Ждущим встречи посвящается
Любовь – над бурей поднятый маяк, Не меркнувший во мраке и тумане. Любовь – звезда, которою моряк
Определяет место в океане.
Уильям Шекспир,
Сонеты
Картина на обложке Карлос де Хаэс
© Влад Ислав, 2019
ISBN 978-5-4474-1719-2
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
…Всё мрачней и ниже тучи опускаются над морем, и поют, и рвутся волны к высоте навстречу грому…
Максим Горький,
«Песня о Буревестнике»
В октябре 191. года на пристани Бракслита, что на Внешних Гебридских островах, шла погрузка небольшого грузового судна «Гесперус», чтобы доставить на острова Фланнан нового смотрителя маяка.
– Ветер усиливается, нужно спешить. Если мы не отправимся сейчас, можем проторчать в Бракслите около недели, – шкиперу «Гесперуса» Харви приходилось срываться на крик, чтобы стоящий в пяти шагах мужчина услышал его в сплошном гуле и вое ветра. – Не передумали? После таинственных событий, произошедших на островах, желающих попасть на них можно пересчитать по пальцам одной руки. И те окажутся газетными писаками.
– Сейчас на маяке есть кто-нибудь? – мужчина поднял воротник черного пальто из дублёной кожи.
Небо стало синим, в некоторых местах чёрным. Сырость усиливала чувство холода. Шкипер посмотрел на темнеющее с неумолимой быстротой небо.
– Никого! Только чайки и ревущий ветер. Опасайтесь ветра! На островах Фланнан он даже скалы не щадит: в прошлый мой рейс один из смотрителей, кажется его звали Джозеф, говорил, что кусок огромной цельной скалы после шторма был сдвинут на метр! Представляете, какая силища? – капитан Харви снова посмотрел на небо. – Не попасться бы в лапы этой буре! Эй, да что вы там возитесь со швартовами так долго? Хотите пойти на корм рыбам? Живее, салаги! – шкипер закручивал кончики усов, глядя на молодых матросов, торопливо отвязывавших канаты.
Наконец, «Гесперус» отчалил от берега навстречу чёрному небу. Харви то и дело всматривался в движение грозных туч, пытаясь определить, насколько сильным будет шторм. Назад он не повернул. Мужчина в чёрном пальто смотрел вперёд, словно выискивая в темноте огонь маяка, который ему только предстояло разжечь.
Чем дальше «Гесперус» отходил от берега, тем сильнее сгущались тучи на небе. Наконец, корабль погрузился в кромешную темноту.
– Вы слышали легенду острова Эйлин Мор? – пытался поддержать разговор с молчаливым попутчиком шкипер.
– О пропавших смотрителях? – невозмутимо ответил мужчина.
– После исчезновения смотрителей прошло слишком мало времени, чтобы эта история стала легендой, – Харви смотрел по направлению курса, – к тому же никто не знает, что с ними случилось. Речь не об этом.
– О чём же тогда? – попутчик развернул карту и что-то искал на ней.
– До строительства маяка на остров заплывали только пастухи, чтобы здесь пасти своих овец, но никогда они не оставались на ночь – всегда покидали остров до наступления темноты, – начал свой рассказ капитан.
– На Гебридских островах слишком суровые шторма, чтобы долго оставаться на острове без укрытия. Это слишком опасно, – мужчина в чёрном пальто вымерял координаты.
– Дослушайте же до конца, – шкиперу «Гесперуса» не понравилось, что одну из его любимых баек прервали на полуслове. – В старину этот остров был населён эльфами, которые терпеть не могли, если какой-нибудь чужак оказывался на нём. Пастухов охватывало чувство тревоги, от чего они боялись оставаться на ночь на острове. А окружавшую остров воду они называли «морем духов».
Мужчина у карты не слушал дальнейший рассказ капитана. Он был занят одному ему известными расчётами и мыслями. Не может быть! Или всё-таки может?
58, 17, 16, 7, 35, 16
Цифры значили ни что иное как 58 градусов 17 минут, 16 секунд северной широты, семь градусов, 35 минут, 16 секунд западной долготы. Координаты сходились на острове Эйлин Мор. Это ещё более укрепило веру мужчины в то, что он на правильном пути.
В свете прожекторов судна можно было разглядеть лишь нескончаемые стрелы ливневого дождя, да волны, некоторые из которых достигали футов пятьдесят, не меньше, в высоту.
– Маяк бы нам сейчас помог! – шкипер «Гесперуса» дал полный вперёд, поворачивая корабль по направлению встречного ветра. – Не беспокойтесь, такие шторма обычное дело в здешних водах.
Огромная волна обрушилась всеми толщами холодной воды на палубу. От резкого толчка в рубке слетели со стола карты и личная кружка шкипера, тут же разбившаяся на мелкие осколки.
– Чёрт бы побрал эти острова! Каждый раз они пытаются отобрать у меня что-то! Надеюсь, на этот раз я обойдусь потерей кружки! В прошлый раз сорвались с тросов спасательные шлюпки! – Харви с усилием удерживал штурвал.
Внезапно дверь рубки распахнулась. На пороге стоял один из матросов, промокший до нитки.
– Сэр, прямо по курсу виден огонь! – матрос, сообщив информацию, тут же ретировался.
Капитан взял бинокль и стал всматриваться в темноту. Ничего не обнаружив, он протянул бинокль Ирвину Фланагану, – именно так звали пассажира «Гесперуса», готовившегося стать новоиспечённым смотрителем маяка на островах Фланнан.
– Мистер Фланаган, я прошу Вас проверить информацию, сказанную этим салагой, лично я ничего не вижу, но необходимо удостовериться. Вам придётся выйти на палубу. Держитесь крепче и наденьте плащ. Первым делом проверьте курс! – шкипер из предосторожности сбавил ход и пристально вглядывался в бушующее море.
Шквальный ветер чуть не сбил Ирвина с ног, но он успел ухватиться за ручку двери рубки. Дождевой плащ спасал от ливня. Впереди бесновались волны.
Когда нос корабля устремился вверх, Фланаган увидел впереди по курсу яркую желтую точку. Он посмотрел в бинокль: нечёткие очертания чего-то тёмного, огромного, неправильной формы, а выше – огонь, проблёскивающий огонь!
«Быть того не может, на маяке никого нет», – Ирвин отвёл бинокль в сторону, чтобы через мгновение снова удостовериться в обратном. На этот раз ему удалось разглядеть очертания скалистых берегов и сам маяк. – «Но почему же он горит? Игра света?» – он поспешил в рубку.
– Впереди острова! Мы идём прямо на них! – Ирвина чуть не сбил с ног всё тот же матрос, ворвавшийся в рубку
– Прямо по курсу Эйлин Мор! – почти одновременно прозвучала исчерпывающая информация для шкипера от матроса и Фланагана, чтобы принять решение незамедлительно взять вправо и дать полный назад.
Судно качало из стороны в сторону, волны поднимались над ним, обрушиваясь на корабль.
– Не налететь бы нам на скалы! – шкипер с усилием удерживал штурвал.
«Гесперус», преодолев огромный гребень волны, шёл по нисходящей с неё. Ветер ослабевал, а с ним и волны. Очертания островов виднелись невооруженным глазом слева по борту.
– Мы на краю бури, – настроение шкипера улучшилось, он снова покручивал кончики усов, – скоро волнение прекратится.
Остров есть. Толчком подземным
Выхвачен у Нереид. Девственник. Еще никем не
Выслежен и не открыт…
Марина Цветаева,
«Острова»
Шторм шёл на спад, небо начало проясняться. «Гесперус» огибал архипелаг из семи островов с западной стороны. На самом большом из островов, представлявшим собой один сплошной скальный массив, виднелось белое тело маяка, который выглядел одиноко в серо-голубом обрамлении воды и неба.
Глазам Ирвина предстал довольно печальный вид: пристань местами была разбита ранее случавшимися здесь штормами.
– Что за строение рядом с маяком? – Фланаган с осторожностью поднялся на пристань, так и норовящую рухнуть в любой момент.
– Часовня. Построена вместе с маяком, – капитан поднялся за ним следом. – В этих местах помощь Всевышнего никогда не помешает, не так ли, господа матросы? Ваша помощь в выгрузке провианта тоже не будет лишней, живее! – Харви повысил голос на команду, которая находилась в двух других лодках с грузом.
– Да, Сэр! – хором ответили матросы.
Проходя мимо голого флагштока, капитан отдал приказ закрепить флаг на нём.
– Великобритании или Шотландии, сэр? – один из бывалых матросов посмотрел на шкипера и не скрывал улыбки, зная ответ своего капитана наперёд.
– Правь, Британия, морями, – Харви осёкся, – но, чёрт меня побери, Андреевскому кресту здесь быть! – капитан ударил кулаком по металлическому поручню пристани, от чего тот прогнулся.
Команда встретила одобрительным ревом распоряжение шкипера. Внезапная сцена шотландского свободолюбия приободрила Ирвина.
Они поднимались вверх по бессчетному количеству каменных ступеней. Вскоре Фланаган и шкипер достигли вымощенной брусчаткой извилистой дорожки, ведущей к маяку, по которой были проложены рельсы для доставки грузов на маяк от берега в небольших вагончиках.
– Вы осмотритесь тут, а я вернусь и ускорю разгрузку ящиков с провиантом и инструментами, ветер усиливается, нам пора возвращаться, – Харви повернул назад к пристани так же неожиданно, как закончился сегодняшний шторм.
Ирвин заключил, что от силы ветра в жизни шкипера многое зависит. Истинные причины стремительного отступления заключались в другом. Фланаган понимал это и разделял его волнения.
Ворота, ведущие к маяку, были заперты на массивный замок. Механизм давно заржавел и не поддавался ключу, полученному Ирвином в Администрации Маяков Шотландии. Потребовалось немало усилий, чтобы при помощи тяжелого камня снести его.
Ощущение пустоты не покидало Фланагана. Пустоты и беспокойства. Свет на маяке в шторм не давал покоя. Ему хотелось подняться на маяк и проверить лампы.
Отперев двери, ведущие в башню маяка, на этот раз замок поддался, он увидел винтовую лестницу. Ирвин стал медленно подниматься по ней. Шаги эхом отдавались в стенах маяка, создавая обманчивое впечатление, что рядом с ним идёт кто-то ещё. Фланаган не стал задерживаться в вахтенной комнате, а сразу же начал подъём по лестнице в фонарное помещение. Крышка входного люка потребовала немалых усилий, чтобы Ирвин смог её открыть. Первым делом он проверил лампы: фитили были не подрезаны, топливо в них отсутствовало.
«Значит, это была игра преломления света, и никто не зажигал огонь на маяке», – груз беспокойных мыслей упал с плеч Фланагана.
Из башни Ирвин направился к домику смотрителя. На крыше нервно поскрипывал флюгер. В тон флюгеру заскрипели открывающиеся входные двери, замок на которых был исправен.
У двери на жерди располагались три дождевых плаща. У окна на столе стояла керосиновая лампа, и лежал весь покрытый пылью вахтенный журнал. Три кровати были заправлены. Фланаган тут же подумал, что две кровати он из помещения удалит для увеличения пространства. Стенной шкаф был отведён под книги. Между книгами небрежно были вложены бумажные свёртки.
«Карты или важные распоряжения Администрации Маяков Шотландии», – Ирвин поправил их.
На кухне царил порядок. Посуда и приборы аккуратно были убраны в кухонный шкаф, три стула заведены под стол.
Фланаган вернулся в жилую комнату. Только сейчас он обратил внимание, что часы на стене отсчитывают время в обратном порядке. Ему стало не по себе, лёгкая дрожь коснулась его тела.
«Неисправность, наверное, что-то с заводным механизмом, шестерёнками. Но как они столько времени идут?» – Ирвин снял часы со стены и положил их циферблатом на стол.
Воздух в помещении был с привкусом пыли. Оказавшись на улице, Фланаган почувствовал себя свободнее. Он направился к двери помещения, где хранятся инструменты. Со старым ржавым замком пришлось разобраться с помощью всё того же увесистого камня.
В помещении было темно. Ирвин зажёг спичку, и свет выхватил из темноты стену с закреплёнными на ней инструментами, металлический стол с ящиками и установленным на него верстаком. Открывать ящики он не стал. Слева от стены с инструментами была сложена довольно сносного качества доска и застеклённые оконные рамы.
На причале заканчивали выгрузку вещей и провианта для смотрителя.
– И что заставило его взяться за эту работу, Сэр? – один из матросов, обращаясь к шкиперу, с трудом поднял из лодки на причал ящик с картофелем.
– Слухами людскими земля полнится, много чего говорят, – на секунду Харви задумался, лично устанавливая шотландский флаг на флагшток.
– Поговаривают, одна молодая особа из здешних краёв, небезразличная Фланагану, бесследно исчезла. Он искал её повсюду… – бывалый матрос не успел сказать, что хотел, как товарищи продолжили за него.
– Выходя замуж, женщины меняют фамилию. Этого Фланаган не учёл в своих поисках? – раздался хохот моряков, находившихся рядом с балагуром.
– Нет, братцы, тут другое дело. Фланаган всю Шотландию объездил… – бывалый матрос снова был прерван балагуром.
– И решил посмотреть, нет ли её на маяке? – моряки снова захохотали.
– Отчаяние привело его сюда, – закончил свою речь бывалый матрос.
– Отставить разговоры! Заканчивай выгрузку! Ветер усиливается, а значит, шторм вернётся! Вы же не хотите, чтобы вас завтра поймали в рыбацкие сети? За работу! – шкипер любовался флагом, реющим на ветру, и был одержим желанием поскорее убраться с этого острова.
Вдали показалась фигура мужчины в чёрном пальто. Фланаган шёл от маяка к причалу. Выгрузка шла полным ходом. Матросы подавали из лодки ящики с провиантом, инструментами, топливом, другие подхватывали их на обветшалом причале, третьи поднимали их по лестнице и складировали их в вагонетки.
Наконец, последний ящик был поднят на берег из лодки. К этому времени Ирвин оказался на причале.
– Мистер Фланаган, матросы помогут Вам доставить всё это, – шкипер обвёл жестом вагонетки, – к маяку. После чего мы отплывём в Бракслит.
Матросы, взяв короба, направились к маяку, а капитан Харви остался на причале. Он раскуривал трубку.
– Сырость отступает, – шкипер продемонстрировал Фланагану курительное устройство. – Вы не курите?
– Нет, мне придётся разжигать устройство сложнее курительной трубки каждую ночь, недостатка в огне не будет, – Ирвин спустился в лодку шкипера.
Он отыскал свой саквояж и вернулся на причал.
– Одно лишь море вокруг! Море приятный собеседник: оно умеет слушать. А если научитесь слышать его, то Вам одиночество не страшно, – Харви смотрел в сторону маяка. – Не стоит придавать значения всему, что Вы слышали об этом месте. Не всё то правда, что люди говорят.
Ирвин молчал, сжимая с силой ручку саквояжа.
– Мне пора отправляться, скоро стемнеет, нужно успеть подготовить маяк к работе, – мужчины обменялись крепким рукопожатием.
– Следующая наша встреча состоится в декабре на этом же причале. В двадцатых числах, если погода позволит. Но если же море будет неспокойно, ждите нас в течение следующих двух недель. Обычно, волнения не длятся дольше, – шкипер отпустил руку Ирвина.
«Что ждёт тебя в этом проклятом самим Морским Дьяволом месте?» – думал шкипер, смотря Фланагану вслед.
Выгрузив короба у ворот маяка, матросы возвращались назад. Никто из них даже из любопытства не выказал желания посетить маяк, имевший в здешних краях крайне сомнительную репутацию.
Сдержанно попрощавшись с шедшим навстречу Ирвином, они поспешили к причалу, где их ждали лодки.
Pulsuz fraqment bitdi.