Kitabı oxu: «ЧародейкА. Серия: Чистая Сила», səhifə 2
– Даже так? – совсем другое ожидал я услышать.
– Да. Ездить туда опасно. Если в речку русалка или в болото леший заведёт, то считайте пропали, утопят. А, если в лес кикимора заведёт – задушит. И сопротивляться им не сможете. Сами за ними прямо в ловушку побежите. Это у них «морок» называется. Лишь когда спадет – истинное обличие увидеть можно. Да только поздно уже будет. Вот!
«Что за бред?» – первое, что пришло мне в голову – «она либо шутит, либо болеет»
– Я тебя понял Оксанчик, – произнес я в слух, – молодец, что предупредила, можешь идти, а мне поработать надо немного, в тишине.
– Я так и знала, что вы смеяться будете, – обиделась официантка, – я тоже раньше не верила, пока своими глазами не увидела.
– Кикимору? – тут же спросил я.
– Нет, человека, который видел Кикимору.
– Ну, понятно. Всё иди, спасибо за «бред», то есть за «обед», вот тебе чаевые за предупреждение, – чуть ли не силой выпроводил я куклу за дверь, – и не думай, я тебе верю, никуда не поеду. Засяду здесь над работой.
– Тогда до встречи, – кинула на прощание Оксана с надеждой в голосе.
– Ага, до встречи, целую и всё такое.
Закрыв дверь за «двинутой» на детских сказках девочкой, я спокойно пообедал и стал собираться в дорогу. Взяв самое необходимое: удостоверение; наручники; пистолет; фонарик; деньги; зажигалку; складной нож; телефон; ручку и блокнот, я вышел на улицу. Согревающее весеннее солнышко подмигнуло мне своим лучом прямо в глаз. Видимо пожелав удачной дороги. Заскучавший на стоянке мой «Форд Фокус» завёлся с радостью. От Моршанска до посёлка Рыбхоз Двуречье было не далеко. Всего каких-то 20 или 25 километров. Дорога конечно оставляла желать лучшего. Яма на яме. Местами и вовсе грунтовка. Но, зато свободно! Очень редко попадались встречные машины. Желание властей сэкономить на ремонте дорог в полной мере показало себя здесь: заплатка на заплатке, а рядом дырка. Бедная машинка сотрясалась подобно карете, что неслась по булыжной мостовой в каком-нибудь 18-ом веке. Однако, стоит отметить, что попался, среди этого провинциального безобразия и вполне приличный отрезок прямой дороги. Асфальтированный, с приемлемым качеством, в меру широкий. Длиною километров пять. Инстинктивно подмывало прибавить газу после ухабистых мучений, что я и сделал. Но вскоре, моему взору открылись далеко впереди странные скопления непонятно чего-то по обе стороны дороги. Толи люди собрались в кучу, толи животные, толи авария. Пока не разобрать. Подъезжая ближе, я разглядел, что это. Разношёрстные нагромождения похоронных венков, букеты искусственных цветов, вперемешку с разно-форматными фотографиями украшали близстоящие деревья и кустарники. Наверное, каждому автомобилисту в России знакомо сие творение. Эдакие импровизированные памятники погибшим на дороге.
Я съехал на обочину и вышел из машины. Меня впечатлило не столько само наличие здесь памятников, сколько их количество. «Мать моя женщина, да их тут на каждом дереве по несколько штук! Целое кладбище, раскинувшееся по обе стороны дороги!». В какой-то момент я даже уловил специфический трупный запах. Конечно в России дураки и дороги – две основные беды, идущие рука об руку. Но здесь у них похоже проходит ежегодное собрание! «Неужели все не справились с управлением? Хороший, прямой, широкий участок. Плотность движения почти нулевая». Я подошел ближе к венкам и стал рассматривать фотографии. Многие из них старые, некоторые на половину развалились, иные вовсе валялись в земле. Но были и относительно свежие. Старики, молодежь, дети. Каждая фотография передавала застывший миг счастливой жизни ушедшего человека. Была ли она черно-белой или цветной – не важно. Те люди, что на них изображены, были задумчивы, или радостны, смущены или озадачены. Но никто из них не подозревал, какой их ждёт конец.
Стало немного не по себе. Либо это старческая чувствительность приходит ко мне, либо я что-то не то съел на обед. Но как бы там ни было, а время неумолимо тикало. Следовало продолжать путь. Дальше я поехал медленнее. Миновав какой-то микро-населённый пункт, по всей видимости, давно заброшенный, я в скором времени достиг перекрестка, на котором свернул в лево от трассы. Здесь уже никакого асфальта, сплошная грунтовка. «Как жители весной и осенью выбираются из своей деревни – загадка» – мелькнула мысль.
Проехал ещё километра 4 и остановился.
– Вы достигли цели! – сообщил мне навигатор женским голосом. «Интересно получается» – подумал я – «навигатор говорит, что я приехал в деревню, а в реальности я не вижу ничего, похожего на посёлок. Ни домов, ни заборов, ни огородов. Хотя бы просто табличку с надписью „п. Рыбхоз Двуречье“ и то нету!». Вместо всего этого – одинокая автобусная остановка советских времен. Рядом с ней обшарпанный синий вагончик с огромным амбарным замком на дверях и в довершении картины, одиноко сидящая на лавочке бабуля. Справедливости ради стоит отметить, что дорога уходит дальше и там что-то виднеется. «Наверное то и есть Двуречье, а это их автобусная остановка или типа того, хотя не логично так далеко от деревни ставить остановку» – подумалось мне. Но для верности я решил уточниться у бабушки на лавочке. Подкатил на машине ближе к остановке и не спеша вышел из автомобиля. Не привычная городскому жителю тишина диких мест мне всегда нравилась. Она напоминала о детстве, которое прошло в деревне на Украине. Природа, красота, безмятежность! И, если уж сравнивать родные места с этой провинцией, то тут было намного тише… очень на много! То ли насекомые ещё не отошли от зимней спячки, что вряд ли. То ли птицы ещё не вернулись с юга, что для мая тоже нонсенс. Ни тех, ни других не было слышно. И лишь бабка неподвижно сидящая на лавочке, подобно статуе. Укутанная в платок так, что только одна рука торчала, подаяние вопрошая. «Здесь?! В глуши лесной! В полном одиночестве! Кто ж тебе подаст то старая?»
– День добрый бабушка. Не подскажите это посёлок Рыбхоз Двуречье?
Бабушка не шелохнулась.
«Возможно плохо слышит» – подумал я – «надо громче и на ухо».
– Бабуля, ты живая?!
Бабуля подала признаки жизни. Слегка шевельнулась её голова, зашевелился костыль, что был зажат меж колен. Заскрипел противный старческий голос:
– Подай на пропитание! – по костлявой руке пробежала мелкая дрожь.
– Извини бабуль, нету, – ответил я вполне искренне. Не то, чтобы я жадина или скряга какой, да только жизнь в столице и специфика работы сделала меня расчетливым человеком. Я принципиально не раздавал свои кровно-заработанные всяким попрошайкам, справедливо полагая, что моя подачка им не поможет в жизни, так как будет потрачена на праздность или направлена в «общаг» преступного синдиката. В добавок я не люблю таскаться с мелочью. А раздавать «сотки» на право и на лево – это уже роскошь. Другое дело уличные артисты. Для них порою не жалко и раскошелиться. Они зарабатывают!
– Скажи бабуль, правильно ли я приехал? Мне в поселок Рыбхоз Двуречье надо?
– Подать надо! – на своём настаивала противная бабка с таким же противным голосом, – а не подашь плохо будет! Беда будет! Не подашь – не поедешь! Хворь впереди тебя идти будет, болеть будешь, а коль подашь так и поедешь, и пойдешь!
«Ну всё, приехали» – махнул я рукой на старческий маразм.
– Ладно бабуль, сам узнаю, сиди дальше, жди прохожих, авось подаст кто.
Развернулся, но не успел сделать и шага, как резкая боль заставила меня вскрикнуть.
– Ай! – что-то твердое ударило по левому плечу. Я резко обернулся, готовый отражать любые последующие атаки. Но увидел пред собою лишь мирно стоящую, сгорбленную крючком бабку, опирающуюся на костыль. «Неужели это она меня огрела?» – удивился я – «по всей видимости, что она. Кругом-то более никого и нет. И судя по силе удара и боли – костыль у неё металлический. Но самое интересное, как она так резко и главное бесшумно успела встать и ударить меня?!»
– Бабуль, ты чего на людей бросаешься? – спросил я, потирая плечо.
– Подай Христа ради! – проскрипела бабка, уже с ноткой раздражения.
«Однако, грозная бабуля. Совсем поехала головушкой в одиночестве» – пронеслась мысль.
– А, если не подам? Забьёшь до смерти, Христа ради?
– Все дают и ты давай! – поставила ультиматум бабка.
– Да, кто все? Нет никого! – изумился я, разводя руками по сторонам.
– А, ты на других не смотри, за себя отвечай, – грозно произнесла старуха, – никого у тебя нет, никому ты не нужен! Один остался и любовь твоя с другим уйдет! А подашь Христа ради, словечко за тебя замолвлю перед Боженькой и всё будет у тебя, всё что пожелаешь!
«Знаете, не люблю я всяких там гадалок, медиумов и прочих экстрасенсов с их заклятьями, и порчами. Да и по большому счету не верил я во всю эту чушь. Моя Интуиция – это одно, а все остальное – ересь!»
– Ладно, ладно, – решил я отвязаться от назойливой старухи с явно больной головушкой, – подам тебе, только не бей меня больше. Кошель у меня в машине, – предупредил я на всякий случай бешеную бабку. Вдруг для верности захочет костылем добавить. Дошел до машины, вытащил кошель, повернулся и вздрогнул! Бабка снова в шаге от меня! «Ого!» – мелькнули мысли – «даже шагов не слышал, шуршание одежды. Что за фокусы?». Я выудил сотку и вложил в протянутую, дряхлую, покрытую голыми венами руку.
– Мало! – проскрипела старуха, жадно пряча купюру в себя.
– Ну, это грабеж средь бела дня! – отшутился я, убирая кошель, – теперь говори я правильно приехал?
– Нет! Уезжай! Откупился, уезжай! – выдала бабка, уж совсем как-то грозно.
– Ну, как скажешь, – махнул я рукой на неё. Мне порядком надоело слушать бред. Я сел в машину и поехал в деревню. Ради любопытства кинул взгляд в зеркало заднего вида, посмотреть на реакцию бабули, но остановка пуста! Бабка исчезла. «Фигня какая-то».
Через несколько минут я уже был в поселке, где старенькие, покосившиеся дома в хаотичном порядке перемежались с более-менее нормальными. Редкая живность, снующая по кривым улочкам, по большей части козы да овцы. Собак не было ни видно, ни слышно вообще, а вот кошек имелось в избытке. Сплошь наглые и упитанные. Прям на дороге лежат, машины не боятся. Приходилось их объезжать. Наконец, я увидел первого жителя. Одинокий мужик с лопатой рылся у себя в огороде. Я подъехал к забору его участка, остановившись прямо на дороге. Вышел из машины. Мужик, старательно трудился, не обращая на меня внимание.
– Эй! День добрый! Как поживаете? – крикнул я.
Мужик нехотя оторвался от своего дела, посмотрел на меня как на пустое место и продолжил дальше что-то перекапывать. Словно его никто и не звал.
«Тут все что ли двинутые?» – спросил я сам себя.
– Оу, отец! Поговорить надо, можешь подойти?
Наконец до мужика дошло, что я от него так просто не отстану. Он ещё раз бросил в мою сторону взгляд, топнул ногой, одновременно втыкая лопату в землю, и неспешно пошел к забору, утирая пот со лба. Трудяга этот оказался здоровенным седым дедом. Знаете, бывают такие в русских селениях: голова и борода седые, лицо свирепое, плечи широченные, руки как медвежьи лапищи, в глазах суровый упрёк, а рост под два метра. Подошел к забору и уставился на меня, в полном молчании. Натренированным глазом оперуполномоченного я сразу заметил смазанные следы крови на руках деда и на лбу.
– День добрый, – ещё раз повторил я, – хороните кого?
Дед наградил меня таким хмурым взглядом, что я сразу понял – меня это не касается. А, если и касается, то только через суд. «Возможно сюда часто в последнее время наведывались представители „органов“, чем выработали у местных подобную реакцию на незнакомцев» – прикинул я.
– Не подскажите, это посёлок Рыбхоз Двуречье?
Снова дед ничего не ответил, но глянул мне за спину и лицо его сделалось ещё суровее. Я рефлекторно обернулся и потерял дар речи! Вошедшее в зенит солнышко, своими яркими лучами света, явило мне чудную картину: шикарная точёная фигура, чью соблазнительность не может скрыть даже простенький наряд! Тёмно-каштановые, густые волнистые волосы, покрытые искрами солнечных отражений, подобно волнам горной реки, убегающей в даль! Нежно белая, местами светло-розовая кожа, достойная отпрысков королевских кровей, о которой мечтали в средние века! И эти глаза! Фантастические глаза, которые я видел лишь во сне! Большие, ярко-голубые, как ясное небо в жаркий летний день; переполненные жизненной энергией и таинственной загадкой! По-моему, они сопровождали меня во снах с самого детства. Их мимолётный взгляд пленял целиком и без остатка. Таких глаз в реальности я ещё никогда и ни у кого не видел! Не видел, до этого момента!!!
Временное помутнение рассудка спало под напором железной воли, закалённой на многолетней службе, вернулась и наблюдательность с рассудительностью: у моей машины стояла юная незнакомка, держа на руках черную кошку и периодически её поглаживала. На ней серое вязанное толи платье, толи пуловер с капюшоном, длинное, почти до колен. А на ногах легкие коричневые сапожки на коротком каблуке. «Такая красота и в таких скромных одеяниях» – мелькнула мысль – «сразу и не определишь, кто по национальности… скорее всего метиска. Есть, что-то славянское и что-то ещё. Пока не пойму, что… С кошкой на руках, значит любит животных. На вид от 17 до 25 лет. Держится очень смело и гордо, смотрит прямо в глаза – признак внутреннего стержня. Ухоженные руки, значит физически работает мало, при этом прямая осанка и стройное тело – держит себя в тонусе. Слегка вздернутый подбородок – чувствует своё превосходство, но при этом одета по-простому. Вывод? Местная боярыня, растерявшая своё богатство. Эдакая феодалка провинциального разлива, которая своей красотой может дать фору любой светской львице столицы. Но обнищавшая по каким-то причинам. Мне определённо к ней! К чёрту крепостного деда!»
Я развернулся и со всем своим обаянием пошел на встречу Богине Красоты.
– Здравствуйте! Может вы мне сможете помочь! – начал я разговор с непроизвольной улыбкой на лице.
– Может, – тут же прозвучал ответ.
«Боже! Какой голосок. Как он родился на этой грешной земле?! Самые выдающиеся композиции классиков просто шлак по сравнению с этим божественным сладкозвучием!»
– Не сомневался, – ответил я, без стыда изучая столь очаровательную незнакомку взглядом, – так интересно получилось. Заехал в вашу деревню, думая, что заблудился, но встретил вас и понял, что приехал по адресу. Это ведь Рыбхоз Двуречье?
Уголочки рта незнакомки шевельнулись в еле заметной улыбке. «Это было нечто! Словно с рекламного щита сошли контуры пленительных губ. Мы все видели такие фантастические улыбки с чудо ямочками по краям лишь на картинках или в кино. Я вообще думал, что их не существует в реальности. Ровно до этого момента так думал»
– Да, – коротко бросила юная леди и добавила ангельским голоском, – вы верно кого-то ищите?
«Услада для ушей, которую можно слушать вечно» – отвесил я в уме комплимент. Но дело, есть дело, а потому:
– Вы правы, – кивнул я, – очень хочется сказать, что искал вас, но к сожалению другого человека.
Незнакомка подернула бровкой, стрельнула глазками.
«Боже, как она это делает? Желания лезут поверх разума! Ещё немного и я забуду зачем приехал!»
– Деда Прохора ищу, не подскажешь, где его дом? – перешёл я на «ты», как бы невзначай.
– На против вас, – указала взглядом таинственная незнакомка на дом того самого неразговорчивого деда с лопатой.
– Правда? Вот так совпадение, – обрадовался я. Обернулся к дому, но во дворе уже никого не было, – Так… куда он успел подеваться?
– Ушёл, – промурлыкала дитя красоты.
«Что?» – удивился я в уме – «ни шагов, ни каких-то других звуков я не слышал – это точно»
– Куда ушёл?
– На охоту, – безмятежно сообщила Темновласка.
– Как это? – не понимал я, – он только что тут стоял. И откуда ты знаешь, что именно на охоту?
Немногословная Очаровательница слегка качнула головой, в знак снисходительности и так пристально посмотрела в мои глаза, что мне стало не по себе. Невероятно пронзительный взгляд, заставил поёжиться. А уже в следующее мгновение она махнула своими длинными ресничками и наваждение спало.
– Так он только что прошёл с ружьём мимо нас, – ещё раз моргнула она, – разве вы не заметили?
«Не заметил?!» – удивился я – «да тут калитка в пару шагов, даже слепой заметит. Ничего не открывалось, никаких шагов слышно не было. Разве я мог быть поглощён её очарованием на столько, что лишился зрения, слуха и ощущения пространства?! Бред какой-то! С другой стороны, она так уверенно об этом говорит, словно пытается убедить. Зачем?»
– Если честно не заметил, – выдал я в слух, с растерянной улыбкой человека, попавшего в «просак», – когда вернётся не известно?
– Вы никогда не ходили на охоту? – вдруг спросила она.
– Честно нет, – ответил я, – не по душе мне убивать животных. Я всех люблю. Кого-то больше, кого-то меньше.
Реплика вызвала у таинственной незнакомки, что-то на подобии сдержанного одобрения. Я предположил, что ей понравится признание про животных, ведь у неё на руках мирно спит кошечка, которую она не забывала поглаживать.
– Может сегодня, может завтра, а может через неделю, – пояснила Дитя Красоты, – никто не знает
«Короче, надо переходить в наступление» – понял я – «от неё не исходит никакой инициативы. Даже не интересуется целью моего приезда и вообще кто я такой. Это странно. Учитывая какая тут глухомань, это более чем странно. Дед Прохор был в моих руках, практически, но появилась она и дед сбежал. Похоже это на совпадение? Не знаю. Зачем она сказала про охоту? Это же так нелепо» – в первую очередь я был «опером» и щедро раздавать подозрения моя профессиональная привычка.
– Извини, не представился. Не в моих правилах так беседу вести, да и просто не прилично. Дмитрий, – протянул я руку девушке.
В первые Таинственная Незнакомка отвела взгляд от меня и тихо произнесла, не подавая руки:
– Кира.
– Какое необычное имя Кира! – развел я руками, дабы не акцентировать внимание на её нежелание ответить мне рукопожатием, – и очень красивое. Ты верно местная?
– Верно.
– А эту красотку как зовут? – указал я на черную кошку, – люблю кошек, знаешь у меня кот в квартире живет. Вот такой огромный, рыжий.
– Мика.
До селе спящая кошка, услышав своё имя, проснулась. У неё оказались разноцветные глаза: один зеленый, другой голубой.
– Ми-и-ка-а, – протянулся я, что бы погладить кошку. Однако «ласковый зверь» в миг ощетинился, молниеносно атаковал мой палец своей когтистой лапой и злобно зашипел. Из глубокой царапины тут же просочилась кровь.
– Ух, – отдернул я руку, – что же тут всё такое дикое?!
– Она никому не даётся, кроме меня, – пояснила спокойно Кира, которую ничуть не озаботил инцидент, с ранением.
– Какая молодец, защищает хозяйку, – похвалил я вредную пушистую тварь.
Очень хотелось облизать рану, но я «держал марку» перед Очаровательной девушкой по имени Кира. Похоже её четырёхлапая телохранительница задела нервные окончания и рана пульсировала острой болью. В машине имелась аптечка, но доставать её я не решился. Мне казалось, если я отведу взгляд, отвернусь или шагну в сторону – такая удивительная и такая таинственная Кира просто исчезнет, как исчезает мираж в порыве ветра. Потому я стоял и терпел.
Между тем, теплое майское солнышко медленно скрывалось за горизонтом, меняя свой привычный ослепительно-желтый наряд на мягкий бордово-красный. Мгновенно стало прохладней. Появился легкий, но пронизывающий ветерок, как невесомое напоминание любителям щеголять по весне раздетыми, что ещё не лето.
– Деревушка у вас не большая, да? – спросил я.
– Да, – промолвила Кира.
– Я, наверное, нигде тут на ночлег остановиться не смогу?
– Возможно.
– Жаль, – искренне ответил я, почувствовав, как боль от раны импульсом ударила в виски, – что же лучше сделать.
– Поезжайте домой, – беззаботно предложила загадочная Кира.
– Ну-у, мне до дома очень далеко, – парировал я, – может магазинчик у вас есть? Наберу еды, посижу в машине, покараулю деда, – выдал я настырность в свидании с Прохором. «Может теперь начнёт интересоваться моей персоной. Тут, как бы, любой нормальный человек уже проявил бы любопытство. А ей всё равно. Даже „носом не ведет“. Это странно. Деревня маленькая, подглядывать и обсуждать соседей интересно всем» – ещё одна косвенная причина в неслучайности появления Киры – «Может быть та самая одинокая старуха, что сидит при въезде в деревню, вовсе не просит подаяния, а дежурит? А Дед Про…»
Дальнейшие мои мысли сбили.
– Будете ночевать в машине? – наконец-то проявила интерес к моей персоне загадочная Кира.
– А, у меня есть варианты?
– Поезжайте в город, там есть гостиница, – разумно предложила таинственная Кира, – или найдите у кого переночевать, – добавила она с едва уловимым намеком во взгляде.
Конечно я не мог не заметить. Тут же приободрился, собрался с мыслями – «сама предложила, это не спроста! Когда дают, надо брать! Теперь мой ход».
– Смотри Кир, какая ситуация интересная складывается. Я здесь в первые, никого не знаю. Пока что повстречал только трех человек: бабушку на автобусной остановке, которая явно не в себе.
– Баба Тома, – пояснила Кира с легкой полуулыбкой на губах, что косвенно могло говорить о её осведомлённости на счет странных «причуд» бабки.
– Она не представилась, – улыбнулся я тоже, – потом вот деда молчуна, который неожиданно убежал на охоту. И собственно тебя!
Я постарался всем своим видом показать, на что я намекаю, но судя по спокойному лицу Темновласки, до неё намек либо не дошел, либо просто проигнорирован. Она и бровкой не повела, глядя мне прямо в глаза. Пришлось пояснить словами, пока эффект налаживаемого общения не прошел.
– Я к тому, что может у тебя можно остановиться?
– Может и у меня можно, – без капли смущения произнесла очаровательная Кира и так блеснула своими небесными очами, что я забыл о своей кровоточащей ране и той боли, что пульсировала в ней, – только у нас сегодня гостей много и заняты мы сильно.
«Ясно» – подумал я – «в такой глуши у них много гостей, интересно».
– Я тебя понял, – ответил я в слух
– Приезжайте завтра, – выдала она вдруг, – мы рады гостям.
– Ты приглашаешь меня в гости? – улыбнулся я. Моё сердце, не с того не с сего радостно забилось, как у подростка в первую любовь.
– Да, – коротко бросила Кира.
– Тогда я обязательно приеду завтра, – уверил я юное очарование, – как я тебя найду? Может телефончик оставишь?
– Спросите у любого, где я живу и вам покажут.
– Ключевое слово у любого, – иронично подметил я, демонстративно оглядевшись, – но я постараюсь, если…
– Мне пора, – неожиданно перебила меня Кира, без лишних слов развернулась и пошла прочь.
Я хотел было остановить её глупостями на счет прощания или чего-то подобного, но передумал – «ни здрасти, ни до свидания, какая же она удивительная! Сегодня ночью мне определенно долго не уснуть!»…
Я обработал рану в машине и решил немного поколесить по деревне. Ехал не спеша, озираясь вокруг. Была надежда, что может я встречу ещё кого-нибудь, но ожидание быстро рассеялось на фоне реальности. За 10 минут покатушек, я не увидел ни на улицах, ни во дворах более ни одной живой души. Как бы это странно не выглядело. Тогда я решил отыскать магазинчик, ведь должно же быть хоть что-то подобное. В любом населённом пункте имеется какой не какой продуктовый магаз. Однако тоже тщетно. Ещё минут через 10 я выехал к кладбищу и понял, что деревушка закончилась. К этому времени заметно стемнело. Я решил ехать обратно в город. Странным образом мои мысли крутились лишь вокруг загадочной Киры, что так удивительно случайно повстречалась мне. Образ юной девы, стоящей в свете солнечных лучей у моей машины, колыхали во мне тёплые чувства. А её личико так и всплывает у меня перед глазами. Мне кажется я запомнил его в самых мельчайших подробностях! Каждый изгиб, каждую ямочку! Я пытался себя заставить подумать о чем-то другом: о работе или о расследовании, подумать о плане на завтрашний день. Но всё тщетно.
«Эти глаза напротив!
Калейдоскоп огней!
Эти глаза напротив!
Ярче и всё теплей!»
запел я вдруг во всё горло песню, слова которой вроде, как и не зная.
В таком вот радостно-восторженном настроении я покинул богом забытую деревушку и помчал по убитой дороге в обратный путь.
Пусть я не знаю, пусть!
Радость найду или грусть!
Мой неотступный мотив!
Эти глаза НАПРОТИВ!!!
Переночевать в гостинице и вернуться завтра по утру – это самая лучшая идея! По сути это мое единственное на сейчас желание! А что ещё нужно обычному оперу из Москвы? Я горланил песню, скорее всего путая куплеты и припев местами, но зато от души. Кривлялся и жестикулировал за рулем, представляя себя крутым певцом на сцене огромного концертного зала. И всё это для единственного посетителя! Для удивительной и обаятельной, нежной и юной! Студентки! Комсомолки! И наконец просто Красавицы – невероятной Киры!!!
Вот и свела судьба, вот и свела судьба
Вот и свела судьба – НА-А-С!!!
Только не подведи, только не подведи
Только не отведи – ГЛА-А-З!!!
Неожиданный резкий звон в ушах завыл могучей сиреной, моментально выводя меня из забвения в реальность. Мая машина несётся по середине дороги, виляя от края до края! Яркий свет встречного автомобиля бил в стекло, ослепляя меня. Только многолетний опыт вождения и специальная подготовка в академии ФСБ не дали попасть в аварию. На рефлекторном уровне я дёрнул руль в лево и вылетел на обочину, вильнул несколько раз юзом, поднимая столбы пыли, сбросил скорость до безопасной, вернулся на дорогу. Всё произошло так быстро, что даже осмыслить не успел. Вот что значит подготовка в спец органах! Я конечно не остановился, а потому даже не придал значения на каком участке дороги чуть не случилась авария, которую я сам и спровоцировал, с головой погрузившись в свои фантазии.
– Ты сюда веселиться приехал или работать? – промолвил я в слух, успокаивая свои разбушевавшиеся чувства, – чуть аварию не устроил! Дальше только о деле думать и всё внимание на дорогу! – дал я себе установку.
Образ запавшей в душу Киры пытался ещё пару раз всплыть предо мною, но был безжалостно отброшен на задворки подсознания. Не зря же в академии нами занимались не только инструктора, преподаватели, но и психиатры с психологами. Наш разум пойди ещё взломай!
«В целом день прошёл продуктивно» – начал я дедуктивно-мыслительный процесс – «знаю, как выглядит главный подозреваемый; возможно, заимел знакомство в стане врага в лице загадочной Киры. Дальше полагаю для меня главное, как можно дольше не выдавать себя, не действовать на пролом. Разнюхать, разузнать как можно больше, прикидываясь дурачком-родственником. Прохор никуда не денется, если уже не сбежал. Пожалуй, выманю на себя как раз, если мною заинтересуются. А заинтересоваться должны. Вряд ли целая ОПГ, если таковая имеет место быть, побежит в лес от одного опера из Москвы. 13 лет хороводились, а тут вдруг побегут… Значит завтра еду обратно в деревню…»
Не успел я развернуть кипучую умственную деятельность, как уже добрался до гостиницы. Тут же заказал чашечку фирменного Моршанского чая в номер, дабы снять напряжение. В голову лезло очень много мыслей. Большинство связанных конечно с Кирой, но и о всей ситуации, что сложилась вокруг тоже. Однако, как говорится: «Утро вечера мудренее». Я лег на кровать и заставил-таки себя уснуть, не смотря на Эти глаза на ПРОТИВ!!!
