису из колеи, если бы не Дима, пришедший на работу с утра.

Увидев его у дверей кафе рядом с поликлиникой, Маиса на мгновение задержала взгляд на его волосах, по которым быстро бегали солнечные лучи. Дима, как обычно, покупал себе утренний кофе и пил его с удовольствием. А Маиса нет, она приходила в кафе и брала этот напиток только чтобы отвлечься от работы. Высокий, статный, в хорошем костюме, он выделялся в глазах Маисы с первого дня знакомства. И ей вдруг захотелось его окликнуть, но, представив, как она выглядит после вечерней смены, она тут же передумала. Правда, в душе появилась обида, как будто он сам должен был увидеть ее боковым зрением. Почему он не ищет меня глазами? Этот вопрос лез непрошенным гостем в голову. Ведь он знает, что я всегда здесь ем. И тут, словно судьба смиловалась над ней, сидящий позади нее мужчина уронил стакан, на звук которого все в кафе обернулись. Слушая, как он извиняется, Маиса повернула голову обратно, намереваясь отхлебнуть еще, и увидела направляющегося к ней Диму.

– Привет, – улыбнулся он, усаживаясь рядом и аккуратно держа пальцами горячий кофе.

– Привет, – улыбнулась Маиса.

– Так странно видеть тебя здесь, – удивился Дима.

– Почему?

– Я думал ты уже дома. Смена закончилась часа два назад.

– Греюсь, – снова улыбнулась Маиса.

– Ясно.

Они допивали кофе в молчании. Маиса не знала, о чем говорить, а Дима пристально рассматривал ее, отводя взгляд, когда она замечала это.

– Неловкое молчание, – улыбнулась Маиса.

– Почему же? Нет.

– Ладно, тогда ловкое, – съехидничала Маиса.

– Давай я тебя доброшу.

– Да ладно, не надо, – начала было Маиса.

– Ты же недалеко живешь, – настаивал Дима.

– Ну, если хочешь, – согласилась Маиса, почувствовав, как внутри все запело, словно и не было бессонной ночи.

Они выпили кофе, вышли и сели в машину. Первые минуты Маиса лихорадочно соображала, как завести беседу, но ничего не приходило на ум. Это было странно, ведь прошлый вечер они без умолку разговаривали о разной ерунде, а сейчас слова не могут сказать друг другу. Она внезапно испугалась, что в баре наговорила чего-то лишнего, глупого и этим оттолкнула его.

– Тебе понравились ребята? – спросила вдруг она, пытаясь отогнать от себя ненужные мысли.

– Да, они веселые. Некоторые даже очень, – ухмыльнулся Дима.

– Это ты про Гришу? Он всего-то отплясал на столе и перецеловал всех девушек в баре, – засмеялась Маиса. – Ты к нему несправедлив.

– Ошибся, он настоящий тихоня, – иронично заметил он.

– Ну, после стольких рюмок я бы и сама станцевала в его красном пиджаке.

И оба заулыбались, вспоминая прошлый вечер.

– Мне было приятно провести с вами время, – заметил Дима.

– Мы те еще стажеры.

Доехали быстро. Дима припарковал машину у подъезда и, повернувшись, вдруг спросил:

– Можно мне зайти?

– А… да, – немного растерялась Маиса. С ним не получалось ни флиртовать, ни быть загадочной. Все сказанное им доходило до нее через несколько секунд.

Они молча поднялись по лестнице и зашли к ней. Разуваться вместе было неудобно на маленьком коврике в прихожей. Дима снял с нее пальто, повесил и, положив руки на ее талию, склонился, намереваясь поцеловать. Маиса даже не успела отвернуться, она подняла взгляд и увидела его нежные серые глаза. Он ее целовал, а она, обездвиженная, повторяла в такт его движениям. Сообразив, что надо закрыть глаза, она тут же поняла, что «земля уходит из-под ног». Маиса крепко ухватилась за его плечи, чувствуя в них надежную опору. Она была полностью уверена в его силе, не замечая, как на самом деле трясутся его руки, заставляя ее сильнее прижимать к себе. Она почувствовала сильное желание быть с крепким мужчиной. Но и разум твердил: «Осторожно!» Маиса отстранилась, опустив голову. Она боялась.

– Давай потом… – еле выговорила она, не желая торопить события.

– Что? – голос Димы дрожал.

– Познакомимся ближе… и…

Маиса бессознательно отталкивала его руки. Дима почувствовал и опустил их.

– А-а… понятно, – он несколько смутился.

– Просто мы пока мало знаем друг друга, – начала Маиса и ласково улыбнулась.

Дима кивнул, смотря под ноги.

– Зайдешь?

– Нет. Уже опаздываю, – ответил Дима и улыбнулся.

– Хорошо, – ответила Маиса, боясь, что он обиделся.

– Давай пока, – он неуклюже поцеловал ее в щеку.

Маиса закрыла дверь и прошла на кухню.

– Черт, – произнесла она.

Ей показалось, что она неправильно поступила. Но Дима должен понимать, что это даже не свидание. Да, она одинока, но так быстро впустить его в свою жизнь она не могла. «Если он нормальный, то все поймет. Все же я ему нравлюсь», – думала она, укладываясь.

Дима же разозлился. Уже второй вечер ему не удавалось быть с ней.

Маиса встала и, укутавшись одеялом, неспешно смакуя произошедшее, подошла к холодильнику, достала пакет с красной жидкостью, налила себе полный бокал, и, наслаждаясь каждым глотком первой положительной – ее любимой крови, – села у телевизора.

Никакой канал не занимал полного внимания. Восторженные мысли о том, что она нравится Диме, начинали потихоньку тускнеть. Больше всего мы не хотим быть ненужными тем, кто так для нас дорог. А быть игрушкой, лишь временным увлечением для любимого человека – этого не вынести. А что теперь, как узнать, как Дима к ней относится? Первой подойти к нему и пригласить куда-нибудь. А вдруг он откажет, ведь он же не остался, уехал. Остается только ждать от него первых шагов.

– Посмотрим, – успокаивала себя Маиса, тыкая в пульт пальцем в надежде найти то, что все же сможет ее отвлечь. Она вспоминала теперь всё – свое детство, первого парня, первый поцелуй, первый букет…

Из прошлого

Маиса росла с мамой. Отца она не помнила. Он умер еще когда Маиса была крошкой. Маму она очень любила и была ее точной копией, как утверждали многие. Но часто беседовать о личном у них нее получалось. Все серьезные темы переходили в шутки, и заговорить о своих подростковых проблемах Маисе было сложно. Но вот Вероника стала замечать, что дочь практически перестает питаться. Она уже смирилась с тем, что ее и в детстве приходилось, часами упрашивая, кормить с ложки. Маисе стукнуло тринадцать лет, и она стала ковырять вилкой в тарелке до тех пор, пока мама не уходила из кухни, а затем выбрасывать еду. Это все пугало Веронику, постепенно приводя ее к мысли о том, что ее самые страшные опасения начинают сбываться.

Маиса становилась другой: скованной, нервной, неконтролируемой. Веронике и так было довольно сложно растить ребенка одной. Да еще эти вечные переезды. Маиса злилась на мать, что той не может угодить ни одна съемная квартира. «Почему мы не можем где-то осесть, чтобы мне не приходилось менять школу каждый год. Из-за этого у меня почти нет друзей». Маиса была очень способной девочкой, приносила одни пятерки и даже окончила школу с отличием, но характер из года в год становился скованней. Маиса упрекала мать, что той не важно, как тяжело может быть в новом классе. Начинались ссоры, отчего дочь могла просто уйти. Ее было невозможно остановить. Тогда Вероника замыкалась и заставляла себя терпеть все вспышки дочери. Она боялась брать ночные смены в больнице, опасаясь, что Маиса может снова сбежать. И вот однажды произошло то, что помогло им наладить отношения и изменило поведение дочери.

Ей исполнилось тринадцать. Маиса пришла домой странная, раздраженная. Но Вероника не обратила на это внимания, привыкшая, что в последнее время дочь себя только так и ведет.

Она села за стол к маме, которая смотрела телевизор, и, налив себе чаю, долго сидела молча, не притрагиваясь к стакану.

– Мам, – обратилась она.

– Что, родная? – спросила вежливо Вероника, надеясь, что Маиса не начнет кричать.

– Мам, – снова повторила она, ища в этом слове опору, – сегодня кое-что произошло.

– Что?

– Кое-что странное.

– Что именно? – насторожилась Вероника, убавив звук.

– Я поранилась о гвоздь. Вот, – показала она рану на руке.

– А помыть не могла? – вспылила мать и немедленно выключила телевизор.

– Мам, послушай.

– Где ты умудрилась порезаться о гвоздь? – разозлилась мама, взяв ее ладонь.

– Мам…

– Давай я промою рану. – Вероника лихорадочно начала рыться в аптечке, избегая взгляда дочери, – почему ты такая неаккуратная? – злилась она, повышая голос, – каждый раз что-нибудь происходит…

– Мам! – закричала Маиса и отдернула ладонь – Послушай… На субботнике одноклассник, доставая грабли, порезался. А я так захотела… Его повели в медпункт, а… Я облизала…

Маиса замолчала, и, не сумев посмотреть матери в глаза, добавила:

– Мне она понравилась. Было вкусно.

Вероника будто сникла, сжалась. Ее будто ударили кнутом. Затем постепенно у нее опустились плечи, взгляд сник, она словно высохла.

– Я устала, – сказала она, не понимая, к кому, собственно, обращается, – я устала так жить.

– Мам, что происходит? Мам, ты чего? – повторила Маиса, видя, как мать опустила голову на руки и смотрит пустым взглядом на ее стакан.

– Ты не поймешь. Лучше бы ты спросила о сексе, – горько улыбнулась мать.

– Мам, что не пойму? Ну, скажи, почему все так странно. Почему я не такая, как все? – затараторила Маиса, – я очень бледная, я мало ем. Мам, может я заболела. Может, у меня гемофилия?

– Что? – переспросила, подняв голову, Вероника.

– Рак крови – я читала. Я не хочу есть. Я болею чем-то, ты это знаешь! – заплакала Маиса.

Вероника подскочила и обняла ребенка.

– Ну, что ты говоришь ерунду всякую? Начитаешься в интернете глупостей. Все у тебя хорошо. Ничем ты не болеешь! Хорошая моя, добрая, умная, красавица моя, – повторяла она, целуя крепко дочь в щеки.

Вытерев ее слезы, Вероника повела дочь к дивану.

– Давай я все расскажу. Тебе пора это знать.

Нежно усадив дочь на диван, она прислонила ее голову к себе на плечо и начала рассказ:

– Однажды со мной произошло то же самое. Я прибежала к маме и спросила, может, я – вампир?

Маиса фыркнула и одновременно шмыгнула носом.

– Да, именно это я и спросила, – засмеялась мама, – я была помладше и верила во всякие фантастические истории. Бабушка твоя засмеялась и сказала, чтоб я не несла чепухи. Также и я тебе говорю, – вдруг прервалась Вероника, – не неси чушь насчет гемофилии.

Маиса еще раз засмеялась и прижалась крепче к маме.

– Бабушка твоя сказала, что раньше были такие люди, которым нравился такой вот соленый вкус. И твой дед, мой отец, тоже был таким. Считалось, что у него мало крови в теле. Я тоже была такая же бледная. Бабушка иногда давала мне стейки, пропеченные с кровью. Ты слышала о таком блюде? – и, дождавшись кивка, продолжила: – Иногда еще она давала мне попить чуть-чуть крови, когда дед резал свинку к ужину. Доченька, если ты ее немного хочешь, то скажи. Я принесу с больницы.

– Ладно, – тихо произнесла Маиса, – немножко.

Этот ответ словно причинил Веронике боль. На мгновение закрыв глаза и вдохнув побольше воздуха, она тихо выдохнула и продолжала:

– А если ты не хочешь быть бледной, то я тебе даю полноценное право краситься сколько душе угодно. Тональный крем – и жизнь без проблем, – вдруг нараспев произнесла Вероника. И они вместе засмеялись.

Они еще долго разговаривали. Маиса рассказала о требовательной учительнице, которая часто придирается к мелочам. Вероника слушала и давала советы, как проявить себя и доказать свои знания мягко и настойчиво. И, так и не наговорившись, но уже довольно уставшие морально, сонные, они встали с дивана, намереваясь идти спать.

– Маиса, доченька, ты лучше не говори никому, о чем мы сегодня разговаривали. Новый класс… тебе нужно лучше притереться… ну, а бывают же всякие.

– Конечно, мам. Я понимаю, – согласилась Маиса, ничего так и не поняв.

– Спокойной ночи, родная, – сказала мать.

– Спокойной ночи, мам, – сказала Маиса, не зная, что для ее матери это будет далеко не спокойная ночь.

Знакомство

Маиса любила гулять на закате, а теперь ей особенно хотелось пройтись. Надев джинсы, футболку и поверх плащ, она вышла в девять вечера, чтобы увидеть закат, гуляя у реки.

Торопясь, не сбавляя темпа, ноги несли ее к пляжу. До него было километра три, но для Маисы это было так мало, что она не считала нужным взять велосипед или поехать на машине. Весь путь она протопала быстро, не замечая мельтешащих по сторонам людей. Она уже начала вдыхать солоноватый запах, потихоньку уменьшая скорость и чувствуя успокоение от звука волн. Вода всегда ее притягивала, давала возможность подумать о сегодня, завтра… она наводила на мысли, которые мы не замечаем в суете каждодневной рутины. И Маиса за последние пару лет часто навещала в одиночестве этот пляж, несмотря на время года. Она не понимала, одинока или нет, на нее часто накатывали грустные воспоминания, но она старалась отвлечься. И сейчас, наверное, она пришла сюда просто потому, что ей нравился закат. Было спокойно, и это являлось хорошей сменой обстановки.

Сидя и любуясь заходящим солнцем, Маиса заметила человека, стоящего позади справа. Она отвернулась, чтобы не привлекать внимания. Он рассматривал Маису, любуясь ее темными, развевающимися на ветру волосами. Вдруг он улыбнулся и решил с ней заговорить. Он подошел и, вежливо поздоровавшись, сел рядом на песок.

– Добрый вечер. Алекс, – назвался он, протянув руку.

– Маиса.

– Давно вы здесь сидите?

– Нет, я только пришла.

– Погода холодная.

– Да, я немного продрогла. Легко оделась.

– У вас нет под плащом свитера?

– Только легкая кофточка.

– У вас красные уши, – заметил, улыбнувшись, незнакомец и внезапно протянул руку и потрогал ее уши.

Маиса немного отодвинулась. Было неприятно. Но собеседник был дружелюбен, и Маиса решила пока не уходить. Это был мужчина примерно одного с ней возраста, ста восьмидесяти пяти сантиметров с красивой фигурой и темно-карими глазами. Лицо с выделенными скулами, добрый взгляд, брови прямые и густые, рот широкий и немного смуглая кожа – все это делало его не просто красивым, но и обаятельным.

– Вы откуда? – спросил он.

– Я живу в двух кварталах отсюда.

– И каждый вечер наведываетесь к речке? – улыбнулся он.

– Нет, я тут давно не была, – ответила Маиса и спросила: – А вы откуда?

– Я нездешний. Приехал погостить. Не очень у вас красивый город, – ехидно заметил он.

– Знаете что?

– Что? – заулыбался Алекс.

– Не вам решать. Мне этот город как раз по душе, а я побывала во многих местах, но выбрала это, – с душой произнесла Маиса.

– Премного извиняюсь, – продолжал посмеиваться Алекс, – я не думал, что вам так нравятся мусорные баки у воды и грязные пляжи, – он указал рукою на разбросанные по песку бутылки, пачки использованных сигарет, газеты и прочее.

Маиса взглянула на него, но Алекс так добродушно улыбался. Было видно, что он так не считает. Просто ему нравится тема разговора, насыщенная эмоциями, особенно с незнакомой девушкой.

– Да идите вы, – засмеялась она.

– Так я и пришел.

Так началось знакомство с весьма интересным человеком, разговаривать с которым было приятно и весело. Беседа была непринужденной, легкой, предложения накладывались друг на друга, вопросы вспыхивали быстро и спонтанно.

– Чем вы увлекаетесь? – спросила Маиса.

– Люблю прогулки и еще велосипеды. Каждый день катаюсь.

– Странно, вы не похожи на велосипедиста.

– А вы чем интересуетесь?

– Мне нравится решать сканворды, плавать, иногда пишу стихи, но хватает мне этого максимум на месяц.

– Вам повезло.

– Почему?

– Мне хватает на неделю, – засмеялся Алекс.

– А люди какие вам нравятся? Те, которые упорно добиваются чего-то или «как ветер», веселые или строгие. – Маиса изобразила серьезную мину. – Молчаливые или болтливые?

– Любого человека можно разговорить. И он тоже будет интересным, – заметил Алекс.

– Я думаю, если человек молчаливый, все равно со временем с ним будет скучно.

– Так мне хватает этого.

– Почему?

– Я же увлекаюсь на неделю.

Оба громко захохотали.

Вечер проходил быстро и оживленно. Алекс и Маиса решили прогуляться по пляжу, а затем стали направляться к городу. Было поздно, луна освещала темно-синий небосвод.

– Мы уже подходим к дороге, а обращаемся друг к другу все еще на «вы», – заметил Алекс.

– Да, – согласилась Маиса. Вдруг стало немного неловко. В голове внезапно вспыхнул образ Димы, и возникло теплое чувство, как к родному человеку. – Мне налево, – показала она рукой в направлении остановки.

– И часто вы ходите «налево»? – улыбнулся Алекс.

– Ну, у меня есть парень, поэтому, может, часто, – пошутила Маиса.

– А, понятно. Ну, тогда счастливо, – смутился Алекс.

– Пока, – стеснительно улыбнулась Маиса и, отвернувшись, зашагала по дороге.

– Маиса! – через мгновенье крикнул Алекс ей вслед. – А давайте сделаем так: я дам вам свой номер, а вы, возможно, мне позвоните.

Возвращалась домой Маиса в отличном настроении. Зайдя, она скинула одежду и, выпив снова первой положительной в красивом бокале, легла спать, вспоминая его карие глаза. Еще она думала о Диме, о том, почему он не позвонил, почему она назвала его своим парнем. Скорее, в ней проснулась совесть, не хотелось одновременно флиртовать с двумя парнями. Но постепенно Дима вылетал из головы, сменяясь шумным и энергичным Алексом, с которым было весело. Правда, пока Маиса не понимала, что они с этим незнакомцем похожи, и намного больше, чем с Димой.