На улице было пасмурно и довольно холодно, снег таял уже целую неделю, но его по-прежнему было достаточно много. Из-за затянувшейся сырости чувствовался какой-то дискомфорт и уныние. Я вышел на улицу во втором часу дня. Меня утомили стены дома и глупое безделье выходного дня. Стараясь не наступать на лужи, чтоб прогулка была длиннее, я думал о своем маршруте и решил отправиться к своему другу. Решит ли он со мной пройтись – неизвестно, зато у меня наметился маршрут: к другу – от друга. Я подошел к его дому и позвонил в дверь. Он почти тут же открыл мне и был уже в пальто.
– О, ты ко мне? – растерянно спросил Сергей.
– Не совсем, я хотел позвать тебя на прогулку. Погода прек…, все равно, какая погода, – я запнулся, потом нашелся и с улыбкой добавил, – воздух свежий.
– Давай погуляем, – согласился он, чем очень меня удивил.
– Но если ты куда-то собирался…
– Нет-нет. У меня от работы кругом голова идет, вот я и решил пройтись. Заодно поговорим.
Мой друг Сергей всегда брал кучу бумаг на выходные, чтоб работа в понедельник была полегче. Ему казалось, что так проще, но, по-моему, он просто субботу (а именно в субботу он занимался этим) сделал понедельником. Но я ему об этом никогда не говорил. Это могло его обидеть, ведь я бы тогда не удержался и сравнил бы его в конце концов с Акакием Акакиевичем.
Мы прошли около ста шагов, как вдруг мой друг наступил в лужу, погрузив ногу в талую воду по щиколотку. Он пробормотал что-то раздраженно. Я понял, что потерял попутчика и тяжело вздохнул. Но Сергей так не считал. Он сказал:
– Пойдем ко мне, я переобуюсь и… мы пойдем дальше.
– Хорошо, – обрадовался я.
Мы вернулись к его дому. Я заметил, что, уходя, он даже не запер дверь на ключ. Может быть, в другой день я бы ему указал на это, но сегодня, видя его нервное состояние, я промолчал. Он сунул руку в карман, ища ключ. Сам только сейчас понял, что дверь открыта, и, надеясь, что я этого не замечу, он задал мне какой-то дежурный вопрос, на который я ответил: «Нормально», хотя даже не расслышал его.
Мы вошли в дом. Он разулся, побежал вверх по лестнице на второй этаж, быстро спустился и обратился ко мне.
– Ты не стой, садись.
Я резко сел на стул позади меня. Вообще-то, если бы стула сзади не оказалось, то я бы так и плюхнулся на пол. Но в тот момент я думал о том, как странно выглядит сегодня мой друг. Из-за моей безоговорочной покорности Сергей явно стал что-то подозревать.
– Ты чего? – спросил он.
– Ничего, ты предложил мне сесть, я и сел.
– Ага, сел, как овчарка Егора Семеныча, – сказал Сергей и засмеялся. Видя его привычный мне смех,стало легче, меня даже не обидело сравнение. Вдруг он перестал смеяться, развернулся и побежал опять наверх.
Я стал ругать себя за излишнюю мнительность. «Он просто заработался. А я дурак, говорю с ним, как с психом».
Только я начал так себя успокаивать, как услышал что-то между мычанием и стоном.
– Сергей, – шепотом позвал его я (как будто он мог меня услышать).
Я встал со стула, звук повторился – я резко вернулся на место. Последовал глухой звук падения. Я почему-то подумал, что это упал человек. И вновь выругал себя за больную фантазию.
Pulsuz fraqment bitdi.