Дизайнер обложки Ангелина Сергеевна Дубровина
Иллюстратор Ангелина Сергеевна Дубровина
© Ян Лёвкин, 2020
© Ангелина Сергеевна Дубровина, дизайн обложки, 2020
© Ангелина Сергеевна Дубровина, иллюстрации, 2020
ISBN 978-5-0053-0006-5
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Теченье
Теченье
Подхватит наши ребра.
Брызги пены дьявольской волной,
Подхватит все умиротворение.
Лазурные равнины
Вонзились в левое мое плечо.
В низинах, разгневанной моей души,
Лелёют твои руки,
Любовные колыбели мои.
Оранжевый закат в мои ладони,
Напиться и падать в руки Посейдона.
Выпрыгиваем из одежд,
Жалкое трепьё.
У мира во власти
Твоё и моё.
***
Отцветает август, Слушая дождевую мягкость.
Глубокий тон.
Прядь твоих волос – как рожь.
Разнесет по осени
До омерзенья невыносимую слякоть.
Я коллекционер ветров,
Разворую поля, утратив лето.
Мы вернёмся в эти места,
Когда твои запястья, как тонкая нить,
Меня и тебя соединит.
Не разъединить!
Красным вином, разольются реки,
Обнимая твои и мои плечи, и
Мы нырнём, в надежде о вечном.
***
Секунды стекают по стене.
Электрически-застенчивый твой взгляд.
Рванусь,
К твоим мраморным коленям,
Взволновано зацветёт
Трепет твоего тела.
Ржавое солнце блещет,
В тебя полевыми цветами.
Океан нам бьет ветром в лицо,
С грохотом лес падает на океанское дно…
Фарерские острова обнимают водами,
Тебя и меня.
О, моя земная!
Я расыплён в вестибюле
Обветшалых домов.
О, моя земная!
Утихомирь во мне этот шторм.
У парома
Косится океан на двух глупо одаренных,
Летит весь мир вокруг своей оси,
Не замечая грозы и дожди!
Двоя у парома, считали звезды,
Скакала вечность, хватая их за кисти.
Время исчезало мимолетно!
И рушилась весна у них в ладонях,
Когда двое, целовались у парома.
И твердили умные уста,
Что не существует слова «Мы».
Им хватило лишь зимы
Не разориться,
Не сгореть и не раствориться!
В кармане облака и много дыма,
Ох, не разочаруйтесь, милые.
Пройдут года, и пробьет свой час,
У парома грубо тронет дрожь,
И на них прольется первый и последний дождь.
***
Кочует весна, в которой я тебя повстречал.
Растреплет цветущий сад в твоих волосах —
Ветер.
Громада чувств,
Иссечась на берегу, где множатся кораллы.
Изругав любовь, плавлю в тебе слово – Боль.
Отяжелевшее сердце изрыгнет,
Исступленный отчаяньем,
Швыряю на ваш холст краски
Измарав манжетами.
Обезумлюсь, если вас не любить,
Останется выреветь.
Ох, деточка!
Останется выреветь.
Несгораемым чувством останется вымолить.
***
Тишина.
Тянет в другие края.
Хожу в старых ботинках, в глазах пожар!
Не спеша в спину, входит лезвие ножа.
Госпожа ждёт моего заката.
От госпожи пахнет мятой.
Я учуял запах разврата.
Висит сердце. Голое. И пахнет дурно.
Я оставил свое тело под Люксембургом.
Я дарю вам особое чувство, вязкое,
Как сироп от кашля.
Чувство, с которым за руку боль.
Чувство, в котором поток, сквозь лёгкие прорастает росток.
Чувство, где сердце жрёт мотылек.
Я дарю вам чувство.
Любовь.
***
Не лей слезы деточка,
Эта любовь как веточка, разрушительных событий.
В тебе океан тонких откровений к миру.
Напомню, ты так назвала этого мужчину.
Ты протягивала тонкие, как лед запястья
И готова была сдаваться под гром.
И как дождь на голову…
Морфинист! Кричит в горло публика
Им интересно, какая ты дурочка.
На тебе платье, лёгкое, как пахнет сирень по утрам,
Доверься своим глазам.
Сердце не причем – оно лжет,
Дай имя воспоминаниям и забудь навсегда,
Он тот, кого нельзя называть.
Иначе пожары, иначе провал и слезы в ладони.
Ты собираешь его любовь?
Он морфинист, деточка помни.
***
Недавно разыграл ноктюрн на улыбках лиц,
Что пронзительно смотрели мне в лицо.
Pulsuz fraqment bitdi.