© Владимир Балтунов, 2015
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero.ru
Здравствуй, дорогой обманщик. Человек образованный, остроумный, прошедший журналистскую школу. Я тебя знаю. Потому что я такой же.
Есть политтехнологи и посерьезней меня, книги их толще, набиты терминами, сложными разъяснениями. Но чего я там не находил, так это простого человеческого отношения. Взгляда пчелы на васильковое поле, песчинки на Эльбрус, солдата на войну. В общем, мне их труды непонятны. Может, в силу моей врожденной торопливости.
Поэтому без политической риторики расскажу историю об одной из выборных кампаний.
Есть в каждой из них нечто общее. Схожесть целей кампаний компенсируется их наполнением. Согласитесь, есть разница, налит в стакане чай или портвейн. Так и здесь. В некоторых присутствует драйв, и они напоминают дешевые шпионские детективы, другие текут лениво, словно река поздней осенью. В каждой живет ум и здоровый цинизм, глупость и неоправданная жестокость.
Вот и пример назрел. На одной из выборных кампаний в Ханты-Мансийском округе мы использовали болезнь в продвижении кандидата.
В таежных деревнях разразилась цинга. Потеря витаминов сразу сказалась на здоровье жителей отдаленных национальных деревень – хантах. Тут и зубы выпадают, и кожа сохнет. Напасть югорская.
Пиарщики избирательного штаба главы района (тогда я смотрел на них как на олимпийских богов) купили несколько десятков мешков с луком. Этот овощ, дорогой мой обманщик, содержит витамина С больше, чем лимон.
Мы всю ночь пришивали к мешкам таблички с именем кандидата. Дальше дело техники – раздача груза из вертолета жителям деревень. Вот так овощи помогли собрать урожай процентов. Даже водка выглядит банальщиной из девяностых. Хотя тоже может считаться подкупом.
Если ты после этой истории думаешь о вселенском выборном зле – ошибаешься.
Потому что каждое утро, ровно в 7.00, у штаба выстраивалась очередь из бабушек. Они по одной заходили в контору, и через 5 минут выходили. Шумно разбредались по городу. У них был ценный груз – слухи. Да-да. Им платили по 500—1000 рублей в день. За это они стояли в очередях и говорили нужное о нужном кандидате.
Вот это, дорогой обманщик, настоящий цинизм, или пиар, кому как угодно. Постепенно привыкаешь к любому названию.
В России пока слишком слабо представлены профессиональные сообщества политтехнологов. Впрочем, даже раскрученным компаниям требуется рабочая сила. Те, кто будут писать, сочинять, снимать, раздавать. Вся та братия, от которой в конечном итоге зависит, что будет думать избиратель. В основном роль винтиков в политическом механизме приписывается волонтерам, фрилансерам, отставным и действующим журналистам и другим творческим личностям. Их собирают через знакомых-знакомых. Рекрутируют на местных телеканалах, прочесывают газетные редакции, рекомендуют друг другу, стоя на мягких ковровых дорожках областных парламентов.
Если повезет, то журналист (или другая творческая личность) вливается в постоянную выборную команду под крылом влиятельного технолога. Но это редкость. В основном телефонные звонки раздаются за полгода (иногда и за месяца три) до начала политического аттракциона.
Дальше пунктиром: узнаешь географию (а она обширна, как наша необъятная родина), зарплату, объем работы… и садишься в машину.
Всегда приходится ехать…
Даже выборы начинаются с чайника.
– Держите крышку! А то не закипит… – заспанная женщина на ресепшн перебирала коллекцию старых электрических чайников. Нам достался синий с розовой крышкой. Происхождение предметов разнилось.
Мы ехали целый день, и нижняя часть спины протестовала против сидения и даже полусидения. Я стоял с удовольствием. А стоял я в Перми. Еще на одной придорожной стоянке. Таких по дорогам России рассыпано бисером.
Женщина уверила, что блохи нас не потревожат. А вот про стыковочную железнодорожную станцию скромно умолчала. И поэтому всю ночь я слушал, как вагоны встречаются и расстаются. И с жалобным визгом отпускает их локомотив.
Именно под жар батареи и стук колес родилось:
«Если бы доброта была вирусной инфекцией, которая передается воздушно-капельным путем – чихать бы я на всех хотел».
Ты можешь спросить, дорогой обманщик, зачем тебе эта чепуха. Потому что именно из нее, словно из мозаики, складывается жизнь.
Человек, что говорит, о России восхищено, явно давно не пересекал страну на машине. Ладно. Сибирь. Там глаз может отдохнуть на далях, тех самых, которыми так гордятся живописцы. Но вот ты задеваешь головой облака уральских гор. Они, развалившись, наблюдают, как ты скользишь сквозь заснеженные плечи сосен.
И потом от города к городу машина летит по коридору из разношерстных лесов. Коридор за коридором.
В фургоне нас двое. Мой спутник – эксцентричный режиссер. Человек настолько же сильный, насколько и апатичный. Андрей может жить в одной крайности, будучи одной ногой в другой.
В кузове стеклянно звенят камеры. Оружейным звуком побрякивают штативы, различные фото- и видеодевайсы. Опыт научил все свое возить с собой.
Pulsuz fraqment bitdi.