«Робинзон Крузо» adlı səsli kitabdan sitatlar, səhifə 17

Следующая волна была огромна: не меньше

корабля. «Что-то будет делать этот бедняга,  – подумал я, – когда добежит

С этого дня положил читать библию каждое утро и каждый вечер, не связывая себя определенным числом глав, а до тех пор, пока не утомится внимание. Приведенные выше слова: «Призови меня в день печали, и я избавлю тебя» – я понимал теперь совершенно иначе, чем прежде: прежде они вызывали во мне только одно представление об освобождении из заточения, в ко

шалаше, оставшись в одной нижней клетчатой рубахе, в полотняных кальсонах и в туфлях на босу ногу.

заявили, что хотя они обезоружили и исключили из своей среды Вильяма Аткинса и двух его земляков за дурное поведение, но он так храбро сражался в большой битве с дикарями и еще во многих других случаях выказал столько усердия и преданности общим интересам, что они забыли о прошлом. По их мнению, он столь же достоин чести носить оружие, как и все другие, и вполне заслужил, чтобы я наравне с другими снабдил его всем необходимым. Сами они уже выразили ему свою признательность тем, что избрали

лиять на меня, что я почти семь лет прожил безвыездно в Англии

деревца, которые я насадил перед крепостью, давно разрослись

Не знаю, как это назвать, и не стану настаивать, но какоето тайное веление всесильного рока побуждает нас быть орудием собственной своей гибели, даже когда мы видим ее перед собой, и бросаться ей навстречу с открытыми глазами

сторону и свалился бы в воду. Я изо всех сил уперся спиной и руками в мои сундуки, стараясь удержать их на месте, но не мог столкнуть плот, несмотря на все усилия. С полчаса, не смея шевельнуться, простоял я в этой

Но разговоры с Попкой, как уже сказано, были для меня не работой, а только развлечением в труде.