© Владимир Алексеев, 2023
ISBN 978-5-0059-4503-7
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Священник – тот, к кому приходят люди.
Апостол – тот, кто к людям сам идет.
У каждого свой дар, и горько будет
Его употребить наоборот.
Молитвой созывать под своды храма,
Или входить под чей-то чуждый кров?
Припоминай, чтобы избегнуть срама,
Святое разделение даров.
Словно на лоскутном одеяле —
Карты мира пёстрые куски.
Чем бы нас теперь ни разделяли,
В письмах мы не так уж далеки!
Поздравляю с Рождеством Христовым —
Не рассечь границам Рождество!
По Земле без визы ходит Слово,
Выше и свободнее всего.
Кроме экономик и политик
Есть другое, тоньше и важней.
Есть весна, и каждый малый листик
Радостью и светом полон в ней.
Лето есть с заботой урожая,
Ярок дней осенних хоровод,
А зима, надежды умножая,
Снова дарит праздник – Новый Год.
С Новым Годом! Будто от причала
В плаванье сквозь дни календаря,
Мы уходим, радость улучая,
И ответно радостью даря,
Разный курс по разным водам держим,
Разных рек проходим рукава,
Чтоб вернуться с общею надеждой
К Вифлеемским яслям Рождества.
В Праздник Торжества Православия
Наверное, пришло б на ум: напиться,
Устроить непотребство и дебош,
Когда бы не труды иконописцев:
Усовестят любого, хошь – не хошь…
За дверью – перехожие калики,
И грай ворон, и песни под гармонь,
А в полумраке – образы и лики,
Святой лампадки меркнущий огонь.
Так где-то в прошлом веке (век бесовский!),
Придя однажды в церковь, не в кабак,
И каялся, и падал ниц Высоцкий,
А Влади хохотала: во, дурак!
Остался бард без Бога, вне ограды:
«Друзья» «спасли», из храма увели.
А в храме тлели светлые лампады,
Как звёзды, догорая средь Земли.
По-братски балагуря над обедней,
Вели под ручки шут и острослов,
Был обращён напрасно взор последний
На золото сусальных куполов…
И вновь была трагедия: напиться,
Устроить жизнь, чтоб было «всё не так!»
Когда б в его друзьях – иконописцы,
А не актёр, не комик, не пошляк…
С искусной кистью в мастерской, левкасы
То линией, то краскою даря,
Поэту уделите четверть часа,
Когда поэт стоит у алтаря.
В словесной пустоте не дайте скиснуть,
Гулять и пить с шутами заодно;
Ведь вам дано, друзья-иконописцы,
В небесный рай распахивать окно.
Где дым кадильный прихотливо соткан,
Где лики над душой имеют власть,
Быть может вновь придёт другой Высоцкий
Покаяться, одуматься, припасть…
И пусть влечёт к иной утехе Влади,
Глумливо, иностранно, со смешком,
Поэта вразумите, жизни ради,
Иконы Православной языком!
Мы праздны в помыслах – ну что же!
Ты – Вечность, мы – слепые дни.
Глубокомысленность ничтожеств
Нам в преступленье не вмени.
Нас оплетают лжи и сплетни
Насквозь кореньями эпох.
Враги у нас тысячелетни,
А мы – веков короткий вздох.
Нам оправдаться будет нечем,
Ни песни в нас, ни слова нет.
Но Ты столь благ, насколько вечен,
И нам, безгласным, даришь свет.
Как огонёк в стеклянной лампе
В нас брезжит Духа благодать,
К божественной склоняя ласке —
Не взять у ближних, но отдать.
И там, где сердце ищет строки,
Чтоб объяснить себя иным,
Каким бы горьким и жестоким
Отечества ни стлался дым,
Убогий быт пути земного —
Сильней всего, верней всего —
Порой пронизывает Слово
Лучами света Твоего.
Pulsuz fraqment bitdi.