Достав две свои огромные папки с документами, указанными в приглашении на интервью, я положила их на краешек стола со своей стороны. Он приказал убрать, и я, лихорадочно доставая из папки, неудобно расположенной на коленках, ту бумагу, которую он просил, рассыпала всё, что было сложено по порядку.
Всё выражение его лица показывало, что я ему не симпатична, что он превосходит меня и, была бы его воля, он не дал бы мне никакого гражданства, но, к сожалению, ему не за что зацепиться… Не поняв его вопрос, а может, акцент, я переспросила, сказав, что я не поняла, на что он буркнул: «Ты НИЧЕГО не понимаешь!»
Мгновенно взвесив размер оскорбления и возможные последствия моей возмущенной реакции, я глупенько хмыкнула, обозначив реакцию женщины в комической ситуации, и отнесла мысленно его реплику к моему более чистому произношению, что его задевает. Эта утешительная мысль помогла проглотить обиду (впрочем, вся ситуация была и вправду комичной).
Далее офицер прицепился к безупречным бумагам мужа, кстати родившегося, в отличие от самого вопрошающего, в благословенной Америке. Я предложила спросить самого мужа, так как он здесь, в зале ожидания. После грубого «Нет!» и очередного вопроса и моего вторичного предложения пригласить мужа он сказал: «Зови!» Я понеслась, роняя бумаги из папок на пол, к двери наружу, позвала мужа, и мы опять уперлись носом в крепко запертую от просителей свободы дверь.
Стояли мы долго, несколько минут. Я сначала деликатно скреблась, потом стала тихонько постукивать, потом громко стучать… Наконец дверь отворилась, и незнакомый офицер с удивленным лицом уставился на меня с немым вопросом: «Чего надо?» Тут подплыл мой коренастый и произнес: «Это ко мне!» – и мы с мужем последовали в его закуток.
Я засуетилась, убирая папки со второго стула, чтобы муж сел, но грозный прокуратор рявкнул: «Он не будет сидеть!»
Долговязый по сравнению с коренастым, мой сильно немолодой муж стоял перед столом и оправдывался за свои документы, а я, онемев от, мягко говоря, невежливости, суровости происходящего, даже не прислушивалась. И не помню, сидел ли офицер или стоял у своего стола. Когда я потом поинтересовалась у мужа, тот ответил, что офицер сидел перед ним.
Наверное, бывшему неамериканцу хотелось полностью насладиться своим превосходством над интеллигентом, стариком, урожденным американцем, отплатив за унижение в прошлом.
Может быть, мой анализ ошибочен и объяснение неверно, но то, что воспитанием данный человек не блистал, это уж точно!
Отпустив бедолагу-мужа мановением руки, властитель ситуации подождал, пока я с трудом помогла своему спутнику найти выход из тягостного бюрократического лабиринта на волю.
Вернувшись, я стала отвечать на вопросы по истории, государственному устройству своей новой родины. Он задал мне все десять положенных вопросов, формулируя их чуть по-другому, чем это представлено в подготовительных пособиях, но я справилась с девятью легко. На один, не отвеченный впоследствии ни одним американцем или сдававшим этот экзамен, я ответила неверно, назвав другое, тоже малоизвестное имя.
Показала-таки свои знания…
Офицер сунул мне бумагу и велел подписать. На вопрос «что это?» он недовольно проворчал, что я прошла испытание и немедленно иду присягать новой родине в соседнем зале.
Я обрадованно засуетилась, засияла от радости, переспросила для уточнения счастья и удивилась, что ни рукопожатия, ни поздравления, ни улыбки не получила. Он был суров и неприязнен ко мне.
Может, он не любит русских, или мой еврейский нос ему ужасно несимпатичен, промелькнуло в голове. Но счастье уже заливало лицо, шею, грудь и прочие части тела.
Я, как чумная, схватила в охапку рассыпанную тонну бумаги, запихала в сумку и красной пулей вынеслась вон в ожидальный тихий зал. Внутри всё пело и плясало…
Я подлетела к мужу, плюхнулась на стул и, отметив на часах 25 минут до присяги, притихла, не веря в окончание пятнадцатилетней дороги к равноправию с окружающей средой.
Подумав об офицере – неприятный человек с гипертрофированным чувством собственного достоинства, как у людей с комплексами, – я тут же испугалась, обвинив себя в расизме. Спросила мужа – мерило справедливости и толерантности, – свободного от предрассудков, его мнение об офицере, и он сказал: «Холодный, неприятный человек!» – ни словом не обмолвившись об унизительном допросе, учиненном ему, когда он стоял перед этим чиновником, скорее всего недавно бывшим иммигрантом.
Но Бог с ним…
И вдруг в микрофон звучит мое имя и в окне я вижу моего истязателя, к которому я только 5 минут назад старалась почувствовать признательность и подавила в себе неприязнь, объяснив его поведение строгостью процедуры и местонахождения.
«Он передумал!» – мелькнула в голове болезненная молния.
Я медленно пошла к окну, перебирая в голове возможные варианты ситуации – один страшнее другого – и обреченно готовясь к худшему.
Офицер подал мне в окошко мои главные документы (паспорт и социальную карточку), которые он протянул мне перед уходом, а я обронила их на пол в «топоте копыт», даже не заметив. «Пальта не надо!» – пронеслась в голове шутка о широте русской (в анекдоте – грузинской) души.
Взяла документы, поблагодарила его сердечно и тихо побрела к стулу, боясь что-то спугнуть.
Через 10 минут моего остывания от стрессов милейшая черная девочка с кудряшками и метровыми ногтями подозвала меня к окошку, дала какие-то бумажки (я уже плохо соображала) и… поздравила!
Тут я пулей понеслась в туалет звонить на другой конец земного шара дочери с новостью, что я уже сразу иду на присягу, услышала привычное модно-русское: «Во блин! Ничего себе…» и заперлась в кабинке; призадумалась, не найдя туалетной бумаги; нашла, как все практичные русские, выход из экстраординарной ситуации при помощи той же сумки для необитаемого острова и вышла в зал ожидания.
Муж сказал, что мою фамилию произнесли, приглашая в зал присяги, десять минут назад, и я, сбив с ног офицершу на выходе (или входе), не обратив внимания на ее реплику, что я не опоздаю и люди еще подходят туда, заскользила по скользкому полу к заветному знамени.
Человек пятнадцать равнодушно сидели молча и ждали.
Наконец мы хором спели гимн, невнятно подпевая, увидели на экране Буша, с улыбкой произнесшего поздравления в присоединении к нации, и, встав в очередь-цепочку, получили рукопожатия доброжелательного молодого человека (тоже похожего на недавнего иммигранта) и красивые «почетные грамоты» (вместо ожидаемого мной вожделенного синего паспорта, который, оказывается, надо получить на почте).
С поющей ликующей душой и радостно-торжественным мужем я вышла на улицу. Сияло яркое теплое американское солнце.
Меня качало, как пьяную, после трех недель невроза, бессонной ночи, голода и стресса. Муж обнял меня крепко, проходящий господин запечатлел наши освещенные солнцем и счастьем лица на камеру.
Я села за руль с опасением – как бы не провалиться в глубокий сон по дороге домой – и неслась, не чувствуя скорости. Мы ввалились в нашу любимую «Зеленую кухню» – ресторан в нашем же доме, и я, запарковав машину, пока трезвая, и бухнув в час дня шампанского, проглотив сразу завтрак, ланч и обед, доползла до квартиры и провалилась в летаргический сон.
Проснувшись, я понеслась на любимый променад вдоль Гудзона, где даже зимой зеленая трава и цветы, где ходят улыбающиеся собаки и люди. Красавец Нью-Йорк уже зажигал разноцветные глаза-огни, и я чувствовала в себе прошлые реинкарнации – души пилигримов, приехавших за счастьем и свободой в Америку и получивших это.
Господи, благослови Америку, пел внутри голос советской атеистки. Предвкушение радости от получения паспорта чудного синего цвета после полувекового ношения красного, неуважаемого паспортными контролями мира, не обмануло.
Новый синий паспорт как символ WELCOME to everywhere («добро пожаловать всюду»), как чудная книжечка с картинками разных штатов, был зацелован, неоднократно прижат к горячей груди и теперь сияет на дне трюмо на почетном месте, в кожаном чехольчике, в ящичке с самым дорогим.
Он ждет теперь своего часа торжества при очередном путешествии уже без унизительных, дорогих и очень сложных визовых хлопот.
Счастье временами накатывает, как волны возрастных приливов. Вот только вспоминается «Сталкер» Тарковского: а что делать, когда ты достигаешь в трудном движении заветной цели? Куда идти и чего ждать? Главные жизненные вопросы человечества.
Я хочу и прошу Бога о счастье просто наслаждаться жизнью при всей ее хлопотности, неровности, нервозности и сложности.
ЖИТЬ и НАСЛАЖДАТЬСЯ всем, что еще дано: солнцем, травой, музыкой, искусством, вином и едой, телевизором, наконец.
И еще нести радость жизни всем, кто рядом. А дальше? Тишина? Но это не скоро!
Третий штат США, сокращение NJ. Численность населения штата Нью-Джерси в 2022 году – 9 261 699 человек. Столица Нью-Джерси – Трентон, самый большой город штата…
Живя в предместье Нью-Йорка, в чудном Нью-Джерси (каждый штат в США имеет второе название, отражающее его основную характеристику. Нью-Джерси именуется еще Гарден-Стейт, что в переводе означает штат-парк, а лучше сад) я встречала много русских, обосновавшихся в этом прекрасном соседстве с огромным мегаполисом, вредным для проживания из-за многотысячных машинных выхлопов, толп туристов, суетни работающей и торгующей братии, снующей круглосуточно везде, особенно в сердце Нью-Йорка и в общем-то и мира – Манхэттене.
Этот небоскребный рай – или ад, кому что – остров, отделенный от других районов города реками Гудзон и Ист-Ривер.
Штат Нью-Джерси начинается от Манхэттена с другой стороны реки Гудзон (Хадсон Ривер), и его жители, глядясь в воды огромной, наверное, километровой по ширине реки, созерцают профиль острозубья(!) Манхэттена, устье реки, впадающей в Атлантический океан, заселенный маленькими корабликами, парусными и моторными лодочками, грузовыми баржами и огромными океанскими кораблями, включая новый гигантский корабль «Квин Мэри», и оканчивающий остров Манхэттен мостом Веризано Бридж, пропускающим невероятно огромные суда из океана в порт и обратно. Издалека кажется, что огромное круизное судно никак не проползет под мостом. Однако все как-то умещаются.
Здесь, в пятнадцати минутах от Times Square – центра мира, в чистом бризе с океана, с цветами и вечнозелеными (как и бывает в субтропиках) газонами, без городского шума и суеты живет много русских, достаточно обеспеченных для проживания в таком дорогом месте.
Надо сказать, что штат Нью-Джерси имеет протяженность 50 миль (80,5 км) вдоль Атлантического океана и включает в себя не только побережье с великолепными пляжами, порт Элизабет, игорный город Атлантик-Сити, но и горные массивы (это предгорье Аппалачей), леса, лыжные курорты, горные озера с непуганой рыбой, леса с большими черными, не агрессивными медведями, рысями и другими представителями флоры и фауны.
Однажды у меня гостила московская журналистка, и она попросила отвезти меня на одну из университетских радиостанций, где с нею ждали встречи.
На мой вопрос: «Где это?» – она ответила: «У вас рядом – в Нью-Джерси!» и была несказанно удивлена моим смешком и отсутствием желания вести машину, быть может, на протяжении пяти часов в одну сторону и столько же обратно.
Чтобы проехать этот штат с севера на юг, из конца в конец, нужно несколько часов.
Экологически этот штат чист, так как, кроме парфюмерной промышленности, здесь нет другой, вредной. И кругом сады, парки, горы, озера и океан.
Да, да, я влюблена в эти места. Все годы пребывания в Америке я прожила только в этом штате. И в Принстоне, и в горах, и на Гудзоне, напротив середины великолепного Манхэттена.
Жить близко к Нью-Йорку престижно и очень дорого.
И тем не менее русским в ближнем Нью-Джерси уже есть где развернуться.
Есть и русские магазины, где в большом ассортименте русские деликатесы, ДОСТАВАЕМЫЕ, бывало, только в кремлевской кормушке или по блату (кто не помнит – по знакомству), где выбор яств обуславливался полезностью клиента.
Сюда русские привозят всё это. Или делают в Бруклине, наклеивая престижные русские или европейские ярлыки. В умении и фальсификации русские не уступают китайцам.
Есть русские «ДЕДские» сады для дневного пребывания пожилых эмигрантов из бывшего СССР, получающие здесь заботу, уход и материальную помощь, даже не снившуюся бывшим соотечественникам (соплеменникам) в России, Украине и других бывших республиках, а также и коренным американским гражданам. Всё бесплатно!
Для их развлечения приезжают знаменитые русские артисты, журналисты, поэты. Я несколько лет вела в одном из них интеллектуальный клуб (за зарплату) и привозила к нашим соотечественникам – теперь уже американским гражданам с правами, большими, чем у самих граждан страны, – российских знаменитостей с лекциями и выступлениями. Администрация этих «садиков» щедро платит им.
Питание нашим людям доставляют из ресторанов, часто русских. Щедро, вкусно, красиво! Страна – вторая мать эмигрантов – платит.
А наши бывшие граждане иногда еще жалуются, что у меня вызывает возмущение.
Удивительная страна!
Есть русские врачебные кабинеты, даже с хирургией. Правда, русскоязычным врачам надо пройти длинную многоступенчатую дорогу к разрешению (лайсенс) на работу в качестве врача. Здешние эскулапы, в своем большинстве не привыкшие думать, а глядящие в компьютер, заполняют многочисленные формы, обороняясь от возможных судебных разбирательств, что волнует их больше здоровья пациента. Поэтому здесь такие высокие цены на медицинскую помощь и страховки – на случай многотысячных судебных издержек. Здешняя система медицины (правда, офисная) боится конкуренции врачей из зарубежья. Поэтому лайсенс получить сложно.
Зато что касается операционной техники и госпитального уровня – это несравнимо с родной Россией (а может даже, частично и с Кремлевской больницей. Знаю, бывала!). И, что очень важно, послеоперационным уходом.
Как сравнивать каменный век и высший уровень цивилизации. Увлеклась, простите!
Немного цифр
В Нью-Йорке – 64 моста. Численность населения в районах Нью-Йорка: в Бруклине (где живет много русских) – 4 миллиона, на Манхэттене – 1 миллион, в Бронксе – 1,5 миллиона, в Квинсе – 2,5 миллиона жителей.
В Нью-Йорке вывозится 115 тысяч тонн мусора в день. После рокового 11 сентября от «Близнецов» вывезли 500 тысяч тонн и разбирали гору всего разного и человеческих останков.
В Нью-Джерси живет более 9 миллионов человек, наибольшая плотность населения – 467 чел./км2, 1-е место по США; нет нищих, садовый штат; 170 миль побережья Атлантического океана.
Увидела я это знаменитое злачное игорное место в 1994–1995 году, когда прожила в Америке только пару лет.
Слышала много разного об этом городе, но, когда увидела впервые, дух перехватило от невиданной раньше архитектуры, роскошества интерьеров отелей и казино, звона падающих градом монет, усиленного и звучащего повсюду, создающего впечатление золотого дождя в каждом зале для каждого второго счастливца.
Город шика-блеска, не сбывшейся еще, но ожидаемой мечты. И также разочарований, денежных потерь, бурных эмоций.
Несколько приездов я посвятила наблюдению за поведением людей. Многие внешне невозмутимо дергают длинную ручку (позже ее заменили кнопкой, чтобы рука платящего не уставала), некоторые на грани истерики, некоторые пьют, курят (раньше можно было войти в казино и задохнуться. Теперь курение там невозможно). Некоторые падали замертво на выходе. Видела!
Паркинг во всех отелях был бесплатный. Народу толпы. Так называемый средний класс. Как сказал один русский эмигрант, уже оснобившийся в Америке, «рай для уборщиц». На мое эмоциональное «почему?» ответил: «Они пашут всю неделю и приезжают сюда истратить все заработанное, чтобы почувствовать себя хозяевами жизни!» Может, и правда!
Но и много состоятельных бездельников и заядлых (скорее, зависимых) игроков посещают Атлантик-Сити для основательных выигрышей или потерь. Но они не играют в общих залах с однорукими бандитами (автоматами, тупым бездушным злом). У них свои залы, комнаты, клубы привилегированных. Я как-то останавливалась в огромном роскошном номере с русской приятельницей, зять которой столько проиграл в казино, что ему была дана привилегия пожизненно останавливаться на любое количество дней и ночей, не платя ни копейки. Я все пыталась подсчитать, сколько нужно проиграть, чтобы заслужить такое почтение от администрации казино.
Но воспользоваться привилегией ему не удалось. Его посадили. Надолго. Может, после освобождения он еще там попользуется? Если это казино его подождет и не разорится…
Мой прошлый, четвертый, русский муж принимал группы из России, которые ездили якобы на профильные семинары в Америку за счет своих министерств. На деле это были туристические поездки чиновников и членов их семей с обильным бюджетом и интересной программой.
Несколько профильных ознакомительных встреч и посещений объектов включалось. Так что совесть у всех была почти чиста. Всем было хорошо! Но Ельцин это порушил, к сожалению, и мой муж не успел хорошо поживиться. Я помню многих людей из этих групп. Конечно, один из группы был представителем КГБ. Всегда. Иногда и не знали, кто это.
Однажды не могла удержаться от смеха, чем оскорбила одного из таких высоких чиновников во время одного из эпизодов его посещения Атлантик-Сити. Смешно до сих пор. Дело было так.
На променаде вдоль океана между отелями и казино расположено много лавочек с дешевыми товарами. Раньше их были сотни, да и сейчас немало. Продавались в изобилии дешевенькие и нужные товары, предметы одежды и прочая атрибутика, и это очень привлекало туристов.
И когда члены делегаций, состоящих из «высоко посаженных» чиновников, нападали на эти лавки, на людей было страшно смотреть.
Справедливости ради надо сказать, что я сама не скоро выздоровела от этой шопинговой болезни и при своем отсутствии денег тоже испытывала стресс даже в долларовых магазинах, где все по доллару. И много полезного там, между прочим, продается.
И вот один пузатый высокий чиновник впал в неистовство в этих лавочках и накупил несметное количество товаров. Неся гордо два огромнейших пластиковых мешка, достающих до пола, этот грузный человек был неимоверно счастлив – не тяготился ношей и не обращал внимание на окружающих.
А в моем плане было посещение казино «Тадж-Махал». Это было по дороге к парковке, прямо на променаде. Мы заходим внутрь роскошного здания в форме оригинального индийского храма и поднимаемся на эскалаторе. Вокруг тысячи зеркал, отражающие хрусталь невероятных по красоте и величине десятков люстр. Позолота. Скульптуры. И я, глядя сверху на поднимающегося по эскалатору человека с мешками, сравнимыми с объемом его массивного пузатого тела, сдавленными шириной эскалатора, разразилась истерическим смехом. Неожиданно и неуправляемо. Пытаясь сгладить ситуацию, я шутливо предложила ему сделать фото и поместить его как уникальное с подписью «Советский человек в американском казино».
Он сначала заулыбался, но тут же посуровел, поняв издевку картинки.
Я не забуду эту картинку и без фото.
Жизнь такая была у нас в Союзе, что даже при наличии денег ничего не купишь. Народное хозяйство называлось. Да, да, слышу возгласы возмущения и рассказы про обилие сегодняшнее.
Согласна. Только сказала бы, что ситуация ДЛЯ РЯДОВЫХ ГРАЖДАН страны изменилась диаметрально. А цены и сейчас в России за пределами сознания.
И в Америке многое сейчас изменилось. Атлантик-Сити померк, местами позолота слезла, состав приезжих поскромнее.
А я все помню: дорогие магазины, нарядные люди, процветающий игорный бизнес.
После посещения Лас-Вегаса мы перестали восторгаться Атлантик-Сити, но продолжали ездить, чтобы потрогать океан и песок пляжа.
Приезжали без ночевки и маялись с купальниками, переодеванием, песком в трусах и предстоящей трехчасовой ездой домой.
После долголетнего перерыва однажды приехали просто к морю – отдохнуть и подышать морским бризом.
Увидели на окраине когда-то шикарного променада дом – как в гетто. Рядом на улице никого. Многие окна заколочены. Только зияющие дыры дверей. Страшный многоэтажный дом, как будто с привидениями. Обходили его стороной. «Гетто» выглядело мирным, но ходить там было страшно, а вечером и не захочешь мимо пройти. Так и думаешь, что кто-то выскочит и затащит внутрь…
Мы радовались балкону на море, воздуху, безделью.
Но было ясно, что город умирает, казино закрываются. В магазинах продавцы бросаются на зашедших, как клопы на новое мясо.
Цены сильно упали. Народ в большинстве убогий; недаром когда-то давно услышала отзыв об Атлантик-Сити: «рай уборщиц».
На некогда шикарном променаде – нищие. Поразила черная женщина без рук и без ног – некий кошмарный обрубок, – лежащая на высокой больничной каталке. Она играла ЯЗЫКОМ на какой-то клавиатуре.
Страшное сюрреалистическое зрелище.
Основная публика – приезжие пенсионеры (их привлекают очень льготные условия: бесплатный проезд в автобусе плюс какая-то сумма жетонами для игры с «однорукими бандитами»). Много цветного населения, простите за кажущийся расизм. Просто в памяти было много белого…
Неловко рассказывать, но однажды разразился скандал. Автобус с русскими туристами потерпел аварию, и кто-то пострадал. При разбирательстве выяснилось, что эти люди из вышеупомянутых «ДЕДских» садиков приезжали играть на автоматах и им выдавались жетоны на небольшую сумму – «затравочные», чтобы инициировать игру и соответствующий по статистике проигрыш! По идее, эти учреждения для эмигрантов-пенсионеров предусматривают некоторую нетрудоспособность, тяжелые заболевания и инвалидные состояния. На деле наши старые люди, как кони, носятся по казино и имеют деньги на проигрыш. Было некрасиво.
В последний приезд в Атлантик-Сити мы с мужем разместились в Тропикане – роскошном городе-отеле. Внутри гигантского комплекса зданий – настоящие длинные улицы с шикарными магазинчиками (это всё под крышей, но освещение – как на улице днем).
Воплощены все атрибуты тропиков. Пальмы шестиметровой высоты, фонтаны, газоны, цветники.
Но я, как Бурлакова Фрося (помните фильм «Приходите завтра»?), приехала на машине со своими пожитками: сумки пляжные, сумка пластиковая со жрачкой по русской старинной привычке: яйца, огурцы малосольные, копченая колбаска и прочие возлюбленные закусоны к коньяку и водочке – «чтоб у нас было».
Плюс огромная сумка мужа с лекарствами и витаминами. И белье, и пижамы по количеству дней пребывания вне дома.
Валет паркинг5, как бывало, отсутствует. Перли сами, вернее, сама. Стыдновато было.
Но русская жена должна и с конем, и с избой справляться. Денег на шикарный отдых не наблюдалось.
А в отеле-городе, чудными камешками отделанными барами и магазинчиками, ресторанами со столиками всего полным-полно.
На побережье – неприветливый хмурый океан, серая свинцовая вода, но еще теплая. Ветер, песок, люди. Прямо на променаде – концерты для публики. Бесплатно. Довольно известные музыканты-пенсионеры зажигают публику, тоже немолодую.
Характерно непринужденное поведение. Люди свободно танцуют в одиночку и парами прямо перед музыкантами. Налицо их самовыражение.
Публика, как ни странно, в основном мужского рода. Бывшие рокеры? Но и фанатки музыкантов присутствуют.
Все трясутся в такт и горячо принимают, что обычно для американской публики, и всегда искренне.
Днем прямо на променаде пожилые спортсменки дают уроки аэробики пожилым гуляющим, в основном женщинам.
Праздный народ, видимо. В основном пожилые. Может, и игроки, безуспешно надеющиеся разбогатеть.
Но если заночевать здесь для вечерних посиделок, то надо снимать отель. Так что люди там гуляют небедные.
Хотя цены на отели упали катастрофически. В нашем шикарном отеле цены уже не $350, как раньше, а $60. Ничего себе?
Русская пословица «дешево хорошо не бывает» здесь не канает.
Световые движущиеся шоу на стенах зданий потрясали, но народа созерцающего совсем немного!
Публичная уборная прямо на променаде называется красиво: comfort station.
Очень интересен Museum Believe it or Not (музей «Веришь или нет?») Там представлено все незаурядное, часто изумляющее, шокирующее, уродливое. Иногда и не веришь, что это не «разводилово». Но интерес у народа огромный, а билеты стоят недешево. Помните, как в древности – бродячий цирк с уродцами. Такого же плана и эта развлекуха.
Ощущение от нового Атлантик-Сити было грустное. Золото и блеск померкли.
В пятьдесят лет шикарный променад казался бесконечным. В семьдесят – проскочила его мгновенно. Пустой и гулкий. Какой-то заплесневелый.
Запахи дешевой еды и закрытые рестораны.
Какой же «Тадж-Махал» роскошный был! Закрывается. Отель и казино «Шоубоат» закрыт. А какие там были шоу по мотивам старинной Америки!
Магазины, раньше недоступные, шик-блеск-красота, закрыты. Теперь неинтересно.
Денежная помпа сломалась.
Попробовала сделать фото полисменши. Жаль, она заметила, что я снимаю, и перестала ковырять в носу и грызть ногти посреди променада, стоя на широко расставленных ногах.
Зато в это время там проходил конкурс «Мисс Америка», некогда красивейшее, яркое шоу. Теперь тужились из последних сил.
Девочки показывали свои тела в купальниках, а потом таланты (кто поет, кто танцует, кто играет). Потом следовал маленький социально ориентированный спич (маленькая речь, предназначенная показать наличие мозга).
А до того они шли из нашего отеля шеренгой по улице, торопясь на подиум. Разные – высокие и короткие. На каблуках, нарядно одетые и с коронами. Через торс – широкая лента с названием штата, который представляют.
Можно было пощупать (глазами) каждую и пожелать успеха в состязании.
Девочки, лучезарно улыбаясь, благодарили.
Ничего экстраординарного. Некоторые – хорошенькие. Обычные молодые девочки. Даже не потрясающие идеальным телосложением. Невысокие. Наверное, макияж, фотогеничность, спецы от массмедиа и каблуки делают из них американский образец. Стандарт.
Всё и везде «массмедиа»! Они делают и политику, и стандарты, и мораль, определяют вкусы и стиль жизни. Воистину королевская рука.
Езжайте в Атлантик-Сити, пока можете застать былую мощь индустрии обмана и остатки роскоши для небогатых.
Дух уже не захватывает, но зрелище еще есть.
Если вам посчастливится посетить город Нью-Йорк, даже за несколько дней вы можете познакомиться с ним, и ниже маленькая подсказка.
Что можно увидеть в Нью-Йорке за несколько дней
Ferry across Hudson River with panoramic view (паром через Гудзон с обзорным видом) to:
Downtown:
Ground Zero and a new building on the place after Twins Towers.
New Tower with Observation desk. World Trade Center.
Rotonda with natural palms trees inside. Museum of September 11.
Oldest church in NYC (Trinity Church).
Wall Street.
Ferry to Staten Island which passing Statue of Liberty (fantastic view to City) БЕСПЛАТНО, мимо Статуи Свободы.
Chinatown.
Greenwich Village & Coxo.
Midtown:
Times Square, Broadway, Theaters, Metropolitan Opera, Central Park, Saint Patrick Cathedral, Saks Fifth Avenue store, Rockefeller Plaza, Fifth Avenue (with stores), MOM A (Museum of Modern Art), Museum of Natural History, Columbus Circle, Trump Towers, Sony Museum (Where U could have a look to deep of eye, ear, uteri or cosmic space), Plaza Hotel (historical place of NYC).
Uptown:
Metropolitan museum, museum of Guggenheim, Museum of New York, Jewish Museum, Museum of modern design, Frick Collection etc.
And much, much more.
Изложено по-английски, но вы же должны знать, как что называется и что спросить для ориентации.