Лето 2010-го. Ясноводск задыхается от жары и торфяного дыма, а водохранилище, сработанное до отметки девяносто восемь, отдаёт то, что держало пятьдесят три года: из воды выходит село Спас-Затонье, затопленное в пятьдесят седьмом. В подклете уцелевшей церкви находят тело Льва Шадрина — директора ГЭС, утонувшего в восемьдесят восьмом. Пятаки на глазах, вымытые ноги, хлеб в руке.

Следователь Глеб Архипов приезжает на две недели и остаётся до сентября. Через шесть дней находят второго — из той же компании мальчишек, что летом восемьдесят восьмого бегали на затон. Смерти идут одна за другой, и каждая повторяет обряд, которого никто не помнит, но который все узнают: старухи в очереди, звонарь, следователь, приехавший из области, чтобы ничего здесь не найти. Чем ниже вода, тем яснее: город хоронил не только дома.

Роман о пяти мальчишках из восемьдесят восьмого года, о хлебе, который передают из рук в руки, и о вине, которую нельзя отбыть — её можно только взять. Из чужих рук.