Они сидели возле дороги и что-то бурно и очень резво обсуждали. Одному было так лет под двадцать. Второй был примерно возраста первого. Среди них был третий. Все звали его Василий. Он в этой компании самый меньший, на взгляд лет четырнадцати.
На улице царила глубокая ночь, луны не было, её затянули тучи. Округа окуталась большим темным мраком. Туман обтягивал в свои белые холодные руки улицы и все закоулки каждого дома.
Ребята сидели под большим фонарным столбом. Дом самого меньшего находился недалеко, в десяти больших шагах от того места, где они сидели. Жил в этом доме он давно со своими родителями.
Василий обсуждал что-то с ребятами вперемешку с разговором, который вырывался из его рта; смех был – очень детский и наивный соответствовал возрасту юноши.
По улице, издалека с Востока к ним шёл какой-то человек. По крайней мере, как они могли разглядеть, шла чья-то тень. С начала это была мрачная фигура, которая по мере приближения к компании, фонарные столбы раскиданные по посёлку, начали освещать черты той фигуры.
Вася выкинул из зубов сигарету, которую только что закурил. Побоялся, что идёт человек и расскажет, что он курит, его родителям. Но так не могло случиться. Смех умолк и все присутствующие приковали свой взгляд к той фигуре, что шла. Дмитрий (самый старший), даже рот открыл… Ведь увидел ужасную картину. Увиденное им могло кого хочешь удивить. Миша (средний из компании, хоть по росту и по голосу казался самый старший) онемел и молча смотрел на идущего.
– Да-а-а,… не может быть… это же я! – говорил чуть не в истерики Васька. – Этого не может быть!
Парни смотрели то на Ваську, то на двигающую возле фонаря личность, ибо лицо полностью освещалось и уже было видно…
По улице шёл он… Василий. Небольшого роста, худощавый, одетый также как и тот, что сидел возле них. Фигура прошла немного, повернулась к компании и открыла свой облик. Перед ними стояла копия друга. Диму это ошарашило. Но тут стоящий Василий, спросил голосом того, что сидел в компании:
– Ну? Чем занимаетесь? Что так бурно обсуждаете? А я-то услышал и думаю, посмотрю, как ты здесь, Вася, – повернул голову к Василию и его компанию, и боги – страшная злобная улыбка образовалась на его лице, он продолжал:
– Не дадите закурить? Знаю, у вас есть…. Ну, дайте, – голос звучал рёвом, переходя в хрип. – Ну, дайте, что вам жалко? – и он протянул к ним свою костлявую и высохшую руку. На ней было отчётливо написано: «Овест Генст Декст», а далее неразборчиво для всей компании. – Вася, словно загипнотизирован, встал и начал подходить к Овесту Генсту (так потом его прозовут).
– Нет, куда ты? – дёрнул за руку Миша.
– Стой, дурак! – крикнул второй товарищ.
– Сюда, моя детка! – прохрипел странник-двойник, – молодец. Иди ко мне. Я же свой, ты это чувствуешь…
Двойник смотрел в глаза и видел душу подростка. Его бездонные и пустые глаза давали понять, что парень в его власти и что тот не будет противиться.
Тут Дима набрался смелости и подойдя ближе – со всей силы отдёрнул друга от его же клона. Начал бежать и волочь за собой своего друга.
Бежали вдаль улицы. И вовсе не додумались забежать в дом Васи, а побежали наоборот – вдаль от него.
Парень сам не понимал, а просто бежал, не понимая ещё полностью происходящего. Его собственный двойник так напугал, что был в полной растерянности.
Отбежав подальше, Дмитрий осмотрелся и понял, что они на другой стороне своей деревни. Здесь ещё не были и не понимал, как они могут пробежать за такое малое время столько вёрст. И где Михаил? Он вроде бы бежал за ними…
– Что это было? – спросил уже пришедший в себя Вася.
– Чертовщина какая-то.
– Да, но куда нам теперь бежать? Что будем делать!?
– Не знаю!
Вокруг было тихо, холодно и темно.
В полумраке на плечо Дмитрия положил кто-то руку.
– А-а-а!!! Пошло вон! – со страху крикнул парень и принялся бежать. Но далеко забежать не успел, стукнулся головой об ветку и потерял сознание.
Проснулся Дмитрий, вокруг него было темно. Голос сверху говорил:
– Успокойся, дурачок. А то снова будешь бежать.
– Кто ты? – болезненно спросил парень.
– Жанна Веркова-Иванщукова.
– Где мой друг?
– Вот, – и указала на Юг, – спит.
Он поднялся и убедился, что так и есть. Перед ним стала девушка с симпатичными чертами лица и длинной косой.
– Что ты здесь делаешь ночью?
– Иду от сестры, лучше ты лежи. А живу в Инкенево.
– Да, но это же через село.
– Ничего страшного, дойду.
– Тебе не страшно? Здесь такое… на той стороне нашей деревни,… такое происходит…
– Слыхала, – заулыбавшись сказала Жанна. – Мне Васька рассказал. Врёте вы, парни. Бред это все!
– Но это было!
– Курить меньше надо!!! – подколола удачно, ибо не могла даже предположить, что такое реально.
– Ни я, ни он не курим.
– Значит, пить меньше надо!
– Но нет.
– Какая ты красивая!
– Слышишь, не переводи тему!
– Нет, и вправду!
– Ну…, спасибо!
– Ты эту местность знаешь?
– Нет!
– Я тоже!
– Я здесь ни разу не бывал!
– Хожу здесь часто, но этой местности я почему-то не видела.
– Почему отпустила тебя сестра такой поздней ночью домой? Что, не могла оставить у себя переночевать?
– Нет её дома! Уехала в город с мужем. Не буду же я спать у неё под дверьми?! Вот и решила вернуться.
– По-ня-тно! Сколько сейчас времени?
– Уже скоро полночь, – ответил издалека Вася
– Это ты, Васёк, или снова клон?
– Нет, дурак, я!
– Слушай, двойник был ни мой, а твой.
– Да, согласен. Что-то у меня чан не варит, я ничего не понимаю.
– Парни, бросьте глупости молоть! Может, пойдём домой? Все-таки вас двое, а так будем домой идти втроём. Однако путь к моему селу через ваше село лежит.
– Ха-ха-ха! – засмеялся Дмитрий. – Ты с нами?
– Без смеха! Вы что, не пионеры? Чему нас учил большой Ленин? А Карл Маркс и Энгельс?! Вы ещё нашли на свою голову верующих во всякую всячину. Я атеистка, комсомолка. И верю только в себя и в свои силы. Пошлите домой! Не ночевать нам здесь. Родители будут переживать.
– Но…
– Хватит этого! Я иду! Вы, парни, идёте!?
– Я иду! Сказал Василий.
– Ну, тогда и я, – поднявшись и отряхнув с себя землю и сухие листья, сказал Дима.
Дорога была их не близкая. Луна им сопутствовала. Парни от каждого шороха шарахались и их дёргало. Но то были либо ежи, то ещё какие-то насекомые.
Было четверть второго как они вышли на горб, с которого вдали виднелся дом Васи и той злополучный единственный фонарь в селе, который горел ярче всех. Но туда ещё идти и идти.
Откуда ни возьмись, налетели серые тучи, забрав с собой луну; укрылась земля снова холодным ночным мраком.
Не смотря на капризы природы, компания шла в полумраке. Ни с того ни с сего, начал падать белый мутный и холодный дождь. Вскоре сменился снегом. Всех идущих обдавало холодом. Невероятно холодный снег, он попадал то за пазуху, то за шею. Безжалостность чувствовалось в нем. Все шли по дороге, прикрывали себе глаза рукой – снег переходил в дождь. К нему ещё присоединился шквал, он больно бил в лицо мокрым снегом, до слез резал глаза. Одежда компании прилипла к их телам, которые так и дрожали. Путь превратился в мучение Иисуса, Христос шёл на Голгофу, а эти трое шли к своим домам. Широкая дорога стала мутно-белой и все вокруг смешивалось в одно цельное.
Дмитрий шёл впереди. Немного позади за ним шли Василий и Жанна.
Вдруг Дима от неожиданности вздрогнул. Ему показалось, что впереди его мелькнуло что-то живое.
– Кто здесь? – спросил он, смотря вперёд.
– Ты кому сказал? – переспросил Вася.
– Что-то мелькнуло, – повторил подросток.
– О, да! Я тоже заметила, – вырвалось из уст девушки.
Холодными и мокрыми руками Дмитрий смахнул с лица снег, вытер слезящиеся глаза и понял, что недалеко от того места, где он стоял он узрел чью-то фигуру. Параллельно движущейся с ним тень вдоль дороги, это заметили Вася с Жанной.
Их ходьба ускорилась они двигались быстро и уверенно. Продлевая сотни метров за несколько минут их скорость удивляла и самих их. Каждый из них не мог понять, как им удаётся так быстро бежать. Но с ними неизвестная фигура то приближалась к ним, то отдалялась от них, теряясь при этом в глубокой тьме. Не было ничего видно, ощущение было будто бы они не приближались к деревне, а наоборот – отдалялись. Но фигура вынырнула снова из снежной мглы. Луна немного выглянула из-за туч и осветила даль. Фигура была мужская, казалось, тень бежала по воздуху.
– О, Боже! Да это Мишка! – Воскликнул, поражённый увиденным Васька. – «Неужто у меня галлюцинации», – подумал он. – Друзья, вы видела то, что и я? – Он обернулся на них посмотреть, но ответ от них не услышал. На интересующий его вопрос ответило выражение лица друзей. Белые мрачные лица выдавали только испуг. Теперь все внимательно наблюдали за видением. Когда мужской фантом оказался совсем близко, на его лице читался то ли испуг, то ли мучительное страдание.
Все стояли как вкопанные. Фантом Миши был ужасен. По нему скользили гадкие и холодные твари. А за его спиной бродили разные отвратительные фигуры, напоминающие существ с потустороннего мира. Они махали руками будто звали троицу идти с ними туда, откуда пришли сами, но откуда нет возврата и теперь, холодное безжизненное существо, что когда-то было земным существом человеческим манило и их за собой.
– Присоединяйтесь, друзья! – зашипело тело.
– Прочь, тварь! Мы тебе не друзья! Отстань от нас. А то ещё хуже тебе будет, – проорал на всю округу парень. Но его крик воссоздал только бесконечное эхо, которое заключалось в единственном слове, которое повторялось: «будет, будет, будет…».
У всех было необратимое желание, как можно скорее бежать. Но как можно бежать, если ноги не слушаются мозга? А мимолётное помрачение затуманило всё.
Но призрак не умолкал:
– Здесь хорошо, присоединяйтесь…
Жанна в истерике кричала:
– Это сон, лишь сон! Быть такого не может то, что я вижу. Всё не существует, то, что я вижу. Лишь страшный сон это.
– Не-е-е-ет, подружка! Действительность. Ха-ха! – Заковыристым смехом раздалось везде. – Я – шутка!? Быть этого не может. Я – действительность!
– Миша, что с тобой случилось? – спросил Васька.
– Ничего случайного! В мире нет случайности, твой двойник пригласил меня быть с ним. Твой двойник – это не твой вообще. Двойник – Судьба зовут его. Он мне дал второй шанс. Жить вечно буду я. Теперь Темень зовут меня. Я душу свою продал вечному покровителю. Дмитрий, вспомни, как мы дружили!? Иди ко мне! Стань моим другом в царстве нового повелителя.
– Но я служу Богу! – воскликнул Дмитрий – Я только ему служу!
– Ха-а-а-а, – сказал умерший Михаил. – Это бред! Когда оно все будет обещанное тебе Богом? Мой бог предлагает править на земле таким, как ты сейчас, а не когда-то потом в будущем.
– Сладко и заманчиво звучит!
– Правда все, – возразил мертвец. – Иди ко мне. Друг! Не бойся, до конца бесконечного мы будем молоды и вечно красивы и никто из человечества не сможет нас в чем-то упрекнуть.
И Дмитрий пошёл к нему. Василий и Жанна хотели хоть как-то остановить их, но, увы, рот не мог произнести и звука.
Подойдя, Михаил сказал: «Клянись мне, так как я есть лицом и представителю нечисти. Поклянись мне, что поклянёшься всему миру зла и докажешь свою преданность. И взамен получишь вечную жизнь!»
– Да, я клянусь. – Дмитрий, присел на колени произнося, сказал клятву верности.
– Вот и хорошо, – вытяну охотничий нож, который ниоткуда образовался в его руке, одним быстрым движением отсек голову Дмитрию. Её бросил к ногам Василия, в то время как с туловища обезглавленного хлестала рекой кровь. А Михаил смялся и сказал:
– Дурак, поверил мне, злу! Захотел стать избранным. Избранным стать нелегко и не все ими становятся.
Он подошёл к телу, что-то прочёл над ним и душа вышла из него. В тот миг – открылась бездна чёрная и поглотила душу его.
Душа пошла в ад – в преисподнюю мучиться на веки вечные.
Присутствие отрезанной головы возле ног парня, заставило с Жанной сдвинуть с места и бежать куда смотрят глаза.
Они бежали, перед ними открылся просторный лес. Где он взялся бегущие и не осознавали. Им было всё равно, лишь бы подальше убежать
Бежит уцелевшая парочка по лесу. Чем дальше в лес – мрачней затягивалось небо над ними. Начался снова дождь со шквальным ветром. Они заблудились. Оглядевшись по сторонам, поняли, что негде им укрыться. И вот перед ними в гуще деревьев открывается вид холма, а на нем старая изба. Не было из чего выбирать и холод заставил зайти в эту старую усадьбу. Уставшие от страшных приключений и сильного утомления в одной из её двух комнат находя себе покой и засыпают.
Снится им двоим сон: будто они лежат в лесу не в чертоге, а на поляне. Она большая, светит над ними большое тёмное солнце. Лежат и не могут понять, как чёрное солнце может светить и греть. Вдали, за поляной, на той стороне, какую они не видят, издаётся какой-то звук. Пронизывающий он. Все пронизывает здесь и там, вдали. За ним слышится зловещий хохот и плач, зов человека. От всего этого мурашки так и бегают по телу. У них, лежащих на лужайке, происходящее вызывает и страх и сострадание к тому человеку, который просит о помощи. Они идут туда, откуда слышится крики. И вот перед ними раскидывается зловещая картина – на еще одном лужке, немного вдали от них, горит пламенеющий и обжигающий костер. Изнутри костра являются всякие страшные существа. Все кажется беспредельно глупой картиной. Сквозь огонь проходит всякая неясная и непонятная тварь – ни то люди, ни то звери. А потом вся эта компания восседает возле костра. Занимая каждый своё место. В беспредельном мраке играет прозрачный оркестр музыкантов с фантомом-дирижёром. Вот дьявольская музыка играет все быстрей и быстрей. От музыки этой восхищение появляется на лицах всех присутствующих. Ведь музыка – напоминание о том доме, из которого они пришли. Страх пронзает Жанну и Василия, мурашки бегают по их коже, холодом обдаёт их тело. Солнце становится ярко-красным, будто свежая, не застывшая кровь – так понимают это присутствующих ребята, начинаются танцы и веселье. Вот они видят лица зла – это уроды, похожие на человека, но не с человеческими лицами. У многих с ртов виднеются длинные резцы как у вампиров. Руки их – волосатые, не живые, холодны, с большим острыми концами. Вместо ног – копыта. От стука ими об землю виднеются искры, как небольшие фейерверки, вспыхивающие то здесь, то там. Из темноты к костру выходит маленький бесёнок с большими ушами, с носом, как у свиньи и рогами, как у козла. И выпихивает к костру человека. Человек в полуобнажённом находится виде. Жертва бесов точь-в-точь похожа на Ваську. Василий и Жанна только молча смотрят, хотят то ли помочь, то ли бежать, но ничего у них не получается – ноги будто в землю вросли. Они могут то и делать, что молча в страхе смотреть за происходящим.
Но вот бесёнок начинает бить жертву, подходит к огню и лицом впихивает человека в огонь и держит… Жертва кричит, его шкура с лица отпадает кусками, с головы волосы обгорают вмиг, а уши обугливаются. Толпа танцующих злых сил от человеческих мук ещё быстрее начинает рычать, кричать и танцевать. Человек в ужасной боли, хочет освободиться от бесёнка, но то существо уверенно и твёрдо держит его. Вой озверевшей нечисти усиливается, присутствующие скалятся, мучают жертву. Скорость невиданного оркестра замедляется.… Слышится звон, оглушительный бой барабана. У костра огонь становится ещё сильней и парень от нехватки кислорода и сильного пламени начинает тише и тише дёргаться. В конце тело остаётся без дыхания. Он умирает. Вся нечисть теперь набросилась на жертву, разодрали его как могли на части, и каждая тварь ухватило то, что успела. Но тут вся нечисть перевела наполненные ненавистью глаза на тех, кто за этим всем наблюдал – парнем и девушкой. Бесятина посмотрел на них и сказал:
– Теперь детки, будем жарить и будем есть вас, детки. Хи-хи-хи, – раздался у него со рта тихий пискливый смех, и он двинулся со всей нечистью на них.
– Не-ее-ет, – закричали ребята… Пробудившись, они увидели, что лежат на каком-то надгробье поросших мхом. Могильная плита была с двух частей. На том камне, на котором они проснулись было что-то написано, но не на русском.
– Как мы здесь оказались, Жанна? Мы же ложились спать в избе! Тебе же тоже приснился дурацкий сон, да?
– И не говори. А то, что с нами произошло, что это было?
– Да чертовщина какая-то! Но то, что было ночью, думаю, было все в действительности…
– Что, выходит… мои друзья, погибли?
– К сожалению, сочувствую тебе, но, увы, это так.
Вдвоём они долго бродили по лесу и в конце пришли домой, так и не поняв, как выбрались из лесу и что всё же произошло.
Былое не вернуть, сегодняшнее не изменить. Эти слова не изменить. А если кому-то удастся это сделать?! И вчерашнее станет сегодняшним, а прошлым можно управлять, как захочешь ты, потому что тебе покорилось вчерашнее и былое…
…Среди мрачно-чёрной мглы, среди беспорядка, на этом фоне как будто из ниоткуда начала появляться таинственная фигура. Двигаясь в пространстве она поглощала возникшую от её появления пустоту. Только показались её движения, как вся присущая нечисть – ахнула. Ведь нечисть была без помощи высших сил, которая их опекает. И вот теперь она идёт.
Вокруг царит мёртвая, как на кладбище, тишина. Но чем ближе подходил царь тьмы, тем сильнее дрожали, как осиновые листья, его подданные. Теперь фигура всевластного, что приближалась к ним, переросла с контуров в нечто серое. Особа приближалась к заседанию и чем ближе она подходила, тем сильней становилась прозрачной. Она и видна и вместе с тем не видна. Несла с собой невиданную чёрную силу. Мела и крошила на своём пути. Комары, мухи, лягушки и все остальные живые существа на которых падала тень прозрачной фигуры – сразу умирали, испарялись вмиг. Тропа, по которой шла фигура, становилась чёрной и неживой.
И поняла вся присущая нечестивая сила, что ошиблась – не князь мрака – это его посланник – судьба и смерть в одном лице (хоть фигура и не имела лица). Знали все присутствующие, что если пришла смерть, это худо им на совете придётся. А если на совещание пришла смерть, значит кого-то из присутствующих лишат жизни. Смерть вошла в костер и открылись врата обжигающего огня. И оттуда вышли в черных рясах парки. Были они богинями человеческих судеб. Было их ровно семь, по числу смертных грехов. Они шли от костра и их длинные плащи напоминали идущих по полу больших крыс с хвостами. Страшный кашель и ворчание стали издавать они, выйдя из огненного пламя.
Плохое предчувствие имеет к ним вся остальная нечисть. Вот из огня выскакивает последняя богиня греха. А за ней выходит, закрывая огненную дверь, двуликая смерть. Огонь сразу затрещал. Искры разлетались на все стороны. Всё снова утихло и было лишь слышно тихое приближение чего-то.
Среди бездонной тишины вдали от костра, во тьме, снова вырастает огромная фигура некого человека в сером, с чёрной, как темнота, накидкой. Он приблизился и все вмиг вокруг взбесились, начали танцевать и приветствовать повелителя – Дьявола. Вся мелкая нечисть танцует, подпрыгивает, орёт и этим славит царя. Кто-то прыгает из тварей через костёр, который уже не так жжёт. Смерть и все семь сестёр поднялись, поклонились повелителю, дав этим знак, что уважают его. Царь махнул рукой и все парки сели.
Вокруг происходит невиданное, все пляшут и радуются. Создаётся целая вакханалия, которая может показаться тяжело умирающему грешнику в агонии.
Пространство вокруг их наполнилось таинственностью. Слышались ахи и вздохи неодушевлённого, деревья и те стали подходить ближе к месту, где шло заседание – совет дьявола.
Вдали слышен бой старинных часов. Больше ста лет оповещают они о том, что полночь. Но…. Произошло невообразимое. Часы в этот раз ударили тринадцать раз. Сейчас, тринадцатый бой оповещал о полуночном заседание нечисти, пятый раз за последние пять лет. В башне, где находятся часы, именно в этом время появляется сторож. Он же и конструктор часов. Больше века нет его в живых. В день совета выпускают создателя часов с того мира для того, чтобы он заставил башенные часы отбивать, именно перед советом, не положенное механике количество ударов. После тринадцатого удара, призрак, исполнив свою работу исчез. Во время ударов, бой часов слышно не на одну округу. И последний роковой удар часов, ничего хорошего людям не сулил.
Вот бой часов прозвучал; и отец тьмы, полководец начал произносить на неизвестном языке, слова и предложения; он говорил голосом, который не с чем и ни с кем не спутаешь и не схожим на язык людей. Ужасней голоса не придумаешь. Все тварь зла пляшет. А он произносит роковые слова, весёлые для окружающих и недобрые для всего человечества. Говорит раз и навсегда, нарушив свои законы, не приходить на землю безошибочно, озвучивает приговор всему человечеству…
– Васька, что с тобой? Проснись, сынок! – Плакал отец, над покрытым ужасом лицом и бездыханным телом своего сына пытаясь разбудить.
– О, Боже! Что с тобой случилось во сне? – Жанна, скорую скорее!
Неотложка приехала быстро, ребёнка увезли в реанимацию. Усилиями медиков его спасти удалось. Он только отделался группой инвалидности. Врачи не могли понять, как у здорового трёхлетнего ребёнка ни с того ни с сего случился сердечный приступ. Было им понятно одно – приступ случился во сне.
«Страшный байка» – так он назвал тот сон, после того, как выздоровел. Больше ничего и никто не сумел расспросить о том сне.
Удивление врачей было большое, и заключалось в том, что инфаркт в его возрасте смог наступить во сне. Сердце остановилось примерно на две минуты, а значит, две минуты головной мозг не получал кислород. И все – медперсонал, родители были рады, что после четырёх дней комы Васька пришёл к памяти и очнулся от сна. Отец с матерью были с ним всегда эти дни, пока тот был в коме.
Родители его отца – Василия, умерли из-за непонятного дорожного происшествия – перевернулась их машина на дороге. Отец Жанны умер от остановки сердца за месяц до рождения внука. А мать Инна Верковна – по непонятным причинам выбросилась из окна собственной квартиры, что находилось на седьмом этаже. Покончила жизнь самоубийством после того, как повесился в лесопарке её отец. Брат двоюродный Василия Иван Звенягин, чтобы как-то сохранить память о их отце, предложил назвать племянника тоже Василием. Так родился, как раз на годовщину смерти отца Василия Звенягина первого, Василий Васильевич младший.
После случившегося во сне ребёнок очень изменился, и не в лучшую сторону. Он стал другим, чужим для всех ребёнком, как для его возраста. До этого случая он немного да и говаривал. И все потому, что во время того проклятого сна он заглянул по ту другую сторону жизни, в мир, не доступный живому человеку, в мир, где только избранные могут побывать и увидеть то, чего в жизни не увидели; в мир он заглянул существующим рядом с нами за небольшим прозрачным барьером. Увиденное во сне Василием – разгадка смысла бытия, где есть ответы на все вопросы. И он ребёнком увидел сенс жизни и тем сделав себя избранным.
При всем желании или нежелании семье пришлось отделиться от толпы, других «обычных» людей. Сами не понимая почему сын не спешил разговаривать как его сверстники.
Васи исполнилось шесть лет. Отец и мать за его молчаливость уже волнуются. Но младший Звенягин все понимал, все происходящее в этом мире, его интересует, но больше хочет познать смысл в том сне. Иногда он отрекается от мира. Он в глазах простых смертных, живущих и окружающих его, которые погружены в свои заботы – вундеркинд, непохожий ни на одного ребёнка своего возраста с их округи. А следовательно считают его безумным. Но все люди и дети, что окружают младшего – близоруки. Они не могут разобраться в том, что творится вокруг них не то, чтобы судить, что делается там в душе ребёнка. Сына не могут понять ни Звенягин – отец, ни Жанна Верковна-Звенягина – мать. Для них он – тайна, закрытая книга и своим маленьким пониманием мира они все не могут это понять. Лишь наивно тыкают наугад, считая, что они вместе с врагами и докторами которые его лечат, попадают, указывая пальцем, считают правдой и верным решением. Не могли понять лучшие психиатры области, которых привозил и возил к ним отец. Мир, в котором он теперь живёт, производит жуткое впечатление. Но он живой человек, к тому же ребёнок – он автор ненаписанной книги. А автор может быть бессмертен. Человек умрёт, а его дух будет жить в книгах, ведь чтение автора перенимается его взгляды. Душа и мысли начинают существовать в человеке, который это прочитал. А душа-часть ожившая в сердцах читателей и читательниц.
Кроме родителей, мальчика из-за его отрешённости, никто не любил. Но судьба изменит его судьбу…
Василий младший начал разговаривать с семи лет, читать тоже научился примерно в том же периоде. За год изменился и стал более коммуникабельным. Пошёл в школу с восьми, позже всех Но в классе ничем не выделялся от одноклассников, которые жили и знали его. Семья Звенягиных переехала из столицы в деревню, где жили его родители. Туда, где они познакомились с Жанной ибо после школы поступил в ВУЗ и перебрался в город, где и обосновался жить.
Pulsuz fraqment bitdi.