– По-видимому, – заговорил «Умник», – «Возлюби ближнего твоего, как самого себя» (от Матфея).
Леонид задумался. Пожалуй, действительно, это универсальный закон природы. Именно его раскрытие позволит выработать критерии, по которым можно оценивать события.
– А если, – он снова обратился к «Умнику», – проанализировать с этой точки зрения все религии мира?
– Выполнено, – опять заговорил «Умник». – Ранее найденное утверждение является определяющим, в той или иной мере, и в других религиях.
Леонид вышел из диалога с «Умником» и поднялся с кресла, сняв виртуальный шлем. На сегодня хватит. Есть над чем подумать.
На выходе его уже ждал дрон. Он пыхнул фиолетовым и медленно полетел по коридору. Выход был совершенно в другом месте, как вариант одностороннего движения. Опять лифт с подъемом наверх, и Леонид оказался в фойе информатория. Там его уже ждали. Натан Исаевич пил кофе. В фойе был уютный кафетерий.
– О, Леонид Абрамович, а я на вас заказал кофе мокко с сахаром, как вы любите. Вот его уже вам подают.
Действительно, служащая кафе поставила на стол, за которым сидел Натан Исаевич, ещё одну чашку кофе.
– Берите, берите – я сам люблю горячий. Уделите пару минут, пока будете пить кофе.
Это выглядело забавно. Толстячок обращался к нему как к старому знакомому, а то и хорошему товарищу.
– Знаете, я сяду и выпью кофе. Хоть это выглядит ирреально.
– Что именно?
– Например, как вы здесь оказались? Откуда узнали, когда я выйду, чтобы подали кофе на столик без задержки? Вы же пришли сюда для встречи со мной, потому что вряд ли оказались здесь случайно.
– Отвечаю, – Натан Исаевич отхлебнул глоток, – пришел, чтобы встретиться с вами. Все остальное – дело техники.
– И что же вас интересует в этот раз? – Леонид попробовал кофе. – Он был вкусным, именно таким, как он любил.
– Над чем вы сегодня работали?
– Вы же все знаете, вот и расскажите мне, над чем я сегодня работал.
– Сбой программы, – как-то туманно сказал Натан Исаевич.
– То есть вы не скажете?
– Нет.
– Тогда и говорить не о чем, – Натан Исаевич начал подниматься.
– Что хотели-то? – Леонид поблагодарил и за кофе. – Кофе то, что надо.
– Увидеться хотел. Вы, похоже, не вняли нашему предостережению?
– И не собираюсь.
– Ладно, это ваш выбор. Всего доброго. До новых встреч. – Натан Исаевич поднялся и скрылся за дверью.
В принципе Леонид допускал, что любого человека можно отследить по его взаимодействию со средой. Например, через коммуникатор, карту, выход в интернет или другое. Но как отследить в онлайн-режиме, что он вышел из информатория, заказать кофе? Он сказал что-то о сбое программы. Значит, эти ребята не всесильны. Как ни странно, эта мысль его несколько успокоила. Они не знали, чем мы интересовались сегодня. Почему для них это важно? На вопросы пока не было ответов.
Автомобиль, как верный пес, ждал его на стоянке. Он автоматически сел на сиденье, дверца закрылась, а он задумался. «Если допустить, что этическая константа существует и мы хотим выработать некоторые критерии её оценки, следовательно, есть и количественные характеристики этой величины. Что они должны характеризовать? Количественные характеристики добра и зла? Как отличить большое добро от малого и большое зло от малого зла? Как эти изменения в социуме количественно отражаются на природе?
Например, война между Советским Союзом и Германией в 1941- 1945 годах – огромное зло, погибло большое количество людей с обеих сторон. Как на это зло отреагировала природа? Голод, неурожай, наводнения и землетрясения – все это было. Каковы последствия этих событий – как текущие, так и отдаленные? Нужна статистика. Но, несомненно, этическая константа должна быть прямо пропорциональна количеству позитивных событий в обществе и обратно пропорциональна количеству негативных. Так же эта константа должна быть связана с количеством происшествий на планете Земля и в ближнем космосе, а также с количеством спокойных дней. Как объединить это в единое целое?»
У Леонида было много знакомых в научных кругах. Поэтому он решил встретиться (после получения всего пакета событий, подбором которых занимался Андрей) с математиком – Гереем Александром Александровичем. Александр работал в Московском институте математики. Он был математиком увлеченным и фанатичным. О таких говорили, что им кроме науки – ничего не надо.
Леонид работал с ним по расчетам моделей внутриядерного взаимодействия частиц, по основной работе. Он видел его возможности. Любому высказыванию Александр мог придать вид математической задачи, решить её и даже предложить варианты.
– Ладно, – очнулся от своих размышлений Леонид, – поехали к Насте. В фитнес-центр. Автомобиль ожил и стал выбираться с парковки на основную магистраль.
– Набери Настю.
– После третьего гудка, Настя подняла трубку.
– Привет, Леонид!
– Я еду к тебе, хочется где-нибудь поесть.
– Да, приезжай. Я уже освободилась. Буду тебя ждать.
После этих слов Леониду показалось, что автомобиль как послушная лошадь, почувствовавшая настроение хозяина, прибавил ходу.
Настя никогда не заставляла Леонида ждать. Когда автомобиль подъехал к фитнесу – она своей фирменной, энергичной походкой уже подходила к нему.
– Привет, Леонид! Куда поедем? – Настя изящно присела на второе сиденье.
– А предлагаю в центральную парковую зону. Там дорожки, природа, водоемы – утки плавают. Давай погуляем, да и кафешки там имеются.
– Поехали. Я давно не была на природе. – Она посмотрела на Леонида.
– Заработался?
– Ну да, был в информатории. Хотел помочь Андрею, да он вроде справляется. Хотя и сам поразмышлял, поработал.
– «В центральный парк», – Леонид дал команду компьютеру, и машина, плавно развернувшись, выскочила из двора на автомагистраль.
– Куда копаете, углубляетесь, туннелируете? – Настя, улыбаясь, взглянула на Леонида.
– Пытаемся перевести чувства в числа. Просчитать гармонию природы, её законы, алгеброй.
– В первоисточнике: «проверить алгеброй гармонию» – это Пушкин А.С.
– Знаешь, сегодня просматривала новости. Обратила внимание на Америку. На её территорию идет непрерывный поток торнадо, бурь, ураганов – они приносят огромные убытки американцам. А ежегодные пожары, а вулкан в Йеллоустоне, который может жахнуть так, что никому мало не покажется.
– Знаешь, Настя, это интересно и показательно. Что Америка делает со своей землей, землёй своих соседей, и что она делает в мире. Они изрыли землю скважинами для добычи сланцевой нефти: после прекращения добычи – земля много лет будет восстанавливаться. Войны и насаждение проамериканских режимов, жизнь в долг у всего мира. Несомненно, природа будет отвечать на их целеустремления.
– Да, америкосы и правда что-то делают не так. Они не хотят жить с природой в ладу.
– Ты права, Настя. Но, в первую очередь, они раскачивают планетарный социум, а природа отвечает компенсаторно на эти воздействия. Причем этот ответ формируется не только в природе земли, но и в природе социума. Возникновение государства ИГИЛ было ответом на унижение и порабощение мусульманского народа американцами.
– Мне кажется, – вновь заговорила Настя, – что Америка – показательный полигон для отработки теоретических посылов твоего друга Андрея.
– Да, согласен.
Их автомобиль припарковался на стоянке у центрального парка Москвы. Осеннее солнце ещё было в силе.
Как-то незаметно для себя, они, выйдя из машины, взялись за руки и неторопливо зашагали по центральной алее парка.
– Кстати, у папы появились новые, прикладные направления его идей.
– Ты о механизмах памяти? – Отвлекся от созерцания природы Леонид.
– Да. Один умник на основе его идей предлагает создать оружие, которое может блокировать «кванты» памяти, выбивать их и, возможно даже, принудительно помещать «кванты» привнесенные, в голову реципиента.
– Интересно. Это тебе папа все рассказывает?
– Нет. Но я слышу его беседы по телефону и при личных встречах. Ты же знаешь, я быстро ухватываю суть.
– Знаю. Но предварительно хочу сказать. Если идеи твоего отца имеют право быть, то работа над таким оружием должна быть совершенно секретной.
– Так оно и есть. Папе дали военного телохранителя, который везде его сопровождает.
– Интересно. А вот и утки, – Леонид увидел на пруду плавающих уток.
Было красиво и спокойно. Слабый ветер создавал рябь на воде, плавали утки, поглядывая на людей, ожидая от них лакомства, пахло тиной. Рядом стояла белокурая подруга, щурясь от осеннего солнца.
– Красиво, я люблю осень. Хотя в этом не оригинальна. Где-то я читала, что большинству населения земли нравится лето.
– Такую статистику, наверное, сделали американцы.
– Да, наверное. Они любят исследовать все подряд.
Пруд тянулся вдоль пешеходной дорожки. Леонид с Настей шагали и любовались водной гладью и водоплавающими. Кроме уток, там были лебеди, которые своей грацией привлекали особое внимание.
Когда они углубились по одной из аллей в парковую зону, в пруду вдруг вздыбилась вода, и из нее стала формироваться фигура человека.
– Что это?
– Вижу, – Леонид с удивлением смотрел на пруд. У берега уже из воды получился сформировавшийся человек знакомых очертаний. Он смотрел на Леонида и приветливо махал ему рукой.
– Натан Исаевич?!– он узнал его.
Это был Натан Исаевич. Хоть фигура из воды вся струилась и отсвечивала радугой, она сохраняла форму.
– О, Леонид, – весело вскричал Натан Исаевич, – мы все-таки узнали, чем вы интересовались в информатории!
– И что?
– А то. Это нас настораживает. Может, вы все-таки свернете исследования?
– Нет, я вам уже говорил.
– Жалко, молодой человек. Вы мне нравитесь, но служба есть служба.
Он вдруг нагнулся к поверхности, вода заструилась, и в руке у Натана Исаевича появилось водяное копье, которое он тут же метнул в Леонида.
Все это было похоже на какой-то виртуальный фильм, лишь Настя, увидев летящее копье, толкнула Леонида в сторону. Копье с бульканьем пролетело мимо и врезалось в дерево, сделав в нем заметное отверстие и стекло по стволу. Фигура Натана Исаевича тоже потеряла форму, и через мгновение о нем напоминала только неспокойная вода.
– Не ушибся? – Настя подбежала к лежащему на газоне Леониду и подала ему руку.
– Да нет, не ушибся. Ты молодец, среагировала, – он поднялся на ноги.
– Ты понимаешь, что произошло? Это нечто! Они хотели меня убить. Что это за технологии с водой? На земле нет таких технологий, или я чего-то не знаю.
– Может, нужно обратиться в полицию?
– Я уже обратился к своему другу Славе Михееву. Он обещал собрать инфу о Натане Исаевиче.
– Мне кажется, некто в лице Натана Исаевича тебя пугает. В противном случае, имея такие возможности, они бы уже что-нибудь придумали.
– Ты права. Но прогулку нам испортили.
Они повернули к выходу из парка. Перед уходом ещё раз осмотрели дерево, куда попало водяное копье. Там было десятисантиметровое по глубине и трехсантиметровое в диаметре отверстие со смятой древесиной ствола.
– Нам не показалось, – Леонид просунул палец в отверстие.
– В момент удара вода обрела твердость металла. У нас точно нет таких технологий.
– Знаешь, – заговорила Настя, – видимо, вы с Андреем зацепили пласт вопросов, на которые кто-то не хочет, чтобы вы получили ответы.
– Неужели вопросы этики имеют такое важное значение для Вселенной?
– Видимо, имеют, раз все так закрутилось.
Они сели в машину, и Леонид дал команду «домой». Настя промолчала, она своим женским чутьем понимала, что Леониду нужно ещё дать высказаться. Поэтому не торопилась с ним расставаться.
***
Трое господ сидели на яхте и пили охлажденные напитки: двое – виски, а Натан Исаевич пил виноградный сок. Яхта стояла на якоре недалеко от Ялты. Черноморская осень была больше похожа на лето. Дул теплый ветер, и волны неторопливо бежали навстречу корпусу яхты и разбивались с тихим шелестом.
– Мне кажется, сегодняшняя демонстрация была лишней, – заговорил Натан Исаевич.
– Я давно обратил внимание на этого парня. Его нельзя устранять, нужно только изменить вектор интереса, и он расширит горизонты познания человечества в нужном нам направлении. Кроме того, мы сегодня сильно засветились, забыв о конспирации.
– Да, – заговорил другой, – ты прав и не прав, Натан Исаевич. Прав в том, что, наверное, устранять не надо, и последняя демонстрация лишняя. Но если мы оставим все без изменения, то наш прогноз развития тоже ясен. Если они решат основное уравнение Вселенной или основной закон раньше времени, то уйдет ли мир в хаос, уже по другой причине?
Константин Петрович Шарогородский – видный социолог, изучающий в рамках российского института социологии закономерности развития общества, (а это был он), – продолжил:
– Нужно соблюсти баланс между раскачиванием мира и скатыванием его к катастрофе и разрушению, с необходимым прохождением стадий развития общества. И возможно их открытие сократит количество стадий, и человеческое общество не созреет для принятия новой концепции жизни. В той модели, которую мы прокрутили, такая вероятность есть.
– Может, все-таки устранить и дело с концом? – в разговор вступил третий собеседник.
По выправке было видно, что человек военный. Это был Глеб Георгиевич Рашенбаум, бывший заместитель командующего Черноморского флота. Сейчас он полностью сосредоточился на решении вопросов Организации.
– Глеб Георгиевич, это самый простой вариант, который вы всегда предлагаете, – Натан Исаевич высказал свое недовольство.
– Как говорят, простые варианты и бывают самыми правильными. Отсекай лишнее.
– Давайте пока подождем. Ещё неизвестно, что они там выкопают и какие законы сформулируют. Может, мы вообще зря забили тревогу, – Константин Петрович поднялся.
– На этом совещание предлагаю закончить. Наблюдение не снимать. Возможности не демонстрировать.
Через некоторое время тройка рассосалась с яхты, сойдя по трапу.
***
Когда Леонид с Настей поднялись в его квартиру, позвонил Андрей.
– Добрый вечер, Леонид. Представляешь, я ещё работаю, и я ещё не закончил. Так много событий. Сначала я хотел отбрасывать все, кроме крупных. Но потом стал оставлять и «средние» события. Сейчас их накопилось очень много. Пожалуй, мне надо ещё время.
– Да, а потом надо будет ещё работать с твоей выборкой, чтобы оставить основное.
– Наверное, ты прав. Беру ещё день. Не предполагал, что это так поглотит.
– Работай, Андрей. Леонид хотел рассказать ему про сегодняшнее происшествие, но раздумал. При встрече они обо всем поговорят.
– До встречи.
– Давай выпьем кофе и что-нибудь съедим, – Леонид пошел на кухню и включил кофеварку.
– А где у тебя что-нибудь съесть?
Леонид открыл холодильник и вытащил большой пирог с рыбой.
– Его нужно только разогреть, очень вкусно.
Ещё через несколько минут на кухне вкусно запахло пирогом, и они, вытащив пирог из печи, стали жадно его поедать, запивая горячим кофе.
– А мы, оказывается, сильно проголодались. Да, Леонид?
– Подтверждаю, – Леонид уминал очередной кусок пирога.
– Хотя, может быть, это нервное. Не каждый же день тебя пытаются убить водяным копьем. Понимаешь, Настя, сегодня с нами произошло из ряда вон выходящее событие, при этом мы как-то мало удивляемся. Мне кажется, современный человек вообще не может удивляться. Реальная и виртуальная действительность так переплелись в нашей жизни, что мы перестали удивляться.
– Удивляться – это одно, но чего они хотят от тебя добиться, – это другое.
– Ты разве ещё не поняла, Натан Исаевич хочет, чтобы я прекратил исследование в выбранном нами с Андреем направлении. По-видимому, это как-то может затрагивать их интересы.
– Как ты думаешь, кто они? Инопланетяне, семеро тайных, атланты или кто ещё?
– В любом случае они владеют передовой технологией, которой не владеют люди. Значит это не совсем люди.
– Или совсем не люди, – добавила Настя.
С Настей было легко. Она относилась к «комфортным» людям. «Комфортными» Леонид считал тех, с кем была психологическая совместимость. А с Настей у него она явно была.
– Может, останешься сегодня у меня?
Настя с удивлением посмотрела на Леонида.
– С каких пор?
– А с сегодняшних, как-то хочется, чтобы ты была рядом.
– Но ты ведь начнешь приставать.
– Начну, разве тебе не будет приятно? Мы же друзья.
– Вот именно, а ты хочешь секса. Это не помешает нашей дружбе? – Настя с улыбкой посмотрела на Леонида.
– Я думаю, что это только укрепит нашу дружбу! – Пафосно сказал Леонид.
Они оба засмеялись. Настя позвонила отцу и предупредила, что она останется у Леонида.
Утром Леонид встал с ясной головой. Из кухни пахло кофе и скворчало яичницей. Захотелось кофе. Вспомнил, что Настя осталась у него и сейчас хозяйничала на кухне. Он с удовольствием вспомнил её спортивную фигуру, которая увлекала его до полуночи. Уставшие и довольные собой, они поздно уснули. А сейчас утром энергия переполняла его и требовала выхода.
– Эй, соня, иди пить кофе, – Настя заглянула в комнату.
Она была только в одной его рубахе. Леонид скачком бросился к ней с кровати, но она успела улизнуть на кухню.
– Жалко, но тогда давай будем завтракать.
Он уселся за стол, и Настя подала две больших тарелки с яичницей и беконом, потом две большие кружки кофе. Минуту они ели молча, затем Настя поинтересовалась его планами.
– Если Андрей закончит сегодня выборку, то мне надо будет с его выборкой встретиться с программистами. Поставить им задачу. А у тебя?
– Утром иду на работу. Освобожусь после обеда, часам к трем.
– Как освободишься, позвони, что-нибудь придумаем.
– Хорошо, позвоню.
Андрей позвонил через час после того, как ушла Настя. Как всегда, радостный и возбужденный.
– Леонид, доброе утро! В общем, я закончил. На самом деле просто остановился. Событий так много, что закончить невозможно. Я сейчас тебе в электронном виде сброшу выборку, знакомься. А сам сейчас приеду. Надо обсудить, как работать с этим массивом информации.
– Давай, приезжай, – подтвердил Леонид, и Андрей отключился.
– Получен пакет информации, – доложил «домовой», – отправитель Андрей Вязов.
– Хорошо, выведи все на большой экран.
Тут же на стене вспыхнул дисплей телевизора, и стала последовательно выводиться информация о социальных потрясениях общества, начиная с Адама и Евы.
Информации было много. Особенно было много войн. По сути, история развития человечества – и была историей войн. Постоянно кто-то на кого-то нападал, убивал, завоевывал. Исчезали города, народы. Появлялись новые. Менялся облик планеты.
Нужны были идея, стратегия, критерии, по которым должна будет сортироваться указанная информация. Нужно установить закономерность.
«Идея должна быть простая, – рассуждал Леонид. – Есть событие социальное, в определённом временном интервале, скажем от года до трех или от месяца – разбивку можно по интервалам уменьшить. Определять, какие природные катаклизмы случались после этих социальных потрясений. Причем, брать все природные катаклизмы, строить временной график и отмечать амплитуду события. Так же сделать по всей выборке. А потом постараться определить общее, что может объединять эти события. В случае, если есть корреляция, то это поможет понять, работает предположение Андрея или нет».
Вызов на домофоне сигнализировал, что подъехал Андрей. Леонид скомандовал «домовому», чтобы впустил, подумав при этом, что надо поставить у «домового» на Андрея приоритет.
Андрей, появившись в комнате, сразу заполнил её своими эмоциями.
– Привет, Леонид! Представляешь, в каком количестве человеческих пороков мне пришлось порыться. Я стал терять веру в добродетели человечества. Поэтому срочно хочу напиться твоего колумбийского кофе. Может, он позволит восстановить моё душевное равновесие.
– Привет, Андрей! Пойдем на кухню. Буду восстанавливать твоё душевное равновесие.
Леонид засыпал свежих зерен в кофемашину. Кофемашина была дорогая и многофункциональная, может и поэтому кофе получался вкусным. Все научные наработки по извлечению из кофейных зерен божественного напитка были воплощены в этой машине. Мощный мотор заработал, перемалывая зерна, и через секунды, струя горячего напитка стала выливаться в чашку, наполняя всю кухню кофейным ароматом. В том, что кофе надо пить с сахаром, Андрей был согласен с Леонидом. Кофе с сахаром – как раз был тем сбалансированным напитком, от которого компаньоны получали удовольствие. Ну и кофе должен быть горячим. В этом у них тоже было согласие.
– Ну вот, полегчало, – Андрей, сделав пару крупных глотков, блаженно откинулся в кресле.
– Знаешь, у меня четкое ощущение, что мы занимаемся тем, чем надо. Какой-то не контролируемый поток энергии переполняет меня, не давая остановиться.
– Мне знакомо это ощущение, – подтвердил Леонид, отхлебывая из своей кружки.
– Ладно, давай к делу. Надеюсь, ты уже подумал, как работать с таким массивом информации.
– Идеи есть, но надо ещё обсудить с программистами.
– Можешь озвучить хотя бы тезисно, потому что я совсем не представляю, с какого конца браться за это.
– Идея такова: есть событие, например, война; следом смотрим, что происходит с планетой с шагом от недели, месяца или года. Смотрим землетрясения, извержения вулканов, наводнения, цунами, пандемии и прочие катаклизмы. Необходимо ввести понятие амплитуды события, которая, возможно, должна быть привязана к количеству погибших людей, и, соответственно, амплитуды планетарных катаклизмов.
– Кстати, получается реакция природы с коэффициентом два, то есть сначала люди проявляют сознательную агрессию – война, а затем природа, реагируя на это событие, выдает «артишок», то есть ещё раз наказывает человека.
– Ну, в общем-то, ты прав. Можно составить и такую цепочку – социальное негативное событие – землетрясение в океане – цунами – гибель людей на берегу от цунами. Либо рассматривать это как одно, взаимосвязанное событие, – Андрей задумался.
– Ещё надо учесть события космического масштаба, а именно: кометы, метеориты, вспышки на солнце с момента наблюдения, взрывы сверхновых звезд и другие события в ближайшей наблюдаемой Вселенной.
– А ещё надо учесть, – продолжил уже Леонид, – возможные изменения параметров элементарных частиц и связанных с ними констант.
– Вообще, если допустить, что с каждым социальным взрывом физические константы могут меняться, то однажды человечество может разрушить свой мир. Хотя, я думаю, что для изменения в микромире нужны большие энергии, чем для катаклизмов в макромире.
– Знаешь, Леонид, я, конечно, понимаю глобальность задач и вопросов, на которые мы хотим получить ответы. Но, он отхлебнул ещё горячий кофе, хотелось бы опять же понять, что мы получим в результате анализа этой информации.
Леонид задумался.
– Вопрос не простой. Но я постараюсь ответить, в первом приближении. Во-первых, нам нужно обнаружить корреляцию между социальными событиями и природными катаклизмами – это основная гипотеза, она должна быть или не должна быть подтверждена. Во-вторых, в случае подтверждения, определить амплитудные и временные характеристики событий. В-третьих, выяснить возможные координаты событий и их градиенты. Выяснить закономерности. В-четвертых, все события нужно разместить на гравитационную карту земли и посмотреть на ней. У меня есть смутные догадки, что это может дать.
– Ты упомянул гравитационную карту земли. Я об этом не слышал. Можешь мне дать справку?
– В 2015 году гравитационные волны были открыты путем их прямого детектирования, а в начале 2016 года, в феврале, все узнали об этом открытии. А в 2017 году за экспериментальное обнаружение гравитационных волн была присуждена Нобелевская премия.
На основе этого открытия была создана гравитационная карта земли, где каждому квадратному метру поверхности соответствует свой гравитационный потенциал. Поэтому, если у вас есть устройство, измеряющее гравитационный потенциал земли, вы можете определить свое местонахождение на планете, не прибегая к традиционным методам определения координат.
– Вот это да! Порой очень интересная информация проходит мимо. Это общая проблема нашего общества, – Андрей задумался.
– Послушай, Андрей, ещё кое, о чем хотел тебе рассказать, – и Леонид поведал Андрею о тех событиях, которые касались Натана Исаевича.
Особенно Андрей с удивлением смотрел на Леонида, когда тот рассказывал о водяном копье.
– Ты меня не разыгрываешь? – Наконец, после некоторого молчания спросил Андрей.
– По последнему событию у меня есть свидетель – Настя. И это не глюк.
– «В голове открылся люк – это глюк», – вспомнилась Андрею некая стихотворная форма.
– Слушай, Леонид, и что же думаешь об этом? У тебя было больше времени обо всем этом подумать. Кто это, что им надо?
– С Настей мы пришли к выводам, что это не совсем люди. Они хотят напугать, не убить. Иначе это уже бы давно состоялось. Просят, чтобы я изменил вектор исследования.
– Это, конечно, кошмар, что происходит, но одновременно и индикатор того, что мы на правильном пути. Как говорил классик: «Правильной дорогой идете, товарищи». Или примерно так.
Андрей на удивление спокойно перенес эту информацию, и Леонид, лишний раз убедился, что современные люди не способны долго удивляться. Тем не менее, Леонид описал Андрею внешний вид Натана Исаевича и попросил соблюдать некоторую осторожность, ежели он (Натан Исаевич) покажется на горизонте.
Андрей, допив кофе, стал собираться.
– Поеду в информаторий. Надо ещё посмотреть на природные катаклизмы, которые как бы стоят особняком. Проверить кое-какие идеи, проявившиеся в разговоре с тобой.
– Хорошо, Андрей, а я съезжу к своим шахматистам-программистам.
Пожелав друг другу удачи, они расстались. Андрей уехал в информаторий, а Леонид стал собираться на свою основную работу.
Позвонил Слава Михеев.
– Леонид, привет. По твоему запросу. Как-то все странно. По нему информации очень мало, либо она закрытая. Я ничего раскопать не смог. Только то, что есть в социальных сетях, примерно пятилетней давности. У вас эта информация есть. Конференции, публикации, выступления. Первый раз сталкиваюсь с таким. Помочь пока не могу. Но покопаем ещё. Если что накопаем, я с тобой свяжусь.
– Спасибо, Слава!
– Ну пока не за что. Поработаем ещё, до связи.
Пошел отбой. Леонид задумался. Натан Исаевич действительно был странной фигурой.
Pulsuz fraqment bitdi.