Поезд «Серебряная стрела» мчался сквозь ночь, разрезая тьму жёлтым светом окон, и Ая смотрела на своё отражение в стекле — бледное, почти призрачное, с тенью усталости под глазами. За спиной шуршали страницы газет, позвякивали ложечки в фарфоровых чашечках, кто-то тихо спорил о политике, но для Аи весь вагон будто сжался до размера её собственных мыслей.

Она ехала в Ривертон, к тёте Марте, которая писала в письме: «Здесь что-то происходит, Ая. Дом будто дышит не своим дыханием. Приезжай. Мне спокойнее, когда ты рядом».