Так, ладно, хватит ныть. Что теперь со всем этим делать? А ничего, просто использовать. Я понятия не имею, можно ли процесс обратить вспять, и сможет ли организм сам вернуться в прежнее состояние, но вот по крайней мере один явный плюс от данной ситуации я уже вижу. Именно вижу! Я же теперь могу всякие заколдованные или зачарованные (как там правильно я не знаю) вещи определять. Клетку, скорее всего сам ир-Земах зачаровал, потому она и светится. А вот какие он дополнительные свойства ей придал своими чарами, это я без понятия. Но, если меня никаким током при касании не бьёт, то наверное просто добавил прочности материалу. Или сигнализацию какую навесил.
В итоге я решил продолжить тренировку и все свои усилия сосредоточить на прокачке скорости передвижения магической энергии по организму, усилению интенсивности свечения магического «ядра», а попутно тренировать скорость вхождения в транс и силу концентрации, чтобы не выбивало из транса на каждой кочке. Всем этим я прилежно занимался, с перерывами, до самого вечера.
Вечер же ознаменовался значительным событием. На горизонте, прямо по нашему курсу появились объёмные рощи каких-то деревьев. Увидав их, все, начиная от сиватов и измученных долгим походом пленников, до надсмотрщиков и разведчиков, заметно приободрились и прибавили шагу. Вскоре караван приблизился настолько, что стало ясно, откуда здесь взялись все эти деревья. Небольшое овальное озерцо, видимо, питалось ключами на дне, так как в него ничего не впадало, равно как и не вытекало. По берегам озера росли высокие, полные жизни и здоровья деревья, какие уже давно нам не встречались. Колонна, втянувшись в рощицу, вполне отчётливо расслабленно вздохнула разными голосами. Но командиры долго прохлаждаться никому не дали, и после нескольких громких команд, люди начали привычно разбивать лагерь.
Когда все поужинали и уже были готовы отойти ко сну, ир-Земах, выйдя в центр лагеря, поздравил всех с половиной пройдённого пути, объявил на завтра целый день отдыха и сообщил о принятии решения устраивать в дальнейшем помимо обычной днёвки, еще две остановки для кратких передышек в течение дня. Лагерь встретил это объявление радостным одобрительным гулом. Ко мне же в тот день маг так и не пришёл, но прислал с телохранителем ещё бутыль крови. Полбутыли я употребил по назначению, и утомлённый психически своими тренировками, улёгся спать.
Восход Солнца я встретил с одеревеневшей спиной и затёкшей от неудобной позы правой рукой. Лагерь ещё спал, и с учётом того, что сегодняшний день был объявлен выходным, спать все будут ещё долго. У меня же сна уже не было ни в одном глазу, потому я быстренько закончил с утренним моционом, допил кровь из вчерашней бутыли, и теперь, находясь в прекрасном расположении духа, подумывал чем бы заняться. Хотя, принимая в расчёт моё положение, выбор у меня, прямо скажем был не большим. Спина всё ещё побаливала из-за осточертевшей клетки, и я замыслил сделать небольшую разминку, чтобы дать мышцам хоть какую-то нагрузку, а то так пока доедем я вообще ходить разучусь.
Помахав руками и ногами, насколько позволяли кандалы, задумал немного поотжиматься. Надо сказать, что в последний раз я занимался каким-либо спортом ещё в институте, и потому все эти телодвижения для меня являлись чем-то хорошо забытым. В итоге без задних мыслей, приняв соответствующую позу, я сделал хороший толчок руками и… меня подбросило в воздух на полметра от пола, громко лязгнув цепями. От неожиданности я чуть не рухнул лицом в пол, но рефлекторно подставил руки. Хм… Мощный рывочек получился… А если медленно? Аккуратно и не спеша, легко повторил движение. И ещё раз. И ещё. На второй сотне я сбился и мне это порядком надоело, хотя по ощущениям я мог бы продолжать сие занятие ещё долго. Памятуя о своём первом конфузном опыте, принял решение уточнить кое-какие моменты. Сел, прижал руки к груди и, резко выкинув их вперёд, попробовал изобразить что-то похожее на удар обеими кулаками одновременно (сделать тоже самое одной рукой не давали кандалы). Удар вышел не плох (на мой глубоко любительский взгляд), быстрый и резкий. Повторил с таким же результатом. Ощущения показались мне весьма необычными, как будто во время резкого движения в дополнение к мышцам подключался некий механизм, усиливающий и ускоряющий движение. Если делать всё медленно и подконтрольно, такого ощущения не возникало. Очень странно. Не помешало бы провести такую же проверку и с ногами, но подпрыгнуть в клетке у меня не имелось никакой возможности. Что это мог быть за загадочный механизм я не представлял ни в малейшей степени, и решил отложить данный вопрос на потом.
Вспомнив известную пословицу, вещающую о здоровом духе в здоровом теле, я собрался уже было приступить к развитию этого самого духа посредством транса, но оглянувшись по сторонам, заметил караульных, подозрительно посматривающих в мою сторону и нервно тискающих оружие. Ещё несколько недальновидных скорхарцев, отважившихся лечь спать неподалёку от моей клетки, которых я разбудил лязганьем своих цепей, сейчас что-то зло бурча себе под нос, отползали от меня подальше, надеясь перехватить ещё немного сна. Ну, мужики, пардону просим, я к вам в соседи не набивался.
Присев поудобней, выкинул из головы все лишние мысли, выровнял дыхание и начал проваливаться в транс. Вскоре я уже мог отчётливо разглядеть багровое свечение в районе собственного солнечного сплетения…
Проведя полный курс упражнений, который я успел за вчерашний день составить и отработать, чёрт меня дёрнул закончить тренировку очередной попыткой пробиться через блокировку Чёток Отрицания. Результат был предсказуемым. Багровый шар света застрял в горле, перед глазами взорвались звёзды, а меня ошеломлённого выкинуло из транса. Проморгавшись, я потряс головой, пытаясь избавится от звона в ушах, и обнаружил стоящего рядом с клеткой ир-Земаха в компании своих телохранителей, с любопытством взирающего на мои попытки прийти в себя.
– И чем ты занимаешься, позволь тебя спросить? – вежливо поинтересовался он.
– И тебе Доброе утро, Аба, – прокряхтел я, нашаривая бурдюк с водой. – Как спалось?
– Мне очень даже недурственно, – не смутился маг. – А вот ты, по всей видимости, решил поставить на себе какой-то новый эксперимент? Хочу тебе напомнить, что в прошлый раз наш лекарь выволок тебя с самого порога владений Мраны. Не уверен, что он сможет повторить нечто подобное ещё раз.
– Спасибо за напоминание, – отхлебнул я воды. – Я так и не поблагодарил его за это. Может, передашь ему от меня слова признательности?
Я подумал, что не помешало бы в будущем как-нибудь аккуратно выяснить подробности про пантеон местных богов. Анализируя легенды и мифы можно почерпнуть много интересного о культуре народа. Пока мне были известны только имена здешних небожителей: Триг и Мрана.
– Передам, если расскажешь, чем ты сейчас занимался.
– Да чем я могу тут заниматься? – криво усмехнувшись, я указал на пространство внутри клетки. – Спать, есть и цепями греметь. Вот и все мои развлечения.
– Босорг, позволь я тебе кое-что объясню. Чётки Отрицания были созданы специально для того, чтобы лишать магов возможности творить заклинания, путём блокировки магического канала, по которому магическая сила из магического ядра поступает в мозг мага для дальнейшего преобразования в конкретное заклинание посредством создания мыслеобразов. Тут всё понятно? – маг внимательно всмотрелся мне в глаза.
Я, моргнув пару раз, кивнул, поздравляя сам себя с подтверждением собственной теории.
– Отлично! Значит, ты не совсем безнадёжен, – похвалил меня ир-Земах. – В целом, владение магией является врождённой способностью, не обладая которой, невозможно обучиться применению магии, просто по причине отсутствия магического ядра. Само магическое ядро, как и его тип формируется в раннем детстве, исходя из задатков индивидуума и его расовой принадлежности. Отсюда же следует и другой постулат, гласящий о невозможности использования индивидуумом типа магии, не соответствующего типу собственного магического ядра.
Этот умник даже руки за спину заложил и переминался с носка на пятку, будто читал лекцию на кафедре перед студентами.
– При воздействии Чёток Отрицания на организм индивидуума, они сами настраиваются на имеющееся у того магическое ядро и блокируют возможность использования присущего ему типа магии…
– Вопрос! – воскликнул я, поднимая руку вверх, как прилежный ученик. – А может ли индивидуум иметь задатки к нескольким типам магии одновременно, и если да, то как тогда будут себя вести Чётки Отрицания в этом случае?
– Хм… Я смотрю, ты действительно ухватил суть вопроса, – удивился ир-Земах. – Да, такие случаи известны, среди ЛЮДЕЙ, – он специально выделил последнее слово. – Крайне редко встречаются особенно одарённые личности, имеющие предрасположенность к двум типам магии одновременно. Подтверждённых фактов, свидетельствующих о возможности использования одним индивидуумом магии трёх и более типов, не зафиксировано. Что же касается второй части вопроса, то в таком случае на индивидуума необходимо надеть двойной комплект Чёток Отрицания, то есть они будут иметь в своём составе не три жемчужины, как у тебя, а шесть, – Аба не устоял на месте и начал прохаживаться перед моей клеткой взад-вперёд. – Так вот, к чему я затеял весь разговор, если маг настойчиво пытается прорваться сквозь преграду Чёток, то он рискует разорвать магический канал, что неминуемо повлечёт за собой летальный исход.
Я отметил этот факт и, отбросив осторожность, принялся вытягивать из мага всё, что можно, пока на него напала болтливость.
– А почему ты специально выделил людей, когда говорил про двойную предрасположенность? У эльфов или, там вампиров таких случаев зафиксировано не было?
– Не было. Ни у эльфов, ни у гномов, ни у орков, ни тем более, у вампиров, – маг с явно читаемым превосходством посмотрел на меня. – Более того, магия делится не только по типам, но и по расам.
– А…э…а чуть поподробнее можно? – нужно было не позволить ему закрыть рот, и раскручивать его по полной, но информация о существовании ещё и орков с гномами, меня порядком выбила из колеи, хотя в принципе я уже был готов допустить их присутствие в этом мире.
– Можно, – ир-Земах проснулся явно в хорошем расположении духа. – Если коротко и понятно, то вся магия на Анурисе условно делится на шесть основных типов. Четыре стихийных: Воздух, Огонь, Вода, Земля. Плюс Свет и Тьма, ещё их называют, просто Белая и Чёрная. Но кроме того, все расы наделены различными задатками к определённым типам магии. Иными словами, если люди способны овладеть в равной степени любой магией, то, например эльфам, доступна только магия Земли, Воды и Света, гномам – Земли и Огня, оркам – Тьмы и Воздуха, вампирам – Тьмы. Но и это ещё не всё, каждая раса придумывает свои оригинальные заклинания на основе доступной ей магии. Так гномий маг Земли, например, может размягчить гранит, вылепить из него статую и отвердить обратно, а вот его коллега эльф, тоже маг Земли, ничего такого не умеет, зато он точно такую же статую сможет вырастить из обычного дерева. И это создаёт дополнительные разновидности магии: эльфийскую, гномью и орочью. Или другой пример, для любого мага Тьмы средней руки не составляет проблемы поднять драуга, сиречь мертвяка, а вот вампир, – Аба прекратил расхаживать перед клеткой и, остановившись, уставился на меня с иронической ухмылкой, – хоть и самый старый и сильный, не то, что драуга, но даже мышиный труп не оживит. Вся ваша магия заточена на то, чтобы людям мозги заплетать и всякие богопротивные мысли им внушать. А теперь посмотри мне в глаза, Босорг, – он уставился на меня, уже не улыбаясь, – и скажи, что ты всего этого не знал. К чему эти расспросы?
«Всё, соскочил с крючка паршивец», – подумал я, лихорадочно придумывая объяснение.
– Что-то знал, что-то не знал. У нас в лесу, понимаешь ли, Магических Академий как-то не построили, да и вообще не так много возможностей выдавалось посидеть вечерком перед камином с бокальчиком вина, и порассуждать об особенностях и разновидностях орочьей магии, – я состроил оскорблённо-ехидную мину. – Всё моё образование сводилось к тому, как добыть пожрать, да самому на кол не нарваться.
– Ладно-ладно, не прибедняйся, – ир-Земах состряпал рожу не хуже моей. – обидели вампира, загнали в леса дремучие. Кстати, а чего вы в тех краях ошивались вообще? Почему к тёмным на запад не ушли?
«Опа! Какие-то тёмные на западе», – сделал я очередную зарубочку в памяти.
– Отец всегда говорил, что здесь мы сами себе хозяева, а там пришлось бы к мнению остальных прислушиваться, – пожал я плечами, импровизируя на ходу. – Я потом, когда один остался, как раз подумывал туда перебраться. Если бы вы на пару дней позже подошли, меня бы уже не застали.
– Это да, мы удачно подоспели, что ни говори, – согласился ир-Земах. – А тебе вот что-то совсем не везёт по жизни, как я понял, исходя из рассказанной тобой истории.
Я неопределённо хмыкнул, пожав плечами.
– Аба, – сменил я тему, – а правильно я понимаю, что мы приближаемся к пустыне?
– Это ты услышал от кого-то или сам догадался?
– Сам. Природа меняется вокруг, растительность. Жарче становится день ото дня. Ты сам дополнительный отдых в распорядок дня ввёл, значит дальше дорога труднее будет, – перечислил я ему релевантные факты.
– Хм… Ты наблюдателен, умеешь подмечать важное и делать правильные выводы, – маг заинтересованно покачал головой. – Да, ты прав. Через пару дней мы достигнем пустыни Скорфаш, пересечём её и там уже рукой подать до Матарканда. А к чему вообще был твой вопрос?
– Я подумал, почему бы нам не идти ночью, когда не так жарко, а днём пережидать зной на привале? – высказал я свою идею.
– Это была такая неудачная шутка? – ир-Земах прищурился, словно пытаясь угадать, не я ли подсыпал ему соли в чай?
– Почему шутка? Я абсолютно серьёзно спросил. Мне никогда не доводилось ходить по пустыне, но логично было бы предположить, что ночью перемещаться будет проще.
– Мой дорогой необразованный друг, – маг пожевал губами. – Позволь мне задать один маленький вопрос. А как бы ты предложил защититься от всей той нечисти, а возможно и нежити, что выползает ночью из своих укрытий и бродит по пустыне в поисках наивного и глупого мяса?
И видя моё непонимающее выражение лица, продолжил:
– Это вам, вампирам, способности организма позволяют заметить врагов раньше, чем они вас и либо сбежать, либо убить, а нам ночью приходиться очень туго. Смертельно туго. И попробуй только скажи, что тебе и это неизвестно.
– Конечно известно! – возразил я, не моргнув и глазом. – Это любому дурню известно. Просто я думал, что в пустыне с нечистью попроще, чем в лесу.
– Ах да, ты же никогда не ходил по пустыне, как ты сказал, – подозрительность из взгляда мага всё же до конца не исчезла. – Ты обратил внимание на шерстяную бечеву, которой мы окружаем лагерь каждый вечер перед сном?
Я кивнул.
– А не задумывался, зачем она? – и, не ожидая ответа, пояснил: – На неё наложены чары, отпугивающие всяких тварей. Не змей и скорпионов, как ты возможно подумал, а гулей, бхутов, пустынных гоблинов, ламий, драугов, ракшас, сфинксов, чумных кивсяков, список можно продолжать долго. Вся эта магическая погань не любит Светлую магию, наложенную на эту верёвку, причём именно не любит, бечева не является стопроцентной защитой, тварям просто очень некомфортно к ней приближаться. Но если они сильно голодные, то никакая верёвка их не остановит, тут уже держи меч крепче.
– А почему же мы до сих пор никого из них не встретили? – выдавил я из себя, стараясь произнести это как можно более беззаботно, чтобы не выдать собственного изумления и дикого интереса.
– Ну, строго говоря, одну встретили, – усмехнулся маг. – Помнишь свою подружку, которую ты за хвост оттаскал? Мантикора – одна из самых опасных, не сильных, хотя силы у неё дай Триг каждому, а именно опасных. И во многом она славится своей репутацией именно благодаря тому, что слишком злобна и достаточно умна, для того чтобы игнорировать зачарованную верёвку. Вообще, действительно, в степи подвергнуться атаке нечисти довольно непросто. Тут полно более доступной дичи, чем человек. Но даже здесь мы по ночам не шастаем, как ты, несомненно, обратил внимание. А в пустыне нечисти хоть и меньше самой по себе, но и еды для неё там тоже меньше, вот она и лютует. Но, откровенно говоря, Босорг, твои идеи и вопросы вызывают у меня странное чувство. В лесу нечисть по ночам на охоту разве не выползает?
«Чёрт! Да, что же ты подозрительный такой?» – пронеслось у меня в голове.
– Выползает, конечно. Да там и днём можно повстречать много кого, – начал я изворачиваться. – Но я решил, что в других местах может быть и дела обстоят по-другому.
– По-другому, – подтвердил ир-Земах. – Но алгоритм действий такой же, по ночам никто никуда не ходит, а в худшем случае сидит у костра и молится всем богам по очереди о ниспослании защиты. Это разумеется, если разговор идёт о людях, к вампирам, возможно нечисть проявляют больше лояльности, чем к нам. Эльфы, кстати, со своим ночным зрением и остальными обострёнными чувствами тоже в обморок от ночной прогулки не падают.
– Не все, и далеко не всегда, – раздался голос из-за спины мага.
Там стоял Эзарил, опираясь на копьё. Я его приближение видел, но к людям он умудрился даже с раненой ногой подобраться на расстояние метров трёх, а они так ничего и не заподозрили.
Телохранители мага дружно развернулись, хватаясь за сабли, но, увидев кто перед ними стоит, слегка расслабились и руки от оружия убрали. Ир-Земах даже не дёрнулся, хотя я уверен, что он приближения эльфа тоже не заметил. Нервы у мага всё-же были многим на зависть.
– О, Эзарил, а у нас разговор как раз на твою тему, – воскликнул он. – И мнение профессионала нам никак не помешает.
– С добрым утром, Эзарил, – проявил я вежливость. – Как нога?
Эльф посмотрел на меня долгим взглядом, словно размышляя стоит ли со мной вообще разговаривать.
– Благодарю, – всё-таки ответил он, – уже лучше.
– Эзарил, я тут совершенно случайно выяснил, – снова обратил на себя внимание Аба, – что у нашего общего друга Босорга зияют огромные дыры в самых фундаментальных познаниях в монстрологии. Может быть ты согласишься залатать хоть бы некоторые из них? Я бы тебе был очень признателен.
Эльф с каменным выражением лица снова воззрился на меня. Я постарался сделать максимально смущённую физиономию. Нужно было действовать очень осторожно, чтобы не отпугнуть эльфа, ибо его опыт мог бы стать для меня просто бесценным.
– Хорошо, – наконец, озвучил он своё решение. – Мне пока всё равно заняться нечем.
– Вот и отлично, – маг тоже многозначительно посмотрел мне глаза. – А я тогда пойду займусь делами. Ничего без меня сделать не могут, за всем глаз да глаз нужен. И ещё, Босорг, – он повернулся ко мне, – я тебе настойчиво рекомендую прекратить твои эксперименты с магическим ядром, если останешься без башки, новую не отрастишь.
Я ему всячески пообещал обязательно воспользоваться его советом, но как мне показалось, он не очень-то в это поверил. Тем не менее, окликнув свою охрану, маг удалился.
– Прежде чем ты что-нибудь скажешь… Босорг, – эльф с явным трудом произнёс моё имя, – я хочу донести до тебя мысль о том, что ещё месяц назад, мне бы не пришло в голову сидеть и мирно беседовать с вампиром на отвлечённые темы. Слишком много крови пролито между нашими народами.
– Что поделать? – ответил я удручённым голосом. – Жизнь жестока и никто не совершенен в этом мире, но я лелею надежду, что мы всё же могли бы пообщаться как цивилизованные представители своих рас, и хоть на короткое время забыть о древней вражде.
Тем временем к нам приблизился воин, тащивший на спине деревянный бочонок. Приблизившись к эльфу, он скинул бочонок на землю, установил его на попа и, сделав эльфу приглашающий знак, не говоря ни слова, поспешно удалился.
Эзарил, до того не отрывавший глаз от моего лица, перевёл взгляд на бочонок, призадумался ненадолго и решительно уселся на него верхом.
– О чём ты хотел узнать, Босорг? – спросил он коротко.
Мне очень захотелось крикнуть, что обо всём, но я вовремя придержал коней.
– До твоего прихода, мы обсуждали с ир-Земахом степень опасности различных видов нечисти, но раз ты сам выразил желание помочь мне побороть моё невежество, не мог бы ты рассказать о эльфах?
– Что конкретно ты хочешь узнать? – охотник подозрительно сощурился.
– Да брось, Эзарил, я не пытаюсь выведывать у тебя секреты твоего народа, – попытался я снизить недоверие эльфа. – Почти всю жизнь я провёл в отрыве от цивилизации и мне приходилось довольствоваться о вас только слухами и досужими домыслами. У меня просто не было возможности получить правдивую и не окрашенную негативом информацию о вашей расе? Ты первый эльф, которого я вижу лично. Мне интересно всё, что ты посчитаешь возможным мне рассказать, и обещаю не настаивать на том, что ты рассказывать не захочешь.
Эзарил помолчал ещё минуту, вздохнул и начал говорить. Он говорил долго. Иногда он замолкал, и тогда я задавал ему особенно интересующие меня вопросы. Эльф внимательно слушал и продолжал рассказ. Он говорил охотно и с удовольствием, лишь пару раз сославшись на внутренние секреты, и было заметно, как ему непросто даётся ежедневная необходимость постоянно корчить из себя молчаливого, брутального и сурового воина. По-видимому, ему уже давно хотелось с кем-нибудь просто поболтать ни о чём, а среди людей он вынужден был поддерживать репутацию. А вот в разговоре именно со мной он почему-то решил немного приоткрыться. Не знаю почему, я не психолог. Может он посчитал, что я точно так же одинок среди людей, как и он сам, и не буду ни с кем откровенничать о нём. Или надеялся, что мне просто-напросто не долго осталось, и по прибытии меня казнят, например, и я не успею ничего выболтать. Сложно сказать, но проговорили мы с ним часа четыре, и всё это время я старался изо всех сил запомнить, как можно больше из эльфийских откровений. Ибо информация эта была просто фантастическая.
Исходя из его слов, эльфы проживали к северо-востоку отсюда, за Порубежными горами в громадном лесу под названием Эльфиоран. Главной богиней у них считалась Немайниль – богиня лесов и вообще всех растений, а по совместительству – богиня Воды. Формой правления являлась наследственная монархия, а если точнее – матриархат. То есть, руководила ими королева, и помогал ей в этом синклит, состоящий из представителей десяти самых достойных кланов. Ответ на вопрос, почему именно королева, а не король, заставил меня разинуть рот в немом изумлении. Всё дело заключалось в физиологических особенностях их представительниц прекрасного пола. Эльфы (в смысле – мужчины) представляли собой, как я и предположил сразу, истинных хищников, а вот их дам можно было без всякой натяжки назвать строгими вегетарианками. И на этом отличия не заканчивались. Каждая эльфийка на протяжении всей своей жизни находилась в некой симбиотической связи с конкретным деревом определённой породы. В день, когда у эльфийки рождалась девочка, она высаживала семя данного дерева, которое начинало быстро расти и уже через год составляло больше обхвата в толщину. Дополнительно дерево выращивало дупло, в которое помещался годовалый ребёнок. С этих пор жизнь маленькой эльфийки навсегда связывалась с деревом. Разумеется, она не сидела всю жизнь в дупле. Женщины принимали активное участие в жизни общества, занимались наукой, медициной, культурой и образованием молодёжи. То есть имели все возможности приложить свои усилия практически в любой сфере деятельности, с одним ограничением – они не могли сменить место жительства и были вынуждены проводить в своём дереве хотя бы каждую вторую ночь. В случае, если эльфийка по какой-то причине отклонялась от данного порядка вещей, у неё уже на третий-пятый день начинался прогрессирующий упадок сил и далее по нарастающей: нарушение обмена веществ, интоксикация организма, отказ внутренних органов и через две недели она умирала. Через месяц после её смерти засыхало и дерево. Если же первым погибало дерево, не важно по какой причине, то у его хозяйки так же оставались максимум две недели жизни. Без вариантов. Каким образом мог появиться такой странный симбиоз, я не имел ни малейшего понятия, но факт оставался фактом. Видимо имел место какой-то своеобразный взаимообмен биоэнергетикой. А может быть и не только он. Здесь Эзарил в подробности углубляться не стал. Но в этой бочке дёгтя была и ложка мёда – организм эльфийки не старился до тех пор, пока было живо дерево, а деревья данного вида меньше пятисот лет не жили в принципе. Королевские же подвиды легко дотягивали до тысячи и более. При всём, при этом мужчины – эльфы очень редко, когда могли дожить до двухсот лет.
Весьма занятный казус у эльфов вырисовывался и в плане демографии. В процентном соотношении количество женщин относительно мужчин у них было значительно ниже, чем, например, среди людей. И дети у них рождались тоже существенно реже. В итоге вся демография держалась исключительно за счёт женского долголетия. Неудивительно, что у эльфов сложился целый культ женщины и, как следствие полиандрия считалась классической формой брака.
Эльфы имели развитое сельское хозяйство, представленное преимущественно плодово-ягодным садоводством и животноводством, а также обладали весьма высокотехнологичным (для местного уровня) и максимально экологичным производством. В глубинах Эльфиорана скрывалось от посторонних глаз множество мастерских по обработке металла, дерева, кожи, тканей и камня.
Уровень развития науки (особенно в области селекции растительных и животных организмов) и магии (по крайней мере, в некоторых направлениях) считался недостижимым для остальных рас. А произведения эльфийского искусства, в частности живопись, ювелирные изделия, предметы одежды и интерьера стоили баснословных денег.
Наконец Эзарил выдохся и под предлогом необходимости сделать перевязку отправился в свой шатёр. Я ещё раз пожелал ему скорейшего выздоровления и выразил надежду повторить в будущем преинтереснейшую беседу.
Охотник кивнул и ушёл, а мне осталось только сидеть в своей клетке и тихо материться на русском языке из-за невозможности сделать конспект эльфийских откровений. Это же абсолютно неизвестная и чуждая человеку цивилизация, а весь массив данных по ней я вынужден держать в таком ненадёжном хранилище, как человеческая память.
Ещё через пару часов, уложив кое-как в голове новую информацию, я решил продолжить тренировки транса, чем и занимался, с перерывами до самого вечера.
Pulsuz fraqment bitdi.