Тот источник теперь в нас самих,
Мы дети его и охрана ему,
О да, в наших венах – чистейшая мощь
Но разве такое желаешь врагу?!
(Сказания о Тёмных)
Перед глазами Пятидесятого плыли круги, а голова всё ещё побаливала. Он очнулся в клетке два на два лежа на охапке свежего сена, а в противоположном углу располагалось небольшое углубление в бетонном полу, источающее смрадный запах. Он остался в кожаных брюках и серой сорочке, остальные вещи пропали. Беглый осмотр никакой полезной информации не принёс. Страж снова остался наедине со своими страхами, главным из которых была угроза безопасности Эль.
За решёткой виднелось поле округлой формы, которое снующие рабы старательно присыпали песком. Внимание тёмного эльфа привлекли постоянно прибывающие люди. Не один из них не отличался не внешним обликом, ни манерами от постояльцев пульпэрры.
Прошло немало времени, прежде чем огромная трибуна забилась до отказа. Но вот в центре поля показался Седой. В его руках был громкоговоритель и зашарпанный клочок бумаги, а на пальце плотно сидело серебряное кольцо с красным руданитом.
– Вы думали, я готовил речь??? – трибуна разразилась дружным хохотом. – Как бы ни так. Ночью в нашу скромную обитель пожаловали заморские гости. Они без колебаний уложили нашего чемпиона, – на арене воцарилось напряжённое молчание, а главарь нарочито сделал паузу. – Возможно, один из них станет нашим новым чемпионом и пусть победит сильнейший! – трибуна загудела, а тем временем Седой неспешно поднялся на самую высокую точку, вооружившись подзорной трубой.
– И так первый бой Тёмный эльф против Верзилы – Волосатого, делайте ваши ставки! – прокричал в рупор Седой.
Пятидесятый заметил, как дверь клетки отошла плавно вверх, а задняя стенка пришла в медленное движение, выталкивая эльфа наружу. В круге арены Пятидесятого ожидал здоровенный орк-бафур. В одной ручище он крепко сжимал ствол молодого дуба, вырванного с корнем, а другой усердно дубасил свою волосатую грудь, не переставая утробно завывать и брызгать слюной.
Отдых пошёл на пользу, страж радостно ощущал безмолвное присутствие тёмной сущности, но её было не так уж и много. Эльф решил придержать этот козырь в рукаве, тем более, что может быть веселее рукопашной.
Орк не стал дожидаться, тёмного эльфа, резко рванул он, с места размахивая деревом. Земля затряслась под ногами, удар и промах. Страж успел перекатиться влево, но орк оказался проворным малым, снова над эльфом появилась тень нависшего над ним дуба. Пятидесятый едва успел поднырнуть между широко расставленными ногами бафура, не забыв вмазать кулаком в его хозяйство. Свирепый рёв заглушил шум толпы. Выронив дерево, орк согнулся в три погибели, зажимая своё добро. Молниеносный удар двух пальцев в область шеи, вышиб из бедняги дух.
Толпа ликовала, осыпая победителя свистом и громкими рукоплесканиями.
– Ого, наш новичок не из робкого десятка! Вывозите пленницу! – надрывался Седой.
Потайной люк в правой стороне арены незаметно отодвинулся, и конструкция плавно подняла стальную клетку. Обхватив прутья клетушки, напуганная Эль, не отрываясь, смотрела в глаза стражу. На самом зарешечённом кубе смиренно стояли два близнеца – головореза, на поясе которых висело по ключу. Хорошенько присмотревшись, Пятидесятый заметил два небольших замка на клетке.
Голос Седого перекрикивающий ревущую толпу, заставил его сконцентрироваться на новых противниках: – Сможет ли наш гость спасти прекрасную эльфийку от прилюдного насилия?! Гадкий смех толпы, как и утраченное кольцо для его возлюбленной, не пошатнули душевное равновесие эльфа. Есть только он и две новые преграды, стоящие на пути.
На первый взгляд казалось, близнецы были безоружны, но спрыгнув с клети, они демонстративно нацепили кастеты, разминая кисти. Один из них мгновенно растворился в пространстве, возникнув за спиной стража. Глухой удар и тёмный эльф, слетел с ног, едва не лишившись сознания. Грузные тела противников навалились сверху, сдавливая дыхание стража и осыпая его серией коротких, но весьма эффективных ударов. На зубах скрипел песок, слезившиеся глаза уже ничего не могли различить.
Собрав остаток сил, он смог пропустить через себя тёмную материю. Непрерывный бег времени дал слабину, подчиняясь воли заклинателя. Когда реальность стала прежней, изумлённые зрители увидели, лишь два изжаленных тела ещё барахтающихся в песке и истошно крича. Среди них не было тёмного эльфа, словно он сквозь землю провалился. Эль всё так же сидела в заточении, закрыв ладонями своё лицо, девушка тихонько завывала.
Седой, знавший эльфов лишь по байкам пульпэрры, не мог толком понять, что всё-таки произошло, но счёл необходимым опустить клетку с пленницей обратно под арену. Увидев это разгорячённая толпа, набросилась на Седого. Механизм, опускавший клеть был остановлен. Лихие зрители спрыгивали с трибун, толкая друг друга и утробно рыча, во весь опор неслись к запертой девушке. Ключей при мёртвых близнецах не оказалось – это ещё больше раззадорило отрепье. Всем скопом они набросились на клетку пытаясь дотянуться чумазыми руками до нежной смуглой кожи Эль. Их причинные места были оттопырены. Кто-то спешно скидывал штаны и пытался протиснуться к клетке. Но как не старались лиходеи, совершить своё грязное дело, все их старания не увенчались успехом. Эль сидела, поджав ноги в самом центре клетки, и множество грязных рук едва не касались её. В своих страстных порывах чумазые оборванцы давили друг друга, мгновенно завязалась драка. Совсем скоро она переросла в кровопролитное побоище. Но неожиданно для самих себя они почувствовали душевное умиротворение. Голова тяжелела, а их глаза медленно закрывались. С блаженными улыбками люди валились на земь один за другим, образовав плотное кольцо крепко спящих тел.
Когда последний человек на арене мирно засопел, Эль-А-Нур перестала петь. Полтинник, приняв прежний облик, торопливо возился с замками клети.
– Поторопись, они вот-вот проснуться, – нервничала девушка. Наконец с замками было покончено и Тёмные эльфы, что есть духу, устремились к «арке победителя» – единственно доступным выходом из арены.
– Эль, беги к пирсу, я должен вернуться и забрать одну вещь, потом тебя догоню, – молвил он.
– Это опасно, какая вещь может быть дороже твоей жизни?
– Некогда объяснять, беги.
На небе ярко засияли первые звёзды, прежде чем эльфийка смогла добраться до гавани острова Сай. У причала стояло два десятка парусников сверхлёгкого класса, а из охраны пара часовых.
В одном древне-эльфийском тракте утверждалось, что ночь – навсегда будет временем Тёмных эльфов. Часовые не слышали лёгкой поступи. Со свёрнутыми шеями они были сброшены с причала, кормить морских обитателей. Приглянувшийся чёрный парусник с алой окантовкой, остался стоять в порту, ожидая скорейшего возвращения Пятидесятого. Остальные были отвязаны девушкой от стоек и потихоньку отплывали от берега, ведомые попутным ветром, они постепенно скрылись за горизонтом морской глади.
Казалось, прошла целая вечность, прежде чем, на пирс вбежал Пятидесятый. Ловким движением он прыгнул в лодку и, отвязав парусник от стойки, рывком налёг на вёсла, так как попутный ветер неожиданно стих.
Долгое время они плыли в полной тишине, ночное небо освещали мириады звёзд. И казалось, небу вовсе нет никакого дела до земных проблем, ничтожных для всего мироздания. Одна звезда вдруг стремительно упала с небес и погасла. Подобное явление было не ново для Пятидесятого, но каждый раз это было неожиданно и вызывало трепет в его душе. Ему казалось, что в детстве он каждую ночь любил сидеть в тишине рядом с отцом и матерью и подолгу любовался таинственным небесным полотном. Хотя это только мечты, не мог эльф припомнить своих родителей, как ни старался. Стражи – дети общины. С раннего детства тёмные эльфы имеющие задатки бойца, отбирались «Высшими» для несения караула, ведения агрессивных споров, охоты и других немаловажных обязанностей. Истинным родителям запрещалось поддерживать родственные узы с будущими стражами, дабы не посеять в них зерно малодушия. В случае Пятидесятого всё было куда проще, его родители погибли при странных обстоятельствах.
Его затянувшееся раздумье прервал голос Эль. – А что это за вещь, что стоила тебе риска?
Как ни старался, Хакус не смог сомкнуть глаз этой ночью. Едва первые лучи солнца коснулись земной тверди, как Мрачный лорд уже построил двухтысячную армию бафуров за стенами королевства. Эта армия состояла всецело из пеших воинов, так как больше всего на свете орки боятся лошадей и морских волн. По этой причине перебраться с войском вплавь не представлялось возможным.
– Равняйсь, смирно, – скомандовал Торз – мой лорд девять блоков построены и ждут Ваших дальнейших указаний.
– Вольно! Бойцы, сегодня переломный день в нашей истории. У противника есть то, что необходимо для создания идеального мира, к которому мы так долго шли все эти годы. Чтобы воцарилась гармония, и порядок две противоположные сущности должны быть сосредоточены в одних руках. Готовы ли вы, сложить головы за своего лорда и новый мир? – звон стали, и гул щитов раздались в ответ на патриотическую речь Хакуса.
– Тишина, – рявкнул Торз.
– Ну что старикан, готов? – спросил Хак.
– Да, Ваше величие, только каким образом, вы намерены добраться, разве орки больше не бояться плеска волн или драги научились перевозить больше своего веса? – не скрывал издёвки мастер.
– Тебя надо было оставить шутом при моём дворе. Хотя, ты прав, по этой причине, я всегда обходил ваши земли стороной, но тот, кто ищет – найдёт и я нашёл что искал. Вчера ночью я расшифровал древнюю рукопись, а значит, я могу перенести не жалкий отряд, а целую армию.
В мгновение ока все девять блоков оказались у подножия юго-западных гор Ланотт. Издалека, виднелись оранжевые шпили смотровых башен Горинэйма. Солнечный летний денёк казалось, не предвещал ни какой беды. Если сильно прислушаться, то можно было различить тихий щебет птицеподобных существ, что водились на материке в превеликом множестве.
– Построились, смирно! – слушай мою команду, – орал Хакус – выставите дозорных, рубите лес, стройте трибучеты. Пусть каменные глыбы у подножья этих гор послужат нам снарядами. Осада начнётся этой ночью, – раздав всем указания Мрачный, как и полагается лорду скрылся за высоким пологом своего большого шатра, который специально обученные орки раскладывали в считанные минуты, применяя для этого сверхпрочные ткани и ветви ближайших деревьев.
Спустя пару часов, в шатёр ворвался встревоженный Торз.
– Сир, на городских стенах нет дозорных, – выпалил он.
Хакус продолжал сидеть над старинными книгами без намёков на какое-либо движение. Шло время, генерал переминался с ноги на ногу, не скрывая тревоги. Наконец Торз не выдержал:
– Мой повелитель?!
– Молчи, – прошипел Мрачный повелитель.
– Разрешите идти?
– Иди и отбери группу кого не жалко посылать на убой. Пусть они ломают ворота, а остальные не вмешиваются и ждут моих указаний.
– Но, Лорд у меня каждый боец на счету.
– Я сомневаюсь, что ты – генерал, понесёшь потери.
– В смысле? – от волнения Торз начал обильно потеть и как следствие дурно пахнуть.
– Я не ощущаю дыхания жизни в этом городе, скорее всего нас опередили или это западня. В любом случае быстренько взял свою мохнатую, зелёную попку в кулачок и пошёл исполнять приказ твоего короля, и оставь полог открытым, наблагоухал мне тут.
Звучно топая и на ходу брякая перепоясанным оружием, внушительных размеров генерал поспешно удалился. Не успел он ступить за порог, как снаружи послышались глухие удары увесистых тумаков, громкая брань и периодически раздающийся ор приказов направо и налево.
Группа бафуров приволокла ствол исполинских размеров, судя по всему так и вырванный с корнем. Эти безбашенные оторвяги не привыкли усложнять ситуацию. Поступил приказ добыть дерево для тарана, и они его успешно выполнили. Что тут скажешь – не солдаты, а просто мечта для руководящего состава. С первого же подхода могучие орки раскрошили ворота в щепу и ведомые инерцией ввалились внутрь.
Мрачное безмолвие, прерываемое плесканием рыбы озера Нарул, да криками «крылатых вестников» паривших в небесной вышине, по-хозяйски встречали иноземных захватчиков.
Подозрения Хакуса довольно скоро подтвердились. В Горинэйме действительно не было не единого обитателя, будь то живого или умерщвлённого.
– Они бросили город на произвол судьбы, всё будет легче, чем я предполагал, – радовался лорд – веди нас к источнику, старик. Мастер молча повиновался, но в уголках его губ сквозила, едва уловимая улыбка.
Совсем скоро группа орков во главе с Торзом и Хакусом, ведомые старым мастером оказались перед массивной плитой, служившей входом в хранилище. Все взгляды сейчас были обращены на мастера.
– Дверь могут открыть лишь Высшие эльфы, – не скрывая ухмылки, молвил, тот.
– Быть может, ты прав, но у магических дверей, должен существовать альтернативный способ отмыкания, на случай если заклинит.
А между тем ясное небо окутала вуаль мрака, мгновение и перед глазами застывших от изумления очевидцев в плиту врезался солнечный луч, высвечивая мельчайшие изъяны, не обойдя стороной и совсем крошечное отверстие под дверью.
– Что и требовалось доказать, – молвил Мрачный лорд. В следующую минуту он превратил одного из бафуров в белую мышь, и та послушно юркнула в светившееся отверстие.
– Теперь наша очередь, мастер, – едва последние слова были произнесены, как вся группа перенеслась сквозь пространство, оказавшись с обратной стороны плиты.
– Но, как? – удивился «Сусанин».
– Волшебным образом!
За трёхсотлетнюю жизнь мастеру не раз приходилось бывать в этой святая святых. Всё его естество буквально выворачивало наизнанку от осознания того, что сейчас ему приходилось совершать, но голос разума упрямо твердил: «повиноваться и выжидать».
Драгоценный кладезь обширной библиотеки Тёмных мало обрадовал Хака. Без тёмной энергии все эти книги просто немая бумага, а вот неприметная дверь – напротив, источала мощное присутствие тёмной сущности. Ряд неудачных попыток отпереть её заставил Хакуса крепко призадуматься.
– Ты, знаешь, как открыть эту дверь? – обратился лорд к мастеру клинков.
– Понятия не имею.
– Тогда, я не нуждаюсь более в твоих услугах. Торз, перережь ему глотку.
Генерал не заставил себя упрашивать. Одной лапой он выхватил двуручный клинок, а другой достал укреплённое за спиной древко. Щелчок крепления и над головой мастера рассёк воздух внушительных размеров кладенец7 и лишь своевременный перекат в сторону сохранил жизнь не молодому эльфу.
– О-о-о, у нас тут намечается представление. Чтож, заслужи своё право на жизнь, старик! – воскликнул Мрачный лорд.
Разящий выпад и снова мимо цели. Тёмный эльф успел повернуться профилем и Торз промахнулся, подавшись вперёд. Жертвенный рывок впечатал подбородок генерала в горящий чёрным пламенем кулак мастера клинков. Не ожидавший контратаки командир орков пошатнулся, но смог устоять на своих двоих. Он лишь тряхнул головой и с оглушительным рёвом набросился на противника, попутно разъединив своё грозное оружие и отбросив древко в сторону. Торз лихо орудовал почётным двуручником, не оставляя шанса для ответной атаки. Как ни старался опытный и закаленный в битвах мастер он не смог отыскать лазейки в защите генерала. И когда в его душу закралось отчаяние, он услышал зов. Сомнений не было, за закрытой дверью действительно находился источник тёмной материи. Голоса становились всё громче, они нашёптывали и сулили наделить мастера безграничной мощью. Эльф знал, как опасны эти лживые речи для тех, кто не в состоянии угомонить неистовую жажду к разрушению и довериться зову означает лишь верную погибель. Мастер клинков наряду с братьями и сёстрами всегда довольствовался отфильтрованным вариантом тёмной сущности. Я славно пожил – пронеслось в его голове, – судьба дарует мне шанс принять смерть, как подобает мужчине, да будет так!
Не в силах больше сопротивляться зовущим голосам, тёмный мастер упал на колени, простирая руки к таинственной двери. Торз попросту не знал, как ему реагировать на подобное. Он остался стоять на месте, в любой момент, ожидая подвоха, и крепче сжал рукоять своего двуручника.
Не ладное почувствовала и пятая точка Мрачного лорда, а она его, между прочим, никогда не подводила.
– Онто-арм-зэй… – нашёптывал Хакус, кастуя заклинание высшего порядка.
Мощный поток необузданной первичной энергии заполнил тело и душу старого мастера. Его глаза побелели, из ушных раковин и широко раздувавшихся ноздрей брызнула фонтаном горячая кровь.
Энергетический взрыв потряс самый нижний этаж. В живых сумел остаться только Мрачный лорд, умудрившийся в последний момент скастовать защитный купол. Через десять секунд золотистое свечение стало постепенно меркнуть. Не дожидаясь окончания действия заклинания Хакус прервал его и брезгливо, на цыпочках стал пробираться к стеклянной сфере, служившей подъёмником между этажами.
Что же касается Торза, то вернуть генерала в мир живых больше не представлялось возможным. Куски его разорванного тела валялись теперь вместе с другими фрагментами воинов бывшей передовой группы.
Произошедшее на минус девятом этаже не только не огорчало лорда, но и предавало ему всё больше веры в свою авантюру – неподконтрольный выброс энергии подобной силы, – рассуждал он вслух – ещё раз доказывает, что я на верном пути.
Немало времени понадобилось Хакусу, чтобы собрать оставшихся орков в стройные ряды. Неподдельный ужас на их лицах, говорил правителю о том, что при удобной возможности его незамедлительно предадут.
– Правая рука Торза, выходи! – рявкнул Хак. Из восьмого блока уверенно вышла довольно рослый детина.
– Как твоё имя? – вопросил правитель.
– Торз!
– Не понял?
– Я сменил своё имя в знак преданности покойному генералу, Ваша милость.
– Надеюсь проявляя преданность, ты ограничился только этим? – усмехнулся лорд – Теперь тебя будут звать «Мясником» и с этой самой минуты тебе переходят все полномочия бывшего генерала.
– Слушаюсь! – отчеканил бывший Торз номер два.
– Потрудись расквартировать своих солдат. Обстоятельства вынуждают меня вернуться в Призрачное королевство, меня не будет несколько дней, в моё отсутствие, ты здесь царь и бог. Это все уяснили?
– Да-а-а, – раздалось гулким эхом в знак одобрения.
– Слышишь крики приморских летунов, земля уже близко. Потерпи немного, – молвил тёмный страж.
Пятидесятый ошибался, то были крики «Вестников» – дозорных птиц «Детей Солнца», бороздивших днём бескрайнюю небесную синеву, а ночью возвращавшихся с докладом к своим хозяевам.
Наконец показались еле заметные очертания береговой линии, принадлежащей Призрачному королевству. У главных доков, сновали орды разнообразных существ. То были: горбатые гоблины, хромые коротыши, сомнительного вида люди, драги в строгих намордниках и много ещё новых и незнакомых нашим эльфам видов. Именно – поэтому игнорируя жажду и голод, тёмным пришлось повременить с причалом и поискать менее оживлённую пристань.
Прошло немало времени, прежде чем им удалось найти подходящее место в северо-западной части материка. Пристань – когда то была популярным пляжем, но теперь здесь было в крайней степени неприветливо и пустынно.
– На открытой местности, оставаться опасно, давай, Эль, поищем подходящее место для привала – измождённые эльфы тяжёлыми шагами побрели вглубь материка.
Полчаса ходьбы вывели тёмных странников на аналогично заброшенные копры8, полуразрушенные склады, насыпные кучи обеднённой выработанной породы. Когда-то здесь добывалась зачарованная руда, прозванная руданитом. Теперь, единственная копь располагалась на Северном Оле, на данный момент считавшийся колонией Призрачного королевства.
Среди десятка ветхих надстроек эльфам всё же удалось отыскать более – менее сносное помещение, служившее обеденной в былые времена. Изрядно порывшись в шкафчиках, наши герои обнаружили остатки продуктов попорченных временем и грызунами. Не скрывая брезгливости, Тёмные эльфы давились этой гадостью, задержав дыхание. Едва, заглушив голод, Пятидесятый страж вызвался в дозор, предлагая эльфийке окунуться в объятия морфея. Сдвинутые столы послужили отличным лежаком, на котором девушка довольно быстро мерно засопела.
Накопленная усталость давала о себе знать пульсирующим давлением в висках. Пятидесятый, прекрасно понимал, что долго так продолжаться не может. Наблюдая за смуглым личиком сладко спящей Эль, Тёмный страж инстинктивно закрывал отяжелевшие веки.
Свежий приморский воздух временно взбодрил его, тихо прикрыв за собой входную дверь, Полтинник решил хорошенько осмотреться. Он не мог объяснить, но чувство опасности не оставляло его в покое. Годы караульной службы не прошли даром, эльф тщательно осмотрел шахтёрский посёлок, делая особый упор на фронтир и фланги. Итог немного притупил его волнение. Застать тёмных врасплох, незваным гостям будет не так-то просто. Заброшенный посёлок располагался на искусственно насыпном холме, откуда вся прилегающая территория в радиусе двух сот метров чётко просматривалась.
Неожиданно некромант ощутил чьё-то присутствие. Затаив дыхание он отчётливо улавливал скрежет несмазанного и насквозь проржавевшего подъёмного механизма. Звук доносился из ближайшей копры. Её крыша оказалось довольно хлипкой, забравшись на неё Полтинник, здорово рисковал быть обнаруженным. Но эффект внезапности всегда стоит свеч. Вот уже слышны обрывки голосов. Через мгновение неизвестные выйдут на поверхность, и не стоит утруждать себя вопросами дипломатии, ведь для изгоев весь мир – враг. Тёмные эльфы для него балласт, неприемлемый винтик в отлаженном механизме мироздания.
Их было двое, наверняка дозорные, об этом факте свидетельствует их монотонный размеренный шаг. Внезапный прыжок стража унёс жизнь замыкающему. Бедолага не успел понять, что с ним произошло. Он пытался кричать, но с кинжалом в горле, его жалкие попытки не увенчались успехом. Судорожно хватаясь за смертельную рану, дозорный выпучил глаза, задыхаясь собственной кровью и медленно оседая на земь. Второй тщетно пытался вынуть меч из ножен, который крепко пристыл и никак не хотел поддаваться.
– Нынче свежо на улице, не так ли? – ухмылялся эльф.
Часовой оказался достойным противником. Первый же пропущенный хук левой заставил Пятидесятого вести себя настороженней. В этой рукопашной схватке Тёмный страж, явно, уступал левше. Его качественные выпады встречали хорошо поставленные блоки. События последних дней давали о себе знать и эльф, понемногу, сдавал позиции, когда как обороняющийся противник терпеливо выжидал подходящего момента для стремительной контратаки.
Истекавший кровью замыкающий дёрнулся в предсмертных конвульсиях и затих. Неожиданно Полтинник почувствовал вибрацию в разгрузочном кармане кожаной стёганки. Рука инстинктивно нащупала кольцо, лишившегося после событий на арене защитной шкатулки. Кружок серебра принял размер пальца, а инкрустированный руданит запульсировал алым огнём. Невероятно, но тёмный страж ощущал знакомое покалывание на кончиках пальцев. Незримое присутствие неизвестно откуда возникшей энергии постепенно заполняло собой пространство и время.
Наконец противник решился на контратаку. Его движения были словно в замедленном кадре. Кулак в кожаной рукавице медленно прорезал плотную завесу густо падающего снега. Пятидесятый прикрыл глаза и резкими движениями стал смыкать персты, создавая всё новые и новые печати. Ещё недавно эльф не знал о существовании этой особой техники. Тело отчётливо выполняло её, не подчиняясь воле заклинателя, и вдруг он замер. Тишина… громче… совсем рядом.
Что здесь происходит? – слегка запыхавшись, выпалила Эль.
Пятидесятый открыл глаза и вздрогнул. Прямо перед его носом застыл кулак уже окаменевшего противника. Как ни странно, та же учесть постигла уже мёртвое тело замыкающего. Скрючившись в неестественной позе, он выглядел весьма зловеще.
– Жаль нельзя прихватить с собой, они хорошо вписались бы в мой интерьер, – слабо улыбнулся Полтинник.
– Впервые вижу подобное, это как то связано с этим кольцом? Где ты вообще его откопал? – засыпала вопросами эльфийка, а в её живых глазёнках читался неподдельный интерес.
– Гм, я выменял это кольцо у гнома и берёг для особого случая, – тяжело вздохнул некромант. Его взгляд неотрывно смотрел куда-то вдаль, далеко за горизонт, где едва виднелись острые шпили башен Призрачного королевства.
– Ты что-то не договариваешь брат.
– Сейчас не время для задушевных разговоров, нужно поскорее спрятать эти тела и убираться как можно дальше.
– В такую погоду мы не сможем далеко уйти.
– И что ты предлагаешь? – нахмурился Пятидесятый.
– Эти парни из числа дозорных, как думаешь здесь рады незваным гостям? – ухмыльнулась девушка.
– Я понял к чему ты клонишь, мы скоро это выясним.
– Что-то ты стал часто улыбаться мне?
– Я не заметил, само собой вышло, – смутился страж – и вообще это я так к слову, не бери в голову.
Спустившись в заброшенную с виду шахту, наши герои оказались в длинном тускло освещённом коридоре. Они крались в гробовой тишине, а их заострённые уши жадно ловили малейшую вибрацию. В конце узкого коридора эльфы ступили на небольшую бетонную площадку, где увидели два прохода.
– Я, думаю, стоит пойти на право, – еле слышно прошептала Эль.
– Ясно, – буркнул тёмный брат и без колебаний устремился к левому проходу. Такой поступок не мог не обидеть девичьего сердца, но, в конце концов, ближе его у неё никого больше не осталось и девушка молча отправилась следом.
Новый коридор, был теснее предыдущего. Эльфам приходилось идти в пол-оборота, чтоб хоть как-то двигаться дальше. Кромешный мрак был не помехой для детей тьмы и довольно скоро они успешно миновали коридор, оказавшись в большом зале. Довольно яркий свет источали здесь множество факелов. В самом центре на импровизированном троне восседал пожилой бородатый мужчина.
– Я ждал Вас – Тёмные потомки Магну-О-Рана – прорычал он, а между тем, выполняя чудеса акробатики, перед эльфами предстали пять телохранителей. Все как один были облачены в кожаный доспех и вооружены короткими клинками.
– Да, Вы, не нервничайте. Мы просто ищем место для ночлега, – молвила Эль на повышенном тоне.
– Вы хоть понимаете, с кем имеете честь разговаривать? – гремел старик. – Я создатель клана «Дети солнца», несущего добро и свет в этот грешный мир.
– Ваше святейшество, одним добром свет в грешный мир врятле принесёшь, как на счёт лишней пары бойцов? – спокойно ответил Тёмный страж.
– Ты прав, юноша. Здесь конечно вам не бойня на арене, но всё же работёнка по профилю найдётся. Не могу не прочесть удивление на ваших лицах, это мои «крылатые вестники» присматривали за вами, моё имя, кстати, Тэйгун, но для наёмников – Тэй. Проходите, чувствуйте себя, как дома. – Телохранители расступились, дав эльфам пройти и сесть на обшарпанные табуреты возле небольшого резного столика редкой работы, неизвестно откуда взявшегося в этой заброшенной дыре. Тэй присел за стол, напротив, с минуту помолчал, внимательно рассмотрев гостей, он, наконец, произнёс: – Я могу предоставить своё покровительство, но вы со своей стороны обязуетесь поддержать нас в наших стремлениях.
– В каких стремлениях? – не сговариваясь, одновременно спросили эльфы.
– Мы желаем свергнуть Мрачного диктатора и подарить Октанту9 мир и процветание, которых нам всем так не хватает.
Эльфы на мгновение задержали взгляд друг на друге. – Мы согласны, – утвердительно произнёс Пятидесятый.
– Отлично, да чуть не забыл, за выполнение первых двух контрактов награды вы не получите. Теперь «Дети солнца» ваша семья, и убийство «своих» будет означать измену, карающуюся не штрафом, а мучительной смертью.
Бородач, на мгновение, прервал пламенную речь и, осушив чарку вина, возобновил беседу. – А теперь выкладывайте, что заставило тёмных зануд забраться так далеко?
– Бафуры Хакуса похитили нашего кровного брата и наш долг вернуть его, если он ещё жив, – отчеканил Пятидесятый.
Хм, значит, они не случайно оказались там, – нависло молчание. – Видите – ли, мои войны тоже были в Горинэйме в тот злополучный вечер. Они отважно сражались с разведчиками Мрачного лорда, но обе стороны понесли серьёзные потери. В спешке забрав раненных, мы были вынуждены отступить. Орки сделали тоже самое, но каким-то волшебным образом успели нейтрализовать вашего мастера клинков и прихватить с собой в «Призрачный замок».
– С какой целью, «Дети солнца» пересекли наши владения?
– Информатор донёс о тайной операции генерала Торза, и я отправил свободных наёмников сорвать их планы. Они вошли в двусторонний портал вслед за орками, ну а дальше вы уже знаете, – окончил свою речь Тэйгун.
– А в чём была суть их тайной операции? – не успокаивался Пятидесятый страж.
– Лорд Хак страстно желает завладеть последней эльфийской землёй. Причины этого нежданного рвения мне пока не известны.
– Тогда нужно поскорее известить наших братьев и сестёр о надвигающейся опасности, – вскричала Эль.
– Успокойся, их там больше нет, – все удивлённо посмотрели на Полтинника.
– Серьёзно… они перенеслись, а куда именно забыли мне сообщить.
– Ты пошёл против воли своего народа ради этой девушки, такой поступок достоин похвалы, – улыбнулся старец, замечая, как эльфы смущённо потупили взор. – Смелый юноша дай знать старику, когда всё же решишься подарить юной деве кольцо, что на твоём пальце, сейчас… ой, я не умышленно сказал это вслух, – старик изобразил стыд на морщинистом лице.
– Мы бы хотели утолить голод, с вашего позволения.
– Да, ступайте за моими детьми. Вам покажут вашу комнату и хорошо накормят. О делах насущных поговорим завтра.
Как и было обещано седовласым Теем, эльфов досыта накормили и предоставили сносную комнатушку с двуспальным лежаком и нишами в стене, служившими вероятно для складирования одежды.
– Завтра купальный день, – коротко известил один из провожатых, наконец, они остались наедине.
Эль-А-Нур хотела что-то произнести, но взволнованный страж её опередил: – видимо вестники Тейгуна не только видят, но и отменно слышат.
– Ты, правда, хотел обручиться со мной? – голос Эль сделался нежным и приятно ласкал слух.
– Да, но…
– Не каких «но». Как только всё закончится, настанет новая жизнь и в ней обязательно найдётся место для нас с тобой.
– Вот возьми это кольцо, – Пятидесятый осторожно снял серебряный кружок и бережно надел на тоненький, дрожащий пальчик девушки. – Правда, я не до конца осознал его предназначение, но совершенно очевидно, что кольцо крадёт энергетическую массу убитых тобой существ и восполняет пустоты в твоей «решётке силы».
Pulsuz fraqment bitdi.