Слово наемника

боли – в подбородок упирался острый край. – Вот, сами говорите – Божья. А чего же вы Кястаса моего на муки приговорили

болтают – так сам знаешь. Слова задницу не дерут. – Ладно, – кивнул я. – Лучше скажи  – про коня моего ничего не слышно? – Передавали, что в городе его видели, осёдланного. Верно, тебя искал, а где тут сыщешь? И сказать – куда хозяин подевался, тоже не скажет. Потом он в конюшне у твоей фрау стоял. Эдди-то твой теперь у  нее в работниках. Парень говорил – мол, коня расседлал, сумки с него снял, в стойло поставил. Но надолго не задержался – ушел. Эдди его даже остановить не пытался. С месяц

сказал, что здесь и  хлеб не обмолочен, собак  нет… – И одни только бабы в деревне

хонька стать фрау Артакс. Тем паче – фон  Артакс. Ты исчез

Я подошел, уткнулся в его морду и … зарыдал от счастья. А гнедой, осторожно касаясь мягкими губами моей щеки, словно целуя, тихонечко фыркнул – ну, пришел я, пришел, чего ревешь-то?