Focsker

дочку на дистанции, лучше других зная, что Кисунь сольет мне всю информацию, все тайны, планы, которые услышит от матери. Кисунь, своенравная двуххвостая. Она могла и подлянку матери устроить, и поспорить, и даже затеять конфликт, а всё потому что она была уверена – наши с ней дети продолжат вести Кетти, всю Федерацию к светлому будущему. И ради этого, веря в меня больше, чем в мать и кого бы то ещё, она делала для меня всё,

подойти на расстояние видимости. «Все свои рубятся в лагере

мемориальный комплекс с сотнями и тысячами лиц, чей ужас и боль, причинённые Войной, запечатлелись на выложенных под нашими ногами плитах. Как и ожидалось, в городе мы столкнулись с очередным сюрпризом. Полчища нежити прятались в руинах, углях и под землёй. Они атаковали отовсюду: сбрасываясь с огромных корневищ, падали сверху, выбирались из гор пепла, атаковали из земли, не говоря уже о ожидаемых атаках из руин уничтоженных до

мужчин. Троих убили налётчики, один умер от болезни, трое погибли на границе

от тех кто сейчас искал спасения за пределами крепости! – На стены, тащите сети

понимая, кролли мужчины многозначительно закивали. Троица верная Эсфее, даже аплодируя застучала

взрослый, и у самого даже дети есть, в травах хорошо разбирается, не подведёт. – Да ладно!.. – ещё больше удивился я. – Что? – не понимая причины моих возгласов, ещё сильнее смутилась Хохо. – Ты так молодо выглядишь и имеешь такого взрослого сына? Просто не верю. – Льстец. Найди себе кого-то своего возраста,  – залившись краской, словно спелый помидор, отвернулась Хохо. Пусть голос её и казался серьёзным, но спрятать в нём радость от