На болото опять опустилась ночь. Сагитта сидела на террасе и, не мигая, наблюдала за болотными белячками – сгустками белой материи, похожей на туман, которые по ночам начинают летать по всему болоту, избегая только Мрачной Топи. Что-то они сегодня слишком подозрительно себя ведут – как будто их что-то взбудоражило. Уж не присутствие ли нового гостя так на них действует?..
Мальчишка, должно быть, уже видит десятый сон, и белячки наверняка его учуяли – ведь во время сна душа человека куда более доступна их восприятию. Вот и любопытничают. А вообще-то эти клубки тумана совершенно безобидны… И всё-таки ведьма поймала себя на мысли, что их оживленное кружение над болотом зарождает у нее в сердце смутное беспокойство.
Не переставая наблюдать за белячками, Сагитта занималась еще одним делом – вырезала на стрелах руны. Раскопала у себя в закромах связку стрел и решила пополнить арсенал: мало ли что? Не зря же ей неспокойно отчего-то…
Магические руны она знала настолько хорошо, что могла вырезать их практически не глядя. И вот уже новая стрела помечена руной огня. Губы ведьмы беззвучно шепчут нужные слова – и насечки вспыхивают, словно внутри древка рождается пламя. Еще миг – и свечение гаснет. Стрела готова. Ведьма берется за другую, и кинжал в ее руке начинает выцарапывать руну молнии…
Вдруг болотные белячки разом вздрогнули и стали разлетаться в разные стороны. А в следующий миг Сагитта услышала тихий всплеск и такой же тихий смех. Очень знакомый смех.
Ведьма вскочила и всмотрелась во мрак, прибегнув к усиленному зрению. И сейчас же увидела бредущего по пояс в воде «гостя».
В первое мгновение Сагитта даже не поверила своим глазам, но быстро совладала с собой.
– Старый знакомый!.. Это ты заявился вчера к костру? – она вонзила кинжал в доску настила, быстро схватила лук и наложила на него стрелу. – Стой, где стоишь! Что тебе нужно?
В ответ вновь раздался смех, зловещий и жуткий. Незваный визитер и не думал останавливаться.
Времени на раздумья не было. Сагитта выстрелила.
Сердцегрыз ловко увернулся от стрелы – хотя, казалось бы, в воде двигаться было не особенно удобно. Стрела просвистела в вершке от его головы и воткнулась в ствол болотного дуба, взорвавшись облаком ледяной пыли и заморозив всё на добрую сажень вокруг.
Ведьма застыла в удивлении: такого невероятного проворства она от пришельца никак не ожидала.
Внешне сердцегрыз имел облик ожившего мертвеца – или мертвяка, как еще называют ему подобных. Существо, похожее на человека, но уже начавшее разлагаться, представляло не слишком аппетитное зрелище. Всех, кто впервые видел мертвяка, после встречи с ним долго мутило (если, конечно, они вообще оставались в живых). Наполовину оторванная щека, разодранный рот, внутренности, Болотный Дух знает как удерживающиеся в дырявом брюхе, и огромные когти на руках, которыми он вспарывает грудную клетку жертве, чтобы добраться до сердца и сожрать его, – вот и весь сердцегрыз. На плечах у этого выродка темных трясин болтались какие-то грязные лохмотья, похожие на остатки одежды.
Сагитта стряхнула оцепенение.
– Ты что, по нашим следам шел? Чем мы тебе так приглянулись?
Снова зловещий смех.
Ведьма наложила на тетиву сразу две стрелы и опять выстрелила в мертвяка. Но сердцегрыз прогнулся назад, и обе стрелы пролетели над ним. Одна воткнулась в грязь и воспламенилась уже там, а другая, обернувшись разрядом молнии, разорвала в клочья замороженную кору болотного дуба.
Сагитта чертыхнулась, отшвырнула лук и выбросила вперед руку. Из-под перстня метнулось синее пламя…
Но сердцегрыз взмахнул когтистой лапой – и пущенный ведьмой разряд ушел в сторону, словно отскочив от невидимой преграды.
Сагитта даже рот раскрыла от изумления.
А мертвяк уже выбрался из воды и ступил на мох. Ведьма свирепо втянула в себя воздух и сжала пальцы в кулак, вновь собирая энергию, но тут сердцегрыз присел – и внезапно совершил огромный прыжок, вмиг приземлившись перед самым помостом. В лицо ведьме брызнуло грязью. Взметнулись когти.
Она упустила нужный момент, и заряд энергии рассеялся впустую. Тогда Сагитта изловчилась и двинула мертвяка ногой в морду. Сердцегрыз пошатнулся и вцепился когтями в доски настила. Ведьмочка отскочила, схватилась за кинжал. А болотный монстр уже взобрался на помост. Миг – и клинок устремился к горлу твари. Мертвяк подставил под удар когти одной руки, в то время как вторая когтистая пятерня попыталась дотянуться до ведьмы. Сагитта отразила лапищу короткой вспышкой.
Сердцегрыз прошипел что-то невразумительное, но, вероятно, являвшееся ругательством.
Сагитта попятилась и вновь попробовала собрать в пучок энергию для удара. И тут с ужасом почувствовала, что ее магическая сила слабеет. Проклятье, да что же это такое?!
Она стала лихорадочно прокручивать в голове способы отправить восвояси, то бишь обратно в иной мир, нежить, частным случаем коей являлся сердцегрыз. Святая вода, крест, освященный клинок… ничего этого под рукой не имелось. Был вариант отсечь голову, но меч остался в доме, да и сердцегрыз этот – парень не промах, уж больно проворный… Еще можно осиновый кол ему куда-нибудь вбить по самые уши. Осина… осина… А ведь у Сагитты где-то что-то такое было!
Ведьмочка, сделав обманный выпад в сторону, неожиданно подскочила и саданула сердцегрыза ногой в грудь. Пинок получился от всей души: мертвяк ухнул и полетел вверх тормашками с помоста, ткнувшись башкой в мох. Видно, не ожидал такого удара.
А Сагитта рванула к двери. И только успела задвинуть засов, как на дверь обрушились сильные удары.
За спиной у ведьмы уже суетился Аделий, который тут же начал что-то надсадно вопить, воинственно растопырив крылья.
– Что случилось? – осоловело спросил Корди, вышедший на шум из закутка за печкой, где до этого мирно спал вместе с Вьюрком. – Кто там в дверь ломится?
– Наш гость вчерашний! Быстро, ищи что-нибудь осиновое!
Сагитта бросилась переворачивать всё в доме вверх дном.
Корди, еще туго соображавший после пробуждения, стоял столбом посреди комнаты и мешал ведьме обследовать жилище.
– Осиновое… – машинально повторил он и заозирался по сторонам. Но при свете тусклой лампадки ничего подходящего не увидел.
Между тем пингвин уже запрыгнул с лавки на корзину и сейчас пристраивался там поудобнее, занимая боевую позицию под своим коронным орудием, что висело на стене возле двери.
И тут взгляд Корди упал на лопату, которой, не исключено, Аделий хотел его пришибить после бомбардировки медным тазом и самим собой.
– А лопата из чего?
– Лопата? – ведьма на миг приостановилась, но тут же махнула рукой: – Нет, лопата из березы… Хотя погоди-ка… – Она вдруг хлопнула себя по лбу: – Корди, ты гений!.. Я вспомнила: у меня и впрямь есть кое-что из осины! Весло!
– Какое весло? – захлопал глазами мальчуган.
– Обыкновенное, осиновое. Тс-с! – ведьма приложила палец к губам и, глянув на сотрясающуюся от ударов дверь, добавила шепотом: – Видел снаружи, у гати, челнок? Там и весло.
Парнишке было непонятно, чему так радуется ведьмочка.
– Я, конечно, извиняюсь, но как это нам поможет? – шепнул он, пожимая плечами.
Но Сагитта уже шагнула к половичку, что лежал на полу перед камином. Откинула его ногой, и Корди увидел крышку люка.
– Открывай, – велела она мальчику, а сама схватила перевязь с мечом.
Корди приподнял тяжелую крышку. Оттуда повеяло прохладой и сыростью: лаз вел под дом.
– Я проберусь к челноку, – Сагитта решительно отстранила Корди и спрыгнула в дыру. Теперь из лаза торчала только ее голова да плечи. – А ты постарайся отвлечь сердцегрыза, чтобы он меня ненароком не заметил, – она ободряюще подмигнула парнишке и скрылась под полом.
Выбраться из-под дома было проще простого. Сагитта проползла на четвереньках пару саженей – и вот уже над ней помост террасы. Тяжелые удары в дверь раздаются прямо над головой. Надо спешить!
И она стала пробираться на карачках вниз, к гати, стараясь не выдать себя случайным шумом. Настил надежно укрывал ее от горящих злобой глаз сердцегрыза.
Но тут грохот в дверь внезапно прекратился. Сагитта замерла, перестав дышать. Что такое? Неужели этот болотный выползок что-то заподозрил?
И в это время до слуха ее донеслось… пение.
Нам не страшен злобный тролль!
В глаз – полено, в ноздри – соль!
В уши – глины, в рот – песка!
Взять нас тут – кишка тонка!
Удары в дверь сейчас же возобновились. Сагитта, улыбнувшись, заспешила вперед, а изнутри дома еще некоторое время доносились издевательские куплеты: Корди добросовестно выполнял поставленную задачу, отвлекая на себя внимание монстра.
Еще немного – и ведьма уже возле лодки. Выглянув из-под настила и убедившись, что сердцегрыз не глядит в ее сторону, она шмыгнула к челноку, схватила весло – и так же стремительно юркнула обратно под прикрытие досок. В руке у Сагитты уже был кинжал, и она принялась торопливо заострять конец весла…
Корди оттарабанил очередной куплет два раза подряд и перевел дух. Кто бы мог подумать, что ваннахские дразнилки, которые пользуются большой популярностью у мальчишек всего полуострова, так ему пригодятся!
Аделий по-прежнему стоял, чуть пригнувшись, в полной боевой готовности под тазом, но теперь уже с любопытством поглядывал на ваннаха: очевидно, пингвину пришлись по нраву его песнопения.
Вьюрк выглядывал из кухни и злобно ворчал – то ли на зловещего пришельца за дверью, то ли на пингвина (а скорее всего, на обоих сразу).
Между тем удары в дверь вновь прекратились. Корди бросился к оконцу, чтобы глянуть, что делает монстр, и уже приготовился снова запеть что-нибудь пообиднее, как вдруг прямо у него перед носом мутное стекло разлетелось вдребезги и внутрь сейчас же просунулась когтистая лапища, норовя схватить парнишку за край безрукавки. Корди в ужасе отпрянул. В оконном переплете горели налитые злобой глаза мертвяка.
Аделий мигом спрыгнул с корзины, подскочил к окну и затряс крыльями, издавая громкий боевой клич, похожий на звуки ржавой трубы. Рука сердцегрыза попыталась схватить птицу, но пингвин увернулся и долбанул клювом мертвую плоть.
Корди уже опомнился и схватился за лопату.
– Аделий, отойди! – крикнул он.
Пингвин что-то громко проскрипел, но, как ни странно, послушался.
И Корди что было сил шибанул ребром лопаты по загребущей лапе.
Послышался тошнотворный хруст, а вслед за ним – неистовый рев. Рука мертвяка, обвиснув плетью, исчезла за окном.
– Получил? – крикнул Корди. – Попробуй только сунься еще, клянусь Крумаром!
Мальчик перевел дух. Его колотило от внезапно нахлынувшего боевого пыла.
За окном еще некоторое время раздавалось недовольное бурчание, а потом вдруг послышался злобный смех. Доски помоста скрипнули под тяжелыми шагами…
Корди осторожно выглянул в разбитое окно. В ночной темноте он ничего не разглядел, но по отдаляющемуся смеху понял, что сердцегрыз направляется в сторону гати.
Парнишку прошибло холодом. Неужели эта тварь заметила Сагитту и теперь устремилась к ней?
Не раздумывая ни секунды, Корди закричал во всё горло:
– Эй ты, кусок болотного дерьма!
Руки сами собой отодвинули засов, и ваннах пинком сапога распахнул дверь настежь.
Покрепче сжав лопату, Корди шагнул через порог в темноту. Сердце отчаянно забилось.
Впереди, саженях в шести, смутно угадывалась застывшая фигура мертвяка.
– Ну иди сюда, гадина болотная! – прокричал Корди. – Я здесь! – на последней фразе голос его предательски дрогнул.
В ответ раздался жуткий хохот. Темная фигура двинулась к нему.
Услышав рев мертвяка, Сагитта заторопилась изо всех сил. Еще пара ударов ножом – и конец весла превратился в довольно острый кол. Ведьма сунула кинжал в ножны и выглянула из-под настила.
И сразу же встретилась глазами со злобным взглядом сердцегрыза. Мертвяк, увидев ее, издал злобный смех. Ведьма сейчас же нырнула обратно под настил и уже подумала: а не пробраться ли потихоньку назад в дом? Но тут раздался голос Корди и грохнула распахнувшаяся дверь. Сагитта поняла, что нужно срочно спасать мальчишку. Одним махом взлетела на настил и помчалась на сердцегрыза, который уже теснил Корди к двери. Из-за спины у ваннаха грозно скрежетал Аделий, где-то рядом раздавалось рычание куницы, но всё перекрывал свирепый хохот болотного пришельца.
Ведьмочка подбежала к мертвяку почти вплотную, размахнулась посильнее и со всей мочи шандарахнула лопастью весла по облезлой башке.
– Заткни хохотальник, тварь!
Мертвяк взвыл, как дюжина ошпаренных демонов, и обернулся, схватившись за останки лица, вдруг начавшие пузыриться и стекать с правой стороны черепа. Ужасающий вой становился всё громче и громче… Конец этой какофонии и начало другой положило весло – ведьма перехватила деревянное оружие и с силой вонзила заостренный конец в грудь мертвяка. Сердцегрыз истошно завизжал – так, что Сагитта невольно отшатнулась, – и вдруг воспламенился. Языки синего огня охватили всё его тело, но монстр всё еще не был уничтожен до конца. Страшные когти потянулись к ведьме…
Корди показалось, что у него вот-вот лопнут барабанные перепонки – настолько ужасным был предсмертный визг сердцегрыза. Но, увидев, что тварь тянет лапы к Сагитте, парнишка стиснул зубы, метнулся вперед – и лопата обрушилась на пылающую голову монстра с такой силой, что искры брызнули во все стороны, и березовый черенок переломился пополам. Мертвяк пошатнулся, захлебнувшись собственным воплем. А в следующее мгновение Корди увидел, как из ножен Сагитты вылетел меч, блеснул ярким светом клинок – и голова ночного гостя отлетела в сторону, точно клубок голубого пламени, а полыхающее тело рухнуло с помоста, сотрясаясь и дергаясь, как в припадке.
Юный ваннах стоял словно привороженный, тяжело дыша, не в силах оторвать взгляда от догорающих останков монстра: они на глазах скукоживались, оплывали и превращались в полужидкую массу, которая быстро впитывалась в землю.
Из оцепенения его вывел голос Сагитты.
– Ты зачем из дома выскочил? – спросила ведьма, возвращая меч в ножны.
– За тебя испугался… – пробормотал Корди.
Сагитта рассмеялась, шагнула к парнишке и тут сделала то, чего сама от себя не ожидала, – чмокнула ваннаха в щеку.
Корди вздрогнул и зарумянился.
– Спасибо тебе, – сказала Сагитта, словно не замечая смущения мальчугана. – Вижу, на тебя можно положиться.
Ваннах кашлянул и, чтобы скрыть неловкость, спросил:
– А чего этому уроду было нужно? – он кивнул на тлеющую кучку останков.
Ведьма вздохнула. Ей и самой был не вполне понятен приход ночного гостя.
Вразвалочку подковылял Аделий, глянул на то, что осталось от врага, и отрывисто гаркнул, победоносно напыжившись. Сагитта с ласковой усмешкой потрепала пингвина по голове…
– Поговорим об этом утром, – наконец ответила ведьма. – Сейчас такие разговоры затевать небезопасно. Ты иди в дом, а мне еще нужно позаботиться кое о чем…
– Может, тебе помочь? – предложил Корди, хотя понятия не имел, что Сагитта намерена делать.
– Ты и так уже мне помог, – улыбнулась она. – Сейчас тебе надо выспаться.
Но Корди не хотелось оставлять ведьмочку одну.
– А ты? – спросил он.
– Я ведь уже говорила, что могу не спать хоть целую неделю. Ступай. И Аделия с собой прихвати, – она легонько подтолкнула пингвина к дому. – Идите. Вон ваш товарищ уже заждался.
Вьюрк действительно околачивался тут же, на помосте, но близко подходить не решался: всё еще сторонился Аделия. Да и пингвин, честно говоря, не питал особого расположения к кунице. Если с Корди он худо-бедно примирился – всё-таки тыквы оказались весомым аргументом, – то на мохнатого зверька с длинным хвостом посматривал как на подозрительного чужака, присутствие которого в доме хозяйки пока что ничем не оправдывалось.
Поэтому, проходя с напыщенным видом мимо Вьюрка, Аделий предостерегающе крякнул, отчего кун отпрыгнул в сторону и сердито заворчал.
Но вскоре все трое были в доме, хотя и расположились по разным углам. Что касается Корди, то он пытался наблюдать в окошко за действиями Сагитты, но ночь была темной, и он толком ничего не разглядел. Посидев еще немного, парнишка вздохнул и отправился спать.
* * *
– Шеф, а зачем у ведьмочки в полу был люк? – полюбопытствовала Алла. – Какая от него практическая польза? Ну, если не считать, что он как нельзя кстати пригодился именно в этот раз. Честно говоря, напоминает рояль в кустах.
– Чего? – уставился на секретаршу Руйсефан Киларович. – Какой рояль, какие кусты?
– Это выражение такое идиоматическое. Когда что-нибудь вводится в сюжет только для того, чтобы помочь герою справиться с ситуацией, а в остальном появление такого «рояля» ничем не оправдано.
Начинающий литератор кашлянул, почесал бровь.
– Ну вообще-то, – проговорил он после секундного замешательства, – лаз этот Сагитта специально для Аделия оборудовала. Через него он гулять выходил, когда она надолго отлучалась и дверь запирала. Просто откидывала крышку люка, чтобы пингвин свободно шнырял туда-сюда. Так что замечание твое совершенно беспочвенно.
– Вот как… – Алла на миг призадумалась. – А почему же Сагитта этого не сделала, когда ходила на Мрачную Топь, чтобы встретиться с Корди?
– Не знаю, – поморщился Руйсефан Киларович, – я у нее не спрашивал. Наверное, тепло было, вот и решила просто входную дверь открытой оставить… Слушай, что ты к мелочам цепляешься? Завязывай, а то и так глава больно длинной вышла – я аж притомился…
Утром после завтрака они сидели за столом, и ведьма высказывала Корди свои соображения.
– Всё это очень странно, – говорила она. – Визит сердцегрыза был не случаен, я это чувствую.
Корди вопросительно посмотрел на ведьмочку.
Вьюрк уютно пристроился у хозяина на коленях. Аделий шумно возился в дальнем углу – очевидно, пытался подпихнуть под себя сразу обе тыквенных фляги, что было не так-то просто.
– Раньше подобные твари никогда не покидали пределов Мрачной Топи, – продолжала Сагитта. – А этот приплелся по нашим следам как ни в чем не бывало.
– А может, ему просто надоело безвылазно в топи своей сидеть? – пожал плечами Корди и ухмыльнулся. – Вот и решил в странствия пуститься.
Сагитта даже не улыбнулась на неуклюжую шутку ваннаха.
– Сердцегрыз – это не просто существо из потустороннего мира. Он и ему подобные твари – это порождения снов Болотного Духа, который дремлет в глубинах Мрачной Топи. Днем эти сущности никак себя не проявляют, а вот с наступлением ночи выходят из трясин, принимая самый разнообразный облик. Но все они держатся вблизи своего «хозяина», никто из них не может вот так вот взять и отправиться, куда ему вздумается.
– Почему?
– Потому. Представь, что какая-нибудь мысль у тебя в голове вдруг решит тебя покинуть – и пустится летать сама по себе. Дикость, правда?
– Ну да, пожалуй, – согласился Корди. – Но ведь он же как-то пришел?
– В том-то и дело, – Сагитта встала, прошлась взад-вперед по кухоньке. – Но меня тревожит еще кое-что, – она обернулась к парнишке. – Во время боя с этой тварью я почувствовала, что моя сила слабеет…
Корди уставился на ведьму.
– И что это значит?
Сагитта вновь села, задумчиво побарабанила пальцами по столу.
– Это значит, – медленно проговорила она, – что пагубное влияние, истощающее нашу силу – магическую силу ведьм, – начинает расползаться за пределы Мрачной Топи…
Ваннах сглотнул.
– Ну и… из-за чего это всё?
– Вот и я хотела бы знать! – ведьма нервно отбросила со лба волосы. – Но похоже, на этот вопрос может ответить только сам Болотный Дух… Вот поэтому вчера мне пришлось принять кое-какие меры на случай, если наш знакомый вновь решит нас навестить.
– Как?! – округлил глаза Корди. – Мы ведь его убили!
Сагитта криво усмехнулась.
– Убить того, кто не просто уже мертв сам по себе, но еще и плод воображения Болотного Духа, – нереально! Мы лишь уничтожили плоть, в которой он к нам явился. Но он может обрести новый облик и в следующий раз нагрянуть в виде кишкоглота, а то и кого пострашнее. А могут пожаловать сразу несколько тварей…
Корди поежился.
– Ну и… что за меры ты приняла?
– Поставила вокруг дома защиту, которую не так-то просто будет преодолеть нечисти не из нашего мира.
– Это как тогда на болоте?
– Ну да, что-то вроде. Только посильнее.
Ваннах поковырял пальцем стол.
– И что теперь?
– Теперь? – Сагитта пристально посмотрела на мальчугана. – Теперь меня мучает один вопрос. По идее, мне следует немедленно доложить обо всём, что здесь случилось, Старшим ведьмам, это моя обязанность. Но сейчас мне меньше всего хочется ставить их в известность.
– Почему?
– Потому что тогда придется рассказать им и о тебе. Страшно даже подумать, как они на это отреагируют… С другой стороны, боюсь, что без помощи соплеменниц мне не разобраться в том, что тут происходит…
– А ты не говори обо мне, – сказал Корди, не понимая, из-за чего ведьмочка так озабочена. – Расскажи им всё как есть, а про меня-то зачем? Я тут вообще случайно оказался.
– Боюсь, что не случайно, – покачала головой Сагитта.
Мальчуган непонимающе уставился на собеседницу.
– Я уже давно хотела тебе рассказать, – продолжала ведьма. – Мне стало известно про тебя еще до того, как мы с тобой встретились.
Корди, само собой, ничего не понял.
– Я, конечно, извиняюсь, но откуда? Не такая уж я известная персона за пределами ваннахских земель!
– Я тебя видела, – сказала Сагитта. – Тебя и твою куницу.
У ваннаха даже лицо вытянулось.
– Когда это? – недоуменно спросил он. – И где? У нас на полуострове?
– Нет, в ваших землях я уже лет сорок не бывала.
– Тогда как ты могла меня видеть? Я никогда раньше не покидал полуострова…
И Сагитта поведала Корди о ниспосланном ей несколько дней назад видении…
Некоторое время парнишка ошарашенно смотрел на ведьмочку, не в силах переварить услышанное.
– А ты мне голову не морочишь? – наконец выговорил он.
Сагитта так и встрепенулась.
– Мне что, делать больше нечего? Ты за кого меня принимаешь? За девчонку сопливую, решившую от безделья дурака повалять? – в глазах у нее замерцал зеленый огонь.
Корди стало не по себе.
– Ну ладно, ладно, извини, – он примирительно поднял руки. – Просто объясни: при чем тут я? Что во мне такого особенного?
Ведьма оглядела его и вздохнула.
– Пока не знаю. Но надеюсь, это со временем выяснится. Возможно, ты себя очень сильно недооцениваешь…
Корди тряхнул головой, окончательно сбитый с толку. Конечно, лестно было услышать о себе такие слова, но он как-то совсем не был готов к подобному повороту событий…
– В общем, так, – сказала Сагитта, немного поразмыслив. – Не буду я ни о чем докладывать Старшим – по крайней мере, пока. В конце концов, один визит сердцегрыза – это еще не повод бить тревогу. Поживем – увидим.
– Мой учитель так говорил, – тихо произнес Корди.
– Правильно говорил, – кивнула ведьма. – Не будем торопиться. Я всё-таки попытаюсь сначала сама разобраться. Пожалуй, надо кое-какие книги почитать… – она призадумалась.
Услышав последнюю фразу, Корди оживился.
– А у тебя есть книги?
– Что? – ведьма подняла на него затуманенный взгляд. – Книги? Да, есть несколько. Но я не их имела в виду. Мне нужно посетить библиотеку.
– Библиотеку?! – ваннах изумленно распахнул глаза.
От учителя Заннуса он слышал, что есть такие специальные хранилища, где содержится много-много-много книг – столько, что и за всю жизнь не прочтешь. Мальчику казалось это чудом, и он давно мечтал побывать в таком книгохранилище – вот где, наверное, неисчерпаемый источник знаний, вот где кладезь мудрости!
– Библиотеку? – с трепетом повторил он.
– Ну да, – ведьма заметила его горящий взгляд и улыбнулась. – У нас, у ведьм, есть своя библиотека, очень богатая, кстати: там десятки тысяч книг, свитков, дощечек, плиток… Вот я и поищу там что-нибудь подходящее.
– А можно мне с тобой? – сейчас же спросил Корди.
– Да ты что? – ведьма даже опешила. – Если тебя наши увидят – можешь попрощаться с жизнью! Во всяком случае, книги тебе тогда точно не понадобятся! Разве что «Этикет загробного мира».
– А есть и такая? – сделал круглые глаза ваннах.
– Есть, – подтвердила ведьма. – В общем, сиди здесь и за мной – ни ногой!
– Так ты что, прямо сейчас в библиотеку собралась? – удивился Корди.
– Думаю, да, – кивнула Сагитта. – А чего тянуть?.. Да ты не переживай – через часок вернусь.
– Через часок? – изумился парнишка. – Она что, недалеко?
– Кто? – не поняла ведьма.
– Кто-кто! Библиотека!
– А, вон ты про что! – Сагитта засмеялась. – Да как сказать… Тебя интересует, долго ли до нее добираться?
– Ну да.
– Недолго. Раз-два – и я уже там.
– Это как? – вытаращился на ведьмочку парнишка.
Сагитта пожевала губами, словно размышляла, как лучше ответить.
– Ты про телепортацию что-нибудь слышал?
Корди наморщил лоб. Да, кажется, Заннус что-то такое рассказывал…
– Погоди… Это когда мгновенно перемещаешься из одного места в другое?
– Именно! – заулыбалась ведьма. – Молодец, сам всё знаешь. А я уже собиралась в пространные объяснения пуститься…
– Так значит, ты отсюда сразу в библиотеку попадешь? – уточнил мальчуган.
– Угадал, – Сагитта встала из-за стола, намереваясь направиться в комнату.
– Но если так, – торопливо заговорил Корди, тоже вскакивая, – то, может, и я с тобой как-нибудь потихоньку проскользну? Мне бы хоть одним глазком глянуть…
Ведьма нахмурилась.
– Я, кажется, уже сказала. Тебе что, жить надоело? Или ты думаешь, что в библиотеке, кроме нас с тобой, никого не будет? Так я тебя разочарую: там на входе Шматропупия сидит.
– Как… какая еще Шматропупия? – сглотнул ваннах. Ему сразу представилось очередное чудище наподобие кишкоглота.
– Наша библиотекарша. Она книги выдает и ведет строгий учет. А ты как думал? Заходи кто хочешь, бери что хочешь?
– Она тоже ведьма? – упавшим голосом спросил Корди.
– Естественно. Да к тому же там могут и другие ведьмы оказаться – туда ведь частенько кто-нибудь из наших наведывается. Так что не стоит искушать судьбу, жди меня здесь – и точка.
– Ну послушай, Сагитта, – жалобно протянул Корди, – а нельзя ли что-нибудь придумать? Ты же сама ведьма! Разве не можешь ты, допустим… – он умолк, спешно стараясь сообразить, что Сагитта могла бы сделать. – Превратить меня во что-нибудь! – ляпнул он первое, что пришло в голову.
Ведьмочка всплеснула руками.
– Вот наказание на мою голову! Ну во что я тебя превращу, скажи на милость? В свои подштанники?
Корди на миг представил себя в подобном виде, и у него сразу же исчезло желание посещать книгохранилище. По крайней мере, столь изощренным образом.
– К тому же, согласись, так ты мало что увидишь в библиотеке! – продолжала ведьма. – Собственно, выступая в образе предмета, ты вообще ничего не увидишь: видеть-то нечем! Можно, конечно, представить тебя каким-нибудь животным – но что толку? Библиотекаршу наверняка заинтересует мой новый «питомец», с которым я притащусь в библиотеку! Она всего лишь ведьма второго круга, как и большинство рабочих ведьм, поэтому просто так твое присутствие, может, и не учуяла бы. А вот если она обратит на тебя внимание, тогда наверняка распознает, кто ты есть на самом деле… И даже если бы я каким-то чудом смогла пронести тебя мимо Шматропупии, я не умею превращать людей в животных, мне это по рангу не положено!.. Впрочем, я допускаю, что последнее можно решить путем поиска нужной информации в той же библиотеке, – подумав, добавила Сагитта. – Но всё еще остается вопрос тайного проникновения. Не за пазуху же тебя запихивать!
Пока Сагитта выдавала Корди аргумент за аргументом, ей самой, как это ни странно, постепенно стала казаться интересной идея нелегального проникновения в ведьмовские архивы. Будучи от природы наделенной тягой к авантюрам, Сагитта позабавила себя мыслью: «А может, и впрямь попробовать? Если подумать, то даже интересно – выгорит или нет… Но что же с Корди-то сделать, чтобы Шматропупия его не запалила?.. А впрочем, ерунда всё это, не стоит рисковать понапрасну…»
– Мышь, – предложил мальчуган, оторвав ведьмочку от раздумий.
– Что – мышь? – не поняла она.
– Ну, в мышь превратить. Мыши маленькие, в карман помещаются…
Сагитту передернуло.
– Нет, – поспешно забраковала она идею ваннаха. – Библиотекарша наша слегка подслеповата, зато чутье звериное прямо. Учует запросто, особенно мышь – у нее с ними война последний век, так как эти, с ее слов, «серые исчадия ада» жрут книги. – Ведьмочка не стала добавлять, что и сама не питает к мышам особо теплых чувств: ей было стыдно признаться Корди, что она их попросту побаивается. – К тому же в мышь тебя превратить мне будет чересчур сложно, а может, и вообще невозможно.
– Почему?
– Во сколько раз ты больше мыши? По меньшей мере в тысячу, так? Чем больше разница в размерах, тем сложнее выполнить превращение. А поскольку я до сих пор вообще не практиковала это мастерство, то мне гораздо проще будет превратить тебя в кого-нибудь покрупнее… Но в этом случае спрятать тебя вряд ли удастся, и ты непременно привлечешь внимание Шматропупии. Оно нам надо? Так что оставайся здесь и жди моего возвращения.
Корди вздохнул.
– Ну тогда… тогда хотя бы принеси мне каких-нибудь книг из библиотеки!
– Это можно, – благодушно согласилась ведьма. – Поищу что-нибудь и для тебя. А пока, если хочешь, можешь мои книги полистать.
– Давай! – обрадовался мальчуган.
Ведьма прошла в комнату, открыла сундук возле кровати и вытащила оттуда несколько довольно объемистых томов.
– Вот, – она положила книги на столик у окна. – Изучай в свое удовольствие.
Первым подоспел Вьюрк – вспрыгнул на стол и принялся с любопытством обнюхивать книги: видно, узнал в них знакомые предметы. Кун всегда любил пристраиваться рядом, когда хозяин что-нибудь читал. Правда, надолго его не хватало: уж больно непоседливый был у зверька характер.
Корди подошел, с трепетом открыл первый том – в темно-красном сафьяновом переплете, с двумя золотистыми змейками на обложке. И сейчас же восторг его поубавился: со страниц книги на мальчика глядели совершенно незнакомые ему буквы.
– Что-то не так? – усмехнулась ведьма.
– Я не знаю этого языка, – разочарованно протянул сын вождя и досадливо почесал пальцем нос.
– Ну извини, на саккадском у меня книг нет. В библиотеке, думаю, найдутся, а пока довольствуйся тем, что дают. Можешь просто картинки порассматривать – тоже вариант… И прекрати ковырять в носу! Что за привычка дурацкая!..
Оставив Корди пялиться в незнакомые ему письмена, ведьма занялась сборами.
Собственно, никаких особых приготовлений и не требовалось. Сагитта просто отодвинула занавеску на стене между камином и входом в кухню. За занавеской скрывалось зеркало – огромное, в полный человеческий рост. Корди еще вчера узнал о его существовании и долго с восхищением его рассматривал. Ваннахи тоже пользовались зеркалами, но только из отполированной бронзы, да к тому же совсем небольшими. Зеркало же Сагитты представляло собой огромный кусок стекла, закругленный сверху в виде арки, и отражение в нем было настолько настоящим, живым, что у парнишки дух захватывало: казалось, это не отражение, а проход в стене – так и хотелось сунуть туда руку, но пальцы натыкались на холодную преграду, а со стороны чудилось, будто это зеркальный двойник не дает Корди проникнуть внутрь…
Pulsuz fraqment bitdi.