Мария Милюкова

– Йаньше тута доска висела, – Воог ткнул пальцем в чуть ли не единственную лысую гору на дороге. – «Земля ойков. Вход закъит. Кто читать не умеет, сами виноваты», но Король велел снести. А жаль, кьясиво висела.– Почему?– Потому что кьясиво повесили? – даже потерялся Воог. – Мы, ойки, можем кьясиво вешать: людей, туши, вывески– Почему велел снести?– А-а Так эта, оказия вышла, загонщики йешили, что это вызов. Ну и чуть-чуть обиделись, потому что читать и взапьявду не умеют.

– И ты… довольна?У Агаты заметно расширились зрачки, приоткрылся рот:– Довольна ли я тем, что меня заперли в теле животного, что мне нужно заново учиться ходить и есть, а еще тем, что меня на рассвете выкидывает из тела в чем мать родила? О да, я в восторге!

– Идём, Малоо, – позвала Марита. – Нас ждёт ведьма.– Не ждёт.– Нас не ждёт ведьма, но мы всё равно за ней придём.

Керм поднялся с пола, улыбнулся и вышел. Не успела дверь закрыться, как в спину ему прилетел мощный вопль:Керм поднялся с пола, улыбнулся и вышел. Не успела дверь закрыться, как в спину ему прилетел мощный вопль:– Принесите мне новые краски и холст! Я одного рыжего засранца рисовать буду!– Принесите мне новые краски и холст! Я одного рыжего засранца рисовать буду!

набрала воды в ведро, наугад добавила вкуснопахнущие вонючки, дабы в издательстве приятно пованивало не только духами, но и чистящими средствами, но …где-то ошиблась, ибо бахнуло!Ведро разорвало. Главный редактор утверждает, что орала я так, будто и меня тоже.

Кот выполнил обещание. Больше всего досталось Пете: мокрыми оказались не только тапки, но и ботинки. И немного – кроссовки. На счет кроссовок Барсик больше всего переживал. Даже решил, что теперь перед операцией «ссяные тапки» будет пить больше, чтобы всей обуви досталось поровну.

После долгих споров и криков было принято решение отказаться от «Большой любви» и просто пожелать Пете «Счастья». А так как я для нашей семьи и есть самое настоящее Счастье, то пожелали ему меня.