Балетное прошлое, отличная физическая подготовка и групповые занятия в КЛУБЕ, конечно, помогли Лее быстро освоиться с основными латинскими движениями. На первой же латине ей досталась пара в виде ассистента Саши. Хорошо отрабатывать элементы в паре! Особенно, когда ассистент – парень улыбчивый, симпатичный, в отличном настроении. На третьей тренировке выяснилось, что ассистента может и не быть. Но, если ты хочешь, чтобы он у тебя всегда был – доплати! От восьмисот до двух тысяч рублей за урок, в зависимости от класса ассистента. Конечно, с Сашей было гораздо лучше, чем без него, веселее…
Позанимавшись с ассистентом в группе, Лея поняла, что это промежуточный этап. «Замануха». На самом деле главная задача клуба в том, чтобы раскрутить девочку на индивидуальные занятия. Как можно больше. Для этого устраивались тематические вечеринки и балы. Надо было подготовить танец и выступить. Можно было, конечно, и групповой танец подготовить, но куда как лучше, когда на паркете только двое – ты и он! Для того, чтобы танец был поставлен и хорошо отработан, надо было взять как минимум десять индивидуальных уроков. И Эм уже не остановиться, ей просто некуда было отступать. Надо платить. Слава Богу, дела в клинике шли хорошо. И Лея платила и платила.
Отдушина в виде бальных танцев позволяла не обращать внимания на бухтящего мужа и излучать вполне искреннюю удовлетворенность жизнью. Танцы заряжали Лею той энергией, которая потом волшебным образом трансформировалась в энергию созидающего труда, счастливого материнства и удачного супружества. И за это Лея была благодарна КЛУБу. Однако, со временем, у Леи закралась предательская мысль о том, что ее цели и задачи и цели и задачи КЛУБа, мягко говоря, не совпадают.
КЛУБ продвигал идею спортивных бальных танцев для «не танцоров». То есть если твои родители не сподобились отдать тебя в бальные танцы в детстве, то еще не поздно все исправить. И в двадцать лет, и в тридцать и даже в сорок. Твоим помощником становится твой партнер, он же тренер, коорый обучает тебя премудростям бального танца, отрабатывает с тобой в паре шаги и повороты. А потом показывает то, чему ты с ним научилась, на турнирах. Сперва на меж клубных, а потом и на открытых. При этом его обязанность – показать тебя наилучшим образом, во всей своей красе. Для этого придумывается композиция, несложная, но с эффектными позами и поддержками.
Постановка вариаций тоже входила в обязанность ПРО. Как и знание женских шагов во всех элементах. Те мальчики, кто всего этого не умел, могли только ассистировать в группах. Стоили такие ребята недорого. Но Лее был нужен ПРО самого высокого уровня, который бы и учил хорошо, и сам танцевал превосходно, и мог поставить программу. Таких в клубе было всего пятеро. С приставкой Топ. Стоили они по-разному, от двух с половиной до пяти тысяч за сорок пять минут тренировок.
Лея наблюдала за всеми кандидатами недели две. И встала в пару с Пашей. Почему она выбрала именно его? Да она и сама не знала. Просто понравилось, как он танцует, какой он галантный, обходительный, дружелюбный. Это являло сильный контраст с мужем, кричавшим с порога:
«Жена! Жрать давай».
А ведь когда-то он был не менее галантен и обходителен, стремясь завоевать ее, Леи, расположение. Сразу обратил на себя внимание своим чувством юмора и обаянием. Почему, почему люди привыкают друг к другу и перестают радоваться каждому моменту, проведенному вместе? Да, кстати, мужа тоже звали Павел. Поэтому само имя «Паша» было для Леи какое-то родное и привычное.
Танцор-обаяшка, голубоглазый, невысокий. Лея в паре с ним вдруг почувствовала себя защищенной и спокойной. К сожалению, ненадолго. Выяснилось, что все те элементы, которые Лея заучила на групповых занятиях, в паре приобретают несколько другую геометрию и направленность. Вот, например, «виск» в самбе. В паре партнеры держатся за руки и находятся в очень активном взаимодействии. Это было очень странно, пугающе и волнительно. Лея вдруг ощутила себя, как на экзамене в балетную школу
– У меня ничего не получается, – сказала Лея, печально опустив плечи.
– Обязательно получится. Ты очень способная! Правда! – заверил ее Паша. И Лея вдруг поверила, что Паша в нее верит, он готов ей помочь. И сразу расслабилась. Полгода безоблачного танцевального счастья подарил Паша Лее в латине и в аргентинском танго. Лея сшила свое первое платье, станцевала первый шоу-номер, выступила на первом КЛУБном турнире, а потом и на первом международном. И все это именно с Пашей.
Лея парила на крыльях той радости, которую дарило ей пребывание в КЛУБе. Она исступленно осваивала новые танцы, готовила номера, шила костюмы для балов и турниров. С Пашкой ей хотелось и латину, и стандарт, и танго. И побольше!
Побольше не выходило по деньгам. Они испарялись с невиданной скоростью. Словно корова слизывала их языком. Молох бальных танцев постоянно требовал чего-то новенького. Точно так же, как желтый воротничок из рассказа Тэффи требовал новый диван, обои в полосочку и мужа-студента. Одной только обуви требовалось пять пар – латинские босоножки, туфли для стандарта, шпильки для танго, джазовки для хореографии. И пятая пара – турнирная. Латинская. Пока европейская программа и танго – только для балов и вечеринок. А на турнирах – латина.
А стандарт она просто оставила на сладкое, потому что танцевать полноценно две программы было нереально. Ни по финансам, ни по времени. Годовой абонемент КЛУБА включал в себя множество групповых занятий – сальса, бачата, хореография, пилатес, растяжка. И эти группы тоже хотелось посетить и причитающиеся часы отходить. Не пропадать же добру! Вот и получалось, что индивидуальных уроков всего два разика в неделю по сорок пять минут. Стандарт танцевать было просто некогда. Латина, латина и еще раз латина.
Неожиданно появились моменты, которые ее невероятно расстраивали. Увы, Лея не была единственной ученицей Паши. Поэтому с другими девочками ей надо было договариваться. Кто в каких выходах и на каких мероприятиях с ним танцует. Поскольку их много, а он один. И это было как-то унизительно.
Хорошо еще, что другие партнерши у Пашки подобрались спокойные и адекватные. Все ЗВЕЗДЫ, они же ОТЧАЯННЫЕ БЛОНДИНКИ, собрались у другого ПРО, Александра Казаченко. И среди них шла настоящая битва за право выступать с ним на турнире. Сама Лея в иерархии клуба принадлежала к МИДЛАМ. И хотя она тратила на танцы уже половину зарплаты, Лея не могла угнаться за блондинками, которые занимались каждый день по четыре часа. Они сменяли друг друга в танцевальном зале, так что к ночи Казаченко можно было просто выносить ногами вперед. Он просто жил в клубе, стремясь с раннего утра до поздней ночи удовлетворить ненасытные танцевальные аппетиты своих Эм.
Сами же Эм приходили на тренировки бодрые и свежие, не измотанные бытом. Блондинки гуляли по магазинам, пилили ногти в салонах красоты и танцевали, танцевали.
Впрочем, самые умные из них смекнули, что их «труженику» Казаченко надо бы и отдохнуть когда-то. Поэтому, оплатив его дорогое тренировочное время, вместо тренировки они часто приглашали Казаченко в клубный бар. Правила такое неформальное общение не запрещали. Все-таки дополнительный доход. Казаченко благодарно пользовался щедростью и благородством своих лучших учениц и скоро даже слегка покруглел от такой хорошей жизни. Вне КЛУБа любые контакты с ученицами были строго запрещены. Не разрешалось давать ученицам свои номера телефонов, заводить себе странички в социальных сетях, добавляться в друзья клиенткам. Администратор и руководство клуба за этим следили и наказывали нарушителей. Все мальчики-танцоры боялись репрессий, от рядовых танцоров до самых крутых. А ТОПы – особенно, поскольку им было, что терять. Они зарабатывали в клубе по сто двадцать – сто пятьдесят тысяч. И были обременены кредитами. Поэтому все преподаватели мирились с порядками клуба, даже самыми нелепыми. Стискивали зубы и молчали. Недовольным и несогласным был только один путь – за порог.
«Консумация какая-то» – думала Лея, проходя мимо бара и наблюдая, как блондинка развлекает своего ПРО. За свои же деньги. А парень послушно делает вид, что ему интересно. Но Лея, наметанным взглядом отмечала, что нет, не интересно совершенно. Сама она сводила «консумацию» к минимуму. Вот есть сорок пять минут урока и есть пятнадцать минут перерыва. Никогда не заказывала Паше обед, ограничиваясь чашкой кофе. Магия Паши действовала только в паре. Вне танцевального зала Паша был Лее уже не очень интересен. А покупать его внимание она вообще считала ниже своего достоинства.
«Слава Богу еще, что мой Паша не такой популярный, как Казаченко. Того Эмочки никак не могут поделить между собой. Не только выходы на турниры, но и тренировочное время. Не дай Бог принимать участие в этой грызне. А так нас всего трое. Все девочки адекватные. Можно договориться» – утешала себя Лея.
Многое в КЛУБе откровенно расстраивало и огорчало. Вот, например, вечеринки. Они были тематическими, например, посвящены дню Святого Валентина, или героям книг Булгакова. На них могла прийти каждая Эм, с гарантией станцевать пару-тройку танцев с преподавателем. Даже из БЕДНЯЖЕК. Это была своеобразная завлекушка. Вот, девчонки, как кайфово танцевать с партнером, это вам не «бейзики» на зеркало одиноко молотить… Девчонки облизывались, кто-то переходил в МИДЛЫ, отчаянно зарабатывая деньги или во всем себе отказывая.
А тот, кто просто не мог себе этого позволить, продолжал трудиться в группах. Но никогда никто из ТОПов на вечеринках не подходил к БЕДНЯЖКАМ. Их задача – окучивать ЗВЕЗД и, изредка – МИДЛ. То есть тех, кто берет индивидуальные тренировки. Если говорить о балах, то они тоже были тематические и были приурочены к началу весны, новому году, восьмому марта и прочим знаковым датам. Для их проведения всегда арендовали красивый зал, устраивали тожественный ужин. После выступления Эм получала букет цветов, однако стоимость букета неизменно включалась в счет за ее пребывание на балу. Да много еще чего, несуразного.
Вот, например, поездки на турниры в Москву. Для ПРО бронировался только тот отель, в котором проходил турнир. Четырех или пятизвездочный. Само собой, оплачивался билет на самолет, а так же командировочные. И каждый выход ПРО на паркет со своей ученицей. И еще ланч и ужин, и, по желанию, афте-пати вечеринка. В итоге, двухдневный турнир (стандарт и латина проводились в разные дни, и студентки, танцующие обе программы, неизбежно оставались в Москве на два дня) – обходился тысяч в сто, это не считая регистрации на сам турнир, в среднем, по тысяче рублей за танец.
И самым нелепым была даже не дороговизна сего мероприятия, а то, что ни у одной студентки не было никаких гарантий. Не было уверенности, что пойдешь на тот турнир, на который хочешь, что станцуешь столько танцев, сколько хочешь. И даже в том, что будешь танцевать в своей возрастной группе и своей группе сложности. Зачастую приходилось идти на компромисс. И самым богатым и самым наглым всегда доставались лучшие варианты.
Лея отлично помнила историю другой студентки, Олечки. Не безумной блондинки, такой же МИДЛ, как и сама Лея. Девочка-трудяжка, не «безлимитная домохозяйка». Так вот у этой Олечки был ПРО, Олег, с которым они целый год готовились, ставили программу. Оля танцевала и латину, и стандарт. То есть платье шилось и латинское и европейское. К слову, платье для европейской программы у любого портного стоило в три раза дороже, чем для латины. Но Олечка была большой рукодельницей – оба платья сшила сама, проявив отличный вкус и изобретательность.
Оля была первой студенткой, с которой Олег начал работать в КЛУБе. И очень работоспособной. Их успешное выступление на клубном балу позволило Олегу заявить о себе, как о преподавателе. Но очень скоро Оля перестала быть его единственной студенткой. К нему выстроилась очередь. Оля была девочкой разумной, нежадной, никогда не делала трагедии из того, что помимо нее есть другие Эм. КЛУБ оставил за ней кое-какие привилегии. В частности, если все другие девочки должны были записываться на уроки к Олегу за месяц, то Олечка – всего за две недели.
К турниру Олечка готовилась основательно. Им с Олегом предстояло танцевать двадцать танцев – по двум категориям в пяти танцах европейской и пяти танцах латиноамериканской программы. Готова Олечка была просто блестяще. Лея даже подумала, что им с Пашей ну никак не перетанцевать Олю с Олегом. И тут случилось непредвиденное. Олег ушел из КЛУБа. Вместе с ним исчезли одна «сумасшедшая блондинка» и одна студентка МИДЛ. Поговаривали, что они увели его из клуба «для частного использования». «Располовинили», так сказать. Позже слухи подтвердились, когда троицу «застукали» на московском турнире.
Оля была просто убита горем. Она потеряла все – партнера, две программы, сорок тысяч регистрационного сбора. Авиабилеты ей удалось вернуть, бронь гостиницы аннулировать. Но дело было даже не в деньгах. Точнее, не только в деньгах. Хотя их на подготовку двух программ было ухлопано немеряно. Клуб, конечно, предложил ей другого преподавателя. Но как можно заменить партнера, с которым ты прозанималась год? Олечка была, как подстреленная птица. Ходила молчаливая и печальная, как тень из балета «Сильфида». Еще пару недель на группы, а потом ушла из КЛУБа навсегда. Тень растаяла…
Не то, чтобы Лее было жалко Олю. Годы в балетной школе приучили ее к тому, что друзей в танцах нет и быть не может. Тебе в спину всегда кто-то дышит. И даже если кому-то из девочек удалось выбиться в солистки, то рядом с ней всегда стоят еще две танцовщицы и учат ее партию. И, если кто-то из двух дублерш окажется лучше, будет произведена рокировка – моментально и безжалостно. Поэтому Лея никого не жалела и дальше сдержанного кивания головой никогда не заходила.
Как ни крути, а одной конкуренткой у Леи стало меньше. Но закралась предательская мысль, что все то же самое могло случиться и с ней. Потерять Пашу было бы совершенно невыносимо. То же самое, как для поэта потерять вдохновение. Или для пианиста лишиться руки. Но Лея старалась не думать о плохом.
«Может быть, как-нибудь все обойдется? – думала она.
Глава 10 Вера (после турнира)
Гарик оказался славным парнем во всех отношениях. Ну, не во всех. Кое-что Вера пока не успела проверить. Но и до этого еще обязательно дойдет. Пока они ждали окончания всех заходов, Гарик разговорился. А поговорить он любил. Гарику было двадцать шесть лет, и он не так давно приехал из Ростова по приглашению одного из питерских клубов. Для обучения детей бальным танцам. Но самому танцевать тоже душа то просит. Есть спортивная партнерша, в том же клубе. Нашел еще студентку, подготовил к турниру. Пришел выступать, а ее все нет и нет. А потом обнаружил СМС в своем телефоне. Пока ехал в метро, не заметил.
– Дальше ты знаешь, – парень вперил в Веру свои круглые зеленые глаза.
«Бедняжка какой! На метро ездит» – подумала Вера. Сама она водила машину давно, уже лет пятнадцать, и не могла уже представить, что может быть как-то по другому.
СМС было от Кирилла Красильникова. Гарик сначала обрадовался. Он не так давно познакомился с этим питерским танцором и рассчитывал пообщаться с ним на турнире. Когда Гарик открыл СМС, радости поубавилось. Сообщение гласило:
«Гарик, привет! Передай моей ЭМ, что меня на турнире не будет. Простудился. Она в черном платье с голой спиной. И с дурацкой челочкой». Сам он ей позвонить, видимо, побоялся.
Гарик покрутил головой в поисках одинокой Эм и обнаружил только одну кандидатку – маленькую, глазастую, с крупным, тонкого рисунка носом, чем-то похожую на птичку. В черном платье. «Номер 46» – это было второе сообщение от Кирилла. Теперь уже ошибки быть не могло. Это она. Ну, как-то странно она причесана и накрашена. Обычный хвостик, челочка и из косметики только тушь на ресницах. Но зато ее очень много. Платье скромное, без расклейки камнями. Монашка какая-то.
«Хоть бы написал, как зовут, ситуация то идиотская» – подумал Гарик, – а моя-то девушка где?
Его студентки все не было. Сообщение от нее упало через секунду. Поражающее своей прямотой и беспардонностью. Гарик не расстроился. Барышня ему досталась с придурью, последние несколько тренировок она была явно неадекватна. Где-то в глубине души Гарик даже подсознательно был готов к такой ее выходке. Обидно было только то, что здесь, сегодня он не сможет заявить о себе, как о ПРО на этом турнире. А такой был бы шанс для начала карьеры в Петербурге.
Впрочем, вот сидит ничейная партнерша… Гарик был немножко авантюрист. Поэтому и предложил Вере выйти вместе. Был, конечно, страх. Вдруг она упорно «не ведущаяся»? Но, как говорится, кто не рискует…
«Монашка» оказалась молодцом! Быстро схватывает, цепко запоминает, неплохо двигается. Ну, «деревянненькая», конечно. Но ведь не танцовщица же, ей простительно.
Отсудили их неважно, в чаче на почетное четвертое место, то есть на последнее, поскольку в заходе было всего четыре пары, вот румбу оценили выше, на третье. А в этом заходе было уже шесть пар. Вере повесили на шею медаль. Первую в ее танцевальной жизни. С Кириллом они всегда болтались на последних местах. И тут такая удача. Видимо, партнер ей достался «козырный».
– С Кирюхой я так хорошо никогда не выступала, – заявила до жути довольная Вера и потащила Гарика в бар отеля, отмечать. И удачное выступление, и неожиданное обретение нового партнера.
– Так здесь же дорого, – удивился Гарик.
– А…. Плевать – один раз живем, – весело ответила Вера. – Что ты будешь пить?
– Боюсь, что ничего. Развезет. Я сегодня не ел.
– Как так? – удивилась Вера.
– Ну… – Гарик замялся.
– Сейчас мы это исправим. – бодро отреагировал Вера.
– Что тут у вас есть поесть? – строго спросила она официанта, «включив начальницу».
– Только сэндвич клубный, – как бы извиняясь пролепетал тот.
– Тащи!
– Вам с тунцом или с говядиной?
– С говядиной! И побыстрее.
– Да, да сейчас приготовят.
В ожидании заказа Вера принялась рассматривать Гарика. Первым делом проверила наличие кольца на пальце. Не было! Обычно она секла это сразу, на автомате, но больно уж «валидольны» были обстоятельства их знакомства. Мальчик, конечно, не бесспорный красавец, но довольно приятный. Говорит певуче, как все южане, улыбается открыто и искренне.
Минут через пятнадцать приехала огромная тарелка с горой картошки фри и сэндвичем, разделенным на четвертинки, с торчащими разноцветными шпажками.
Гарик принялся за еду, а Вера сидела напротив и смотрела, как он поглощает эту огромную порцию. И ей вдруг безумно захотелось, чтобы он сидел у нее на кухне и ел там. Причем каждый день. Вот до жути захотелось. И никаких Кирюхисов с бесконечными пьяными дебошами.
– А где ты живешь? – спросила Вера.
– У приятеля, на Сенной площади. – Гарик сделал ударение на «е». Видимо, и правда, недавно приехал. Еще и названий улиц толком не выучил. – Только неудобно, давно уже живу, стесняю.
– У меня квартира стоит пустая. Могу тебе сдать. Пятнадцать тысяч всего. – оживилась Вера.
– Думаю, для меня пока это дороговато, смутился Гарик. Мне бы комнату.
– Хорошо, семь, – тут же согласилась Вера. И да, я тебе за выходы как бы должна, так что аванс заплачен, поехали твои шмотки забирать.
Гарик, слегка захмелевший от еды и немного обалдевший от того, как неожиданно устроился его квартирный вопрос, откинулся на спинку дивана. Вперил в овую Эм большие круглые глаза.
– Эх, жалко что не карие, но тут темно. Почти карие, уговорила Вера саму себя.
Полинины отлучки на турниры очень не нравились руководству клуба «Джунгли». И ее уволили.
Полина пришла в последний раз, тихо переоделась, провела тренировку, как обычно, на высшем уровне – энергично, с хорошим настроением. А после разрыдалась.. Аля и Света пытались ее утешить, Алевтина даже спросила, в каких еще клубах у Полины группы. А их было немало.
Семья у Полины была сама я обычная. Родители – хореографы в школе. Не в балетной, в обычной, общеобразовательной. Бальные танцы – удовольствие дорогое. Чтобы как-то свести концы с концами, Полина крутилась, как могла. Днем лекции в Университете физической культуры, а вечером уроки в разных клубах. Иногда по два за вечер. Полина летела из клуба в клуб, иногда даже опаздывала на пару минут. Но группа всегда получала свое занятие целиком. Полина зубами выгрызала дополнительные пять минут у следующей группы. Ее девочки не должны пострадать ни в коем случае.
И таких девочек было человек двадцать, кто ходил к ней в разные клубы, постоянно, годами, кочуя из клуба в клуб за любимым преподавателем. Она такая была одна. Полину знали практически во всех танцевальных клубах. И фамилии было не нужно. Если девочка говорила, я занимаюсь в группе у Полины, то все знали, у какой Полины.
Полина горько плакала в раздевалке и никак не могла успокоиться. Пропали четыре тысячи ежемесячного дохода, на которые можно было купить целых полтора часа тренировки с великой Гейнор, страшно сказать, сколько раз чемпионкой Европы и мира. Конечно, Гордей тоже зарабатывал, и даже побольше Полины. Но она не хотела сидеть у Гордея на шее. Партнеры должны вносить равную лепту в свое танцевальное развитие.
Слава Богу, ей не приходилось платить за Гордея. А сколько таких партнеров «на оплате»? Многие мальчики с детства привыкают к тому, что родители их маленьких партнерш оплачивают дорогие частные уроки с преподавателями, покупают им танцевальные туфли, шьют костюмы обоим за свой счет. И воспринимают эту ситуацию, как должное. Но Гордей не такой. Хотя мог бы и про «оплату» завести разговор.
Дело в том, что она не была лучшей партнершей для него. Полина поздно пришла в бальные танцы. И не откуда-нибудь из плавания или дартса. Она пришла из балета. Но классическая хореография – нечто совершенно особенное. С латинской философией движения у нее мало общего. Другая постура, иная техника. И даже одни и те же элементы и даже целые танцы исполняются по-разному. Сравните Венский вальс и балетный вальс. Это два разных танца.
Полине многое пришлось начинать сначала. В четырнадцать то лет. Ее потенциальные соперницы в этом возрасте уже танцевали сумасшедшую по сложности программу, а Полина разучивала элементарные вещи, типа «ча-ча-раз». Конечно, годы занятий балетом не прошли даром и выработали у нее стойкость характера, умение терпеть боль, перегрузки, беспрекословно слушаться преподавателей. Для спортсменки качества просто незаменимые.
Но в клубе «Питер», куда она пришла после балета, с ней никто не хотел вставать в пару. Втайне глотая слезы, Полина молотила на зеркало свои основные элементы. Погладывала на Гордея. Но тот был для Полины далеким и недоступным, как Эверест. Она украдкой наблюдала, как он тренируется со своей красавицей-партнершей Алиной Кельн.
***
Какой же он все-таки классный! Горящие, черные глаза, густые кудри, отрешенный взгляд. Романтический герой. Герой не ее романа. Но это только пока он танцует с Алиной. Гордей обязательно будет танцевать с ней. Он будет ее партнером. Когда-нибудь. Чего бы это ей не стоило!
***
И Полина еще сильнее скручивала бедра и тянула носок. Партнер для нее нашелся. Увы, это был не яркий красавец Гордей, а всего-навсего Гарик, небольшого роста, скромный мальчик из Ростова. Хотя, Полина и сама была маленькая, так что Гарик подходил идеально. Для нее и то, что Гарик, танцор международного класса, вообще посмотрел в ее сторону, а тем более, предложил «попробоваться» с ней, означало большую удачу. И Полина послушно изобразила радость на лице. Просмотр прошел удачно для Полины и неудачно для Гарика.
– Не вставай с ней, поздно пришла, никогда не нагонит» – отрезала Аделина, главный тренер клуба. Сердце Гарика сжалось. Он тоже поздновато пришел в танцы, в четырнадцать. Хотел в бассейн, плавать, но не хватило пары сантиметров роста. Пришлось идти в восточные единоборства. Однажды, проезжая мимо дома культуры, он увидел объявление: «Набор в группу бальных танцев – ча-ча-ча, самба, квикстеп».
– О, степ! – подумал маленький Гарик, – круто! – он всегда хотел научиться бить чечетку. И подумал, что это оно и есть. Пришел. Наслушался красивой музыки, приметил красивую девочку, встал с ней пару и остался.
– У нее расшатанный тазобедренный сустав. Уходит за бедро, с ноги ее не вытащишь! Это все от минусовой растяжки. Уродуют их там, в балете. Поздно пришла в бальные танцы, да еще такой брак. Не совсем, конечно, дрова. Но и танцевать хорошо не будет никогда. На фиг-на фиг, надо ее каждый раз из-за бедра вытаскивать, – не унималась Аделина.
И Гарику вдруг стало отчаянно жалко эту смешную девчонку с кошачьей мордочкой. Кулаки сами-собой сжались. Он упрямо дернул подбородком:
– Значит, буду вытаскивать!
«Попал бедняга» – огорченно подумала Аделина. Но спорить не стала. Гордей и Алина – вот основная пара клуба. Поэтому Гарик сильно в расчет не брался. Детей тренирует хорошо, а свои результаты – не особо важно.
Так у Полины появился партнер. Она в паре! Гарик терпеливо учил ее всему, что знал. Но, правда, и за ошибки пинал больше всех, и гонял нещадно на тренировках. И рот Полине частенько затыкал. Короче, ни в чем себя не сдерживал. С Полиной обращался бесцеремонно, словно бы она была фраком, галстуком-бабочкой, танцевальными ботинками, подтяжками или каким-то другим танцевальным реквизитом. Его, Гарикова, индивидуального употребления.
Впрочем, все партнеры в клубе вели себя приблизительно одинаково. «Нами дверь открывают» – горько говорили девочки между собой. И терпели, во имя своих спортивных задач. Полину такое отношение расстраивало и огорчало, а иногда просто бесило, но она тоже послушно молчала. И ждала, когда же наступит ее звездный час.
Они с Гариком являли уже крепкую, хорошо станцованную пару. Пара дважды съездила в Англию, не вошла в первую сотню. Блэкпул встретил Полину бесконечным танцевальным счастьем, которое просто било ключом отовсюду. И не очень важно, какое место ты занял на соревнованиях. Главное, что ты был частью этого огромного праздника.
Этот провинциальный английский городок – подлинная Мекка для любого танцора. Благодаря Танцевальному Фестивалю. Он проходит по традиции в конце мая и собирает лучших танцоров мира на чемпионаты, а лучших преподавателей и теоретиков бального танца – для чтения лекций на Конгрессе.
Любопытная и деятельная Полина отчаянно вертела головой, стараясь не пропустить ничего интересного. Точнее, пропустить его как можно меньше. И все мечтала, что когда-нибудь приедет сюда вместе с Гордеем.
Кирилл в Блэкпуле ни разу не был. При несомненном таланте он так и не закончил ни одного взрослого танцевального сезона, не набрал очков даже на С класс. Так и застрял в Е. Хотя по детям и юниорам выступал довольно успешно. Всему виной алкоголическая юность и загубленная пьянками молодость.
Отсутствие нужной квалификации не помешало Кириллу «подвинуть» Полину в клубе «Джунгли». Книжка танцора у него была. Ее купила для Кирилла Вера, в ту пору, когда он еще был ее возлюбленным.
Как несправедливо! Полина всю душу вкладывала в каждую тренировку, всем девочкам успевала уделить персональное внимание. Ну да, она пропускала тренировки в «Джунглях», но она ведь всегда находила себе замену. Полина еще немного поплакала, потом немного утешилась, вспомнив, что сегодня на тренировке она увидит Гордея.
Алевтина и Света тоже были сильно расстроены, но остались в «Джунглях» на пару занятий, чтобы доходить свои абонементы.
– Привет, девчонки. Меня зовут Кирилл, – подмигнул им сухощавый парень, лысоватый, с большими карими глазами. – Но вы можете звать меня Кирюша, если вам так больше нравится. Света и Алевтина переглянулись. Двигался этот новоявленный тренер отлично, объяснял доступно, улыбался и шутил. Светочке с ним заниматься понравилось. А Алевтине Кирилл был давно знаком. Объявилась Полина. Она перешла тренироваться в какой-то новый клуб, приглашала Алю и Свету. Но ездить туда было ужасно неудобно, и абонемент там был увесисто дорог. Девчонки погоревали-погоревали об отсутствии Полины и остались в «Джунглях».
Pulsuz fraqment bitdi.