Ночь релиза. Сто тысяч игроков входят в full-dive-игру «Абаддон» — и кнопка «Выход» гаснет. Боль здесь настоящая на четверть, смерть — настоящая целиком: погиб персонаж — погиб игрок. Вежливый голос обещает: выход откроется после финала. Но у игры нет финала — его вырезали за неделю до релиза.

Марк Савельев по кличке Ворон — бывший тестер «Абаддона». Пять лет он ловил баги этого мира и единственный видел файл, который писал текст сам. Теперь он внутри — и знает здесь каждую трещину.

До Пепельной Луны — двадцать девять дней. Девять колоколов Собора молчат, швы между мирами расходятся, и внизу, в клоаках, что-то цепями волочит и кует крюк. А по дорогам уже жнёт клан игроков, для которых чужая смерть — одна.

У Ворона — арбалет с терпением короля, партия из крестоносца, некроманта с тремя скелетами, мамы с лопатой — и упрямство тестера, который трижды репортил этот мир и трижды получил «так задумано».

Представление начинается. Занавес ещё не конец.