Теократия "Кат – Хез"
Один из многочисленных храмов Святого
В одном из залов для чтений храма, уже несколько часов подряд проходил урок. Зал был свободным и просторным, потолки поддерживаемые массивными колоннами уходили далеко вверх, теряясь в темноте. Стены из коричнево-серого кирпича все были расписаны письменами, схемами и рисунками разных размеров и форм. Пол был сделан из гладкого и холодного серого камня. На котором в три ряда сидели ученики.
Это было не очень удобно. Детям разрешалось взять только тонкую подстилку под колени, которая не защищала от холода, и не давала смягчить твёрдость камня. Все знали, что это неудобно, а зачастую и болезненно, но таковы были традиции. Будущее поколение служителей Святого или защитников пределов "Кат – Хез" должны были уметь переносить жизненные тяготы, воспитывать в себе волю. Это вело их к силе, а сила к просветлению.
Жрец же находился на несколько ступеней выше учеников, он сидел на большом, белом постаменте, круглой формы, для его удобства, заполненном всяческими мягкими подушками и покрывалами. В отличии от своих новых учеников, ему больше не нужно было переносить тяготы и лишения. Всё это закончилось, когда он, в далёком прошлом, перешёл на третью ступень служения Святому.
– Вот так и происходит смена великих спутников Асторы. – закончил свой долгий рассказ жрец Святого и внимательно посмотрел на своих учеников. Все они прошли уже три полных цикла Асторы и восемь циклов врат, а их родители сделали достаточно пожертвований храму, что давало им право начать обучение.
Это был их первый урок и жрецы традиционно отводили его для изучения времени и небесных циклов. Но это только формально. На самом деле большинство его слушателей уже знали всё, что он говорил. Первый урок скорее был показательный. Ученики понимали своё место в храме, а также принимали сложность процесса обучения и незыблемость авторитета учителя, его власть над ними. Именно он будет решать сколько времени будет отведено на отдых и работу. Когда и во сколько будет следующий урок. Как быстро каждый из них сможет стать Сем – низшим служителем храма или Мола – бойцом первого ряда доблестных защитников пределов "Кат – Хез". не говоря уже о телесных наказаниях, на которые учитель имел полное право.
Служитель заметил рассеянный и явно вялый взгляд одного из своих воспитанников. – Юсеф! Скажи мне, сколько спутников у Асторы?
– Два, уважаемый Ваииз, большая голубая – Лунхук и малая красная – Лунруб. – отчеканил ребёнок и посмотрел на жреца. В этом взгляде не было уважения или почтения, как у остальных детей в зале, а впрочем не было и раздражения. Ваииза это вполне устраивало, хоть некоторые его братья по служению с ним не согласились бы. На своём пути служения Святому, пусть дарует тот ему силы и просветление, он был на ступени Ваб. Пятая из восьми ступеней служения. Именно с неё дозволялось учить детей, а также накладывались обязанности в проведении определённых ритуалов. Эти дети только пришли в этот мир, когда Ваииз перешёл на Ваб.
Обучая детей, со временем, он понимал, что не смотря на суровые правила храма и требования жрецов, не все ученики сразу понимают как себя правильно вести. Ещё бы, ведь многие из сидящих тут, на полу, детей выходцы из богатых семей. Дома у них множество слуг и рабов, которые исполнят все их прихоти без лишнего промедления и вопросов. И даже родители не заставляли их сидеть в неудобной позе на холодном и твёрдом полу, при этом внимательно слушать и запоминать всё услышанное. Поэтому Ваииз великодушно простил ученику его недостойное поведение.
– Феми! Из скольких частей состоит дневной круг? – спросил жрец указывая рукой на девочку, сидящую на последнем ряду, самом крайнем справа месте.
– В кругу всего шестнадцать равный частей, или часов, как говорят люди из королевства. – не вставая отвечала девочка. – День длиться десять частей, когда на небе Астора. Ночь длиться шесть, когда на небе Лунхук и Лунруб.
Ни как не оценив ответ ученицы, жрец спросил следующего ребёнка – Али! Сколько кругов во вратах?
– В-в одних в-вратах в-во-осемь к-к-кругов. – заикаясь от волнения, а может быть от боли в затёкших ногах ответил мальчик.
Ваииз подошёл и нависая над ним спросил – Как называют круги иностранцы?
– Д-денями, уважаемый Ваииз – выдавил из себя Али и вжал голову в тело так, как это только возможно, ожидая неприятностей.
– Не дЕнями, а дНями! – не крича, но довольно громко сказал служитель, чтобы услышали все его воспитанники. За эту элементарную ошибку иной Ваб мог ударить плетью разок-другой, но Ваииз не хотел этого делать чтобы не затягивать занятие поркой.
– Кто ответит, почему во вратах именно восемь кругов? – отойдя от испуганного мальчика сказал жрец и обведя строгим взглядом всех присутствующих. Из тридцати детей подняли руки все, кроме Юсефа, даже Али неуверенно и дёргано, но поднял руку давая понять, что может ответить.
– Интересно, Юсеф, ты правда не знаешь ответа на вопрос, или проявляешь неуважение к моему уроку? – обманчиво спокойно произнёс жрец, но про себя уже поклялся Святому, что если ответ на вопрос его не удовлетворит, то он всё же немного затянет занятие, а лучше отправит наглого мальчишку к брату по служению Маату. Тот, как никто другой умеет отучать учеников от наглости и своевольства.
Медленно поднимая руку мальчик ответил – Я знаю ответ на этот вопрос, уважаемый Ваииз. Прошу меня простить за Ваше потраченное время. Я задумался, как правильно подобрать слова, ведь не хотел разочаровывать Вас придумывая на ходу несуразицу. – сказав это, ученик склонился уперев руки и голову в пол, ожидая реакции учителя.
Жрец, как казалось, не обращая внимание на позу своего ученика повторил вопрос. – Почему во вратах именно восемь кругов, Юсеф?
– В конце каждого восьмого круга положение лун меняется. Они занимают разное положение от друг друга. – не меняя позы ответил мальчик, он понимал, что его было плохо слышно и поэтому старался говорить громко и чётко. Опережая следующий вопрос от учителя, он продолжил. – Всего врат восемь. Первые в цикле – голубые врата, когда красная луна полностью скрыта за голубой. Вторые – закрытие голубых врат, когда красная луна выходит из-за левого краю голубой. Третьи – начало красных врат, когда на небе видно целые луны, но красная правее голубой. Четвёртые – открытие красных врат, когда красная лу…
– Называй луны по именам! А не по цветам! – потребовал учитель
Не смев ослушаться мальчик продолжил – Четвёртые – открытие красных врат, когда маленькая Лунруб перед большой Лунхук, но немного не доходит до центра второй. Пятые – красные врата, Лунруб полностью перед Лунхук. Шестые – закрытие красных врат, Лунруб выходит из-за Лунхук, но не полностью, а на половину. Седьмые – начало синих врат, опять видно обе луны, теперь Голубая правее. Восьмые и последние в цикле – начало синих врат, Лунхук наполовину затмевает Лунруб.
В зале повисла тишина. Юсеф вспоминал, не забыл ли он что-нибудь важное. Остальное ученики думали о том, какое наказание придумает учитель для Юсефа за неуважения проявленное на уроке. А Ваииз, чувствуя настроение учеников, был доволен произведённым эффектом.
– Всё верно, сядь нормально. – обратился он к мальчику. – Повторюсь, когда восемь врат проходят круг, это зовут – циклом врат. Шестнадцать таких циклов – есть цикл Асторы. – подошёл жрец к своему постаменту и сел на него удобно закинув ногу на ногу.
– Следующий урок мы проведём в цитадели защитников. Ровно через одни врата. Какой это будет круг посчитаете сами. Если у вас нет вопросов, можете идти. – сказал служитель и стал наблюдать, как дети спеша, но без шума стали собираться. Многие не смогли сразу встать из-за затёкших мышц ног и спины. Спустя малое время, последние из них смогли покинуть зал чтения.
– Уважаемый Ваб Ваииз – зашёл в зал Хем Заиб – служитель храма третьей ступени. Выполняющий функции мелкого организатора и помощника вышестоящих братьев и глубоко поклонился. – Прошу Вас пройти в зал прощения. – не поднимая головы произнёс Заиб.
– Благодарю тебя, Хем Заиб. Попроси моих Сем-Авал быть там, через пол часа. Я возьму свой…
– Все Сем-Авал уже на месте и готовят инструменты – Прервал его младший служитель, но увидев недовольный взгляд своего старшего брата, поспешил оправдаться. – Прошу прощения, что перебил, уважаемый Ваб, Вас просили прибыть, как можно скорее. Всё приготовления почти заверены и ваши ученики не забыли о вас, разумеется все необходимые Вам вещи уже на месте. – склонился Заиб еще ниже.
– Раз так, то пойдём сразу туда – проходя мимо служителя сказал Ваииз. Раз дело такое срочное, то можно предположить, что будет кто-то из высших служителей, хотя на прощении они бывают не часто. В любом случае он всё узнает на месте.
Зайдя в зал прощения, Ваииз увидел тело лежащее на деревянном ложе и пять служителей ступени Нетж в красно-белых одеждах. Нетж – это седьмая из восьми ступеней. Занимались они только одним – прощения некромантов. Тут-то и сложилась картинка в голове у Ваииза.
– Прошу Святого благословить вас силой и просветлением братья мои! – громко сказал он собравшимся и поклонился ниже уровня плеч, как и требовалось при обращении к Нетж.
– Подними голову брат – взял слово стоящий по центру служитель, он же самый старый из них – Сегодня, с позволения Святого, мы простим некроманта. Его деяния ужасны, но Святой великодушен даже к этому отбросу, пытавшемуся вернуть тепло телу уличной работнице чтобы…
– НЕ-Е-ЕТ! Я Любил ЕЁ! ЛЮБИЛ! А вы убили её! Она была невинной! Вы! Отродья Святого дерьма! Я вернусь с того света за вами! ВЫ БУДЕТЕ УМАРАТЬ СОТЬНЮ…ТЫСЯЧУ РАЗ…КАЖД… – прервал крик прощаемого один из Сем-Авал, служитель второй ступени, только начинающий совой путь во служении Святому, как раз помогающий, наблюдающий и учащайся на ритуалах своего учителя.
– Вырежи ему язык Ваб! Он не смеет открывать свою чёрную пасть на нашего повелителя! – не сдержал эмоции один из Нетж. Но его остановил старший.
– Всё должно быть согласно ритуалу прощения. Никаких исключений. Приступай Ваб.
Ритуал прощения очень ответственный. Для его проведения нужно Святое пламя, металлические клейма разных размеров и много времени. Сначала нужно нанести большим клеймом не менее шестнадцати знаков на тело прощаемого. Так как процедура не очень приятная, то прощаемый часто теряет сознание и Сем-Авал приходиться возвращать его в чувства, поддерживать в сознании на протяжении всего ритуала, при помощи специальных зелий. Затем средним клеймом наносятся знаки вокруг большого. После этого самый безболезненный этап пройден. В зависимости от преступления, во время прощения удаляют разные органы. Обычно они прямо или косвенно завязаны на совершённом проступке. Но у некромантов нет счастья и возможности оставить хоть что-то. Поэтому самым маленьким и тонким клеймом выжигают всё, начиная с языка, ушей и глаз заканчивая гениталиями. Так же не забывают удалить все пальцы, иногда, когда прощаемый может выдержать больше, чем остальные, удаляют руки и ноги.
– Вы хорошо постарались, да увидит это Святой. – дал оценку действий Ваииза один из Нетж. – Всем вашим Сем-Авал повезло учиться у такого мастера.
– Жрец склонился в благодарственном поклоне – Очень ценно ваше одобрение, уважаемый Нетж. – Позвольте задать вопрос…
– Спрашивай. – благосклонно положив руку на плечо, давая понять, что можно поднять голову, сказал высший служитель
– Он успел закрыть книгу? Или в храме можно праздновать еще одно сожжение темного трактата?
Посмурнев в лице Нетж ответил… – Рано праздновать, уважаемый Ваб. Прощённый закрыл ее прям перед лицом наших бравых защитников. Но мы достанем и её, как, и многих до неё, и многих после неё. – Уже уходя из зала проговорил служитель. – Да благословит нас всех Святой.
Ваииз бы профессионалом своего дела и во время проведения ритуала не позволил даже капли крови, прощаемого его руками и волей Святого, попасть на его одежды.
– Ваш посох, многоуважаемый Ваб Ваииз. – со стороны подошёл один из Сем-Авал и передал его вещь
Ни чего не ответив, в глубокой задумчивости служитель пятой ступени храма Святого – уважаемый Ваб Ваииз направился к выходу из зала. Вскоре о его присутствии напоминал только далёкий звук стука посоха о гладкий камень пола храма и прощённый лежащий на деревянном ложе, к которому младшие служители уже подносили сосуд с горящим маслом.
Некро-пустошь
Окраины руин некрополиса Адад-Рашсур
-А-а-а… – пытался орать я, но ни чего! Ни звука! "Слава, спокойно… Да, не можешь пошевелиться. Да, не можешь говорить. Да, вместо рук и тела – серые кости! Но, я мыслю, следовательно, я существую." – пытался успокой сам себя
– Что-то не так. – сделал вывод некромант, – Душа в кристалле, сомнений нет, однако она не может справиться с телом. Это не может быть некромант.
– Ка-а-ар! – выразил своё экспертное мнение по поводу глупой души пернатый. Ему явно не понравилось описание результата, и он предложил начать ритуал заново, но, как и предполагалось старик его не понял. Вернее, истолковал изречение птицы по-своему.
– Хм…возможно я поторопился и перенёс не всю душу? Нет, тогда каркас просто рассыпался бы.
"Это он обо мне? Это я рассыпался бы? Ах ты тварь старая! Только дай шанс, я тебе такого пенделя выпишу!" – (скрип) правая нога немного дёрнулась и издала, ожидаемый от трения костей, звук.
– Это провал…ЭТО ПРОВАЛ! – взревел старик и в голосе его было больше отчаяния, чем злости.
– Двадцать циклов был в бегах! Меня ЖГЛИ, пленили, рубили, РЕЗАЛИ, десятки, нет! СОТНИ раз! Я потерял ВСЁ, что имел! Я прошел против всего мира! И прошел пол этого мира! Совершил СМЕРТЕЛЬНЫЙ ритуал! И ради ЧЕГО? Ради души белмыши? Или кто там… – старик снова обратил внимание на меня, и от его взгляда хотелось зажмуриться, но век у меня нет. Да и "вижу" я довольно своеобразно. Вроде все в мыле и сливается, но сосредоточившись получается чёткая картинка.
– Взываю к тебе, неизвестный! Если ты понимаешь меня, сделай хоть что-то! Дай понять, что ты не тупое животное или существо по ошибке откликнувшиеся на мой зов. – на старика было больно смотреть, я понимал его. Не знаю каким образом, но понимал. Вот только сделать ничего не мог. Правда, я пытался.
Подождав некоторое время и прощупывая душу, находящуюся в ритуальном каркасе, он же скелет, старик чувствовал только меняющиеся эмоции, но они есть даже у простейших форм жизни. – Ни единой попытки связи. Ни малейшего движения каркаса. Даже связки из некро-энергии, которые удерживали каркас в целости, и то почти прозрачные. НИ-ЧЕ-ГО! – яростно выпалил старик, схватил каркас за череп и скинул с зиккурата.
Пролетев около восьми метров вниз, я врезался в какой-то валун и мое новое тело разбилось на части.
"Ну вот и всё Славик, пора умирать, ещё раз" – "Ну вот и всё Славик, пора умирать, ещё раз" – мысленно прощался я с "этим" миром". – но, смерть не спешила приходить. Не знаю точно, сколько я там лежал. Может час, может два. За это время злой дед спустился с зиккурата и прошел от меня в противоположную сторону. Возможно вообще ушел.
И так, что мы имеем? Во-первых, я больше не человек, а скелет-инвалид без возможности движения. Во-вторых, ежу понятно, что это не мой мир. В прошлом мире я умер, сто процентов. В-третьих, что-то не так с эмоциями. Не знаю, как это понимаю, тем не менее для меня это очевидно. В-четвёртых, в черепе есть что-то…как это описать? Что-то важное для меня внутри него. Скорее всего это не мозги. Значит там какой-то предмет. На ум приходит только кристалл, похожий на тот, что держал старик. И, в-пятых, меня начинает бесить эта птица.
Кар был огорчён не меньше чем беспёрый. Он знал, как важно человеку найти пирамиду и призвать душу одного из "старших". За шест дней, которые старик потратил на подготовление к ритуалу из него много раз выливалась эта черная жижа. Она давала ему силы, заменяя куски его тела и органов, но вместе с этим, постепенно, пожирала его тело.
Он торопился. Наносил вокруг пирамиды различные "символы и формулы". Охотился на зверей, чтобы собрать кости для заклинания, с помощью которого он создал весь каркас кроме черепа. Череп пришлось искать. Кар помогал ему и когда под конец третьего дня ему все таки удалось найти несколько в одном из подвалов, человек был безумно рад и даже дал ему не шесть а двенадцать кусочков вкусного мяса.
У человека осталось два дня. На конец восьмого он уйдёт и это огорчало Кара ещё больше, ведь птица тоже умрёт. Без подпитки от некроманта пернатый не продержится и часа. И во всем виноват этот костлявый. Старик сейчас сидит с закрытыми глазами и ищет решение в книге. Но это агония. Кар понимал это. Понимал это и сам человек. Не успеет он собрать столько сил. Кристалл для призыва "неудачной" души, он заполнял путешествуя по пути сюда, несколько циклов. И делал это каждое мгновение. Сейчас же у него есть только два дня.
С досады пернатый прилетел к останкам костлявого. И на эмоциях клюнул его прямо в лоб, – (стук) – и ещё раз, – (стук) – и ещё, и ещё, и ещё, – (стук), (стук),(стук).
"Хоть мне и не больно, но это бесит! И ведь не сделаешь этому пернатому не чего" – думал я, покорно принимая все удары "судьбы".
Зато могу полюбоваться своей левой рукой, вон она, лежит от меня в метрах четырёх. Вся такая серая, гладкая с еле заметными, почти прозрачными…эм…связками? Ясно дело, что мышц не было и не могло быть на скелете. Но эти "связки" очень на них похожи. И старик о них говорил что-то. Кажется, он их связками некро-энергии обозвал, или что-то вроде. И возмущался, что они прозрачные. А какими они должны быть? Красными? Радужными? Черными? Не понятно
Я попробовал присмотреться к ним. Цвета почти не видно, но иногда связки переливаются, синим? Так, ну это уже хоть что-то! А если я попытаюсь…
Сосредоточившись на своей левой руке, а точнее на одной связке, которая соединяла фаланги мизинца. Руководствуясь, скорей догадками, чем здравым смыслом, начал неистово желать чтобы она поменяла цвет на синий. Не с первого моего мысленного посыла, но постепенно она начала менять цвет с прозрачного на голубой, а потом на синий!
"Получилось! Я крут!" – кричал у себя в мыслях. – "Что дальше? Нужно продолжать! Еще темнее!" "Что дальше? Нужно продолжать! Еще темнее!"
Когда цвет связки на мизинце стал приближаться тёмно-синему, она начала сокращаться, тем самым приводя мизинец в движение. Это была моя маленькая победа. Осталось научиться управлять всем телом. Но начну я с левой руки, чтобы грохнуть это сраную птицу!
Словно почувствовав настроение скелета, Кар перестал долбить бедную черепушку. Его привлекла куча костей являющейся рукой "неудачного". Вот только сначала один палец, а за ним все остальные, начали беспорядочно сжиматься и разжиматься. Кар аж открыл клюв от удивления. Однако, не успел гордый птиц опомниться, как вся рука пришла в действие и поползла в ЕГО сторону. Явно намереваясь отомстить за все страдания, которые пернатый причинил черепушке. Отойдя от шока птица вспомнила про свои крылья и вспорхнула с места, сопровождая свой полёт громким карканьем.
На другой стороне зиккурата, некромант открыл глаза. Изображение на книге остановилось показывая рисунок очень похожий на череп с нанесёнными на него, непонятными письменами. Непонятными для всех, кроме самого старика. Впервые с момента проведения смертельного ритуала, он улыбнулся.
Управлять рукой оказалось не так сложно, как я думал. Не знаю, как именно это работает, но стоило мне сделать это с мизинцем и дело пошло семимильными шагами. Жалко, что не удалось схватить эту дурную птицу. Она словно почувствовала неладное и успела улететь.
Но своего я добился, рука меня слушалась. И довольно неплохо. Не скажу, что смог бы сейчас собирать кубик-рубика, но забивать гвозди или, скажем, играть на барабанах точно смог. От управления ею возникало необычное ощущение, представьте картину, как вы силой мысли управляете пылесосом, забавно? Вот и мне тоже было забавно. Вроде это моя часть, но в данный момент этого совсем не ощущалось. При этом, я не испытывал чувства чужеродности или неправильности происходящего. Как будто всю жизнь этим занимаюсь, что странно, нужно подумать на эту тему, как будет свободное время.
"Собирать себя я начну с торса. Это очевидное решение, ведь к нему и крепятся все остальные части" – занимал я себя размышлениями попутно перенося разные части своего тела поближе к голове.
Некромант стоял у угла зиккурата и с любопытством наблюдал, как рука каркаса собирает остальные его части и перетаскивает к голове. Он испытывал двойственные чувства. С одной стороны, был рад, что душа в каркасе не принадлежала животному, монстру или, милуют его черные кости, ребёнку. С другой, это явно был не "высший" или хотя бы кто-то знакомый с некротикой и принципами её работы. Иначе, скелет бы сразу пришёл в движение или попытался взаимодействовать с трактатом. Некромант специально не стал его убирать и держал максимально на виду. Но то, что он видел сейчас – поражало. Ещё недавно безвольная кукла, лежавшая и не подававшая признаков умения воздействовать на некротические связки, сейчас собирала себя по частям!
У старика появилась надежда. Кто бы там ни был. Он быстро разумен и обучаем, а это уже хорошо. К этому времени скелет притащил основные свои части к черепу, в данный момент пытаясь их правильно разложить. Получалось у него, честно признаться, посредственно. Он хоть и понял, как управляться с конечностями, но не понимал принцип их добавления и скрепления. Самый подходящий момент чтобы вмешаться.
– Давай начнём с начала. – буквально из воздуха появился передо мной дед и почему-то подумал, что после его финта-броском меня с пирамиды. Я захочу с ним разговаривать. – Я знаю, что ты зол. Ты имеешь полное право злиться. Я вспылил, признаю это. Прошу, выслушай меня, а потом с моей помощью, сможешь собраться. Возможно мы даже сможем поговорить. – поклонился моему черепу дед, явно пытаясь подкупить меня. И у него получилось. Конкретно с ним общаться не очень хочется, но жажда узнать, как сюда попал и зачем перевесила неприязнь. Тем более, что это может поведать только он. Ну и получить возможность говорить всегда полезно. В будущем, мне обязательно встретиться люди. Умение, к тому моменту, нормально общаться не будет не лишним.мение, к тому моменту, нормально общаться нек тому моменту,мение, к тому моменту, нормально общаться не- Давай начнём с начала. – буквально из воздуха появился передо мной дед и почему-то подумал, что после его финта-броском меня с пирамиды. Я захочу с ним разговаривать. – Я знаю, что ты зол. Ты имеешь полное право злиться. Я вспылил, признаю это. Прошу, выслушай меня, а потом с моей помощью, сможешь собраться. Возможно мы даже сможем поговорить. – поклонился моему черепу дед, явно пытаясь подкупить меня. И у него получилось. Конкретно с ним общаться не очень хочется, но жажда узнать, как сюда попал и зачем перевесила неприязнь. Тем более, что это может поведать только он. Ну и получить возможность говорить всегда полезно. В будущем, мне обязательно встретиться люди. Умение, к тому моменту, нормально общаться не будет не лишним.
– Я попрошу тебя испытать три эмоции подряд. Важно чтобы ты смог прочувствовать их одну за другой, как можно быстрее. – продолжал он. Не знаю, чем это мне поможет, тем не менее, куда деваться.
– Радость. – начал старик.
Я сразу подумал о юбилее мамы, который мы недавно праздновали в кругу нашей маленькой семьи. Я подарил маме котёнка, он поселился у нас во дворе, а моё гипертрофированное чувство справедливости и желание помочь всем и каждому, не смогло пропустить этот маленький шерстяной комочек мимо. Как же мама была рада! Еле успокоили её вместе с батей. Плакала и благодарила минут десять к ряду.
– Стыд. – получив нужный ему отклик на предыдущий запрос, сменил вектор моих воспоминаний дед.
Тут далеко ходить не нужно. У Сашки тогда первые отношения были. Встретил девушку Алену. Милая и собой не дурна. Как водиться в этих случаях общаться мы стали реже, можно сказать вообще перестали. Нам тогда по семнадцать стукнуло, а общаться мы начали со школы ещё, в младших классах. Ну я и приревновал, дурак. Приехал к дому её родителей, они там в то время чай пили или ещё чего. Не помню точно. Позвал друга и Алёну на улицу, и поставил ультиматум. Либо я, либо она. До сих пор помню Сашкино лицо. Японский стыд. Алёна тогда просто пригласила меня с ними посидеть, словно и не говорил я ни чего, и не дожидаясь моего ответа, взяла меня под руку, так и завела в квартиру. Не знаю кто в тот момент больше удивился, я или Саша. Но после наших посиделок, друг про меня ни когда не забывал. Сам признавался не раз, что Алёна ему напоминает мне позвонить, да спросить, как дела. Через три года у них мальчишки родились. Крестики мои…были. За тот случай, мне даже сейчас стыдно.
– Печаль. – снова дал о себе знать старик.
Тут и без его слов уже накатывало. Вот зачем я тогда в эту администрацию пошёл? Знал же, что Саша прав и нужно было все собранные документы в область отправлять. Эх…эго потешить хотел, "большого" человека на место поставить. Поставил. Теперь лежу тут черепушкой на солнце сверкая, надеюсь, что с родителями всё в порядке, у отца в последние годы сердце шалит, как бы не случилось чего. Хоть бы Саша не увидел у меня на теле ту папку, гори она синим пламенем. Проблемы ему явно не нужны.
– Достаточно. Теперь я уверен, что ты разумен и полностью меня понимаешь. – удовлетворённо покачал головой старик.
Блеск! Качался на эмоциональных качелях только ради того, чтобы убедить старикашку в своей разумности. Что дальше? Буду своими костями жонглировать, чтобы он проверил мою мелкую моторику?
– Ты всё делал правильно, почти. Для соединения двух частей каркаса нужно сосредоточиться на ближайших двух связках и расширить их каналы некротики до одинакового размера, желательно большего, чем есть сейчас. Затем поднести их, как можно ближе к друг другу и резко сузить каналы, важно сделать это одновременно на обеих связках. Если все сделаешь правильно, то после этого сможешь работать с ними, как с одной. Попробуй. – старик смотрел на мою черепушку, словно я у него десять тысяч занял и не отдаю.
Ладно, ни чего не понял про размеры каналов, но предполагаю, что это связано с их цветом. Попробую сначала настроить одинаковый цвет на обеих связках, а затем резко его просадить до полупрозрачного. Вроде ни чего сложного. С первого раза не вышло. Со второго тоже. И с третьего. Все время одна связка "гасла" раньше другой. Решение пришло само собой. Я перестал воспринимать две связки, как ДВЕ связки и сразу стал действовать исходя из того, что есть только одна. Получилось! Теперь я череп с личным позвоночником! Горжусь собой. Что дальше?
В глазах старого некроманта загорелся синий огонёк. Теперь он начал сомневаться в своих выводах. Скорость обучения манипуляциям с некротикой поражала. Говоря черепу, что нужно сделать, он и не надеялся на быстрый исход. На эти действия он отвёл почти целый круг. Исходя из этого, можно было сделать два вывода: либо в каркас всё же вселился "высший", но по какой-то причине не желал этого показывать, до этого момента, либо там уникум с огромным талантом к обучению и манипулированием некротикой. На первый вариант надеяться глупо и нелогично. А второй выглядит правдоподобно.
– Дольше, чем я думал. Но у тебя получилось. – нагло лукавил некромант, предполагая, что сможет повысить мотивацию черепа ещё больше, этой детской уловкой. И был прав.
"Да ты совсем на своей пирамиде кислородом передышал? Старость мы конечно уважаем, но не до такой степени" – задело меня его, "дольше, чем я думал…"
"Я, между прочим первый день скелет! И меньше десяти минут, как знаю про все ваши каналы, некротики и прочие связки" – оправдывался я сам перед собой. "Ну щас мы тебе покажем красный диплом юрфака, морда твоя недовольная"
Ухмыляясь, старик наблюдал, с каким рвением каркас начал собирать себя по кускам. На позвоночник в миг налезла грудная клетка, затем тазобедренная кость, руки, ноги и все остальное. Через небольшой промежуток перед старым некромантом лежал полностью собранный каркас.
"Так то! Знай наших!" – я был доволен собой и уверен, что потратил на "сборку" меньше времен, чем думал старикашка…"В следующий раз я тебя…"
– Перенапрягся, – резюмировал некромант. – Запас его сил намного превосходит объём кристалла в его черепе. Или для взаимодействия с некротикой ему нужно гораздо меньше сил, чем любому адепту. Это удивительно. – размышлял в слух некромант. Осознавая, что ещё есть шансы на восстановление Империи. За эти два оставшихся дня нужно передать максимум знаний и рассказать всю историю, чтобы его наследник смог продолжить дело его жизни. И если повезёт – закончить его.