Человеческий организм нередко преподносит нам удивительные сюрпризы. Случается, что пациент, который уже уверенно пошёл на поправку и готовится к выписке, вдруг ни с того ни с сего умирает. А пациент, на котором уже поставили крест, у которого уже как будто за спиной ангел смерти распростёр свои крылья, вдруг чудесным образом выздоравливает. На онкологии нам рассказывали о подобных случаях. К примеру, был на операции пациент с четвёртой стадией рака желудка. Во время операции брюшную полость раскрыли, увидели множество метастазов и, не продолжая операции, зашили. Пациенту сообщили, что операция прошла успешно. Через некоторое время его выписали тихо умереть дома, прописав обезболивающие. А через год он объявился в клинике, посвежевший, порозовевший, набравший вес; представился, привёз подарки докторам и поблагодарил за успешную операцию, которая спасла ему жизнь. Можете представить себе удивление оперировавших его врачей? Его тут же послали на обследования, которые подтвердили, что пациент совершенно здоров.
По тем временам сообщать пациенту, что ему осталось жить месяц или два, было не принято. И я считаю, что это правильно. Поскольку, сообщая пациенту о каких-то сроках его жизни, вы как бы заводите будильник на этот срок. И пациент, зная, что он всё равно скоро умрёт, умирает в этот самый срок. Вы будто запускаете программу самоликвидации этого человека. И в большинстве случаев ему ничего не остаётся, как согласиться с ней. Так же работают и предсказания различных ведуний, вещуний, цыганок, магов. Я расскажу вам историю моей первой жены, Любочки.
Когда она ещё училась в школе, она и ещё две её подружки узнали о цыганке, которая удивительно точно гадала по зеркальцу, угадывая всё, что было и что будет, ни разу не ошибаясь. В небольшом городке, где жила Люба, найти цыганку оказалось несложно. Сложность состояла в другом. Она отказывалась гадать. Сказала, что она этим больше не занимается. Уж не знаю, какие доводы приводили девчонки, но в конце концов она согласилась им погадать, в последний раз. Потом она исчезла из этого городка, и никто её больше не видел.
Девчонки заходили к ней по одной. Она смотрела в зеркальце и отвечала на их вопросы. Люба спросила её о своей семье, и цыганка верно рассказала, что у Любы две сестры, как их зовут, кто её родители, их имена. А затем Люба задала вопросы о будущем. И цыганка, глядя в зеркальце, сообщила, что Люба первой в своём классе выйдет замуж, что её мужем будет врач, что звать его Владимиром, что у неё будет двое детей, мальчик и девочка. На этом Любе хорошо бы было поставить точку и уйти домой. И так много узнала. Но она вдруг стала допытываться у цыганки, сколько она проживёт. Тут цыганка накрыла зеркальце рукой и отказалась отвечать на такой вопрос. И тем не менее Люба каким-то образом добилась своего. Зачем она только этого добивалась? Цыганка сказала ей, что она умрёт молодой. Думаю, что она даже назвала ей точную дату. Потому что примерно за месяц до смерти Люба рассказала соседке, с которой она подружилась, что, наверное, скоро умрёт. Через месяц у Любы развился острый панкреатит, и через пять дней её не стало. Она ушла в 26 лет, оставив после себя двоих прекрасных детей, мальчика и девочку…
И ещё о предопределённости.
Когда я учился на пятом курсе, то брал несколько ночных дежурств на кардиологической бригаде скорой в качестве фельдшера. Как-то мы ехали на вызов к больному с высоким давлением и с сильными болями в области сердца. Врачом с нами ехала дородная, переваливающаяся с ноги на ногу Сара Абрамовна. Когда мы приехали на место, я побежал вперёд с баулом в руках, а Сара Абрамовна не спеша поковыляла на своих полных ногах к подъезду. «Быстрее, Сара Абрамовна, быстрее. Там же человеку плохо. Пока мы в таком темпе до него доберёмся, он может и умереть!» – поторапливал я. «Куда вы спешите, Володенька? Если бозя захочет забрать его к себе, то как бы быстро мы ни бежали и сколько бы лекарств ему ни давали, бозя всё равно его заберёт. А если бозя не захочет его к себе забрать, то как бы тяжело он ни страдал и как бы мы его ни лечили, даже если он будет при последнем издыхании, он всё равно будет жить, и, возможно, много лет, и, возможно, вопреки нам». В этот раз «бозя» решил повременить, и пациент после нескольких инъекций и успокаивающих слов почувствовал себя лучше, давление стабилизировалось, боли в области сердца прошли.
Со временем я убедился в том, что в словах Сары Абрамовны есть своя сермяжная правда. Тем не менее это не значит, что мы не можем помочь нашим пациентам вообще. Напротив, очень часто мы им реально помогаем. Особенно если нам удаётся их успокоить, подбодрить, внушить веру в выздоровление. Страх, опасения, паника, вера в дурные предсказания, в неизлечимость своего недуга буквально высасывают из человека жизненную силу. И какие удивительные чудеса исцеления творит эта жизненная сила в противоположных случаях!
Наше пребывание в интернатуре закончилось, и по распределению я попал в небольшой городок. В больнице я полдня принимал пациентов в поликлинике, а полдня работал с больными в стационаре. И конечно же, я часто применял мою любимую акупунктуру, хотя официального разрешения на это я не имел, поскольку на тот момент ещё не окончил курсов по акупунктуре. В больнице, где я работал, удивительным образом невропатологами были не только завотделения неврологии, что само собой разумеется, но и начмед и главврач. Отношение ко мне было вполне доброжелательным. Поначалу некоторые трудные случаи заболеваний, не реагирующие на обычные средства лечения, они начали направлять ко мне, на акупунктуру. Мол, поможет иглотерапия – хорошо, а нет – так на нет и суда нет. Всё равно ничего не помогает. Начмед, прислав ко мне своего пациента с невритом лицевого нерва, даже начал мне показывать, как ставить иглы, уверяя меня и пациента, что тоже занимался акупунктурой. Правда, между нами говоря, иглы он тыкал совсем мимо точек и так неглубоко, что они просто висели, готовые упасть. При этом он распространялся среди больных и коллег, что акупунктуре меня научил именно он. Я, конечно, поправлять его не стал, но как только он вышел из палаты, иглы переставил. Появились первые удачные результаты моего лечения. Ко мне начали обращаться пациенты из других отделений. Как-то обратился молодой человек с пансинуситом. На рентген-снимке все придаточные пазухи носа были забиты гноем. Парень испытывал сильные боли, температура тела достигала 39 градусов. Проблема состояла ещё и в том, что он был выраженным аллергиком и наотрез отказался от всяких антибиотиков. Поэтому одновременно с акупунктурой я использовал аутоуринотерапию: трижды в день он должен был выполаскивать пазухи носа собственной свежей мочой. Моча набиралась в стакан и втягивалась через отверстия носа, сначала с одной стороны с зажиманием противоположной ноздри, а затем – с другой, при этом через рот она выпускалась. Перед сном делались компрессы с мочой на область лобной и гайморовых пазух. При этом желательно, чтобы моча отстоялась три дня. Довольно быстро прошли боли и нормализовалась температура тела. Когда через 10 дней врач из ЛОР-отделения сделал контрольный снимок, он был поражён: все пазухи полностью очистились от гноя.
Обращались ко мне и желающие бросить курить. Им помочь было довольно просто. Сутки они должны были не курить, затем приходили ко мне в состоянии абстиненции, и я снимал её с помощью игл. Обычно иглы ставились в точку Инь-тан, посредине между бровями. При этом игла вводилась вертикально в направлении корня носа до ощущения иррадиации в нос. Затем добавлялись две точки Ин-сян (20-я точка меридиана Толстого кишечника) и четвёртая точка того же меридиана Хэ-гу, одна из наиболее популярных точек акупунктуры. Иглы держим обычно 20—30 минут, периодически подкручивая. И такие сеансы при необходимости повторяем до четырёх раз, через день. Нередко хватает одного сеанса.
Как-то ко мне обратился наш лифтёр дядя Миша. Это был пожилой человек, лет за семьдесят. Сообщил, что его замучил кашель. Врачи ему советуют бросить курить, но он сам никак не может бросить. Ему хватило одного сеанса акупунктуры. После чего он уже больше не курил.
Были и некоторые специфические пациенты из спецкомендатуры. То были условно заключённые, отрабатывавшие свой долг перед обществом на серном комбинате. Несколько таких ребят обращались ко мне с просьбой снять зависимость от наркотиков.
Хорошие результаты показала иглотерапия при неврите лицевого нерва, особенно свежем неврите. Был случай, когда один пациент уже через неделю восстановил подвижность мускулатуры поражённой части лица только на акупунктуре.
В общем, результаты были неплохими. Слух обо мне прошёл по всему небольшому городку. И пациенты, попадая в стационар, стали проситься направить их именно в мои палаты. Таким образом, мои палаты были всегда полными, а палаты других докторов были полными не всегда. Особенно это обеспокоило завотделения, начмеда и главврача, которые также имели свои палаты и пациентов в них. Как-то главврач вызвал меня к себе и сообщил, что запрещает мне заниматься акупунктурой и мануальной терапией, поскольку у меня нет соответствующих курсов. Что мне оставалось делать? Пришлось снизить свою акупунктурную активность. Во всяком случае в стационаре. Однако в тех случаях, когда я видел, что данному пациенту иглотерапия очень даже показана, то нередко не сдерживался и ставил иглы. Несколько раз меня на этом ловили. Было собрание коллектива больницы, где мне ставили на вид моё недостойное поведение. Собирали профсоюзное собрание, где требовали от меня в очередной раз отказаться от пагубной практики. Любочка моя меня успокаивала, но нервы мои были на пределе. Так продолжалось до тех пор, пока мне не удалось добыть путёвку на курсы по иглотерапии (рефлексотерапии, как она у нас называлась) в Харьков. После чего я уже занимался акупунктурой спокойно, не обращая внимания на недоброжелательных коллег.
За время моей службы в городской больнице я успел переболеть инфекционным гепатитом. В инфекционном отделении я провалялся два месяца. И это время я посвятил переводу книги доктора У Вэй Пина «Китайская акупунктура». Это был английский перевод китайского учебника, написанного президентом Китайского общества по исследованию акупунктуры и уже переведённого на французский язык. Книга написана простым и понятным языком. Удивительно просто в ней излагаются вопросы акупунктуры, крайне запутанные в нашей литературе.
Акупунктура получила толчок к своему развитию и более широкому распространению в период царствования Жёлтого императора – Хуан Ди. Уже тогда использовались в качестве лекарств различные яды. Особенно популярными были соли ртути. От побочных действий таких лекарств люди нередко получали серьёзные осложнения и умирали. Если посмотреть на побочные действия современных фармакологических средств, то вы не удивитесь, что нередко после назначения одного лекарства врач назначает другое, чтобы бороться с побочным действием первого. Нередко современные лекарства так раскачивают утлую лодочку нашего организма, и без того подверженного различным вредностям, что баланс функций нарушается безвозвратно.
В трактате «Хуан-ди Нэй Цзин» приводятся слова Хуан Ди, с которыми он обращается к своему врачу Ци Бо:
Хуан Ди говорит Ци Бо: Я, вождь великого народа, долженствующий получать от него большую дань, опечален тем, что не могу собрать её, ибо мои люди часто болеют. Поистине, мой народ достоин сожаления, и мне не хотелось бы, чтобы он опрометчиво поглощал в прописываемых знахарями настойках разные яды. Я хочу, чтобы людей лечили с помощью небольших игл, используемых в акупунктуре. Я приказываю, чтобы этот метод был передан всем последующим поколениям и чтобы законы, касающиеся этого метода, были точно установлены, чтобы было легче использовать их, тяжелее забыть и чтобы в будущем они не были заброшены. Кроме того, чтобы эти закономерности аккуратно исполнялись и чтобы путь к исследованию был открыт.
Интересен ещё один вопрос Хуан Ди к Ци Бо и ответ последнего, не потерявший актуальности и теперь:
Император Хуан Ди: Мне приходилось слышать о том, что в древние времена люди доживали до столетнего возраста. Но в наши дни даже пятидесятилетний уже является развалиной. С чем это связано: с изменением обстоятельств или же вся вина за это лежит на людях?
Врач Ци Бо: В древние времена люди жили согласно Дао, или Высшему Закону. Соблюдая правила иньско-янских взаимоотношений, они были воздержанными и вели упорядоченную и простую жизнь. А потому, будучи здоровы и душой и телом, они и могли жить до ста лет. В наше же время, поскольку люди спиртные напитки пьют точно обычную воду, ищут всё новых и новых удовольствий и предаются невоздержанности, они не живут более пятидесяти лет. Согласно учению мудрецов, для того, чтобы избежать «извращённых фэнь» (патогенные внешние воздействия) – необходимо вести простую и спокойную жизнь. Сохраняя тем самым всю свою энергию «в резерве», обеспечиваешь неуязвимость тела для болезней. Для того, чтобы сердце его пребывало в покое, мудрец должен воздерживаться от желаний; усталость тела – допустима, но никак не допустимо истощение духа. Живя в подобной простоте, человек и в наши дни может прожить до ста лет.
Как мы знаем, на Руси люди проживали и дольше. Известен указ Петра Первого об уничтожении всех трёхсотлетних старцев. А если мы пройдёмся по кладбищу при Донском монастыре или по любому другому старому кладбищу, то найдём немало людей, проживших более 100 лет.
Я далёк от мысли, что всю современную фармакологию следует выбросить на помойку. В острых ситуациях она нередко помогает человеку выжить, как и хирургия. Но если можно решить ситуацию без использования средств с выраженными побочными действиями, то почему не воспользоваться акупунктурой, гомеопатией, мануальной терапией, магнитотерапией и прочими неакадемическими методами лечения? Арсенал врача не должен быть ограничен только академическими методами.
На заре моей карьеры невропатолога ко мне в палату поступил пациент с ишемическим инсультом в результате тромбоза мозговых сосудов. Заведующая отделения порекомендовала мне назначить антикоагулянты. Благодаря чему тромб рассосался, но как побочное действие возникло кровоизлияние в мозг – геморрагический инсульт, от которого пациент и скончался. И как же быть с нашим замечательным девизом Non nocere! – «Не навреди!», если большинство препаратов, используемых современной медициной, имеют множество побочных действий? И как вам побочные действия вакцин, среди которых синдром внезапной смерти?..
Кто они? Это все те, кто нас окружают в этой жизни, с кем нас сводит судьба. Это и книги, и фильмы. Конечно же, это и наши родители, и наши деды и бабушки, и наши дети, и просто случайный человек в трамвае, поезде, обронивший фразу, даже не обращённую к нам, и она нам запомнилась и чему-то научила. И это, конечно же, учителя в школах и прочих учебных заведениях. Кто-то из них учил нас, как не надо преподавать свой предмет, а кто-то – как надо. У кого-то на лекции мы могли заснуть, а кто-то завладевал нашим вниманием безраздельно. Евгений Евгеньевич Шитов говорил: «Если хотите, чтобы вас слушали, модулируйте голос, меняйте тональность, громкость, заставляйте аудиторию иногда рассмеяться».
Это и духовные учителя.
Не могу не упомянуть об одном моём учителе, который многому научил меня. Юра пришёл ко мне, начинающему врачу, в больницу познакомиться, когда узнал, что я занимаюсь акупунктурой. Мы сдружились. Я поражался его разносторонностью. Он много читал, был на ты с любой электроникой, что позволяло ему заниматься ремонтом различной радиоэлектронной техники, в том числе ещё довольно редких по тем временам видеомагнитофонов. И пока очередной отремонтированный видеомагнитофон ещё не забирали хозяева, он звал нас с Любой к себе посмотреть очередную киноновинку. Помню, каких страхов мы натерпелись, когда смотрели у него фильм «Чужой» с Сигурни Уивер в главной роли. Ещё неделю мы ходили с Любой под впечатлением и решили, что больше ничего подобного смотреть не будем. Но когда появился второй фильм («Чужие») и Юра нас позвал, мы всё же, движимые любопытством, не удержались и пришли его посмотреть. Юра был тем человеком, который познакомил меня с компьютером. Современному человеку, который на ты с карманными компьютерами, называемыми смартфонами, тяжело даже представить себе, с чего начинали компьютерные фанаты в 80-х годах. Моим первым компьютером был ZX Spectrum, с совершенно ничтожной памятью и девятицветным изображением. Графика его была на зачаточном уровне, и цвета с объёмами дорисовывало наше воображение. Но это было настоящее чудо! Уже можно было играть в шахматы с компьютерной программой, играть в космические войны и т. д.
Есть люди, которые о не очень сложных вещах говорят как о вещах, недоступных пониманию простых смертных: «О, это очень сложно! Это штука коническая!»
Юра о многих довольно сложных вещах говорил: «Ну это так просто!» И всё просто объяснял.
Должен сказать, что благодаря ему я научился ездить на мотоцикле. Он купил себе старенький «Минск». Я всё поглядывал, как он ездит на нём. И как-то раз он дал мне на нём прокатиться. «Это не сложнее, чем на велосипеде», – сказал Юра. Объяснил, где тормоз, где газ, где сцепление. Как переключать передачи. Дорога была безлюдная. Я сел, придал газу, и это двухколёсное чудо само повлекло меня к ещё не изведанным ощущениям. Я начал ездить зигзагами, от одного края дороги к другому. Юра же шёл сзади и наблюдал за моими выкрутасами. Так я ехал некоторое время, пока не свалился в придорожный кювет. Руль у мотоцикла загнулся, и разбились «повороты» с одной стороны. Я в панике стал вытаскивать мотоцикл из кювета, в ужасе представляя, что мне сейчас наговорит Юра. И тут меня больше всего поразила его реакция. Он продолжал идти не спеша. А когда подошёл, улыбнулся и сказал: «„Повороты“ поменяем, это копейки. А руль сейчас выровняем». Потом добавил: «Ну как, ещё попробовать не хочешь?» Я набрался наглости и сказал, что ещё разок бы попробовал проехать. И заверил Юру, что возмещу все поломки. И я поехал ещё раз, уже держась подальше от кюветов. И знаете, мне это так понравилось, что вскоре я записался на водительские курсы, сдал на права вождения автомобиля и мотоцикла и купил себе новенький «Минск» с загнутой вверх выхлопной трубой а-ля спорт.
Я мог бы рассказать ещё много о том, какой это доброжелательный человек, как стойко он переносил различные жизненные невзгоды. Но тут я хочу вспомнить о его удивительной сенситивности, соединённой с доброжелательностью и интересом к каждому новому человеку. Я уже работал в то время во Львове. Мой замечательный мотоцикл у меня увели прямо из-под поликлиники, пока я ходил в регистратуру за вызовами к пациентам. И я приобрёл по рекомендации моей медсестры старенькую 21-ю «Волгу». Это была машина её соседей и приятелей, с которыми она нередко выезжала за город, на озеро, в лес и т. д. Она очень хвалила эту машину и никак не могла понять, почему её владелец, прапорщик, решился её продать. Это была совершенно замечательная машина. И она заслуживает того, чтобы отдельно описать её историю. Но, возможно, я сделаю это ниже. А пока вернёмся к предыдущему повествованию.
Итак, я уже работал во Львове и был счастливым владельцем 21-й «Волги», когда мне позвонил Юра и предложил на выходных отдохнуть за городом, на речке, пожарить на костре шашлычки и надышаться свежим, не городским воздухом. Предложение было с энтузиазмом принято. К тому времени Юра тоже пересел с мотоцикла на автомобиль «Запорожец» по прозвищу «ушастый». Итак, двумя автомобилями, я с женой и детьми и Юра с женой и её сыном, мы отправились за город, к речке. Место было живописное и тихое. Мы развели костёр, нажарили шашлыков. В это время к нам приблизился мужик. Росту в нём было никак не менее двух метров, лет ему было тридцать – тридцать пять. Он нёс удочки и ещё какие-то снасти, на плечах был рюкзак. По одежде было видно, что он собрался рыбачить с ночёвкой. Он поздоровался, мы ответили. Юра спросил, не заняли ли мы его рыболовное место. На что он ответил, что река большая и места хватит всем. Юра предложил ему присоединиться к нам за ужином и выпить по стопочке водки. Рыбак согласился. Он присел рядом с Юрием, и у них завязалась беседа. Я же исподлобья наблюдал за неожиданным гостем, и нехорошая ревность по поводу того, что Юра уделяет ему так много внимания, наполняла меня. Через некоторое время рыбак поблагодарил нас за гостеприимство (что в основном относилось к Юре, а не ко мне) и отправился ловить рыбу.
Постепенно стемнело. Мы загасили костёр и отправились спать по машинам. Среди ночи нас разбудил какой-то шум. Какие-то мужики, человек семь или восемь, с палками и факелами появились у наших машин и стали кричать, что это их земля и на ней нечего делать разным богатеям на «автах» и чтобы мы немедленно убирались прочь. Поведение их становилось всё более угрожающим. Они стали приближаться к машинам, размахивая своими палками. Тогда Юра открыл дверцу своей машины и встал в проёме, расправив плечи и могучую атлетическую грудь. Вслед за ним из машины вышел и я, бормоча что-то о том, что люди приехали отдохнуть на природу с детьми и почему нельзя? Но это их не остановило. И тут из темноты показалась двухметровая фигура рыбака. Он встал между машинами, опираясь на огромную дубину, и заявил, что богачи на таких машинах не ездят, а земля принадлежит всем. Мужики с палками притормозили и загалдели, что рыбака они знают и он может остаться, а эти, на машинах, пусть убираются после того, как получат хороший урок. На что рыбак, поигрывая дубиной, сказал, что мы вместе сидели у костра, вместе ели одну пищу и вместе останемся здесь до утра. Мужики ещё поворчали какое-то время и, решив, что ладно, пусть их, разошлись. Да, если бы не рыбак, дело могло бы кончиться очень грустно. Как будто кто-то послал нам ангела-хранителя и Юра его разглядел интуитивно.
Об учителях можно писать много и вспоминать, чему каждый из них научил нас. Постарайтесь вспомнить своих учителей и отдать дань благодарности каждому из них.
Pulsuz fraqment bitdi.