Кира Рамис

видел лишь наживу из золотых монет. – Дело не в деньгах… – начала я, но он перебил, закусив удила: – Селестия, да ты знаешь, сколько стоит такое лекарство? Ты и с пятью процентами

из-за того, что сбыла нелюбимую племянницу, а потому что потеряла хорошие рабочие руки, а ещё… Брат на мгновение замолчал, замешкался, пришлось уговаривать

шинку запихнул в карету. – Не стоит благодарностей, ничего вы мне не должны, поезжайте к брату. Назвав адрес вознице, с удивлением

артефактом пришибли. Тогда рабские договоры потеряли бы силу, – с надеждой произнесла она и всхлипнула.  – Там мой муж

проезжали телеги, кареты и одинокие путники. Бертрам каждые полчаса подъезжал, проверяя, всё ли

в полутёмный коридор. Попивая предложенный чай, смотрела на лицо аптекаря

чинить артефакты, но и создавать новые