Кто не знал в Миргороде Пантелея Кузьмича Пухлюка, помещика осьмидесяти душ и одной бурой свиньи, которая, по уверению соседей, имела в лице нечто весьма сходное с самим хозяином? Всю жизнь свою ездил он только на своей бричке, в которую запряжены были две лошади, а третья, говорят, всегда шла сзади, из почтения. И вот однажды, по делу о межевой тяжбе с соседом Иваном Никифоровичем, привелось ему ехать по чугунной дороге.