Кардиохирургия страны, как и вся кыргызская медицина, имеет все шансы для того, чтобы вновь вернуться на передовые позиции не только в регионе, но и в Азии и во всем мире, как это имело место на пике творчества выдающегося хирурга XX столетия академика Исы Ахунбаева.
И коллектив НИИХСТО под руководством Калдарбека Абдраманова за годы, когда он руководил институтом, двигался в правильном направлении, стремясь не только к совершенству в своей работе, но и провоцируя на перемены другие отрасли медицины.
Речь шла не только о полном удовлетворении потребностей республики и народа в качественном медицинском обслуживании на всех стадиях развития сердечно-сосудистых болезней, хотя даже эта цель была более чем достойна того, чтобы ей посвятить всю свою жизнь, – а о борьбе с теми болезнями, от которых умирает примерно половина наших соотечественников. То есть фактически перед медициной страны стоял и продолжает стоять вопрос о судьбе народа, охране его генофонда и будущего; все остальное на этом фоне выглядело как вещи второстепенные.
Абдраманов и те, кто его поддерживали, помимо достижения чисто медицинских целей, в ходе этих реформ добивались существенного улучшения морально-психологического климата в медицинской среде и обществе в целом, поскольку от этого также зависит – порой в решающей степени – спасение того или иного больного, чтобы в ходе этих реформ измениться самим, стать более честными, более ответственными и профессиональными.
Хирург хорошо знает о хрупкости человеческой жизни и о той филигранной работе, которая требуется подчас, чтобы спасти человека.
Однако государство, общество и весь мир в целом также выглядят по-своему хрупкими и беззащитными – все это если и удастся спасти от тотального разрушения и деградации, то только путем консолидации всех конструктивных личностей, сил, институтов, обществ и стран.
Участники международной конференции в ЮРНЦСС, приуроченной 110-летнему юбилею Исы Ахунбаева, 2018-й год, Жалал-Абад.
Академик Намазбеков М. Н., ученик Исы Ахунбаева, со своими учениками-соратниками на юбилейной конференции в Жалал-Абаде, 2018 г.
– Внедрить внутриутробную ЭХОКГ-диагностику врожденных пороков сердца;
– Внедрить и освоить хирургию новорожденных;
– Внедрить и освоить пересадку органов, клеток тканей;
– Увеличить количество операций до 1000 в год;
– Дооснастить институт новым лечебно-диагностическим оборудованием;
– Провести капитальный ремонт нового здания центра, включая операционный блок с установкой там системы климат-контроля;
– Организовать в городах Таш-комур, Ош филиал центра;
– Открыть межвузовскую кафедру сердечно-сосудистой хирургии;
– Построить современный Национальный центр сердечно-сосудистой хирургии в г. Бишкек.
Общественность Кыргызстана уже давно осознала необходимость реализации этого проекта, который в условном виде вы видите на снимке на задней обложке книги.
Чтобы построить такой современный кардиохирургический центр и оснастить его всем необходимым оборудованием, требуется в общей сложности 15—18 миллионов долларов США. Это, конечно же, большая сумма. Это примерно пятая часть от той суммы, которую платили американцы в год за аренду «Ганси» и столько стоит полтонны золота, добытого на Кумторе.
Но зато этот медицинский центр сможет спасать от неминуемой смерти тысячи человеческих жизней в год.
Но давайте обо всем по порядку.
В последние годы в кардиохирургии наблюдаются позитивные перемены. Последовательно и неуклонно увеличивается число операций на сердце, их сложность и снижается смертность. Более того, стали проводиться – впервые в стране – операции на сердце детей грудного возраста.
Тем не менее ситуация в области лечения болезней сердца остается сложной. Так считает директор научно-исследовательского института хирургии сердца и трансплантации органов профессор Калдарбек Абдраманов.
– Калдарбек Алишерович, какова реальная ситуация с болезнями сердца в стране?
– Как профессионал могу только констатировать, что она продолжает оставаться весьма и весьма сложной и далеко не все зависит от нашей воли и желания всеми возможными средствами помочь больным.
Наш институт при существующей инфраструктуре и возможностях может делать максимум до тысячи операций в год. Реальная же потребность гораздо выше.
– И каковы эти потребности?
– Согласно данным ВОЗ ежегодно в Кыргызстане в хирургическом вмешательстве нуждаются 5—6 тысяч человек. Только с появлением такого центра можно будет решить эту проблему. И что самое главное, мы смогли бы спасать младенцев с врожденными пороками сердца, нарушениями ритма и коронарной болезнью сердца. На днях мы уже сделали успешно несколько таких операций, и наш институт располагает кадрами самой высокой квалификации.
Современная кардиохирургия – это огромная область медицины. Мы же вынуждены работать только в относительно узком диапазоне врожденных и приобретенных пороков сердца, главным образом из-за слабости материально-технической базы. Чтобы существенно расширить наши возможности, проводить более сложные и уникальные операции, вплоть до трансплантации сердца и других органов, нужен такой современный центр.
А вертолет, изображенный на этом рисунке – не прихоть или фантазия художника-дизайнера: современная трансплантационная хирургия должна отличаться высокой степенью мобильности – идет ли речь о сложном больном, которого в считанные минуты надо доставить в центр на операцию, или о доставке донорского органа.
– Произойдет ли снижения смертности в стране, если Кыргызстан обзаведется таким современным кардиохирургическим центром? Насколько оправданы такие надежды?
– Как я уже говорил выше, чтобы покончить с этой проблемой в масштабе всего Кыргызстана, требуется делать в год 5—6 тысяч операций на сердце. Вот почему нам нужен этот центр! Каждый год в стране рождается примерно 2 тысячи детей с врожденными пороками. Если их своевременно не прооперировать, то половина из них не доживут до 5 лет, а остальные, скорее всего, тоже погибнут в раннем возрасте или станут инвалидами.
Но это, так сказать, видимая часть печальной статистики. Сердце – такой орган, который должен быть под постоянным контролем специалистов, вооруженных самым современным оборудованием. В мире каждый день умирают от синдрома внезапной смерти тысячи людей, и больше половины этих трагедий вызваны нарушениями ритма сердца и коронарной болезнью сердца. Так вот в нашей республике данные направления медицины практически не развиваются, главным образом из-за отсутствия соответствующей материально-технической базы.
– Таким образом, строительство современного медицинского центра разрешает целый комплекс проблем, стоящих перед отечественной медициной?
– Да, именно так. Мы просто не имеем морального права задерживать реализацию этого проекта. Надо при нашем институте немедленно начинать строить этот центр. У нас есть для этого подходящий участок земли, примыкающий к уже существующему корпусу, где можно возвести многоэтажное здание, оснащенное современными операционными, реанимационной, высокотехнологичным оборудованием.
Кстати, есть еще один довод в пользу этого проекта: во всем мире сердечная хирургия развивается совместно с сосудистой хирургией и только при таком союзе она может быть высокоэффективной. У нас же в стране после трагической гибели нашего учителя Ахунбаева эти некогда единые структуры оказались разобщенными из-за групповых интересов некоторых наших руководителей прошлого. Но теперь наши коллеги из сосудистой хирургии понимают не только необходимость объединения с нами, но так же, как и мы, страдают от отсутствия современного центра. Так что с появлением центра это объединение станет возможным.
В общем, надо строить медицинский центр. Как руководитель республиканского головного центра кардиохирургии я и наш молодой коллектив будем делать все, чтобы эта мечта осуществилась в ближайшем будущем. В конце концов, почему мы должны отставать от своих соседей – Узбекистана и Казахстана, где подобные центры уже появляются в каждом областном городе?
– Глобальный фонд по борьбе со СПИДом выделил Кыргызстану 28 миллионов долларов на борьбу с распространением СПИДа в Кыргызстане? Могли бы кардиохирурги рассчитывать на такую же помощь?
– Я поддерживаю мировое сообщество, желающее помочь нашей стране в борьбе с распространением СПИДа. Но если подходить к рассмотрению данной проблемы с моральной стороны, то общество тем более должно быть озабочено решением проблем младенцев с врожденными пороками сердца. Хотя бы потому, что это гораздо более смертоносный недуг.
Газета МСН, 2008 год.
Каждый день в борьбе за жизнь человека
В ведущей русскоязычной газете Кыргызстана «Вечерний Бишкек» директор Национального центра кардиологии и терапии имени академика Миррахимова Айнагуль Джумагуловой в обширном интервью журналисту этого издания допустила ряд сознательно искаженных высказываний и комментариев, которые не только вводят в заблуждение общественность относительно деятельности Научно-исследовательского института хирургии сердца и трансплантации органов (НИИХСТО), но и порочат мои честь и достоинство, распространяя обо мне неверные сведения и нанося ущерб моей деловой репутации. Мы написали опровержение этой статье и направили две недели назад официальное письмо редакции газеты с просьбой дать нам возможность изложить свою точку зрения, однако это издание не спешит идти на это, что не может не вызывать наши сомнения относительно стремления газеты к объективности в данной сфере.
Уже в самом названии интервью «Любые технологии надо использовать ради спасения больного», также как и в напечатанном жирным шрифтом в предисловии к интервью, где говорится о том, что директор НИИХСТО назвал проведение ренгенохирургических операций на сердце кощунством по отношению к больным, не имеющим возможности оплатить их, равно как и многие пункты обвинений против моей персоны и моего института являются несоответствующими действительности.
– Да, я, действительно, назвал кощунством, – сказал Калдарбек Абдраманов, – требование о выделении чрезмерно больших государственных денег на проведение ренгенохирургических вмешательств (а не операций, как ошибочно их называет мой коллега-кардиолог) на сердце, однако сказано это было в совсем другом контексте.
Хотя мы за то, чтобы ренгенкардиохирургические вмешательства развивались у нас в стране, и сами практикуем эти процедуры, при нашем институте год назад было с этой целью открыто отделение инвазивной диагностики и лечения под патронажем первой леди Кыргызстана Татьяны Бакиевой и при поддержке советника президента КР Талантбека Батыралиева.
Но дело в том, что проведение подобных процедур на сердце – это очень дорогостоящий процесс. На одну процедуру требуется более 7—8 тысяч долларов США. На такую же сумму можно провести 7—10 открытых операции на сердце у тяжело больных детей, то есть спасти в семь раз больше больных.
Сразу же скажу, что нигде в мире нет такой страны, где такие дорогостоящие операции как закрытие дефектов сердца проводились бы полностью за счет государства. Если расходы на традиционные операции в Кыргызстане составляют 14—55 тысяч сомов, то стоимость чрезвенозных процедур составляет 300—400 тысяч сомов.
Разве не понятно после этого, что требовать средства на подобные операции от государство кощунственно. Более того, рентгенохирургические вмешательства осуществляются в подавляющем большинстве случаев по отношению к больным детям, которые имеют относительно легкие пороки сердца, когда нет экстренной необходимости, если им не сделать подобной процедуры, то это не угрожает их жизни, некоторые из них могут прожить с подобными пороками до глубокой старости без вмешательства.
Теперь несколько слов о самой процедуре эндовоскулярных методов закрытия внутренних пороков сердца (ВПС).
1.Чрезкатетерные методы закрытия пороков имеют ограниченные показания. То есть не во всех формах врожденных пороков они применяются. Прежде всего, это незакрытый Баталов проток, изолированные дефекты межпредсердной и межжелудочной перегородки с четкими свободными краями.
2. Существуют маленькие дефекты перегородок сердца, когда необходимости в оперативном вмешательстве нет, и люди с такими дефектами могут прожить всю свою жизнь без проблем, при этом только надо находиться под контролем врача. Тогда как наши коллеги умудряются рекомендовать закрыть дефекты межпредсерной перегородки размером 2—3 мм!
Именно поэтому нельзя поголовно рекомендовать всем использование этого метода, и мы всегда ратовали и будем ратовать, чтобы показания к таким процедурам определяла комиссия, состоящая из опытных кардиохирургов, детских кардиологов и инвазивных кардиологов.
3. Наконец, материалы, которые используются для закрытия таких дефектов, сами по себе являются инородным телом для растущего организма ребенка.
4. Если учесть, что жизнь ребенка только начинается, а также то, что пока никто еще не сможет дать гарантию тому, что в будущем с учетом роста организма ребенка и увеличения размеров сердца, это не приведет к серьезным проблемам. Многие ученые до сих пор занимают выжидательную позицию, и если у ребенка до 5 лет с ВПС нет признаков нарушения гемодинамики, просто наблюдают за ним с расчетом на самостоятельное закрытие порока.
5. Дело в том, что при закрытии дефектов сердца у детей окклюдером, происходит механическое сдавливание окружающей миокардиальной ткани, что в последующем, о чем пишут многие авторитетные исследователи, может привести к нарушению трофики сдавленной части ткани – вплоть до нарушения внутрипредсердной и предсердно-желудочковой проводимости и атриовентикулярным блокадам – что означает внезапную остановку сердца и смерть ребенка.
Тогда как кардиохирурги делают операции только в том случае, когда есть признаки нарушения гемодинамики и спасти больного другим способом уже невозможно и при устранении такого рода ВПС операция проводится практически без смертельных случаев. За последние годы у нас не было даже серъезных осложнений, разве что остаются рубцы на теле.
А при выполнении закрытых лечебно-диагностических процедур, возможны развития осложнений, заканчивающихся иногда летальным исходом, особенно когда нет кардиохирургической страховки, способной оказать экстренную помощь при возникновении жизнеугрожающих осложнений.
Поэтому утверждать, что закрытые методы безопасны и не бывают осложнений и смертельных исходов – это чистый обман, имеющий целью отвлечь внимание людей от реальной ситуации.
Директор Кардиологического центра не может не знать об этом, но за ее требованием увеличить количество рентгенохирургических процедур скорее всего стоит не забота о снижении смертности от сердечно-сосудистых болезней, а банальное желание выбить побольше средств от государства на закупку и реализацию чрезвычайно дорогостоящих процедур, что выгодно и для фирм поставщиков, которые занимаются этими закупками по традиционной схеме. Однако это невыгодно для здравоохранения в целом и не в интересах наших больных и государства.
Впрочем, никто не против закупки такого оборудования и проведения этих процедур, если это идет за счет родителей больных детей, которые могут оплатить подобные расходы или осуществлять их за счет фирм, рекламирующих эти процедуры. Как это было в случае с китайскими специалистами, которые двум десяткам нашим больным проводили бесплатные процедуры, упомянутые в статье.
Дальше – еще больше. В ответ на вопрос журналиста: «Почему между кардиологами и кардиохирургами не складываются нормальные рабочие отношения?» (хотя в том, что возникла такая ситуация, нет нашей вины – автор), директор Кардиологического центра обвиняет во всем возглавляемый мною институт, ставя проблему с головы на ноги. На примере Астаны она говорит о том, как дружно там работают над спасением больных кардиологи и кардиохирурги и как плохо обстоит дело с этим у нас.
«Они (то есть мы – прим. автора) крайне болезненно реагируют на то, что мы беремся оперировать детей.»
Директор тут же добавляет, что есть приказ Минздрава КР о том, что все дети с пороками сердца должны оперироваться в кардиохирургии (Этот приказ кардиологи упорно не хотят выполнять – автор). Но когда у ребенка есть изолированный порок, то во всем мире сейчас применяются эндовоскулярные вмешательства – без наркоза и скальпеля.
Все правильно, мы тоже занимаемся этим в своем институте, когда находятся родители и или спонсоры, способные финансировать такие процедуры и только в том случае, если это пойдет на помощь больному. Кроме того эти процедуры мы делаем в условиях специализированного головного учреждения страны.
А за счет ограниченных бюджетных средств мы делаем только операции тем детям, которых невозможно спасти другим способом. Но если государство не может на 100 процентов обеспечить тех, кто нуждается в спасении в первую очередь, как оно может выделить деньги на гораздо более дорогостоящие проекты, когда нет прямой угрозы здоровью? И разве подобный стиль мышления и такое неверное выделение приоритетов – не является кощунством?
И, наконец, директор обвиняет кардиохирургов в том, что они якобы не идут на сотрудничество с кардиологами в деле спасения больных.
Ну это уже совершенная чушь и демагогия. Приведу дословно один пассаж из этой статьи: «Когда идет отбор больных для проведения эндовоскулярных вмешательств, мы приглашаем кардиохирургов, говорим: чтобы не было инсинуаций, что мы оперируем ваших больных, давайте, вместе будем решать, какая операция требуется ребенку…»
Во-первых, до сих пор, за исключением процедур, проведенных специалистами из Китая, не было ни одного случая приглашения кардиохирурга, ни даже уведомления о том, что в институте Кардиологии делается вмешательство. Между тем, мы уже на протяжении нескольких лет неоднократно устно и письменно обращались к руководителям Кардиологического центра с просьбой решать совместно наболевшие проблемы, организовываем круглые столы, однако не можем дождаться адекватной реакции от руководства Кардиологического центра.
Но официальная установка руководства этого центр такова, что – в Кыргызстане нет насегодня хороших кардиохирургов и поэтому в стране нельзя проводить операции на сердце. Это не соответствует действительности, об этом хорошо знают не только общественность, но и многие кардиологи и сотрудники Кардиологического центра, но не могут пойти против линии руководства.
Я как руководитель НИИХХСТО борюсь против подобного огульного шельмования, и делаю все, чтобы больные, которые нуждаются в оперативном лечении попадали к нам своевременно. С пониманием к нам отнеслось и Министерство здравоохранения, издав соответствующий приказ, обязывающий Кардиологический центр и всех кардиологов страны направлять больных в НИИХСТО, когда они нуждаются в хирургическом лечении.
Сам этот приказ говорит о той прискорбной и абсурдной ситуации, которая все еще существует в нашей сердечно-сосудистой медицине.
Однако это происходит не по вине кардиохирургов, а вследствии сознательной ошибочной позиции наших кардиологов. Зарубежные врачи-кардиологи и кардиохирурги от подобных отношений двух близкородственных ведомств друг к другу, которые фактически занимаются одним дело, бывают просто потрясены и ошарашены! Из-за такого прямо скажем недружественного отношения двух структур, больные нередко попадают в сложную ситуацию, в особенности, дети.
Сегодня многие пациенты с ВПС по старой памяти, по направлению, идут в поликлинику Института кардиологии, где нет специалистов-детских кардиологов, кардиохирургов, педиатров.
И что получается в итоге? Вместо того, чтобы направлять их всех в НИИХСТО, их там пытаются даже лечить в условиях Кардиоинститута!? При этом грубо нарушается не только профильность (дети должны лечиться в детских стационарах и их должны смотреть детские кардиологи и кардиохирурги, а не врачи, которые специализируются на лечении гипертонии или инфаркта миокарда у взрослых – тем самым нарушается также и действующий приказ министра здравоохранения.
Наконец, сам стиль этой статьи свидетельствует о том, как опасно доверять кардиологам проведение инвазивных вмешательств без присутствия кардиохирургов, когда даже специалист не знает разницу между операцией и процедурой эндовоскулярного вмешательства.
Может, все объясняется тем, что именно кардиологи в данном случае норовят взять на себя несвойственные и непредусмотренные им функции, пренебрежение которыми недопустимо, согласно требований международных норм и медицинских стандартов, приведенных в рекомендациях Американской коллегии кардиологов и Общества Сердечно-сосудистой Ангиографии и Интервенций («Чрезкожные коронарные вмешательства», издание 2007 года, стр.82—85), поскольку может привести к непредвиденным рискам для здоровья больного, когда возникает реальная угроза его здоровью?
Дело в том, что эти процедуры должны проводиться только в присутствии кардиохирургической поддержки, потому что работать приходится практически вслепую и всегда может возникнуть непредвиденная ситуация и необходимость в срочном вмешательстве хирурга для спасения больного.
Вот почему, в самом деле, союз и хорошие отношения между кардиологам и кардиохирургами необходимы для успешной борьбы с сердечно-сосудистыми болезнями. Об этом все знают. Тем более в Кардиологическом центре работают очень много способных, порядочных, понимающих проблему специалистов, с многими из них у нас сложились дружеские отношения. И мы стремимся к развитию этих хороших и партнерских отношений, и не наша вина, что руководство настроено тенденциозно. Во всех странах мира, больные поступают к кардиохирургам из кардиологических стационаров без всякого директивного указания.
У нас же в НИИХСТО в 90 процентах случаях больные приходят сами. В то же самое время, согласно отчетам самого Центра кардиологии, у них каждый год проходят курс лечения около 3 тысяч больных, которые нуждаются в операции кардиохирургов. Куда же они направляются? Им советуют провести операции в Астане, Джамбуле, Ташкенте, Москве. Почему же такое предвзятое отношение к нашему институту?!
Ответ очевиден и прост. Это тенденция продолжает сохраняться еще с того времени, когда наш институт входил в состав Кардиологического центра.
Покойный академик Мирсаид Миррахимов в свое время болезненно воспринял отделение НИИХСТО от Кардиологического центра, хотя это было велением времени и привело к резкому улучшению всех показателей в НИИХСТО.
Надо сказать, что выдающийся кардиохирург современности академик РАМН Бураковский, друг и соратник Исы Ахунбаева в свое время, когда после смерти Ахунбаева в Кыргызстане произошло подчинение кардиохирургии кардиологам, назвал это ошибочным решением, которое может породить массу проблем в будущем. Об этом он публично сказал и это известно всем, кто смотрел документальный фильм «Я —Иса», где приводится высказывание Бураковского.
Жизнь доказала справедливость замечания выдающегося мирового авторитета в области лечения сердечно-сосудистых болезней и последствия этой роковой ошибки, которая имело место более 30 лет назад, вследствие волюнтаристского решения тогдашнего руководства страной, мы продолжаем пожинать до сих пор.
Когда-то всецело господствовавшая формула управления по принципу «разделяй и властвуй» и культура жесткой монополии над целыми отраслями глубоко укоренились и в области лечения сердечно-сосудистых заболеваний и нанесла большой урон нашей медицине.
Но пришло время не только осознания этих ошибок прошлого и их пагубных последствий для страны, но и через их моральное осуждение и общественное порицание наконец-то переходить к принципиально новым взаимоотношениям в медицине. От ведомственных интересов, авторитаризма, клановости и групповщины – к цивилизованным формам взаимоотношений между разными институтами в условиях максимальной прозрачности и крепнущего экспертного и общественного контроля. Так, как обстоит дело с медицинской практикой и наукой во всех развитых странах мира.
Как бы там ни было, я даже рад, что в Кыргызстане была поднята эта актуальная тема. Мы бъемся над этой проблемой уже много времени, и, надеемся, что в ходе этой полемики общественность Кыргызстана станет более информированной о том, как обстоит дело в нашей медицине, в его самой серьезной отрасли, касающейся сердечно-сосудистых болезней и методах и способах их лечения. А именно в этом залог перемен и прогресса.
Ученик мэтра кардиохирургии, главного кардиохирурга России, академика РАМН РФ Лео Бокерии, Заслуженный врач КР, доктор медицинских наук, директор НИИХСТО, профессор Калдарбек Абдраманов.
(статья размещена на сайте госагентства «Кабар» Кыргызской Республики, 9 декабря 2009 года, wwww.kabar.kg)
Pulsuz fraqment bitdi.