Николай Александрович Добролюбов

72 abunəçilər
Yeni kitab, audio kitab, podkastlar haqqında bildiriş göndərəcəyik

Populyar kitablar

Müəllifin bütün kitabları

Bütün kitablar
  • Bütün kitablar
  • Dərsliklər
    158
  • Audiokitablar
    7
  • 1959
    1859
    Elektron versiyası ödənişsizdir
    Elektron versiyası ödənişsizdir
    Elektron versiyası ödənişsizdir
    Elektron versiyası ödənişsizdir
    Elektron versiyası ödənişsizdir
    Elektron versiyası ödənişsizdir
    Elektron versiyası ödənişsizdir
    Elektron versiyası ödənişsizdir
    Elektron versiyası ödənişsizdir
    Elektron versiyası ödənişsizdir
    1858
    Elektron versiyası ödənişsizdir
    Elektron versiyası ödənişsizdir
    Elektron versiyası ödənişsizdir
    Elektron versiyası ödənişsizdir
    Elektron versiyası ödənişsizdir
    Kitablar Николай Александрович Добролюбов fb2, txt, epub, pdf formatlarında yüklənə və ya onlayn oxuya bilər.

    Rəy bildirmək

    Giriş, rəy bildirmək

    Sitatlar

    Я чашу страсти осушил

    Всю до последнего глотка,

    Она, как пунш из коньяка,

    Нас горячит, лишая сил.Тогда я, трезвость восхваляя,

    Отдался дружбе, — мир страстям

    Она несет, как чашка чаю

    Отраду теплую кишкам.

    Но мы никогда не согласимся, чтобы поэт, тратящий свой талант на образцовые описания листочков и ручейков, мог иметь одинаковое значение с тем, кто с равною силою таланта умеет воспроизводить, например, явления общественной жизни. Нам кажется, что для критики, для литературы, для самого общества гораздо важнее вопрос о том, на что употребляется, в чем выражается талант художника, нежели то, какие размеры и свойства имеет он в самом себе, в отвлечении, в возможности.

    Но шатко, мимолетно и ничтожно все, чему нет основания и поддержки внутри человека, в его рассудке и сознательной решимости.

    Чтобы хорошо узнать свойства жизни растения, надо изучить его на той почве, на которой оно растет; оторвавши от почвы, вы будете иметь форму растения, но не узнаете вполне его жизни. Точно так не узнаете вы жизни общества, если вы будете рассматривать её только в непосредственных отношениях нескольких лиц, пришедших почему-нибудь в столкновение друг с другом: тут будет только деловая, официальная сторона жизни, между тем как нам нужна будничная её обстановка. Посторонние, недеятельные участники жизненной драмы, по-видимому, занятые только своим делом каждый, - имеют часто одним своим существованием такое влияние на ход дела, что его ничем и отразить нельзя. Сколько горячих дней, сколько обширных планов, сколько восторженных порывов рушится при одном взгляде на равнодушную, прозаическую толпу, с презрительным индифферентизмом проходящую мимо нас! Сколько чистых и добрых чувств замирает в нас из боязни, чтобы не быть осмеянным и поруганным этой толпой! А с другой стороны, и сколько преступлений, сколько порывов произвола и насилия останавливается пред решением этой толпы, всегда как будто равнодушной и податливой, но в сущности весьма неуступчивой в том, что раз ею признано. Поэтому чрезвычайно важно для нас знать, каковы понятия этой толпы о добре и зле, что у ней считается за истину и что за ложь. Этим определяется наш взгляд на положение, в каком находятся главные лица пьесы, а следовательно, и степень нашего участия к ним.

    Впервые опубликовано в «Современнике»,

    В «Накануне» мы видим неотразимое влияние естественного хода общественной жизни и мысли, которому невольно подчинилась сама мысль и воображение автора.

    Знание человеческого сердца, способность раскрывать перед нами его тайны -- ведь это первое слово в характеристике каждого из тех писателей, творения которых с удивлением перечитываются нами.