© Злобин В.А., 2014
© «ПРОБЕЛ-2000», 2014
Что такое стихи и поэзия?..
Для кого-то – любовь и печаль.
Для кого-то – хожденье по лезвию,
Когда жизни постылой не жаль.
Этим видятся крылья могучие
И полёт высоко над землёй.
Те взволнованы: слёзы горючие
Льются тайно над чьей-то бедой.
Ну а этот, восторгом охваченный,
Суждено ему в бездну упасть.
И останется долг неоплаченный,
И погаснет безумная страсть…
Пусть в душе кутерьма и распутица.
Погоди, не спеши ты к реке.
Всё увидит, поймёт и заступится
Муза мудрая с кружкой в руке.
Разве есть у кого-то сомнение,
Что поэзия – ритмы, стихи –
Человечества сердцебиение,
Где божественны даже грехи?..
Ищу себя я снова в облаках.
Не на земле мой затерялся замок.
Лечу к нему и каждый полустанок,
Что светлый храм в эдемовых садах.
Вам не понять такого состоянья.
Оставьте эти краски для меня.
Без них я не могу прожить и дня,
Да есть ли жизнь, где нет очарованья?
И если даже тленом стану вновь,
Пылинкой кану в сумрачные дали,
Я сохраню земли моей печали
И звёзд высоких чистую любовь.
Влечёт нас тайна вечности бездонной.
В иных мирах, быть может, нам опять
Всё это приведётся созерцать
И сердцем замирать перед Мадонной.
И снова чудесные трели в ночи.
И я отворяю окошко.
Соловушка, милый, меня научи
С тобой полетать хоть немножко.
Известно, дружочек, ты розой пленён.
А там, где любовь, – вдохновенье.
Увы, я любимой дарю только стон –
Несмелой надежды волненье.
Ни ямб, ни хорей не помощники мне,
Мелодию сердце питает.
Беседу веду я с тобой при луне,
И сердце тебе подпевает…
Но струнам моим не хватает огня,
Зовущего в светлые дали.
И кто же, и кто же научит меня
Петь песни – без слёз и печали?..
И снова знакомые трели в ночи.
И я оживаю мгновенно.
Соловушка, друг мой, меня научи
Петь милой, как ты – вдохновенно.
Когда «Песнь песней» Соломона
Слагалась в царственных дворцах,
Превыше Бога и Закона
Любовь восславилась в сердцах.
Не меркнет издревле сценарий:
В любовном трепете уста,
И между спелых полушарий
Как луч, распятие Христа.
И смотрит старец умилённо:
Се – жизнь, и в яви, и в мечте.
Её несёт в себе Мадонна,
И с ней Спаситель на кресте!
Набегает и ласкает
Шаловливая волна.
Уж она-то точно знает:
Я – один и ты – одна.
Позади печаль разлуки,
Впереди – восторг вдвоём.
Я беру тебя на руки
И несу за окоём.
Очарованы пустыней,
Поплывём туда с тобой,
Где у самых крайних линий
Солнце сходится с водой.
Вере Д.
И вновь лечу в Отрадное
К тебе, моя отрада.
Ах, будь она неладная,
Высокая ограда.
Ворота неприступные
Холодные, как скалы.
И стражи неподкупные
И злые, как шакалы.
Но пусть тебя, красавица,
Всё это не тревожит.
Со всем твой рыцарь справится
И путь к тебе проложит.
В палатах белокаменных
Найдёт тебя, родную.
В объятьях нежно-пламенных
Умрёт от поцелуев;
Умрёт, чтобы воскреснуть вновь –
Продлить сердец восторги.
Придумал, верно, бес любовь,
Но любят только боги.
И вновь лечу в Отрадное
К тебе, моя отрада.
Не спрячет ненаглядную
Высокая ограда!
Весною сердце полнится,
Едва тебя увижу.
Рыдается и стонется,
А осень – ближе, ближе.
Восторгом вновь охваченный,
Ищу я новой встречи.
Как дорого оплачены
Те годы, что растрачены…
Осталось лишь на сдачи нам
Разжечь огарок свечи.
1991 г.
«И за борт её бросает…»
Из песни о Стеньке Разине
Помнишь, как мы ворковали в экстазе
(В борт ударяла ревниво волна):
«Милый скажи, ты посмел бы, как Разин?..»
«Что ты, моя дорогая княжна!..»
Мир, как рептилия, однообразен,
Лодку давно не качает волной.
Я уж, наверное, мог бы, как Разин,
Да ведь осталась ты той же княжной!
Когда-то мы не знали лени.
Чтоб погасить ненужный спор,
Я обнимал твои колени
И слушал сладкий приговор.
Когда-то мы не знали скуки.
Едва замечу, ты взгрустнёшь,
Я зацелую твои руки,
И вечер будет так хорош!
Когда-то мы не знали фальши.
Едва случится в нотах сбой,
Мы посылали их подальше
И были вновь сами собой.
Когда-то мы не знали горя.
Купаясь в речке, за мостом,
Встречали утренние зори
В покоях царских под кустом.
Когда-то мы святыми были.
Любовь дарила всюду рай.
Мы сердце в чистоте хранили
И пили счастье через край…
Ты скажешь: почему «когда-то»?..
Упрёк понятен, нету слов.
Коль только время виновато,
Я время повернуть готов!
…Вечный колокол в небе гудит.
Лев Котюков
Я Пылью был космической,
Кометой и Звездой,
Зарядом электрическим
И Камнем и Водой.
Я был зелёной Травкою
И стройным Топольком,
Был крошечной Козявкою
И жертвенным Быком.
Смотрел на мир Цыплёночком
И Соколом летал.
И, наконец, Ребёночком
К груди родной припал.
На Дерево познания
Я устремил свой взгляд,
А там – одни страдания
И нет пути назад.
Зато осанна слышится:
Природы я венец.
А мне так трудно дышится,
Ужели всё – конец?
Ужели солнце ясное
Теперь не для меня
И мне Земля прекрасная
Не передаст огня?
Не мне же ночью лунною
На берегу ручья
Ласкать русалку юную
Под трели соловья.
Не мне терзаться ревностью,
И на судьбу роптать,
И восхищаться древностью,
И плакать, и мечтать…
Нет! Буду, несомненно, я
Вновь Травкой, пить росу.
И через всю Вселенную
Жизнь снова пронесу.
Душа, на миг уснувшая,
Огнём займётся вновь.
И, вспомнив всё минувшее,
Взыграет в жилах кровь.
Над тихою могилою
Я воспарю, как Бог.
И снова встречу милую…
Да, Мир не так уж плох!
В воде играет зайчик.
Саратов за кормой.
Увозит нас трамвайчик
На остров голубой.
И солнышко над нами
Раскинулось костром,
А я в большой панаме,
С лопатой и ведром.
Построю там, на пляже,
Для мамочки дворец.
И папа важно скажет:
Какая молодец!
Но Волга подкрадётся
И смоет всё волной.
А мама рассмеётся:
Пора, дитя, домой.
А мне, ах, так обидно,
Ну, просто нету слов.
Поплакать бы, да стыдно,
Тут столько женихов!..
В воде играет зайчик.
Саратов – вдалеке.
Увозит нас трамвайчик
От сказки на песке.
Е.М.
Смотрю на небо – сам не свой.
В восторге сердце замирает.
Там, рядом с утренней звездой,
Малютка звёздочка играет.
Пусть свет пока не так силён,
Но мне уж видится картина,
Как озарится небосклон
Созвездьем Лена – Ангелина.
3 октября 2013 г.
Согласен, было бы ошибкой
Нам избегать высот земных,
Когда небесною улыбкой
Наш ангел покоряет их.
Ищу спасительного плена,
Повсюду следую за ней.
Она – Сапфо, она – Елена,
А я – Парис, а я – Алкей,
Ромео, Искуситель-Змей…
Пленённый розой соловей
(Ну и хватил же, дуралей!).
Мечтать под старость не грешно,
Но только грустно и смешно!
Помню голос тревожный,
Слёзы в печальных глазах.
Глупый я был, безбожный,
Тот ещё вертопрах.
Сердцем плакала тихо:
«Свидимся ли? Обещай!»
Я улыбнулся лихо:
«Чао, не унывай!..»
То-то било, швыряло
Плот неустроенный мой.
На берегу стояла
С болью ты и мольбой.
Сгинул парус разбитый.
Где ты, мой ласковый май?
Кровью пишу: прости Ты…
Слышу: «поздно, прощай!»
Два имени прекрасных в себе соединя,
Ребёнок сладкогласный, ты радуешь меня.
Едва Ани-Марии заслышу голосок,
Все горести земные слетают, как песок.
«Ау» – по телефону, в ответ: «уа, viva!».. –
Малютку – примадонну приветствует Москва.
Над Волгою метели, вода ушла под лёд.
А в тёплой колыбели красавица поёт:
«Вот солнышко пригреет, весна прогонит лёд,
С Антоном и Андреем ступлю на пароход.
Какие там вопросы? Мне чин от неба дан:
Братишки, вы – матросы, а я – ваш капитан.
По Волге, по широкой, кораблик поведу,
И там, в Москве далёкой, бабуленьку найду.
Скажу ей: баба Вера, такие вот дела:
К тебе я кавалеров, двух братцев привела.
Они – опора наша, защита и броня.
Их молоком и кашей корми, как и меня.
Бабуля нас обнимет и скажет: ну-ка, дед,
Пусть кашка поостынет, а нам подай конфет.
Под «Мишку косолапого» мы молочка попьём,
И песню о Саратове весёлую споём!..»
И вновь по телефону: «Ау»… «Уа» – в ответ.
Малютке – примадонне Саратов шлёт привет!
Саратов – Москва2008 г.
Приехал на дачу – январская стужа!
С охапкой берёзы протиснулся в дом.
И вот уже мир обогрет и разбужен,
И жизнь словно в сказке запела кругом.
В окошке хлопочет настырная муха.
На люстру с восторгом летит мотылёк.
Все рады теплу, только мне – невезуха:
Залёг в спячку зимнюю винный ларёк.
Под ёлкой кружу по скрипучему снегу.
Бранюсь – изо рта вырывается пар.
Вдруг вижу – калитка, штурмую с разбега,
А тут – и Снегурочка, и самовар!
И робость сердец испарилась за чаем.
И нам уже весело и не до сна.
И мы уже времени не замечаем.
И в окна о чём-то нам шепчет луна…
О, зимние дачи – волшебное царство:
Сугробы как тайны на каждом шагу.
Невинные встречи, любовь без коварства,
И строчки романов на белом снегу!
д. Шевлягино, Помосковье
Давай немного помолчим.
Когда слова острее бритвы,
Мы не дадим простора им,
И вспомним тихие молитвы.
Упрёки ложные, поверь,
Наносят раны, что кинжалы.
Не обойтись нам без потерь,
Когда мы холодны, как скалы.
Лишь только нежности порыв,
Той, что мудра и молчалива,
Поможет совершиться диву,
И не скатиться под обрыв.
Давай немного помолчим,
Сердцами вверившись надежде,
И снова трепетно, как прежде,
Друг другу руки подадим.
Босоногое «когда-то» –
На планете голубой.
Помню я сестёр и брата,
Речку, луг и летний зной…
Ах, как были мы богаты
Днями Троицы святой!
Босоногое «когда-то» –
Лучик детства золотой.
От зари и до заката,
Ног не чуя под собой,
Мы гонялись не за златом,
А за сказкой и мечтой.
Босоногое «когда-то» –
С родниковою водой.
Закатилось всё куда-то,
Поросло быльём-травой;
Но всё чаще та утрата
Будоражит сон ночной.
Босоногое «когда-то» –
Самый светлый праздник мой.
Голоса сестёр и брата,
Речка, луг и летний зной –
Я хочу, чтоб до заката
В память Троицы святой
Оставались вы со мной.
Босоногое «когда-то» –
И над каменной плитой
Да звенят слова крылатой
Песни милой и простой:
«Вся земля на Троицу
Травушкой покроется.
И вздохнёт влюблённая,
Солнцем утомлённая…»
Весна –
Без сна.
Всё лето –
Раздета.
А осень –
С вопросом:
Как жить –
Не тужить
Зимой
Не одной?..
Встреча в храме Христа Спасителя
Когда усталый и больной
В господнем храме я молился,
Как будто ангел надо мной
В обличье девичьем склонился.
В руках волшебная струна,
Златые косы, голос звонкий.
Напоминала мне она
Мою далёкую сестрёнку.
Напоминала и меня:
Как жил в горах – худой и бледный,
Но сердце, полное огня,
На всё бросало взгляд победный.
Теперь уж я совсем не тот:
Глаза погасли, кровь остыла.
И сердце ноет, не поёт,
То сердце, что так жизнь любило.
И я готов сойти в приют,
Укрыться каменной плитою.
Пусть птицы надо мной поют
И наслаждаются весною.
Я не жалею ни о чём,
И плакать обо мне не надо.
Я с Верой жил, как Бог: вдвоём,
Под сенью собственного сада.
Из мыслей, слов и чувств мой сад,
Он, словно Космос, бесконечен.
Он – плач, и смех, и звездопад,
Как океан, как небо вечен…
Поёт волшебная струна,
Ласкает сердце голос звонкий.
В моём саду цветёт весна.
Покойно мне мечтать в сторонке.
Pulsuz fraqment bitdi.